Наверх
30 сентября 2020
Без рубрики

Архивная публикация 1998 года: "Наталья Комчатова. Любовь на картошке"

Рецепт их семейного счастья прост: не надо мешать друг другу заниматься любимым делом.Семья Комчатовых арендует двухкомнатную квартиру в шестиэтажном пансионате в Петрово-Дальнем, что недалеко от Москвы. Единственное отличие этих скромных апартаментов от московского жилья — большая лоджия и дивный вид из окна.

Маргарита Озерова: Наталья Александровна, ваш счастливый брак длится уже три десятилетия. А вы помните, как с мужем познакомились?

Наталья Комчатова: Нам было по 17 лет, и мы оба работали. Тогда, в 1959 году, можно было поступать в институт, только имея несколько лет трудового стажа. И вот мой родной НИИ отправил меня, новенькую, на картошку в Шатурскую область — это километров 160 от Москвы по Курской дороге.

Осень была холодная и дождливая. Водитель грузовика высадил меня в центре села. Дорогу развезло, грязь страшная. Вижу, около колодца стоит по пояс раздетый молодой человек и спрашивает: «Кто же мне польет?»

Я думаю: бедняга, помочь-то ему некому. Взяла кружку и полила. Так всю жизнь и «поливаю».

Пока два месяца убирали эту картошку — подружились. В Шатуре были торфяные озера, в которых мы купились до октября.

М.О.: И вернувшись в Москву, поженились?

Н.К.: Мы еще несколько лет встречались. Володя занимался боксом, он кандидат в мастера спорта. А я болела за него на соревнованиях. Ходили в походы — зимой на лыжах, летом на байдарках.

Кстати, плавали как-то раз по Истре, захотели искупаться в районе госдач в Петрово-Дальнем. Очень пляж понравился. Мы там высадились, но не тут-то было: охрана нас очень быстро попросила. Кто бы нам тогда сказал, что мы сами будем здесь жить?!

М.О.: И вот наконец вы понесли заявление в загс…

Н.К.: Все было не так просто. Володя сделал мне предложение, когда нам было по 19 лет. Я ему отказала. Решила, что рано. Я тогда только поступила в медицинский институт. И мы расстались. Но каждый год 5 сентября, в день моего рождения, приходили телеграммы с поздравлением.

Однажды телеграмма не пришла, я ужасно расстроилась. И вдруг, когда мы всей семьей уже сидели за праздничным столом, раздался звонок в дверь. Открываю — там Володя с цветами и тортом «Полет» (тогда этот торт был очень моден). Все началось заново.

Вскоре мы поженились, родилась Олечка. А потом Володю призвали на два года в армию и отправили в Североморск, в штаб Северного флота. Я отправилась вслед за ним.

М.О.: Вы не побоялись уехать за тридевять земель с маленькой дочкой на руках?

Н.К.: А что в этом странного? В первый же вечер Володя повел нас в местный ресторан. Мы заказали нототеневую икру. Ее подавали почему-то в глубоких тарелках, как суп. Оля увидела тарелку красивой бело-розовой икры и прямо закричала от восторга.

В нашей комнате была мебель с алюминиевыми инвентарными номерами. Готовили на керогазах, на примусах. Я работала в поликлинике.

М.О.: Почему вы выбрали профессию врача?

Н.К.: Я из врачебной семьи: мама была хирургом, папа — кардиологом. Дедушка с маминой стороны тоже хирург, в папиной семье много врачей. Поэтому с детства я для себя другой профессии не представляла.

Сейчас я работаю на кафедре онкологии в Институте усовершенствования врачей Минобороны РФ. А до этого тридцать с лишним лет трудилась в Онкологическом научном центре. Занималась лечением больных с опухолями молочной железы. Иногда делала по три операции в день. Теперь возраст уже не тот. Володя говорит: «Ты можешь вообще не работать». А мне нравится все успевать: и в больнице, и по дому вертеться, и внуком заниматься.

М.О.: Хирург-онколог — профессия не из легких. Вы видите много горя. Как вам удается сохранять оптимизм?

Н.К.: Всю жизнь я занимаюсь тем, что помогаю людям в, казалось бы, безвыходных ситуциях. В онкологии важно, чтобы пациент полностью тебе доверял.

Женщины приходят к нам напуганные, а лечение длительное и тяжелое. И вот постепенно они начинают понимать, что не все так безнадежно: болезнь уходит, они выписываются, возвращаются к нормальной жизни. Это-то и заставляет меня очень позитивно воспринимать мир.

М.О.: Как складывалась карьера мужа?

Н.К.: Володя окончил геофак МГУ, занимался океанологией. По натуре он вечный ученик. Его страсть — иностранные языки; на курсах он выучил английский и французский. В 1986-м, работая в Гидрометцентре СССР завлабом океанской службы, окончил Высшие экономические курсы, а в 1990-м его пригласили в Высший экономический совет при Президиуме Верховного Совета СССР.

М.О.: А как он попал в команду Ельцина?

Н.К.: Володя был доверенным лицом Бориса Николаевича по избранию его народным депутатом СССР в 1989 году.

В 1991-м, когда учредили институт полномочных представителей президента, мэр Гавриил Попов предложил Ельцину назначить президентским представителем в Москве Комчатова.

М.О.: Удивительно, что Владимир Федорович так долго занимает этот пост. Наш президент любит частые кадровые перестановки.

Н.К.: Значит, к своему представителю в Москве у Ельцина претензий нет.

М.О.: В чем же состоят нынешние обязанности Владимира Комчатова?

Н.К.: Представлять президента во взаимоотношениях с московскими органами власти и общественными организациями. Контролировать выполнение президентских указов и постановлений правительства. Обеспечивать защиту констуционных прав.

М.О.: А когда Лужков саботировал чубайсовскую приватизацию или вот сейчас, когда не хочет повышать квартплату, не оказывается ли ваш муж между федеральной и столичной властями как между молотом и наковальней?

Н.К.: Он говорит, что вертится вокруг молота и наковальни. Законов в последнее время приняли много, часто они друг другу противоречат. Из конфликтных ситуаций Владимир Федорович ищет достойный выход. Например, ходатайствует перед президентом о предоставлении московскому мэру особых полномочий. Именно так поступили в случае с приватизацией.

Муж любит повторять, что когда в России, как сейчас в США, демократия просуществует 200 лет, тогда все будут строго следовать букве закона. Пока что эти буквы толком не написаны.

М.О.: За что ваш муж отвечал в предвыборных кампаниях Ельцина?

Н.К.: Как и все доверенные лица, организовывал встречи с избирателями. В 1996 году создал инициативную группу и обеспечил сбор подписей по выдвижению Бориса Николаевича кандидатом в президенты.

М.О.: Вы поддерживаете дружеские отношения с семьями Ельцина и Лужкова?

Н.К.: Володя знаком со всеми домашними Бориса Николаевича, но семьями мы не дружим. С Лужковым же он общается только на работе.

М.О.: Изменилась ли ваша жизнь после того, как муж стал работать у президента?

Н.К.: Весь быт теперь держится на мне: Володе просто некогда. У него нет выходных дней, и отпуск максимум неделя в году. Мы уезжаем подальше, чтобы никто не беспокоил, не звонил и не приезжал с документами.

Нередко его отпуск совпадает с участием в официальных мероприятиях — международных конференциях и деловых встречах, на которые он берет и меня.

М.О.: А на правительственных приемах вы бываете?

Н.К.: Бываем. Но, откровенно, у меня нет даже вечернего платья.

М.О.: Как же вы одеваетесь на такие мероприятия?

Н.К.: Наина Иосифовна и ее дочери одеты просто и скромно. Я следую их примеру, иду в обычном костюме.

М.О.: За тридцать лет можно так привыкнуть друг к другу, что даже говорить будет не о чем. Как вы решаете эту проблему?

Н.К.: У каждого из нас своя профессиональная стезя. И мы друг другу не мешали состояться ни в карьерном, ни в личностном плане. Володя много работал, учил языки. Я в это время занималась дочкой, писала кандидатскую диссертацию.

М.О.: На какую тему, если не секрет?

Н.К.: «Комплексное лечение больных раком молочной железы с метастазами в кости».

М.О.: Ваша дочь Ольга Владимировна пошла по вашим стопам, стала врачом?

Н.К.: Нет, она преподает в школе биологию. А я ей по дому помогаю, с внуком нянчусь. Хотя это неподходящее слово. Мите уже девять лет, и он ужасно самостоятельный. Ездит на велосипеде по горам. Я его ругаю. А он отвечает: «В жизни надо попробовать все».

Мы с ним лучшие друзья. Ходим в семейный клуб «Монолит» на концерты и детские утренники.

М.О.: Почему вы перебрались из московской квартиры в пансионат?

Н.К.: Как-то давно приехали на лето, да так и остались здесь. В Петрово-Дальнем особый микроклимат. Лес, река, заливные луга. Нам захотелось просто жить за городом. Да и для внука это хорошо. Во время каникул он постоянно с нами, а в течение учебного года мы забираем его на субботу и воскресенье.

Примерно половина живущих здесь — сотрудники администрации президента, остальные арендаторы. Кстати, за пансионат мы платим 700 рублей в месяц. Отдельно за свет и телефон.

М.О.: У вас есть дача или дом в деревне?

Н.К.: Нет.

М.О.: А на какой машине вы ездите?

Н.К.: Лично у меня машины нет. Утром еду на работу вместе с мужем на его служебной «Волге», вечером возвращаюсь городским транспортом. От метро «Тушинская» до Петрово-Дальнего идет автобус.

М.О.: Вас не смущает несколько казенная обстановка?

Н.К.: Она не такая уж казенная. Я стараюсь, чтобы в нашей квартире было по-домашнему уютно. Хозяйством занимаюсь сама, готовить очень люблю. Обед всегда состоит из четырех блюд.

М.О.: А фирменные рецепты есть?

Н.К.: Я люблю сложные блюда — голубцы, пельмени, вареники.

М.О.: Владимиру Федоровичу нравится?

Н.К.: Когда есть выбор: обедать в ресторане или дома,— он всегда возвращается домой.

МАРГАРИТА ОЗЕРОВА

Оперативные и важные новости в нашем telegram-канале Профиль-News
Больше интересного на канале Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK
30.09.2020
29.09.2020