Наверх
15 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2000 года: "Альфред ХичКох"

На российских политических подмостках вновь появился почти забытый персонаж — приватизатор, писатель, фигурант одного уголовного дела и просто мужчина приятной наружности Альфред Кох. И хотя сам Альфред Рейнгольдович еще не совсем понял, в каком жанре ему предстоит выступить, задачи перед ним, новым главой концерна «Газпром-медиа», поставлены самые что ни на есть политические.Еще несколько месяцев назад на это назначение никто бы и не обратил внимания. Холдинг «Газпром-медиа» отнюдь не является основным игроком на рынке mass-media, и главное его достояние — 30% акций НТВ. Остальные входящие туда СМИ — телерадиокомпания «Прометей-АСТ», «Открытое радио», несколько отраслевых газовых журналов и полсотни региональных газет — политического веса никогда не имели.
Было время, когда всякий порядочный монополист и тем более «олигарх» считал своим долгом покупать прессу. Но толку, в отличие от приватизации какого-нибудь нефтеперерабатывающего комбината, из этого не выходило никакого.
Так что Альфреду Коху, приглашенному на «Газпром-медиа» в качестве «эффективного менеджера» и призванному заняться приведением холдинга в божеский вид, не позавидуешь: это местечко явно не синекура. Прежние попытки раскрутить холдинг не удались. В результате к декабрю 1998 года в недрах газового монополиста вызрело решение о ликвидации холдинга.
По достоверным слухам, новую жизнь в «Газпром-медиа» вдохнул министр печати Михаил Лесин. Рассказывают, что именно у него, сопровождавшего президента во время мартовского визита в штаб-квартиру «Газпрома», Вяхирев попросил профессионального совета: как поступить с разросшейся и бесполезной медиа-империей? Вопрос прозвучал не случайно: уже тогда на Вяхирева «давила» кремлевская администрация, а сам газовый магнат устал лично отвечать за все, что происходит между «Газпромом» и «Медиа-МОСТом».
Итог: 30 мая, незадолго до скандала вокруг Гусинского, внеочередное собрание акционеров газового медиа-холдинга отменило решение о ликвидации газпромовского холдинга. А десять дней спустя в кабинете министра печати узким келейным советом был избран новый директорат «Газпром-медиа» — и у руля встал писатель Альфред Кох, один из главных авторов книги «История приватизации в России (Распродажа советской империи)». Этим литературные заслуги нового медиа-магната пока исчерпываются, и тем не менее назначение трудно назвать случайным.
Впрочем, обо всем по порядку.
Летопись огненных лет

Альфред Кох — потомок немецких колонистов, переехавших в Россию во времена Екатерины II по ее приглашению. В 1941-м все немцы, проживавшие на территории СССР, были переселены в Восточный Казахстан, где 25 февраля 1961 года и родился наш герой. Обратим внимание, что ровно в том же месте и почти в то же время появился на свет другой представитель репрессированного народа — Герман Греф, похожий на Коха даже внешне: плотный, аккуратный, ироничный. Путину нравятся немцы, сказывается, видимо, долгая работа в Восточной Германии…
Восьми лет от роду Альфред вместе с родителями переехал в Тольятти и после окончания там средней школы поступил в Ленинградский финансово-экономический институт на факультет экономической кибернетики. В alma mater Кох учился на одном курсе с другим героем приватизационной эпохи — Михаилом Маневичем, который сыграл потом не последнюю роль в становлении карьеры нашего героя. Еще одно эпохальное для Коха знакомство — с Анатолием Чубайсом — состоялось в аспирантуре.
— Был у меня друг, Миша Дмитриев,— вспоминает Кох.— Я обратился к нему с вопросом, кто бы мог написать отзыв на мою диссертацию. Но только чтобы не отписался, а прочел, не поленился. «Есть такой человек,— сказал он и познакомил меня с Чубайсом, который тогда уже был кандидатом наук и преподавал в инженерно-экономическом институте».
Чубайс действительно не поленился, внимательно прочел и отзыв дал самый лестный. А вскоре Кох с Чубайсом стали не разлей вода. Дружба окрепла на перестроечных дрожжах — в питерском Клубе перестройки, организованном Чубайсом, и на прочих политических тусовках, которые сам Альфред Рейнгольдович без ностальгии, скорее, с иронией называет «перестроечными сборищами».
После аспирантуры Кох распределился младшим научным сотрудником в лабораторию расходования и нормирования материалов ЦНИИ «Прометей», но уже через год перешел в политехнический институт преподавать экономику. Теоретические занятия были для него на тот момент предпочтительнее: полусоциалистическая экономика здорово-таки отставала от его воззрений.
Когда в скором времени объявили конкурс на замещение вакантной должности председателя горисполкома Сестрорецка, Кох подал документы и победил. Депутатов местного совета, рассматривавших кандидатуры, он расположил к себе схемой перспективного развития города: что-что, а писать концепции Кох умеет. Его утвердили, но схему внедрить так и не успели: через год Коха пригласили на повышение, в мэрию Ленинграда, заместителем председателя Комитета по управлению городским имуществом. Не забудем, что через КУГИ, где работал тогда Михаил Маневич, прошел в свое время и Греф.
Приватизация от А до Я

Считается, что питерская приватизация началась именно с Коха. Рассказывают, будто это он с сотрудниками составлял первый список предприятий по телефонному справочнику, ибо реестра еще не было. Так Кох приватизировал в Питере все — от А до Я. С его легкой руки были разгосударствлены крупные торговые предприятия, проданы пакеты акций ЛОМО, «Балтики», Кировского завода, «Гостиного двора» и т.д.
Позже Кох хотел заменить инвестиционные конкурсы денежными аукционами: инвестпакеты должны были продаваться за большие деньги, которые затем распределялись бы между бюджетом и предприятием «по справедливости». Обосновывался такой радикальный шаг тем, что практика показала низкую эффективность инвестторгов: они зачастую вырождались в продажу пакета по дешевке своим людям — протеже КУГИ или директора предприятия.
В Смольном Коха вспоминают до сих пор. И любят. Сотрудники ценили его простоту — припечатать соленым словцом Альфред Рейнгольдович мог не только нерадивого подчиненного, но и себя, любимого. Эта особенность Коха проявилась и в одном из его подслушанных телефонных разговоров, который опубликовала в свое время «желтая» московская газетка.
Самоирония, впрочем, не изменяет ему и в обстановке тотального недоброжелательства. Когда недружественные СМИ стали муссировать тему «палочки Коха», Альфред Рейнгольдович пошел дальше и назвал себя «бациллой».
Но, конечно, ругательства в лексике Коха не доминируют. Он из немногих постсоветских крупных чиновников, обладающих понятной и образной речью. На вопросы отвечает прямо, не темня, либо не отвечает вовсе. Он большой эрудит — начитан, охотно цитирует русских классиков, знает историю. В КУГИ Альфреда Коха просто боготворили. На 35-летие его поздравили факсом с многочисленными пожеланиями здоровья и успехов, сопроводив почти стихотворным постскриптумом: «С нами Бог и Кох!»
Мужчина, что мучает?

Про Коха с Чубайсом в Питере ходил анекдот. Ловят Кох и Чубайс такси на Невском проспекте. Шофер спрашивает: «Куда едем?» А они в ответ хором: «Все равно куда. Везде нужны».
Пообтершись немного в столице, Анатолий Чубайс позвал в Москву и Коха — в Государственный комитет по управлению госимуществом. Способствовало этому по меньшей мере два фактора. Во-первых, Кох хорошо зарекомендовал себя во время проведения ленинградской приватизации: как известно, ни по одному случаю судебных споров в Питере пока не возникло. Во-вторых, Кох свой, проверенный.
В госкомитете Альфред Рейнгольдович запомнился подчиненным опять-таки непосредственностью. Рассказывают, что на совещаниях, когда кто-нибудь из подчиненных долго не мог изложить проблему и терпение Коха лопалось, он произносил свою коронную фразу: «Мужчина, короче, что мучает?»
В Москве, однако, демократичного либерала начали преследовать скандалы. Сначала его называли человеком Чубайса (что, в общем-то, не так далеко от истины), потом обвинили в дружбе с Потаниным и «подсуживании» «олигарху». Но это так, цветочки: кого у нас не называли человеком Чубайса? Ельцина и то не миновала чаша сия… Ельцин, кстати, к Коху благоволил. Благодаря залоговым аукционам (как годом раньше благодаря внешним займам под огромные проценты) удалось в очередной раз расплатиться с военными, пенсионерами, бюджетниками… Альфред Рейнгольдович даже сподобился президентской благодарственной грамоты буквально за две недели до отставки. Но тут-то и началось.
Кох и Нор

Есть такая знаменитая карандашная фирма — «Кохинор». В названии ее словно закодирована самая скандальная глава из жизни Коха — история с приватизацией «Норникеля».
Земля начала по-настоящему дрожать под ногами Коха во время проведения его фирменных, давно желанных залоговых аукционов — в частности, по продаже акций «Норильского никеля» и «Связьинвеста», которые достались Владимиру Потанину. А разверзлась земля, когда в 1997 году Кох оказался замешанным в «книжном скандале», получив $100 тысяч в качестве гонорара за ненаписанную книгу о приватизации в России. Этим заинтересовалась Московская прокуратура, возбудив против Коха уголовное дело. Одним из эпизодов в нем стала продажа «Норильского никеля».
Согласно материалам уголовного дела, следствие фактически доказало вину Альфреда Коха в пособничестве одному из участников залогового аукциона (Потанину) и отстранении от торгов его конкурента — ТОО «Конт». Поначалу и Кох, и Потанин, проходивший по делу свидетелем, все подобные обвинения решительно отвергали, но когда следствие предъявило аудиозаписи их телефонных переговоров, в которых Потанин подсказывал стоимость пакета акций и объяснял, как отжать конкурентов, признали, что подобные разговоры велись. Как известно, Потанин купил свои 38% «Норникеля» почти за бесценок, заплатив $170,1 млн. (при реальной стоимости предприятия $310 млн.).
Интересно, что издательство, которое заключило с Кохом книжный договор и выплатило ему гонорар,— некая швейцарская фирма Servina Trading S.A., в которой работало всего пять человек, в том числе один из сотрудников швейцарского филиала потанинского ОНЭКСИМбанка. Более того, сотрудник ОНЭКСИМа ее и возглавлял. Совпадение породило разговоры о том, что таким витиеватым способом Потанин «отблагодарил» своего попечителя на залоговом аукционе.
Едва вспыхнул скандал, Кох — тогда вице-премьер правительства и глава Госкомимущества в одном лице — тут же ушел в отставку, а критические дни решил переждать в Америке, в своем любимом Нью-Йорке. Те, кто встречался с Альфредом Рейнгольдовичем в американском мегаполисе, вспоминают, что трезвым его почти не видели. Так переживал…
Книжка-то о приватизации у Коха все-таки вышла. В Америке. Имела успех столь громкий, что Альфред Рейнгольдович даже дал несколько интервью, в том числе русскоязычной радиостанции WMNB. Его давний противник и неутомимый гонитель Александр Минкин это интервью опубликовал. Многих тогда смутил крайне пессимистичный взгляд Коха на возможность делать бизнес в России. И на судьбу страны в целом. Многим не понравилось, что свой горький прогноз насчет российского будущего (превращение в сырьевой придаток, в страну «третьего мира» и пр.) Кох излагал, смеясь. Подумаешь! Это же был горький смех, типа как у Гоголя… Да и кто из нас не ведет подобных разговоров? Только прослушивают не всех…
Но, к счастью, гроза миновала. И хотя по материалам следствия вина Коха доказана (в результате его «профессиональных» действий государство недополучило в казну как минимум $140 млн.), уголовное дело в отношении Альфреда Рейнгольдовича было прекращено вследствие амнистии. Сейчас Кох только пожимает плечами: «Не случись амнистии, я бы с удовольствием сходил в суд».
А что до Потанина… На вопрос, в каких он отношениях с «олигархом», Кох флегматично прикрывает глаза: «Ни в каких. Полгода уже не созваниваемся». И кажется, его совсем не трогает недавний возврат прокуратуры к аукциону по продаже «Норильского никеля». Потанину было предложено внести те самые $140 млн., недоплаченных, по мнению Генпрокуратуры, при приватизации предприятия. Но Кох ему здесь не помощник…
Среди бизнесменов говорят, что причины обижаться на Потанина у Альфреда Коха действительно были. Во-первых, Владимир Олегович якобы не выполнил джентльменское соглашение, заключенное товарищами во время продажи «Норникеля», и гонорар Коха за «отеческую поддержку» оказался существенно ниже предполагавшегося. А во-вторых, предъявленные Потанину на допросах злополучные записи телефонных разговоров требовали фоноскопической экспертизы, но только вроде бы нервы у Владимира Олеговича сдали раньше и он сразу же признался. Поэтому, мол, и не мог Кох, рекрутированный сегодня властью и вновь почуявший в себе тяжеловесную мощь, оставить этот вопрос без внимания.
Возвращение блудливого сына

Скандал несколько подкосил позиции Коха — почти на два года он выпал из публичной политики. Было известно только, что экс-глава Госкомимущества возглавил фирму «Монтес Аури», собственником которой он не является, туда его пригласили акционеры. Впрочем, кремлевские чиновники вообще обычно не знают проблем с трудоустройством, приглашать их в советы директоров стало хорошим тоном…
Говорят, из политического небытия Коха вернул Александр Казаков — бывший заместитель главы кремлевской администрации, собрат по перу (в соавторстве с ним и еще с несколькими достойными людьми Альфред Рейнгольдович предполагал писать свою летопись русской приватизации) и нынешний вице-президент «Газпрома». Однако выбор в пользу Коха был, по всей видимости, сделан не случайно. Альфред Рейнгольдович может сколько ему хочется слагать сказки о непаханом поле работы, о реструктуризации активов холдинга, но догадаться о реальных задачах, поставленных перед ним, несложно.
Есть мнение, что уже к концу лета у НТВ должен измениться собственник: холдингу «Газпром-медиа» будет принадлежать контрольный пакет оппозиционной телекомпании — 52%. Прочее же достанется иностранным держателям. Единственное, что удивило Альфреда Рейнгольдовича, когда мы попросили его прокомментировать это предположение,— слово «иностранные».
Интересно, что предложение возглавить холдинг Кох получил в начале громкой истории с «Медиа-МОСТом, стартовавшей, как мы помним, с изъятия в службе безопасности МОСТа материалов слежки и прослушки на многих высокопоставленных чиновников и бизнесменов. Желающие могут с ними ознакомиться на интернетовском сайте fbl.ru (данная ссылка не является скрытой рекламой и продиктована исключительно заботой о читателе, который должен же представлять, что такое настоящая свобода слова в понимании нашей оппозиции!). Альфред Рейнгольдович представлен в этой антологии самым живописным образом.
Кох не отрицает, что после «Связьинвеста», проданного не МОСТу, а Потанину, Гусинский его терпеть не может. Компромат же, размещенный на сайте, он комментирует сдержанно: «Довольно профессиональная смесь лжи и правды. Не секрет, что служба МОСТа хорошо работает. Поэтому смысла публично реагировать нет. Тем более они сами отрицают, что за мной следили».
И действительно отрицают. Создается впечатление, что служба безопасности «Медиа-МОСТа занимается исключительно правозащитой.
Битва бобра с ослом

Общеизвестно: в сегодняшней российской политике невозможно быть на чьей-то стороне. Борется плохое с отвратительным. Как и все единомышленники Чубайса, Альфред Рейнгольдович не обременен интеллигентской рефлексией и в интересах дела готов решительно заглушить писк совести. Но и оппоненты его далеко не ангелы — хотя иногда вынуждены прислушиваться к распоряжениям сверху.
Взять, к примеру, откат со стороны государства в деле Гусинского: само дело прекращено, опальному «олигарху» разрешили вылететь в Испанию, снят арест с его имущества…
Объясняют это по-разному: Запад надавил, евреи возмутились, прокуратура не смогла ничего накопать… Последнее, конечно, вряд ли: накопать у нас, по меткому выражению Березовского, можно на всех, кто в последние десять лет не спал на печи. Да и президент наш в последнее время смотрит все больше на Восток. Так что вероятнее всего прозаический вариант: договорились. Гусинский перестает мешать Путину строить новую Россию, Путин перестает мешать Гусинскому делать свой маленький гешефт на новейших информационных технологиях.
А возможно, что и влияние Владимира Александровича на НТВ будет несколько ограничено. Именно этот вариант как будто и призван осуществить Альфред Рейнгольдович.
Так ли это, мы скоро узнаем. Одно несомненно: на декоративных ролях Кох не был никогда. А сотрудники НТВ могут, по всей видимости, не беспокоиться: даже если их новым хозяином вдруг (чего на свете не бывает!) окажется наш герой, проблем с зарплатой не будет точно. Не знаем, какой он медиа-магнат. Но менеджер проверенный.

ИННА ЛУКЬЯНОВА

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK