Наверх
11 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2009 года: "Алчность возвращается"

Опять стали бешено зарабатывать инвестиционные банки. Именно они. Помогли им среди прочего принятые государством меры. Теперь они извлекают выгоду из кризиса, виновниками которого сами и были. Хотя и не они одни. Растут доходы, с ними — и оклады. В случае чего риски будут переложены на налогоплательщиков.    В конце мая на общем собрании акционеров Deutsche Bank 46-летнему Аншу Джейну пришлось безмолвно и с каменной миной внимать речам дольщиков. Многие из них сильно горячились по поводу убытков, составивших 3,9 млрд евро, что есть печальный рекорд в истории почтенного учреждения. Ответственным за них называли Аншу Джейна, поскольку он в банке главный по инвестиционному бизнесу.
   Как все крупные инвестиционные банки, Deutsche Bank в годы бума не стеснялся идти на высокорискованные сделки, вел игру на собственный страх и риск — и на бумагах, которые теперь называют токсичными, поскольку они отравили балансовые отчеты многих банков.
   В то время как акционеры на общем собрании еще витийствовали о причинах и следствиях финансового кризиса, когда политики во всех странах полемизировали об ужесточении правил, которые бы установили строгие границы опасным проискам «банкиров-инвестиционщиков», Аншу Джейн увидел в кризисе новые возможности и вновь раскрутил на полную катушку сначала бизнес за счет клиентов, а затем и торговлю ценными бумагами за собственный счет.
   «В инвестиционном банковском бизнесе будет пять или шесть крупнейших глобальных игроков, — поведал английскому журналу Euromoney уже в начале мая обычно старательно избегающий публичности банкир. — Эта торговля будет приносить львиную долю доходов».
   Сегодня очевидно, что расчет его был верен. Благодаря умению Аншу Джейна выбрать момент для операций, глава Deutsche Bank Йозеф Аккерманн в прошлый вторник смог представить отчет, в котором прибыль за первое полугодие выражается десятизначным числом. Да и резервы, отложенные на бонусы работникам инвестиционного сектора банка, если верить слухам, снова вышли на миллиардные рубежи.
   По всему миру спекуляция на ценных бумагах опять набирает обороты. Многие инвестиционные банки снова получают гигантские прибыли, не опасаясь никаких рисков и завлекая кадры высокими окладами — как будто бы ничего и не произошло. Вроде бы и не именно этот стиль в бизнесе привел финансовую систему осенью прошлого года на грань пропасти и вверг мировую экономику в самый тяжелый кризис со времен Второй мировой войны.
   Только вливание колоссальных общественных средств позволило предотвратить коллапс финансовой системы: правительства поддержали попавшие в беду банки, давая им гарантии и средства на восстановление собственного капитала, эмиссионные банки триллионами закачивали в рынки наличность.
   Но едва удалось, как кажется, оставить позади самые большие опасности, как банки снова повели себя точно так же, как и до кризиса. Хуже того: благодаря государственным гарантиям, выданным финансовому сектору, и дешевым средствам, предоставленным эмиссионными банками, зарабатывать деньги банкам стало проще, чем когда-либо прежде.
   «Налогоплательщик оплачивает жетоны, которыми банки играют в казино, — совершенно откровенно, но, разумеется, на условиях анонимности, заявляет руководитель германского отдела одного из международных инвестиционных банков, — лучше не придумаешь». Государство дало гарантии таким банкам, как Hypo Real Estate, бумаги которых торговались на рынке значительно ниже номинала, и инвестиционные банки эти бумаги скупили, используя деньги, полученные от эмиссионных банков под смешные проценты, рассказывает эксперт.
   Они, как и хедж-фонды и крупные инвесторы, рассчитывают на то, что государства, учтя урок банкротства банка Lehman в сентябре прошлого года, ни одного системообразующего банка больше не отставят без поддержки.
   Действительно, вскоре банковские займы вновь стали пользоваться большим спросом, ставки на банковские займы вновь поползли вверх. Агрессивные игроки, первыми пришедшие на рынок, получили умопомрачительные прибыли. «Очень жаль, что долговые обязательства банков, являющихся кандидатами на банкротство, уже распроданы», — заявляет банкир.
   Больше всех от кризиса выиграл американский инвестиционный банк Goldman Sachs. Во втором квартале он получил рекордную прибыль в $13,8 млрд. Его трейдеры активно использовали средства, полученные от американского правительства и от Федерального резерва, занявшись спекуляциями в огромном масштабе, как какой-нибудь гигантский хедж-фонд. Показатели по торговле ценными бумагами за свой счет по сравнению с прошлым годом почти удвоились. В сфере спекуляций займами, сырьем и валютами прибыли возросли даже на 186%. Готовность главы банка Goldman Sachs Ллойда Бланкфейна рисковать продолжает расти: общая сумма рисков, на которые могут пускаться его трейдеры в течение одного торгового дня, теперь доходит до $245 млн — рекордный показатель в истории банка.
   То обстоятельство, что по ходу кризиса Goldman Sachs был понижен в статусе до уровня обычного коммерческого банка и тем самым официально утратил многие свободы, предоставляемые инвестиционным банкам, на образ мыслей сотрудников не повлияло — их менталитет остался типично хедж-фондовским. Недолго думая, банкиры зарезервировали миллиардные суммы на свои рождественские бонусы.
   «Что хорошо для Goldman Sachs, то плохо для Америки, — язвит нобелевский лауреат по экономике Пол Кругман в газете New-York Times. — Дурные манеры Уолл-стрит никуда не делись». Даже доброжелательный к бизнесу Wall Street Journal не пощадил «всех голдманов мира сего»: «Они пользуются преимуществами обоих миров — получают астрономические прибыли и имеют на случай неудачи систему гарантий и страховок как налогоплательщики».
   И самое главное: классические инвестиционные банки вообще не занимаются — или занимаются в очень небольших масштабах — тем делом, которое по традиционному представлению, собственно, и составляет банковский бизнес, то есть выдачей кредитов. На самом деле в этом бизнесе риски нередко выше, а маржа — меньше.
   А поскольку никто не может заставить банки давать кредиты, предпринимателям приходится добывать средства, выпуская займы. А на этом инвестиционные банки опять зарабатывают по-крупному, при этом вообще нисколько не рискуя.
   Безумный мир: кризис, возникший на рынках капитала, сейчас укрепляет и развивает именно рынки капитала. Эмиссия облигаций, во всяком случае, резко возросла. Только в континентальной Европе за первые шесть месяцев текущего года фирмы выпустили займов на $318 млрд, не считая облигаций банков. Это на 50% больше, чем средний показатель за последние три года.
   Подъем переживает и торговля займами — она сейчас достигла уровня, которого не отмечалось с 80-х годов. Кризис сделал рынок по-настоящему привлекательным, спрос нарастает, цены колеблются — обстановка, позволяющая прилично зарабатывать.
   Но в этой игре могут участвовать лишь очень немногие банки. Другие отстали, им приходится латать дыры в своих балансах.
   В их число входят, например, сильно пошатнувшиеся от кризиса земельные банки, а также и такой гигант, как Commerzbank/Dresdner Bank. Они в этой большой игре участвовать больше не хотят. Или не могут.
   «Коллеги просто отбывают время на рабочем месте, мотивация у них нулевая. Они просто ждут, когда представится возможность уйти в другой банк», — рассказывает один из тех, кто оказался в этой ситуации. Большинству придется ждать долго. Потому что те, кто на кризисе выиграл и поднялся — такие банки, как Goldman Sachs, JP Morgan Chase и Deutsche Bank, — новые кадры, правда, начали набирать, но им нужны исключительно люди одаренные. Скорее всего, они станут переманивать специалистов друг у друга.

{PAGE}
   «В конечном счете именно так отделяют зерна от плевел», — объясняет высокопоставленный сотрудник одного инвестиционного банка. Кто шустрее и смекалистее, тот и в кризисное время находит возможность зарабатывать, пока остальные еще не поняли, какая игра идет. Один банкир называет «сладкой жвачкой» тех, кто всегда отстает от ритма времени и кого теперь съедают те, кто посильнее.
   Когда займы или кредиты банков, а позднее и ценные бумаги промышленных концернов начали падать — а в начале кризиса речь шла всего о нескольких процентах, — сотрудники Goldman Sachs, JP Morgan Chase и Deutsche Bank почувствовали, что из-под их ног начинает уходить почва, и стали резко избавляться от балласта, не обращая внимания на потери, которые тогда были еще и не столь велики.
   Некоторые из земельных банков энергично набросились на эти бумаги, когда они стоили 90 центов за евро номинала. «Они считали, что это дешево!» — рассказывает один лондонский трейдер. Сегодня бонды и в особенности кредиты котируются все еще ниже тогдашних курсов.
   Насколько ниже, коллеги из банков-неудачников ежедневно узнают из электронной почты. Например, инвестиционный банк Merrill Lynch с помощью государства нашел спасение в объятиях Bank of America, чей отдел по сбыту рискованных кредитов каждое утро рассылает список своих предложений. Эта торговля акциями напоминает развал, на котором предлагается неходовой товар. Когда коллеги включают компьютеры, на экранах дисплеев высвечиваются обесценившиеся акции.<…>
   Банки, сегодня сами предоставляющие кредиты, оказываются в глупом положении. Их маржи намного ниже, а риски — выше. Но доступ к дешевому рефинансированию через эмиссионные банки получают и те инвестиционные банки, которые специализируются на торговле существующими кредитами. То есть те, кто только оборачивает старые деньги.
   И многие из банков, в прошлом обильно раздававшие фирмам займы, в период кризиса под давлением учреждений банковского надзора были вынуждены сократить свои кредитные портфели. При этом некоторые продажи приходится осуществлять в экстренном режиме, что позволяет лихо зарабатывать дилерам крупных банков, работающим с высокорисковыми бумагами.
   Сейчас инвестиционные банки даже вновь взялись за те сделки, которые решающим образом содействовали обрушению всей системы. Например, JP Morgan опять получает рекордные доходы. В 90-е годы этот нью-йоркский финансовый концерн разработал конструкцию, названную кредитным дефолтным свопом (Credit Default Swaps — CDS). Это был новый вариант деривата. И именно он взорвал в прошлом году мировую экономику. Тем не менее JP Morgan еще в марте держал дериватов на сумму $81 трлн и занимал ими большую часть рынка.
   Инвестиционные банки продолжают отлично зарабатывать на том, что помогают своим крупным клиентам и далее совершать сделки с дериватами over the counter — вне официальной биржи, остающиеся практически вне контроля биржевого надзора. Глава банка Джеми Даймон яростно сопротивляется любым попыткам Вашингтона взять эти взрывоопасные продукты под контроль.
   Нельзя допустить, чтобы какое-либо финансовое учреждение когда-нибудь вновь превратилось в гиганта, способного в случае банкротства потянуть за собой в пропасть целые рынки. Это стало главным уроком катастрофы, случившейся с Citigroup и AIG. Тогда возник оборот too big to fail — «слишком крупный, чтобы обанкротиться». Сегодня о таких проблемах на Уолл-стрит практически забыли, JP Morgan слывет благополучным концерном, уверенно управляющим своим портфелем дериватов на $81 трлн. Комментарий экономического журнала Forbes: «Уолл-стрит не извлекает уроков».
   Снова возник интерес к продуктам, еще недавно проходившим по категории «бомба замедленного действия», таким как обеспеченные долговые обязательства (Collateralized Debt Obligations — CDO). Вновь стали «переуступать долги», что еще недавно считалось предосудительной операцией. Как если бы ничего и не было, Morgan Stanley снова увязывает обесценившиеся CDO в один пакет с другими обязательствами, создавая новые «ценные бумаги», некоторые из которых, как говорят, должны получить у агентства Moody’s желанный рейтинг ААА.
   «Говорят, дериваты вышли из моды. Но мы их производим все больше и со все растущей прибыльностью», — заявляет один из руководителей Deutsche Bank, Аншу Джейн. По его словам, составные продукты находят наилучший спрос. Встревоженные клиенты именно в кризисные времена стараются обезопасить себя от рисков любого рода — и валютных, и связанных с процентными ставками.
   Правда, не всем инвестиционным банкам удается добиться успеха. Bank of America, крупнейшее финансовое учреждение в США, представил отчет, по которому его прибыль сократилась в сравнении с предыдущим кварталом на 24%. Глава Morgan Stanley Джон Мак вынужден был даже заявить об отрицательном балансе. Citigroup продолжает бороться с тем, что множество кредитов не возвращается в срок.
   Но в целом депрессия и стыд за грехи прошлого позади. Новый лозунг: «Мы вернулись!» Те, кто выжил в кризисе, рассматривают поредевшие ряды конкурентов как свой исторический шанс и пользуются им. «На пляже осталось всего несколько парней, поэтому теперь все девчонки — их!» — так объясняет ситуацию в беседе с Wall Street Journal профессор экономики Рой Смит, некогда сотрудничавший с Goldman Sachs.
   Deutsche Bank теперь тоже стал членом олигополии крупных инвестиционных банков, на который не отваживаются поднять руку политики из крупных промышленных стран. Банк набирает очки, эмитируя займы и уже пять лет лидирует на мировом валютном рынке. Его доля на рынке достигла 21%. Аншу Джейн считает, что ее больше не следует наращивать, ведь клиенты и в будущем будут заинтересованы в том, чтобы иметь выбор.
   К числу парней, которым на большинстве пляжей больше не разрешают появляться, относится Commerzbank. Это произошло до некоторой степени по его собственной воле. Купив в начале года Dresdner Bank, он переключился на стратегию снижения рисков. Но второй по размерам банк Германии стал в нарастающем темпе терять специалистов, необходимых для ведения по-настоящему прибыльного бизнеса. Политики настояли на том, чтобы Commerzbank установил верхний предел окладов для сотрудников. «Кто не способен платить больше 500 тыс. евро, вряд ли сможет оставаться конкурентоспособным в инвестиционном бизнесе», — считает Тим Цюльке, партнер компании Indigo Headhunters, занимающейся поиском и вербовкой талантов.
   Во многих финансовых учреждениях оклады снова стали стремительно расти. Даже Citigroup, сильно потрепанная кризисом, намерена повысить своим служащим ставки на 50% — в порядке компенсации за скромные бонусы. И это на фоне того, что американское государство выделило на спасение банков десятки миллиардов долларов.
   Да и другие банки — например, UBS и Morgan Stanley — существенно повысили базовые оклады. Кому на 30%, а кому и на 60%.
   В целом по отрасли в этом году доходы работников банков вырастут на 20-30%, как явствует из прогноза консалтинговой фирмы Johnson Associates. А сотрудникам Goldman Sachs, если ничего не случится, светит даже средний доход к концу года в размере $770 тыс. — и это будет рекордом для банка за всю его историю.
   А ведь всего несколько месяцев назад главы правлений с Уолл-стрит сидели на слушаниях в Конгрессе забитые и подавленные и безропотно выслушивали гневные тирады из уст депутатов.
   Сегодня вновь обретшие веру в себя банкиры без всяких угрызений совести организуют сопротивление против намерений правительства усилить контроль над деятельностью банков.
   На недавних слушаниях представители финансовой отрасли, правда, громко восхваляли деятельность Белого дома в целом. Представитель Американской банковской ассоциации заявил: «Нужны перемены». Ему вторил представитель Ассоциации банковских клиентов: «Мы одобряем курс на прозрачность, простоту, корректность и ответственность».
   Но от конкретных мер правительства Уолл-стрит не в восторге. Более жесткого контроля он не желает допустить даже в отношении дефолтных свопов по кредитам, непосредственно вызвавших «инфаркт» финансовых рынков. JP Morgan и Goldman Sachs вместе с партнерами создали лоббистскую группу «Консорциум дилеров дефолтных свопов», задача которой — не допустить решительного вмешательства государства.
   Поэтому натужные попытки подкорректировать имидж банкиров с Уолл-стрит так, чтобы они ассоциировались не с ненасытностью, а с чувством ответственности, в ближайшее время успеха не принесут. Хотя некоторым финансистам от возрождения прежних нравов в отрасли становится не по себе.
   «Несколько лет назад инвестиционные банки обогащались за счет денег своих клиентов, — размышляет один из бывших лидеров отрасли. — Когда этот ресурс показался слишком мелким, они взялись за деньги своих акционеров. А теперь они добрались до самой крупной кормушки, какую в мире только можно отыскать, — до денег налогоплательщиков».

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK