Сторона обвинения настаивала на назначении 12 лет лишения свободы в колонии строгого режима.
В ходе процесса Липатов признал вину в полном объеме, заявив о раскаянии и подчеркнув, что "совершил непоправимое". Обращаясь к суду, он уверял, что за годы после трагедии изменился и сегодня уже "другой человек", который пытался через помощь людям "частичным образом искупить свою вину и стать человеком который никогда бы не принял решение в момент слепой ненависти". На одном из заседаний он попросил прощения у вдовы и дочери убитого, направив им телеграмму, а также перевел 1 млн руб. в счет возмещения морального вреда. В последнем слове осужденный просил освободить его от уголовной ответственности.
Защита настаивала на истечении сроков давности и подчеркивала, что Липатов не вел антисоциальный образ жизни, систематически занимался благотворительностью и трудовой деятельностью, активно участвовал в жизни общества. В связи с этим адвокаты просили освободить его от уголовного преследования либо назначить наказание ниже низшего предела. Кроме того, представители Липатова заявили о намерении их подзащитного заключить контракт с Минобороны и отправиться на военную операцию.
Суд установил, что к убийству привел корпоративный конфликт и требования Игоря Фоминова выплачивать ему ежемесячно по $50 тыс. за "консультирование бизнеса" и нечинение препятствий в предпринимательской деятельности. За $200 тыс. Липатов организовал ликвидацию Фоминова: он обратился к знакомому, сотруднику Регионального управления по борьбе с организованной преступностью (РУБОП) Леониду Ракогону. Тот через бывшего сотрудника ФСБ Олега Михалева нашел исполнителей. За эту "работу" Ракогон взял комиссию в $100 тыс., а Михалев – $70 тыс. Оба они осуждены Одинцовским судом. Как выяснилось на заседаниях, Михалев находится в зоне военной операции.
Следствие и суд пришли к выводу, что Липатов предоставил Ракогону и через него киллерам сведения о Фоминове: фотографии, данные о месте работы и проживания, марку автомобиля и информацию о том, что по пятницам Фоминова можно застать по дороге на дачу. В материалах дела также отражены показания участников банды – Алексея Чеботарева и Николая Трушкова. Они входили в группу, в которую, помимо гражданских лиц, входили сотрудники силовых органов – ее возглавляли бывший военный Павел Христев и сотрудник СОБР Артур Козлов. Оба свидетеля подтвердили, что непосредственно участвовали в убийстве.
Трагедия произошла 15 марта 2002 года. Члены банды Христева вели наблюдение за передвижениями Фоминова, а вечером, когда он ехал на дачу, Христев и бывший боец спецназа Алексей Чеботарев остановили машину бизнесмена. Чеботарев произвел не менее четырех выстрелов из самодельного 9-миллиметрового пистолета и ранил Фоминова. Потерпевший сумел скрыться от нападавших, но умер в своем доме от обширной кровопотери.
Сергей Липатов родился 30 мая 1962 года в Ленинграде. В 1980–1990-х годах он работал в различных коммерческих и государственных структурах, в том числе в Федеральной службе налоговой полиции и администрации Сочи. С 2002 по 2010 год Липатов возглавлял оператора связи" ТрансТелеКом", контролируемый РЖД, и возглавлял совет директоров московского футбольного клуба "Локомотив". После ухода из "ТрансТелеКома" и "Локомотива" он вошел в совет директоров Межтрастбанка. В январе 2016 года Центробанк отозвал у банка лицензию, объяснив это высокорискованной кредитной политикой и сомнительными транзитными операциями в крупных объемах. В 2017 году Липатов стал фигурантом дела о хищении средств вкладчиков Межтрастбанка, однако уголовное преследование против него было прекращено из‑за недостатка доказательств.
