Возвысить до небес: как полет Юрия Гагарина стал событием мирового масштаба

Продолжавшийся 108 минут полет сделал 27-летнего Юрия Гагарина самым знаменитым человеком на Земле. Всемирная слава оказалась куда тяжелее космических перегрузок, но сын рабочего и колхозницы из смоленской деревни нес ее бремя с достоинством принца. Не забывая при этом напоминать, что его подвиг – заслуга всего советского народа и Коммунистической партии, способной возвысить до небес любого пролетария.

• Время первых
• От взлета до посадки
• Посол мира
• Падение Икара

Триумф Гагарина стал триумфом советской идеи, поэтому уже много лет подвергается сомнениям и насмешкам. Говорят, что он летал в космос лишь как беспомощный объект эксперимента или вообще не летал. На Западе его имя просто замалчивают, начиная космическую эру с американца Джона Гленна. Надо признать: мы сами позволили это, забыв о Гагарине, забыв, что когда-то умели летать.

Время первых

После пусков первых спутников, советских и американских, было ясно, что в космической гонке вперед вырвется тот, кто первым отправит в космос человека. Американцы открыли свою программу подготовки астронавтов в 1958-м, а несколько месяцев спустя у нас тоже начался отбор будущих покорителей космоса, чтобы отличаться от соперников, их переименовали в космонавтов. «Отец» нашей космической программы Сергей Королёв изложил военным критерии отбора: возраст – до 30 лет, рост – до 170 см, вес – до 70 кг. «А главное – пусть не сдрейфят!» – подытожил Главный конструктор.

Через сито строжайшего отбора прошли всего 347 летчиков со всей страны, из которых в Москву отправили 206, а в Первый отряд космонавтов, созданный в марте 1960-го, вошли всего 20. Одних отсеяли по медицинским показателям, другие отказались сами (от них не скрывали, что шансов вернуться из полета на Землю не слишком много), были и те, кто «отпал» по идейным соображениям. В число последних мог попасть и Гагарин, ведь мальчишкой он два года прожил на территории, оккупированной фашистами, что в СССР всегда внушало подозрения.

В его пользу, однако, говорили пролетарское происхождение, безупречная идейность, общительность и, что немаловажно, обаятельная улыбка, еще неизвестная миру: подготовка велась в строгой секретности, членам отряда запретили без разрешения покидать Центр подготовки космонавтов в Жуковском, хотя у многих имелись семьи. У Гагарина тоже была жена, Валентина, скромный медработник, и две дочки (младшая, Галина, родилась за месяц до полета). Это также являлось плюсом: отправиться в космос мог только примерный семьянин.

В отряде космонавтов Гагарин сперва вошел в шестерку отобранных для первого полета, а потом стал командиром всего отряда. Чрезвычайно напряженная программа, занимавшая до 14 часов в день, состояла из трех частей: теоретических дисциплин, физической подготовки и специальных тренировок, включая самую тяжелую – изоляцию в барокамере на 10–15 суток. Выдерживали не все. Один из кандидатов, Валентин Варламов, травмировал позвоночник, неосторожно нырнув в воду, а другой, Валентин Бондаренко, получил (тоже по неосторожности) смертельные ожоги. Эти случаи породили тиражируемые до сих пор слухи о том, что до Гагарина в космос запускались и другие космонавты, но все они погибли.

Кандидаты знали, что команда "На старт!" может прозвучать в любой момент. Организаторы полета спешили – разведка доложила, что американский полет состоится 20 апреля 1961 года (на деле это случилось лишь в феврале 1962-го). 3 апреля специальное заседание Президиума ЦК КПСС приняло решение «без дальнейшего промедления» отправить человека в космос, а 8 апреля специально созданная комиссия приняла решение, что этим человеком будет Гагарин, его дублером – Герман Титов.

От взлета до посадки

Корабль «Восток» с Гагариным на борту стартовал с только что построенного космодрома Байконур 12 апреля в 9:07 по московскому времени, а приземлился в 10:53 у села Подгорного в Саратовской области. В этот краткий промежуток вместилось немало драматических событий, ставших известными лишь много лет спустя. Сразу же не сработала система, отключающая один из двигателей, из-за чего корабль взлетел существенно выше, чем планировалось. Но первый космонавт то ли не знал об этом, то ли не показывал вида и спокойно общался по радио с Центром, восхищаясь красотой Земли из космоса, которую не видел еще ни один человек.

Виктор Добровольский: "Космонавтов мы кормим черной икрой и их здоровьем не рискуем"

Никто не знал, что станет с ним в полете: он мог погибнуть или, по другой версии, сойти с ума, поэтому для включения ручного управления ему предстояло ввести пароль, полученный решением математической задачи.

Но «ручник» не понадобился – автоматика при посадке сработала, хотя спускаемый аппарат обгорел в атмосфере и едва не треснул, приземлившись в итоге в 100 км от намеченного места. Хорошо еще, что его не сбили зенитчики из стоявшего неподалеку ракетного дивизиона – заметив в воздухе Гагарина, который по инструкции катапультировался в семи километрах от земли, они лишь отправили к месту его приземления машину.

Однако первыми космонавта встретили пасущие корову бабушка-татарка с внучкой – они убежали со всех ног, хотя он кричал им вслед: «Я свой, советский!» Отсюда выросла еще одна легенда – что колхозники намяли ему бока, приняв за американского шпиона. Колхозники и правда появились, но они только что слышали по радио сообщение о полете Гагарина и сразу поняли, кто перед ними. Они помогли космонавту вылезти из скафандра, а один, механик Мишанин, даже залез в спускаемый аппарат и забрал оттуда тюбики с космической едой, которой потом угощал детей.

Тем временем подоспели ракетчики во главе с майором Гассиевым, которые усадили Гагарина в машину и повезли в соседний город Энгельс, где его встретило командование авиабазы. Ему вручили поздравительную телеграмму правительства и первую награду – медаль «За освоение целинных земель». Других наград на базе не нашлось, и позже эту случайную медаль еще долго вручали космонавтам. Гагарин породил эту космическую традицию, как и множество других, включая самую известную: направляясь к месту старта, он попросил остановить автобус и помочился на заднее колесо, что делали потом «на удачу» все его коллеги.

К полудню из Байконура прибыл на самолете замкомандующего ВВС Филипп Агальцов в сопровождении журналистов. Гагарин доложил о выполнении задания сначала ему, потом – уже по телефону – Хрущёву и министру обороны Малиновскому. Перед этим, заметив, что герой чуть не падает с ног от усталости, его догадались покормить, но врач разрешил только выпить яблочного сока.

Принесшая сок официантка бросилась целовать Гагарина, испачкав его помадой, так он и говорил с Хрущёвым, который радостно воскликнул: «Пусть весь мир смотрит и видит, на что способна наша страна!»

Затем космонавта посадили в самолет и доставили в Куйбышев (ныне Самару), а там, с трудом пробившись через толпу встречающих, отвезли на обкомовскую дачу, где он смог нормально поесть и выспаться. В Куйбышеве его встретили руководитель подготовки космонавтов генерал Каманин, а также дублер и друг Титов. Предлагали привезти и жену, но Гагарин возразил: «Валентина сейчас кормит ребенка. Она разволнуется от встречи, у нее может пропасть молоко…».

Пока космонавт отдыхал, в Москве ему готовили торжественную встречу. Утром 14 апреля Ил-18 с Гагариным приземлился в аэропорту Внуково, где героя уже встречало руководство страны. Стараясь не упасть (развязался шнурок на ботинке), космонавт дошел до правительственной трибуны и отрапортовал: «Задание Центрального комитета Коммунистической партии и советского правительства выполнено!» Открытый ЗИЛ отвез его вместе с Хрущёвым на Красную площадь, где на митинге было объявлено о присуждении ему звания Героя Советского Союза и только что изобретенного звания «летчик-космонавт». Потом состоялся прием в Кремле, где Гагарина чествовали советские лидеры и иностранные дипломаты.

На улицах в это время кипела радость, объединившая, казалось, весь народ. Это было только началом моды на все космическое – повсюду открывались кафе «Космос», магазины заполнили игрушечные космонавты и ракеты, ни один концерт не обходился без песен «И на Марсе будут яблони цвести» или «Заправлены в планшеты космические карты…». Символично, что такие песни перестали сочинять после гибели Гагарина, закончив посвященной ему пронзительной «Нежностью» («Опустела без тебя Земля…»).

Посол мира

Следующие три года первый космонавт провел в бесконечных поездках, посетив (обычно в сопровождении генерала Каманина) 30 стран и десятки городов. Первый визит он, не бывавший прежде за границей (как и большинство граждан СССР), уже 28 апреля совершил в братскую Чехословакию, за этим последовали поездки в Болгарию, Польшу, Финляндию. В июле отправился в Англию, где был принят не только премьером Макмилланом, но и королевой Елизаветой II.

Не только "железо": что нужно России, чтобы преуспеть в космической гонке

На обеде в Букингемском дворце перед ним положили множество столовых приборов, но Гагарин не растерялся: со словами «Давайте есть по-русски» взял самую большую ложку. Чтобы замять конфуз, королева воскликнула: «Да, давайте есть по-гагарински!» – и тоже взялась за ложку. А потом доверительно шепнула космонавту: «Я сама не знаю, как ими пользоваться. Мне лакеи подают то, что нужно…» После приема Елизавета сфотографировалась с гостем, нарушив этикет (тот был простолюдином) и оправдалась тем, что в своем полете он стал «небесным человеком», который выше всех сословий.

В поездках по Лондону автомобиль с Гагариным окружали тысячи людей, жаждущих увидеть «майора Гага» и сфотографироваться с ним. Часто у него отрывали пуговицы, как желанный сувенир, и каждый вечер в гостинице он аккуратно пришивал новые. Множество девиц рвались поцеловать его, и медсестра Оливия Брайден, которой это удалось, с восторгом восклицала: «Я вошла в историю – я первая английская девушка, которая его поцеловала!»

Сообщая об этом, лондонский Herald Journal негодовал: «Гагарин не кто иной, как солдат коммунизма. Но для британцев, похоже, не имеет значения то, что он почтет за честь сбросить на них водородную бомбу <…> и обратит в рабство даже ту молоденькую медсестру, которая в порыве инфантильного энтузиазма поцеловала его». Но подобные внушения никак не мешали толпам людей приветствовать героя в Англии, Канаде, Бразилии, а тем более на революционной Кубе, где Фидель Кастро вручил ему высший орден страны.

Конечно, Гагарину, по природе скромному, было нелегко вынести внезапно навалившуюся популярность, особенно общаться с журналистами, но он быстро научился отвечать им остро и изобретательно. Когда его спросили, чувствует ли он себя звездой, ответил: «Нет, я по-прежнему обычный смертный. Моя "Золотая Звезда", "Звезда" Героя Советского Союза, имеет номер 11.175. Это означает, что 11.174 человека до меня сделали что-то не менее достойное». Он научился быть галантным и говорить комплименты красоткам. Поцеловавшей его Джине Лоллобриджиде подписал свою фотографию так: «Я был в небе, видел много звезд, но ты самая красивая из них». Потом, правда, оставил ту же фразу на фото, подаренном Брижит Бардо.

Ему приходилось напрягать все силы: интервью, встречи, возложения цветов, осмотр достопримечательностей повторялись снова и снова во Франции, Швеции, Греции, Индии, Египте, Японии… Из значительных стран космонавт не посетил только Китай, который как раз в то время рассорился с СССР, и США, соперника в космической гонке, – правда, провел в 1963-м два дня в Нью-Йорке, где вместе с первой женщиной-космонавтом Валентиной Терешковой посетил штаб-квартиру ООН. Выступая там, он назвал себя послом мира и выразил надежду, что исследование космоса объединит разные страны и позволит им избежать новой войны. Так он говорил не раз и, кажется, искренне в это верил.

Падение Икара

Гагарин мог провести в визитах и официальных мероприятиях весь остаток жизни – руководство СССР против этого совсем не возражало. Но он родился в семье, где все трудились, и хотел честно выполнять свою работу, то есть летать. Он по-прежнему входил в отряд космонавтов, участвовал (в свободное от поездок время) в тренировках, помогал учить новичков – в 1962 году в отряд набрали еще 60 человек. Поступил в Военно-воздушную инженерную академию им. Жуковского, но из-за нехватки времени окончил ее только в 1968-м. Стал полковником, депутатом Верховного Совета, членом ЦК ВЛКСМ, кавалером десятков советских и зарубежных наград. Заметно пополнел, полюбил дорогие костюмы, бильярд и охоту с членами Политбюро. Разъезжал по Москве на французском гоночном авто красного цвета (после внушения «сверху» его пришлось перекрасить в черный цвет). Посещал рестораны, где щедро угощал знакомых и угощался сам.

Понимая, как важно для Гагарина вырваться из затягивающего его безделья и вернуться к работе, Королёв обещал ему полет на новом корабле «Союз». Но в 1966 году Главный конструктор внезапно скончался во время операции, а его преемники решили, что растренированный первый космонавт не подходит для выполнения задания, и сделали его лишь дублером товарища по Первому отряду Владимира Комарова. Полет в тот раз завершился трагедией: при посадке спускаемый аппарат врезался в землю и сгорел.

Битвы звездных прагматиков: чем отличается космическая гонка XXI века от соперничества 1960-х

У Гагарина оставалась надежда на участие в лунной программе, но после смерти Королёва срок ее запуска постоянно отодвигался. Ему не позволяли летать не только на космическом корабле, но и на обычном истребителе: вдруг национальный герой погибнет? Оставалось снова и снова ездить по стране и миру, произнося бесконечные речи, перерезая ленточки. Спасаясь от надоевших объятий и автографов, он надевал темные очки, поднимал воротник, но его все равно узнавали.

Последний год он провел в бурной деятельности, будто стараясь наверстать упущенное. В процессе написания диплома увлекся космической медициной и выпустил книгу «Психология и космос». И еще более упорно, как древний Икар, рвался в небо – чтобы его допустили к полетам, подал заявку на восстановление квалификации летчика-истребителя. Первый за несколько лет полет в конце 1967 года дался ему трудно – приземлиться удалось только со второго раза. 27 марта 1968-го он вместе с инструктором Владимиром Серёгиным отправился в новый полет, ставший последним. Их МиГ-15 рухнул на луг у владимирской деревни Новосёлово. Героя с почестями похоронили у Кремлевской стены, а материалы расследования засекретили. Это породило новые мифы: что Гагарин был пьян, что он нарочно направил самолет к земле, что его гибель подстроили власти или даже инопланетяне, во владения которых он дерзко вторгся…

Как бы то ни было, смерть космонавта №1 совпала с концом эпохи «оттепели», символом которой стал его полет. В сознании советских людей мечта о покорении космоса как-то соединилась с коммунизмом, построение которого им пообещали в том же 1961 году. Но коммунизма не случилось, а космические полеты стали рутиной, не одушевленной больше гагаринской улыбкой. Разочарование оказалось так велико, что страна, разменявшая мечту на доллары, не смогла его пережить. И вспоминает теперь полет Гагарина как прекрасную утраченную юность, которую можно воспевать, но нельзя вернуть.