Наверх
22 января 2022
Без рубрики

Архивная публикация 2000 года: "Альфред ХичКох"

На российских политических подмостках вновь появился почти забытый персонаж -- приватизатор, писатель, фигурант одного уголовного дела и просто мужчина приятной наружности Альфред Кох. И хотя сам Альфред Рейнгольдович еще не совсем понял, в каком жанре ему предстоит выступить, задачи перед ним, новым главой концерна "Газпром-медиа", поставлены самые что ни на есть политические.Еще несколько месяцев назад на это назначение никто бы и не обратил внимания. Холдинг "Газпром-медиа" отнюдь не является основным игроком на рынке mass-media, и главное его достояние -- 30% акций НТВ. Остальные входящие туда СМИ -- телерадиокомпания "Прометей-АСТ", "Открытое радио", несколько отраслевых газовых журналов и полсотни региональных газет -- политического веса никогда не имели.

Было время, когда всякий порядочный монополист и тем более "олигарх" считал своим долгом покупать прессу. Но толку, в отличие от приватизации какого-нибудь нефтеперерабатывающего комбината, из этого не выходило никакого.

Так что Альфреду Коху, приглашенному на "Газпром-медиа" в качестве "эффективного менеджера" и призванному заняться приведением холдинга в божеский вид, не позавидуешь: это местечко явно не синекура. Прежние попытки раскрутить холдинг не удались. В результате к декабрю 1998 года в недрах газового монополиста вызрело решение о ликвидации холдинга.

По достоверным слухам, новую жизнь в "Газпром-медиа" вдохнул министр печати Михаил Лесин. Рассказывают, что именно у него, сопровождавшего президента во время мартовского визита в штаб-квартиру "Газпрома", Вяхирев попросил профессионального совета: как поступить с разросшейся и бесполезной медиа-империей? Вопрос прозвучал не случайно: уже тогда на Вяхирева "давила" кремлевская администрация, а сам газовый магнат устал лично отвечать за все, что происходит между "Газпромом" и "Медиа-МОСТом".

Итог: 30 мая, незадолго до скандала вокруг Гусинского, внеочередное собрание акционеров газового медиа-холдинга отменило решение о ликвидации газпромовского холдинга. А десять дней спустя в кабинете министра печати узким келейным советом был избран новый директорат "Газпром-медиа" -- и у руля встал писатель Альфред Кох, один из главных авторов книги "История приватизации в России (Распродажа советской империи)". Этим литературные заслуги нового медиа-магната пока исчерпываются, и тем не менее назначение трудно назвать случайным.

Впрочем, обо всем по порядку.

Летопись огненных лет


Альфред Кох -- потомок немецких колонистов, переехавших в Россию во времена Екатерины II по ее приглашению. В 1941-м все немцы, проживавшие на территории СССР, были переселены в Восточный Казахстан, где 25 февраля 1961 года и родился наш герой. Обратим внимание, что ровно в том же месте и почти в то же время появился на свет другой представитель репрессированного народа -- Герман Греф, похожий на Коха даже внешне: плотный, аккуратный, ироничный. Путину нравятся немцы, сказывается, видимо, долгая работа в Восточной Германии...

Восьми лет от роду Альфред вместе с родителями переехал в Тольятти и после окончания там средней школы поступил в Ленинградский финансово-экономический институт на факультет экономической кибернетики. В alma mater Кох учился на одном курсе с другим героем приватизационной эпохи -- Михаилом Маневичем, который сыграл потом не последнюю роль в становлении карьеры нашего героя. Еще одно эпохальное для Коха знакомство -- с Анатолием Чубайсом -- состоялось в аспирантуре.

-- Был у меня друг, Миша Дмитриев,-- вспоминает Кох.-- Я обратился к нему с вопросом, кто бы мог написать отзыв на мою диссертацию. Но только чтобы не отписался, а прочел, не поленился. "Есть такой человек,-- сказал он и познакомил меня с Чубайсом, который тогда уже был кандидатом наук и преподавал в инженерно-экономическом институте".

Чубайс действительно не поленился, внимательно прочел и отзыв дал самый лестный. А вскоре Кох с Чубайсом стали не разлей вода. Дружба окрепла на перестроечных дрожжах -- в питерском Клубе перестройки, организованном Чубайсом, и на прочих политических тусовках, которые сам Альфред Рейнгольдович без ностальгии, скорее, с иронией называет "перестроечными сборищами".

После аспирантуры Кох распределился младшим научным сотрудником в лабораторию расходования и нормирования материалов ЦНИИ "Прометей", но уже через год перешел в политехнический институт преподавать экономику. Теоретические занятия были для него на тот момент предпочтительнее: полусоциалистическая экономика здорово-таки отставала от его воззрений.

Когда в скором времени объявили конкурс на замещение вакантной должности председателя горисполкома Сестрорецка, Кох подал документы и победил. Депутатов местного совета, рассматривавших кандидатуры, он расположил к себе схемой перспективного развития города: что-что, а писать концепции Кох умеет. Его утвердили, но схему внедрить так и не успели: через год Коха пригласили на повышение, в мэрию Ленинграда, заместителем председателя Комитета по управлению городским имуществом. Не забудем, что через КУГИ, где работал тогда Михаил Маневич, прошел в свое время и Греф.

Приватизация от А до Я


Считается, что питерская приватизация началась именно с Коха. Рассказывают, будто это он с сотрудниками составлял первый список предприятий по телефонному справочнику, ибо реестра еще не было. Так Кох приватизировал в Питере все -- от А до Я. С его легкой руки были разгосударствлены крупные торговые предприятия, проданы пакеты акций ЛОМО, "Балтики", Кировского завода, "Гостиного двора" и т.д.

Позже Кох хотел заменить инвестиционные конкурсы денежными аукционами: инвестпакеты должны были продаваться за большие деньги, которые затем распределялись бы между бюджетом и предприятием "по справедливости". Обосновывался такой радикальный шаг тем, что практика показала низкую эффективность инвестторгов: они зачастую вырождались в продажу пакета по дешевке своим людям -- протеже КУГИ или директора предприятия.

В Смольном Коха вспоминают до сих пор. И любят. Сотрудники ценили его простоту -- припечатать соленым словцом Альфред Рейнгольдович мог не только нерадивого подчиненного, но и себя, любимого. Эта особенность Коха проявилась и в одном из его подслушанных телефонных разговоров, который опубликовала в свое время "желтая" московская газетка.

Самоирония, впрочем, не изменяет ему и в обстановке тотального недоброжелательства. Когда недружественные СМИ стали муссировать тему "палочки Коха", Альфред Рейнгольдович пошел дальше и назвал себя "бациллой".

Но, конечно, ругательства в лексике Коха не доминируют. Он из немногих постсоветских крупных чиновников, обладающих понятной и образной речью. На вопросы отвечает прямо, не темня, либо не отвечает вовсе. Он большой эрудит -- начитан, охотно цитирует русских классиков, знает историю. В КУГИ Альфреда Коха просто боготворили. На 35-летие его поздравили факсом с многочисленными пожеланиями здоровья и успехов, сопроводив почти стихотворным постскриптумом: "С нами Бог и Кох!"

Мужчина, что мучает?


Про Коха с Чубайсом в Питере ходил анекдот. Ловят Кох и Чубайс такси на Невском проспекте. Шофер спрашивает: "Куда едем?" А они в ответ хором: "Все равно куда. Везде нужны".

Пообтершись немного в столице, Анатолий Чубайс позвал в Москву и Коха -- в Государственный комитет по управлению госимуществом. Способствовало этому по меньшей мере два фактора. Во-первых, Кох хорошо зарекомендовал себя во время проведения ленинградской приватизации: как известно, ни по одному случаю судебных споров в Питере пока не возникло. Во-вторых, Кох свой, проверенный.

В госкомитете Альфред Рейнгольдович запомнился подчиненным опять-таки непосредственностью. Рассказывают, что на совещаниях, когда кто-нибудь из подчиненных долго не мог изложить проблему и терпение Коха лопалось, он произносил свою коронную фразу: "Мужчина, короче, что мучает?"

В Москве, однако, демократичного либерала начали преследовать скандалы. Сначала его называли человеком Чубайса (что, в общем-то, не так далеко от истины), потом обвинили в дружбе с Потаниным и "подсуживании" "олигарху". Но это так, цветочки: кого у нас не называли человеком Чубайса? Ельцина и то не миновала чаша сия... Ельцин, кстати, к Коху благоволил. Благодаря залоговым аукционам (как годом раньше благодаря внешним займам под огромные проценты) удалось в очередной раз расплатиться с военными, пенсионерами, бюджетниками... Альфред Рейнгольдович даже сподобился президентской благодарственной грамоты буквально за две недели до отставки. Но тут-то и началось.

Кох и Нор


Есть такая знаменитая карандашная фирма -- "Кохинор". В названии ее словно закодирована самая скандальная глава из жизни Коха -- история с приватизацией "Норникеля".

Земля начала по-настоящему дрожать под ногами Коха во время проведения его фирменных, давно желанных залоговых аукционов -- в частности, по продаже акций "Норильского никеля" и "Связьинвеста", которые достались Владимиру Потанину. А разверзлась земля, когда в 1997 году Кох оказался замешанным в "книжном скандале", получив $100 тысяч в качестве гонорара за ненаписанную книгу о приватизации в России. Этим заинтересовалась Московская прокуратура, возбудив против Коха уголовное дело. Одним из эпизодов в нем стала продажа "Норильского никеля".

Согласно материалам уголовного дела, следствие фактически доказало вину Альфреда Коха в пособничестве одному из участников залогового аукциона (Потанину) и отстранении от торгов его конкурента -- ТОО "Конт". Поначалу и Кох, и Потанин, проходивший по делу свидетелем, все подобные обвинения решительно отвергали, но когда следствие предъявило аудиозаписи их телефонных переговоров, в которых Потанин подсказывал стоимость пакета акций и объяснял, как отжать конкурентов, признали, что подобные разговоры велись. Как известно, Потанин купил свои 38% "Норникеля" почти за бесценок, заплатив $170,1 млн. (при реальной стоимости предприятия $310 млн.).

Интересно, что издательство, которое заключило с Кохом книжный договор и выплатило ему гонорар,-- некая швейцарская фирма Servina Trading S.A., в которой работало всего пять человек, в том числе один из сотрудников швейцарского филиала потанинского ОНЭКСИМбанка. Более того, сотрудник ОНЭКСИМа ее и возглавлял. Совпадение породило разговоры о том, что таким витиеватым способом Потанин "отблагодарил" своего попечителя на залоговом аукционе.

Едва вспыхнул скандал, Кох -- тогда вице-премьер правительства и глава Госкомимущества в одном лице -- тут же ушел в отставку, а критические дни решил переждать в Америке, в своем любимом Нью-Йорке. Те, кто встречался с Альфредом Рейнгольдовичем в американском мегаполисе, вспоминают, что трезвым его почти не видели. Так переживал...

Книжка-то о приватизации у Коха все-таки вышла. В Америке. Имела успех столь громкий, что Альфред Рейнгольдович даже дал несколько интервью, в том числе русскоязычной радиостанции WMNB. Его давний противник и неутомимый гонитель Александр Минкин это интервью опубликовал. Многих тогда смутил крайне пессимистичный взгляд Коха на возможность делать бизнес в России. И на судьбу страны в целом. Многим не понравилось, что свой горький прогноз насчет российского будущего (превращение в сырьевой придаток, в страну "третьего мира" и пр.) Кох излагал, смеясь. Подумаешь! Это же был горький смех, типа как у Гоголя... Да и кто из нас не ведет подобных разговоров? Только прослушивают не всех...

Но, к счастью, гроза миновала. И хотя по материалам следствия вина Коха доказана (в результате его "профессиональных" действий государство недополучило в казну как минимум $140 млн.), уголовное дело в отношении Альфреда Рейнгольдовича было прекращено вследствие амнистии. Сейчас Кох только пожимает плечами: "Не случись амнистии, я бы с удовольствием сходил в суд".

А что до Потанина... На вопрос, в каких он отношениях с "олигархом", Кох флегматично прикрывает глаза: "Ни в каких. Полгода уже не созваниваемся". И кажется, его совсем не трогает недавний возврат прокуратуры к аукциону по продаже "Норильского никеля". Потанину было предложено внести те самые $140 млн., недоплаченных, по мнению Генпрокуратуры, при приватизации предприятия. Но Кох ему здесь не помощник...

Среди бизнесменов говорят, что причины обижаться на Потанина у Альфреда Коха действительно были. Во-первых, Владимир Олегович якобы не выполнил джентльменское соглашение, заключенное товарищами во время продажи "Норникеля", и гонорар Коха за "отеческую поддержку" оказался существенно ниже предполагавшегося. А во-вторых, предъявленные Потанину на допросах злополучные записи телефонных разговоров требовали фоноскопической экспертизы, но только вроде бы нервы у Владимира Олеговича сдали раньше и он сразу же признался. Поэтому, мол, и не мог Кох, рекрутированный сегодня властью и вновь почуявший в себе тяжеловесную мощь, оставить этот вопрос без внимания.

Возвращение блудливого сына


Скандал несколько подкосил позиции Коха -- почти на два года он выпал из публичной политики. Было известно только, что экс-глава Госкомимущества возглавил фирму "Монтес Аури", собственником которой он не является, туда его пригласили акционеры. Впрочем, кремлевские чиновники вообще обычно не знают проблем с трудоустройством, приглашать их в советы директоров стало хорошим тоном...

Говорят, из политического небытия Коха вернул Александр Казаков -- бывший заместитель главы кремлевской администрации, собрат по перу (в соавторстве с ним и еще с несколькими достойными людьми Альфред Рейнгольдович предполагал писать свою летопись русской приватизации) и нынешний вице-президент "Газпрома". Однако выбор в пользу Коха был, по всей видимости, сделан не случайно. Альфред Рейнгольдович может сколько ему хочется слагать сказки о непаханом поле работы, о реструктуризации активов холдинга, но догадаться о реальных задачах, поставленных перед ним, несложно.

Есть мнение, что уже к концу лета у НТВ должен измениться собственник: холдингу "Газпром-медиа" будет принадлежать контрольный пакет оппозиционной телекомпании -- 52%. Прочее же достанется иностранным держателям. Единственное, что удивило Альфреда Рейнгольдовича, когда мы попросили его прокомментировать это предположение,-- слово "иностранные".

Интересно, что предложение возглавить холдинг Кох получил в начале громкой истории с "Медиа-МОСТом, стартовавшей, как мы помним, с изъятия в службе безопасности МОСТа материалов слежки и прослушки на многих высокопоставленных чиновников и бизнесменов. Желающие могут с ними ознакомиться на интернетовском(данная ссылка не является скрытой рекламой и продиктована исключительно заботой о читателе, который должен же представлять, что такое настоящая свобода слова в понимании нашей оппозиции!). Альфред Рейнгольдович представлен в этой антологии самым живописным образом.

Кох не отрицает, что после "Связьинвеста", проданного не МОСТу, а Потанину, Гусинский его терпеть не может. Компромат же, размещенный на сайте, он комментирует сдержанно: "Довольно профессиональная смесь лжи и правды. Не секрет, что служба МОСТа хорошо работает. Поэтому смысла публично реагировать нет. Тем более они сами отрицают, что за мной следили".

И действительно отрицают. Создается впечатление, что служба безопасности "Медиа-МОСТа занимается исключительно правозащитой.

Битва бобра с ослом


Общеизвестно: в сегодняшней российской политике невозможно быть на чьей-то стороне. Борется плохое с отвратительным. Как и все единомышленники Чубайса, Альфред Рейнгольдович не обременен интеллигентской рефлексией и в интересах дела готов решительно заглушить писк совести. Но и оппоненты его далеко не ангелы -- хотя иногда вынуждены прислушиваться к распоряжениям сверху.

Взять, к примеру, откат со стороны государства в деле Гусинского: само дело прекращено, опальному "олигарху" разрешили вылететь в Испанию, снят арест с его имущества...

Объясняют это по-разному: Запад надавил, евреи возмутились, прокуратура не смогла ничего накопать... Последнее, конечно, вряд ли: накопать у нас, по меткому выражению Березовского, можно на всех, кто в последние десять лет не спал на печи. Да и президент наш в последнее время смотрит все больше на Восток. Так что вероятнее всего прозаический вариант: договорились. Гусинский перестает мешать Путину строить новую Россию, Путин перестает мешать Гусинскому делать свой маленький гешефт на новейших информационных технологиях.

А возможно, что и влияние Владимира Александровича на НТВ будет несколько ограничено. Именно этот вариант как будто и призван осуществить Альфред Рейнгольдович.

Так ли это, мы скоро узнаем. Одно несомненно: на декоративных ролях Кох не был никогда. А сотрудники НТВ могут, по всей видимости, не беспокоиться: даже если их новым хозяином вдруг (чего на свете не бывает!) окажется наш герой, проблем с зарплатой не будет точно. Не знаем, какой он медиа-магнат. Но менеджер проверенный.

ИННА ЛУКЬЯНОВА

Оперативные и важные новости в нашем telegram-канале Профиль-News
Больше интересного на канале Дзен-Профиль
Самое читаемое