Наверх
11 августа 2022

Как Россия и Казахстан помогут китайскому мирному атому спасти планету

Установка купола защитной оболочки реактора на АЭС, Хайнань, Китай

©IMAGINECHINA VIA AFP/EAST NEWS

Развитие атомной энергетики – ключевой элемент новой «зеленой» стратегии Пекина. Сегодня Китай лидирует по выбросам в атмосферу парниковых газов, однако руководство страны планирует уже к середине века достичь углеродной нейтральности. И помочь достичь этой цели должен мирный атом.

Уголь – это загрязнение атмосферы, пыль, значительные площади под золоотвалы, плюс проблемы с транспортировкой топлива, что особенно характерно для Китая, где запасы угля сконцентрированы в одних районах, а электростанции и потребители – в других. Строительство гидроэлектростанций ведет к затоплению пригодных для обитания и сельского хозяйства территорий, что критично для КНР, где в дефиците и то, и другое. Есть еще альтернативная энергетика, но ее развитие ограничено малыми объемами производства и специфическими требованиями к размещению генерации. Так что остаются мирный атом и газ – именно на них и делается ставка.

Почему в Китае возник энергокризис, и какие у него будут последствия

В случае КНР у атомной энергетики перед газовой есть ряд преимуществ. По потенциалу добычи газа Китай находится на 13-м месте в мире, обладая менее чем 1,5% мировых запасов этого топлива, а это значит, что он всегда будет зависеть от зарубежных поставщиков и путей доставки газа (как газопроводов, так и морских маршрутов, по которым везется СПГ). Атомная генерация позволяет не так сильно зависеть от поставок топлива. На АЭС можно накопить запас урановой руды на несколько лет вперед, плюс сами перевозки ядерного топлива требуют всего нескольких железнодорожных вагонов или транспортных самолетов и не нуждаются в дорогостоящей и уязвимой логистической инфраструктуре.

Впрочем, и здесь Китай еще далек от выхода на полное автономное самообеспечение. Россия как поставщик передовых технологий мирного атома и Казахстан как крупнейший в мире производитель урановой руды становятся ключевыми партнерами Китая в его стремлении спасти планету от побочных продуктов своей жизнедеятельности.

История с географией

Своим рождением китайская атомная энергетика обязана Советскому Союзу. Первоначально Пекин интересовало, разумеется, атомное оружие. История ядерной программы КНР отсчитывается с 1956 года. Тогда было создано так называемое Третье министерство машиностроения (аналог советского Средмаша) и начато строительство железной дороги, соединившей, помимо прочего, казахстанский поселок Актогай, где добывалась урановая руда, с приграничной станцией Дружба (ныне Достык) и далее с китайским городом Ланьчжоу, где была построена фабрика по обогащению урана. Отсюда было недалеко до озера Лобнор, в окрестностях которого был построен первый в КНР испытательный полигон ядерного оружия. Уже в 1964-м, несмотря на разрыв с Москвой и прекращение советской научно-технической помощи, состоялось первое успешное испытание китайской ядерной бомбы.

Почему Китай отказывается сокращать свои запасы ядерного оружия

С мирным атомом в Китае дела обстояли не столь блестяще. Эта сфера развивалась намного медленнее в значительной степени как раз из-за прекратившегося сотрудничества с Советским Союзом и начавшейся в 1966 году «культурной революции». Только в 1970-м заработала первая исследовательская атомная электростанция в шанхайском «Институте № 728». Строительство первого промышленного реактора началось уже в период реформ и открытости, в 1983 году. В городе Цзясин в 100 километрах от Шанхая была создана Циньшаньская АЭС. Ее запуск произошел только в 1991 году.

К тому моменту в мире, шокированном аварией на Чернобыльской АЭС, отношение к атомной энергетике стало настороженным, а то и вовсе враждебным. Но Китай по-прежнему был атомным оптимистом. Его руководство понимало, что бурное развитие экономики требует гораздо больших объемов электроэнергии, и обеспечить их может только мирный атом. Не располагая собственными технологиями, КНР стала привлекать зарубежных подрядчиков и поставщиков оборудования. Все три мировых лидера в сфере атомной энергетики – США, Франция и Россия – начали активную работу на китайском рынке.

Установка турбины на АЭС "Циньшань", июнь 1989 года

ullstein bild/Vostock-Photo

С тех пор в Китае было построено 50 реакторов (для сравнения: у США их порядка 100, а всего в мире около 450 реакторов). Большинство атомных электростанций в КНР находятся на побережье, поскольку морская вода используется для охлаждения реакторов. По расположению АЭС можно изучать географию китайской береговой линии: станции расположены, с юга на север, в провинциях Хайнань, Гуанси, Гуандун, Фуцзянь, Чжэцзян, Цзянсу, Шаньдун и Ляонин – то есть во всех прибрежных регионах страны.

Между тем почти все побережье уже занято под жилое строительство, рекреационные зоны и производство марикультуры. Поэтому новые АЭС планируется возводить и во внутренних районах КНР. Так, уже сейчас строятся энергоблоки в провинциях Хэбэй, Хубэй и Цзянси. В будущем станции появятся практически во всех регионах Китая.

К середине века Китай планирует довести число реакторов до 120, что позволит ему стать крупнейшим потребителем ядерной энергии. Сейчас КНР занимает третье место в мире после США и Франции. Однако главный показатель для Китая – не общее производство атомной энергии, а доля атомной генерации в структуре электроэнергетики. Сейчас она составляет всего 5% (у Франции 70%, у России и США – почти по 20%), и, конечно, такими объемами уголь заменить нельзя.

Россия вам поможет

Но ситуация будет меняться по мере ввода в строй новых электростанций. На двух из них работает российская компания «Атомстройэкспорт» – «дочка» «Росатома» и один из крупнейших подрядчиков строительства атомных объектов в мире (например, АЭС в Узбекистане строит тоже она).

Из-за чего Китай оказался на грани экологической катастрофы?

Сотрудничество с Москвой в сфере мирного атома возобновилось еще в далеком 1992 году, когда было подписано соответствующее межправительственное соглашение. Его реализация – яркий пример того, насколько долгосрочными бывают проекты в атомной энергетике. Только в 1997-м с «Атомстройэкспортом» был заключен контракт на строительство АЭС вблизи города Ляньюньган (провинция Цзянсу). В 1999 году началось строительство. В 2006-м были сданы и подключены к сети энергоблоки первой очереди. Всего же на данный момент построено и запущено шесть энергоблоков, а в целом план строительства Тяньваньской АЭС предусматривает запуск восьми энергоблоков. Строительство четвертой очереди (7-й и 8-й энергоблоки) было запущено в мае 2021-го, уже в период пандемии коронавируса (в торжественной церемонии посредством видеомоста приняли участие Владимир Путин и Си Цзиньпин), а завершение работ намечено на 2028 год. Итого реализация проекта в общей сложности займет 36 лет.

Второй объект, создание которого ведется силами российских атомщиков, – АЭС «Сюйдабао» (иногда называется «Сюдайпу») близ курортного города Хулудао в провинции Ляонин. Это самая северная атомная электростанция КНР и вторая на северо-востоке после АЭС в Даляне. Ее строительство началось еще в 2009-м силами китайских атомщиков, однако после аварии на Фукусимской АЭС в Японии строительство двух первых энергоблоков было заморожено. В 2019 году контракт на строительство 3-го и 4-го энергоблоков достался российской компании. Строительство началось в 2021-м. Ввод энергоблоков в эксплуатацию намечен на 2027–2028 годы.

В общей сложности сейчас в Китае строится 12 АЭС. По этому показателю КНР нет равных: занимающая второе место Индия строит ровно в два раза меньше – шесть энергоблоков. Причем теперь КНР уже не только обладает собственными технологиями мирного атома, но и готова их экспортировать.

Впереди планеты всей

Прорывной технологией китайского авторства стал реактор новейшего, третьего поколения «Хуалун-1» (дословный перевод: «Китайский дракон»), представляющий собой трехпетлевой водо-водяной ядерный реактор с водой под давлением. «Хуалун-1» уже используется в энергоблоках АЭС «Фанчэнган» (провинция Гуанси) и «Фуцин» (провинция Фуцзянь). Два энергоблока с этим реактором строятся в Пакистане. Наконец, буквально на днях, 2 февраля, китайские атомщики подписали контракт на строительство третьего энергоблока АЭС «Атуча» в Аргентине близ Буэнос-Айреса. Примечательно, что ранее, в 2016 году, сообщалось, что этот энергоблок будет укомплектован российским оборудованием.

Установка корпуса реактора "Хуалун-1" на АЭС "Фуцин", Фуцзянь, Китай

Lin Shanchuan/Zuma/TASS

Впрочем, и у китайцев были фальстарты в плане экспорта своего оборудования для АЭС. Так, в 2017-м появилась новость, что КНР и Кения заключили рамочное соглашение о строительстве энергоблока с реактором «Хуалун-1». Однако позднее у африканцев изменились планы, и речь о строительстве реактора-тысячника сейчас не идет. Новые контракты на экспорт наверняка будут заключаться уже на реактор «Хуалун-2», презентация которого ожидается в 2024 году.

Между тем КНР продолжает активные эксперименты с реакторами на быстрых нейтронах, которые значительно увеличат коэффициент полезного действия АЭС. Так, один из всего трех строящихся в мире реакторов на быстрых нейтронах расположен на АЭС «Сяпу» в провинции Фуцзянь.

Для Китая это будет второй реактор на быстрых нейтронах после запущенного в 2011 году экспериментального реактора, построенного недалеко от Пекина при помощи российских атомщиков из ОКБ «Гидропресс», ОКБ имени Африкантова и Курчатовского института. Топливо для обоих реакторов поставляет российская компания ТВЭЛ, «дочка» «Росатома».

А вот в чем КНР точно впереди планеты всей, так это в экспериментах по промышленному извлечению урана из морской воды – пока, правда, не слишком удачных по соотношению затрат и результата. Впрочем, занимаются этим китайцы не от хорошей жизни. Планы по созданию крупнейшей в мире атомной генерации утыкаются в одно простое препятствие – недостаток в Китае урановой руды.

Урановая (не)зависимость

По имеющимся расчетам, к 2035 году ежегодная потребность Китая в уране составит не менее 35 тыс. тонн. С имеющимися запасами урана на уровне 170 тыс. тонн все местное сырье будет израсходовано за пять лет. В итоге Китай окажется полностью зависимым от импортных поставок, и эта перспектива его совершенно не радует.

Сейчас главные поставщики урана в Китай – Казахстан, Канада и Австралия. С двумя последними Пекин, как назло, рассорился, так что вся ответственность за светлое будущее китайского мирного атома ложится на Казахстан.

Обогнав в 2009 году Канаду, Казахстан с тех пор остается чемпионом по добыче урана. Сейчас он добывает около 40% мирового объема урановой руды (но по потенциальным запасам уступает Австралии, которая находится на первом месте в мире с показателем 28%). В 2020-м добыча урана в Казахстане составила 19 000 тонн, тогда как у Китая только 1885 тонн, а у России – 2885 тонн (причем почти вся она добывается в Забайкальском крае, в городе Краснокаменск). При этом Казахстан, обладая столь мощной добывающей промышленностью, не имеет собственных атомных электростанций, и весь уран отправляет на экспорт.

Оба хуже

Китай наравне с другими зарубежными партнерами Казахстана (прежде всего Россией) участвует в освоении урановых недр этой страны. На данный момент китайской корпорации CGNPC принадлежит 49% акций в капитале ТОО «Семизбай-U» (месторождения Ирколь в Кзылординской области и Семизбай в Акмолинской области) и 49% в добывающем предприятии «Орталык» (месторождения Центральный Мынкудук и Жалпак в Туркестанской области). КНР активно вкладывается в добычу урана и в других странах – например, в России (Забайкалье), а также в Намибии, Нигере и Узбекистане. И тем не менее по-прежнему находится в критической зависимости от одного поставщика – Казахстана, который поставляет 60–75% всей закупаемой КНР руды.

Эта ситуация становится реальным рычагом воздействия на Китай, у которого из-за конфликта с Западом серьезно сузилось пространство для маневра. Она же служит предметом постоянной обеспокоенности стабильностью в Казахстане. Так, мировые цены на уран уже серьезно выросли после «январского кризиса». Чтобы подстраховаться на случай возможных форс-мажоров, Китай создает стратегические запасы урана. Это доказывается анализом торговой статистики, поскольку сейчас КНР закупает у Казахстана больше, чем потребляет (например, в 2013 году было куплено 15 тыс. тонн руды при ежегодном потреблении 8 тыс. тонн).

Однако очевидно, что по мере роста атомной генерации и усиления военно-политической мощи в самом Китае желание «гарантировать» себе бесперебойные поставки стратегического сырья любым способом будет в Пекине усиливаться. И тут вряд ли получится обойтись без России, которая, во-первых, способна сбалансировать возможное давление на Казахстан, а во-вторых, может строить АЭС не только в Китае и Узбекистане (а также в Турции, Индии, Венгрии, Финляндии и Бангладеш), но и в Казахстане. Для страны, производящей больше всех в мире топлива для АЭС, это был бы логичный выбор.

Избранные статьи в telegram-канале ProfileJournal
Больше интересного на канале Дзен-Профиль