Архивная публикация 1998 года: "Аугусто Пиночет. Спас Чили на крови"
Кто же он такой, Аугусто Пиночет? Глава "самой оголтелой хунты", как в свое время выразился Брежнев? Или человек, которому удалось совершить плавный переход от жестокой латиноамериканской диктатуры к одной из наиболее стабильных латиноамериканских демократий?Мы назубок выучили его имя еще с пионерских времен, когда рисовали плакаты с кулаками, сжимающими обрывки цепей: "Свободу Чили!".
Каково же было изумление, когда на первой показанной в России фотовыставке World Press Photo оказался большой фоторепортаж -- демонстрации чилийцев в... защиту Пиночета!
В 1991-м, во время российского путча, журналисты спросили у членов ГКЧП, консультировались ли они с Пиночетом. В самом вопросе было презрение: "Вот, советские лохи! Даже переворот не могли по-людски организовать. То ли дело в Чили".
Во времена Гайдара неожиданно вспомнили о чилийском экономическом чуде -- очень уж хотелось своего. Не так давно генерал Лебедь признался в своей любви к чилийскому диктатору.
Пиночет олицетворяет для нас несбыточную мечту о сильной власти, которая ведет страну к экономическому процветанию.
А ведь старику уже 83 года! Он всегда затянут в мундир и имеет такой статично-монументальный вид, словно проглотил аршин. Набриолиненные волосы расчесаны на прямой пробор. Жесткая щеточка усов аккуратно подстрижена. На черные очки наползает козырек генеральской фуражки. Военные парады он принимает, сидя в кресле. Время от времени прямо-таки картинно демонстрирует, что поглощен тяжкими государственными думами: складывает руки "домиком" и упирает их в подбородок. И он еще собирается баллотироваться в президенты.
Его речь монотонна и дидактична. Нет и следа пресловутой латиноамериканской экспансивности, столь хорошо знакомой нам по пламенным выступлениям Фиделя Кастро. Правда, иногда генерал взрывается, и тогда в его голосе слышится командный рык. Верхняя губа при этом поднимается немного вверх, обнажая крупные зубы. Даже юмор у Пиночета мрачный.
Словом, настоящий диктатор, прямо находка для карикатуристов.
Blut und Boden
Аугусто Пиночет Угарте родился в 1915 году в семье адвоката. Его родители были исступленными католиками, и сын унаследовал эту семейную традицию. Пиночет имел репутацию одного из самых религиозных генералов. За день до переворота президент Альенде хотел переговорить с ним -- адъютанты ответили, что генерал занят, молится в церкви.
Впрочем, в тот раз Пиночет, возможно, и слукавил: скорее всего, он был занят подготовкой путча. С Альенде ему разговаривать было уже не о чем.
У Пиночета традиционная для католиков большая семья. Он женился в 30 лет на Марии Лусии Нириарт Родригес. У супругов двое сыновей (Аугусто Освальдо и Марко Антонио) и трое дочерей (Инес Лусия, Мария Вероника и Жаклин Мари).
"Интеллектуал, эрудит, прирожденный солдат",-- говорят одни. "Тщеславный и недалекий человек",-- уверяют другие. Даже в офицерскую пехотную школу он поступил лишь с третьего раза.
-- Пиночет -- человек заурядного интеллекта, но гений предательства,-- говорил Орландо Летельера, министр иностранных дел в правительстве Альенде.
Как бы там ни было, генерал был профессионалом. Переворот 11 сентября 1973 года он провел безупречно. И руководимая им военная хунта держалась у власти незыблемо: 30 тысяч убитых и почти миллион эмигрантов -- лучшее тому подтверждение.
Но Пиночет не простой, грубый солдафон, типичная латиноамериканская "горилла". О его многоплановости можно судить хотя бы по дюжине опубликованных книг, самая знаменитая из которых -- "Геополитика" -- вышла в свет в 1968 году.
Оценки ее так же противоречивы, как и мнения об авторе. Одни называют книгу "классическим трудом", "значительным вкладом в развитие современных геополитических теорий", другие -- "тощей книжицей с надерганными цитатами из прусских и нацистских авторов".
Между народами, считает Пиночет, существует извечная борьба за жизненное пространство. Народы, в его понимании,-- единые биологические организмы, характеристики которых заданы окружающей средой, этническими и расовыми особенностями, одним словом, "кровью и почвой" (знаменитые Blut und Boden).
Горные народы -- это традиционалисты, враги всяческих реформ. У них превалирует индивид. Жители же равнин с удовольствием воспринимают все нововведения. Их действиями руководит поверхностный дух, во время войны они оказывают слабое сопротивление вторгшимся войскам.
Чилийцев генерал отнес к горным народам. А носителем и хранителем подлинной национальной культуры Пиночет определил современную чилийскую армию.
Чили, считал Пиночет, должна стать доминирующей державой на юге Латинской Америки.
История на крови
Напомним вкратце, что, собственно, произошло в Чили.
В 1970 году на президентских выборах победил кандидат левого блока Сальвадор Альенде. Его программа включала широкомасштабную национализацию, реформу социальной системы и прочие мероприятия в социалистическом духе. Альенде был близок с коммунистами, имевшими тесные связи с Москвой и Гаваной.
За пару лет экономические эксперименты привели к галопирующей инфляции, падению производства, оттоку иностранных инвестиций. Внешняя политика Чили, флиртовавшего с СССР и Кубой, стала раздражать официальный Вашингтон.
По стране прокатилась волна террористических актов, организованных как ультраправыми, так и ультралевыми. Коммунисты предложили Альенде установить "народную диктатуру". Президент колебался.
24 июня 1973 года совершенно неожиданно восстал один столичный полк -- военная техника двинулась к президентскому дворцу. До сих пор не ясно, что же это было: проба сил или досадная оплошность. Но именно Пиночет смог подавить беспорядки, за что Альенде назначил его главкомом сухопутных сил.
Одновременно Пиночет стал главной фигурой заговора.
Утром 11 сентября армия заняла все стратегические объекты в столице и провинции. Президентский дворец окружили и, сбросив на него несколько бомб, взяли штурмом.
Президент погиб в общей неразберихе. По официальной версии, лейтенант Рейес, ворвавшись в одну из комнат дворца, увидел человека в каске, с автоматом и инстинктивно открыл огонь. В погибшем опознали Сальвадора Альенде.
Вряд ли Пиночет отдавал приказ о его физическом устранении. Международный скандал ему был не нужен. В эфир прошли заранее заготовленные сообщения, что Альенде уже доставлен на одну из военных баз, отказался от президентского поста и скоро покинет страну.
А вот убийства, пытки, массовые расстрелы и прочие бесчинства происходили с ведома и по личному указанию Пиночета. Он цинично назвал кровавые эксцессы первых месяцев после переворота "неизбежными издержками".
Кровавыми делами занялась ДИНА, тайная разведка, аналог гитлеровского гестапо и сталинского НКВД, созданная декретом в 1974 году и подчинявшаяся лично Пиночету. Люди просто "исчезали". По сей день не выяснены имена тысяч "пропавших без вести".
Чили в "железных штанах"
Свергнув законного президента, военные тут же взялись за коренную "реформу" государства. Высшим и единственным органом власти объявили Национальный правительственный совет (хунту) во главе с Пиночетом.
В июне 1974 года Пиночет стал "руководителем нации", а еще через полгода присвоил себе титул президента страны.
Основой режима была доктрина "национальной безопасности": всеобъемлющее господство армии плюс "деполитизация" остального населения.
-- Мы создадим такое общество,-- говорил Пиночет,-- в котором трудящиеся и предприниматели станут участниками одного дела и совместными усилиями проложат путь к великому будущему Чили.
Известная "фашизоидность" как в самом режиме, так и в личности генерала Пиночета, несомненно, присутствовала (вспомним историческую ориентацию чилийских военных на Германию). Именно "фашизоидность", а не фашизм в чистом виде. Классический фашизм стремится контролировать все области политической, экономической, культурной и даже личной жизни.
В Чили этого не произошло.
Там частное предпринимательство было объявлено национальной доблестью. "Средний класс", из которого вышли военные, был заинтересован в максимальной либерализации экономики. И хунта воспользовалась неограниченной властью для перестройки чилийского общества на либеральных экономических основах. Этот пример в истории XX века можно считать уникальным и во всех смыслах выдающимся.
Идеологом неолиберальной модели стал, в частности, П.Вергара. Демократия, по Вергаре, должна носить авторитарный, "сильный и строгий характер", чтобы иметь "возможность сохранить единство общества".
Вергара привлек к сотрудничеству молодых экономистов, выпускников американских университетов и приверженцев "чикагской" экономической школы. (Кстати, когда в российское правительство возглавил Егор Гайдар, его команду так же сравнивали с молодыми чилийскими реформаторами.)
Была принята на вооружение доктрина "развития вовне" -- переориентация экономики на экспорт. Иностранным инвестициям предоставили самые льготные условия.
В частные руки передали большинство банков, отменили национализацию земли.
Уже в 1975 году удалось ликвидировать бюджетный дефицит. С середины 1980-х годов прирост валового внутреннего продукта составил 5--7%. Иностранные инвестиции увеличились с $207 миллионов в 1976 году до $2 миллиардов в 1988-м. Заметно вырос "средний класс".
Сами военные постепенно втянулись в бизнес и, уходя в отставку, занимали руководящие посты в различных компаниях и корпорациях.
Естественно, не обошлось без коррупции. В незаконных махинациях с оружием оказался замешан старший сын Пиночета, Аугусто Освальдо. (Никакого наказания тем не менее он не понес.)
По образному выражению Пиночета, в 1973 году, захватив власть, он надел на Чили "железные штаны". Но именно благодаря жесткой власти (запрет забастовок и профсоюзов, цензура) только и стало возможным чилийское экономическое чудо.
Спустя 17 лет Пиночет передал всенародно избранному президенту Патрисио Эйлвину совершенно другую страну.
От диктатуры к демократии
Все эти годы Пиночет расправлялся со своими врагами.
В 1974 году в Буэнос-Айресе был убит генерал Пратс (сторонник Альенде, впоследствии эмигрировавший и из-за рубежа разоблачавший чилийскую диктатуру) и его жена. Аргентинские власти официально обвинили в его смерти Пиночета.
Еще через два года в Нью-Йорке подложили бомбу в машину Орландо Летельера, бывшего министра иностранных дел в правительстве Альенде и видного деятеля чилийской эмиграции.
-- Нет, мы ни к чему не причастны. Клянусь честью офицера! -- прокомментировал ситуацию Пиночет.
В 1976 году в Сантьяго убили испанского дипломата Кармело Сориа, занимавшегося поисками испанских граждан, которые пропали без вести в дни переворота. Он был похищен, раздавлен автомашиной, а потом облит ромом, чтобы все выглядело как автокатастрофа. В убийстве был замешан тогдашний телохранитель Пиночета, а впоследствии его личный адъютант.
В 1977 году Генеральная Ассамблея ООН приняла резолюцию, осуждавшую нарушения прав человека в Чили. Полностью игнорировать международные протесты генерал не мог. Но дело, конечно, не только в международных протестах. Новые социальные слои, появившиеся во время экономических реформ, требовали политической либерализации.
И здесь еще раз проявилась невероятная мудрость (хитрость и интуиция) чилийского диктатора. Он отдал власть в руки гражданских лиц. Правда, шел он к этому 20 лет, с большим числом оговорок уступая свои властные права. Пиночет шел на либерализацию режима, как говорится, скрепя сердце.
Он утвердил план "Чикарильяс" -- постепенный переход от власти военных к гражданскому обществу. В 1980-м утвердили новую конституцию, но лишь спустя шесть лет (!) были проведены парламентские выборы. Еще через год разрешили деятельность политических партий.
В декабре 1989 года (через 9 лет после принятия конституции!) прошли первые президентские выборы. Победил на них кандидат от оппозиционной Коалиции партий за демократию Патрисио Эйлвин.
Пиночет сохранил за собой поста главкома сухопутных войск: уступая свои позиции, он тем не менее всегда сохранял за собой какой-нибудь важный пост. Пиночет удалился в штаб, расположенный в Вальпараисо, и оттуда наблюдал за жизнью страны.
Время от времени он напоминал о себе самым решительным образом.
В 1990 году правительство сделало попытку расследовать преступления хунты -- Пиночет чуть ли не силой заставил президента Эйлвина подтвердить принятый еще при диктатуре закон об амнистии. Когда судебные органы хотели привлечь к суду бывшего главу ДИНА генерала Контрераса, тот с полного одобрения Пиночета укрылся в казармах сухопутных войск.
Между тем проблема ответственности за чудовищные преступления времен диктатуры чрезвычайно остра в Чили.
Когда Пиночету исполнился 81 год и все воинские части отмечали это событие, члены христианско-демократической партии отправили генералу подарок -- диплом с посвящением: "За умелое руководство самой кровавой диктатурой и за самые чудовищные преступления".
Но Пиночет ко всем этим выпадам относился с полнейшим спокойствием. И понятно почему. В его руках по-прежнему находилась власть. Он назначал главкомов родов вооруженных сил -- армия была подотчетна только ему.
Половина населения страны считает его палачом собственного народа. Но в армии он по-прежнему пользуется огромным авторитетом, и военные его в обиду не дадут.
Так что судить Пиночета придется все-таки не юристам, а историкам.
Кто же он такой, Аугусто Пиночет? Глава "самой оголтелой хунты", как в свое время выразился Брежнев? Или человек, которому удалось совершить плавный переход от жестокой латиноамериканской диктатуры к одной из наиболее стабильных латиноамериканских демократий?Мы назубок выучили его имя еще с пионерских времен, когда рисовали плакаты с кулаками, сжимающими обрывки цепей: "Свободу Чили!".
Каково же было изумление, когда на первой показанной в России фотовыставке World Press Photo оказался большой фоторепортаж -- демонстрации чилийцев в... защиту Пиночета!
В 1991-м, во время российского путча, журналисты спросили у членов ГКЧП, консультировались ли они с Пиночетом. В самом вопросе было презрение: "Вот, советские лохи! Даже переворот не могли по-людски организовать. То ли дело в Чили".
Во времена Гайдара неожиданно вспомнили о чилийском экономическом чуде -- очень уж хотелось своего. Не так давно генерал Лебедь признался в своей любви к чилийскому диктатору.
Пиночет олицетворяет для нас несбыточную мечту о сильной власти, которая ведет страну к экономическому процветанию.
А ведь старику уже 83 года! Он всегда затянут в мундир и имеет такой статично-монументальный вид, словно проглотил аршин. Набриолиненные волосы расчесаны на прямой пробор. Жесткая щеточка усов аккуратно подстрижена. На черные очки наползает козырек генеральской фуражки. Военные парады он принимает, сидя в кресле. Время от времени прямо-таки картинно демонстрирует, что поглощен тяжкими государственными думами: складывает руки "домиком" и упирает их в подбородок. И он еще собирается баллотироваться в президенты.
Его речь монотонна и дидактична. Нет и следа пресловутой латиноамериканской экспансивности, столь хорошо знакомой нам по пламенным выступлениям Фиделя Кастро. Правда, иногда генерал взрывается, и тогда в его голосе слышится командный рык. Верхняя губа при этом поднимается немного вверх, обнажая крупные зубы. Даже юмор у Пиночета мрачный.
Словом, настоящий диктатор, прямо находка для карикатуристов.
Blut und Boden
Аугусто Пиночет Угарте родился в 1915 году в семье адвоката. Его родители были исступленными католиками, и сын унаследовал эту семейную традицию. Пиночет имел репутацию одного из самых религиозных генералов. За день до переворота президент Альенде хотел переговорить с ним -- адъютанты ответили, что генерал занят, молится в церкви.
Впрочем, в тот раз Пиночет, возможно, и слукавил: скорее всего, он был занят подготовкой путча. С Альенде ему разговаривать было уже не о чем.
У Пиночета традиционная для католиков большая семья. Он женился в 30 лет на Марии Лусии Нириарт Родригес. У супругов двое сыновей (Аугусто Освальдо и Марко Антонио) и трое дочерей (Инес Лусия, Мария Вероника и Жаклин Мари).
"Интеллектуал, эрудит, прирожденный солдат",-- говорят одни. "Тщеславный и недалекий человек",-- уверяют другие. Даже в офицерскую пехотную школу он поступил лишь с третьего раза.
-- Пиночет -- человек заурядного интеллекта, но гений предательства,-- говорил Орландо Летельера, министр иностранных дел в правительстве Альенде.
Как бы там ни было, генерал был профессионалом. Переворот 11 сентября 1973 года он провел безупречно. И руководимая им военная хунта держалась у власти незыблемо: 30 тысяч убитых и почти миллион эмигрантов -- лучшее тому подтверждение.
Но Пиночет не простой, грубый солдафон, типичная латиноамериканская "горилла". О его многоплановости можно судить хотя бы по дюжине опубликованных книг, самая знаменитая из которых -- "Геополитика" -- вышла в свет в 1968 году.
Оценки ее так же противоречивы, как и мнения об авторе. Одни называют книгу "классическим трудом", "значительным вкладом в развитие современных геополитических теорий", другие -- "тощей книжицей с надерганными цитатами из прусских и нацистских авторов".
Между народами, считает Пиночет, существует извечная борьба за жизненное пространство. Народы, в его понимании,-- единые биологические организмы, характеристики которых заданы окружающей средой, этническими и расовыми особенностями, одним словом, "кровью и почвой" (знаменитые Blut und Boden).
Горные народы -- это традиционалисты, враги всяческих реформ. У них превалирует индивид. Жители же равнин с удовольствием воспринимают все нововведения. Их действиями руководит поверхностный дух, во время войны они оказывают слабое сопротивление вторгшимся войскам.
Чилийцев генерал отнес к горным народам. А носителем и хранителем подлинной национальной культуры Пиночет определил современную чилийскую армию.
Чили, считал Пиночет, должна стать доминирующей державой на юге Латинской Америки.
История на крови
Напомним вкратце, что, собственно, произошло в Чили.
В 1970 году на президентских выборах победил кандидат левого блока Сальвадор Альенде. Его программа включала широкомасштабную национализацию, реформу социальной системы и прочие мероприятия в социалистическом духе. Альенде был близок с коммунистами, имевшими тесные связи с Москвой и Гаваной.
За пару лет экономические эксперименты привели к галопирующей инфляции, падению производства, оттоку иностранных инвестиций. Внешняя политика Чили, флиртовавшего с СССР и Кубой, стала раздражать официальный Вашингтон.
По стране прокатилась волна террористических актов, организованных как ультраправыми, так и ультралевыми. Коммунисты предложили Альенде установить "народную диктатуру". Президент колебался.
24 июня 1973 года совершенно неожиданно восстал один столичный полк -- военная техника двинулась к президентскому дворцу. До сих пор не ясно, что же это было: проба сил или досадная оплошность. Но именно Пиночет смог подавить беспорядки, за что Альенде назначил его главкомом сухопутных сил.
Одновременно Пиночет стал главной фигурой заговора.
Утром 11 сентября армия заняла все стратегические объекты в столице и провинции. Президентский дворец окружили и, сбросив на него несколько бомб, взяли штурмом.
Президент погиб в общей неразберихе. По официальной версии, лейтенант Рейес, ворвавшись в одну из комнат дворца, увидел человека в каске, с автоматом и инстинктивно открыл огонь. В погибшем опознали Сальвадора Альенде.
Вряд ли Пиночет отдавал приказ о его физическом устранении. Международный скандал ему был не нужен. В эфир прошли заранее заготовленные сообщения, что Альенде уже доставлен на одну из военных баз, отказался от президентского поста и скоро покинет страну.
А вот убийства, пытки, массовые расстрелы и прочие бесчинства происходили с ведома и по личному указанию Пиночета. Он цинично назвал кровавые эксцессы первых месяцев после переворота "неизбежными издержками".
Кровавыми делами занялась ДИНА, тайная разведка, аналог гитлеровского гестапо и сталинского НКВД, созданная декретом в 1974 году и подчинявшаяся лично Пиночету. Люди просто "исчезали". По сей день не выяснены имена тысяч "пропавших без вести".
Чили в "железных штанах"
Свергнув законного президента, военные тут же взялись за коренную "реформу" государства. Высшим и единственным органом власти объявили Национальный правительственный совет (хунту) во главе с Пиночетом.
В июне 1974 года Пиночет стал "руководителем нации", а еще через полгода присвоил себе титул президента страны.
Основой режима была доктрина "национальной безопасности": всеобъемлющее господство армии плюс "деполитизация" остального населения.
-- Мы создадим такое общество,-- говорил Пиночет,-- в котором трудящиеся и предприниматели станут участниками одного дела и совместными усилиями проложат путь к великому будущему Чили.
Известная "фашизоидность" как в самом режиме, так и в личности генерала Пиночета, несомненно, присутствовала (вспомним историческую ориентацию чилийских военных на Германию). Именно "фашизоидность", а не фашизм в чистом виде. Классический фашизм стремится контролировать все области политической, экономической, культурной и даже личной жизни.
В Чили этого не произошло.
Там частное предпринимательство было объявлено национальной доблестью. "Средний класс", из которого вышли военные, был заинтересован в максимальной либерализации экономики. И хунта воспользовалась неограниченной властью для перестройки чилийского общества на либеральных экономических основах. Этот пример в истории XX века можно считать уникальным и во всех смыслах выдающимся.
Идеологом неолиберальной модели стал, в частности, П.Вергара. Демократия, по Вергаре, должна носить авторитарный, "сильный и строгий характер", чтобы иметь "возможность сохранить единство общества".
Вергара привлек к сотрудничеству молодых экономистов, выпускников американских университетов и приверженцев "чикагской" экономической школы. (Кстати, когда в российское правительство возглавил Егор Гайдар, его команду так же сравнивали с молодыми чилийскими реформаторами.)
Была принята на вооружение доктрина "развития вовне" -- переориентация экономики на экспорт. Иностранным инвестициям предоставили самые льготные условия.
В частные руки передали большинство банков, отменили национализацию земли.
Уже в 1975 году удалось ликвидировать бюджетный дефицит. С середины 1980-х годов прирост валового внутреннего продукта составил 5--7%. Иностранные инвестиции увеличились с $207 миллионов в 1976 году до $2 миллиардов в 1988-м. Заметно вырос "средний класс".
Сами военные постепенно втянулись в бизнес и, уходя в отставку, занимали руководящие посты в различных компаниях и корпорациях.
Естественно, не обошлось без коррупции. В незаконных махинациях с оружием оказался замешан старший сын Пиночета, Аугусто Освальдо. (Никакого наказания тем не менее он не понес.)
По образному выражению Пиночета, в 1973 году, захватив власть, он надел на Чили "железные штаны". Но именно благодаря жесткой власти (запрет забастовок и профсоюзов, цензура) только и стало возможным чилийское экономическое чудо.
Спустя 17 лет Пиночет передал всенародно избранному президенту Патрисио Эйлвину совершенно другую страну.
От диктатуры к демократии
Все эти годы Пиночет расправлялся со своими врагами.
В 1974 году в Буэнос-Айресе был убит генерал Пратс (сторонник Альенде, впоследствии эмигрировавший и из-за рубежа разоблачавший чилийскую диктатуру) и его жена. Аргентинские власти официально обвинили в его смерти Пиночета.
Еще через два года в Нью-Йорке подложили бомбу в машину Орландо Летельера, бывшего министра иностранных дел в правительстве Альенде и видного деятеля чилийской эмиграции.
-- Нет, мы ни к чему не причастны. Клянусь честью офицера! -- прокомментировал ситуацию Пиночет.
В 1976 году в Сантьяго убили испанского дипломата Кармело Сориа, занимавшегося поисками испанских граждан, которые пропали без вести в дни переворота. Он был похищен, раздавлен автомашиной, а потом облит ромом, чтобы все выглядело как автокатастрофа. В убийстве был замешан тогдашний телохранитель Пиночета, а впоследствии его личный адъютант.
В 1977 году Генеральная Ассамблея ООН приняла резолюцию, осуждавшую нарушения прав человека в Чили. Полностью игнорировать международные протесты генерал не мог. Но дело, конечно, не только в международных протестах. Новые социальные слои, появившиеся во время экономических реформ, требовали политической либерализации.
И здесь еще раз проявилась невероятная мудрость (хитрость и интуиция) чилийского диктатора. Он отдал власть в руки гражданских лиц. Правда, шел он к этому 20 лет, с большим числом оговорок уступая свои властные права. Пиночет шел на либерализацию режима, как говорится, скрепя сердце.
Он утвердил план "Чикарильяс" -- постепенный переход от власти военных к гражданскому обществу. В 1980-м утвердили новую конституцию, но лишь спустя шесть лет (!) были проведены парламентские выборы. Еще через год разрешили деятельность политических партий.
В декабре 1989 года (через 9 лет после принятия конституции!) прошли первые президентские выборы. Победил на них кандидат от оппозиционной Коалиции партий за демократию Патрисио Эйлвин.
Пиночет сохранил за собой поста главкома сухопутных войск: уступая свои позиции, он тем не менее всегда сохранял за собой какой-нибудь важный пост. Пиночет удалился в штаб, расположенный в Вальпараисо, и оттуда наблюдал за жизнью страны.
Время от времени он напоминал о себе самым решительным образом.
В 1990 году правительство сделало попытку расследовать преступления хунты -- Пиночет чуть ли не силой заставил президента Эйлвина подтвердить принятый еще при диктатуре закон об амнистии. Когда судебные органы хотели привлечь к суду бывшего главу ДИНА генерала Контрераса, тот с полного одобрения Пиночета укрылся в казармах сухопутных войск.
Между тем проблема ответственности за чудовищные преступления времен диктатуры чрезвычайно остра в Чили.
Когда Пиночету исполнился 81 год и все воинские части отмечали это событие, члены христианско-демократической партии отправили генералу подарок -- диплом с посвящением: "За умелое руководство самой кровавой диктатурой и за самые чудовищные преступления".
Но Пиночет ко всем этим выпадам относился с полнейшим спокойствием. И понятно почему. В его руках по-прежнему находилась власть. Он назначал главкомов родов вооруженных сил -- армия была подотчетна только ему.
Половина населения страны считает его палачом собственного народа. Но в армии он по-прежнему пользуется огромным авторитетом, и военные его в обиду не дадут.
Так что судить Пиночета придется все-таки не юристам, а историкам.
МИХАИЛ КАЛИШЕВСКИЙ
Подписывайтесь на все публикации журнала "Профиль" в Дзен, читайте наши Telegram-каналы: Профиль-News, и журнал Профиль