Знаменитый баритон Дмитрий Хворостовский встретил свою будущую жену на сцене. Герой Хворостовского по уши был влюблен в героиню певицы Флоранс Илли. Театральный сюжет оказался пророческим.
Флоранс Илли-Хворостовcкая: Заговорила, конечно. И лет до пяти даже подумать не могла, что моя жизнь будет связана с музыкой. Я ведь не из музыкальной семьи. Мои родители (отец - француз, мама - итальянка) занимаются антиквариатом. Как-то папа решил, что его дочке полезно будет знать сольфеджио - просто для общего развития, а потом это приводит мозги в порядок. Мне нотная грамота так понравилась, что через два года в нашем доме в Женеве появилось фортепиано. Я закончила консерваторию в Женеве, после этого училась в оперной школе Лье во Франции.
Н.Щ.: А в Швейцарии, где вы родились, принято петь за столом на семейных праздниках?
Ф.И.-Х.: Нет, что вы! Это чисто русская привычка, которая, кстати, мне очень симпатична.
Н.Щ.: А выйдя замуж за русского, вы начали дома петь?
Ф.И.-Х.: Иногда, конечно, поем дуэтом с Димой. Но только для себя или если близкие друзья попросят. Колыбельную поем для нашего малыша. Но чтобы затянуть протяжную песню под конец застолья - нет, так все-таки не бывает.
Н.Щ.: Когда вы первый раз услышали, как поет Дмитрий?
Ф.И.-Х.: В 99-м году, в Женеве. В Гранд-театре Дима пел Дон Жуана. А я играла роль одной, как бы это сказать... одной из его герл-френд. Мы, согласно задумке режиссера, поцеловались на сцене. Это был волшебный поцелуй! Думаю, с него все и началось.
Н.Щ.: Дмитрий красиво ухаживал?
Ф.И.-Х.: Потрясающе красиво. Он романтик, очень чувственный и чувствующий человек. Правда, было одно обстоятельство. Когда мы встретились, Дмитрий был женат. Он мне сразу же про это сказал. Так что два года до его развода были не самыми простыми в нашей жизни. Дмитрий очень достойно себя вел.
Н.Щ.: Вы часто встречались?
Ф.И.-Х.: Всякий раз, когда была возможность. Я приезжала к Диме в Нью-Йорк или в Вену. Там мы каждую минуту были вместе. Все это было очень красиво: самые лучшие рестораны, роскошные цветы, прогулки по музеям - мы оба это очень любим. Дима познакомил меня с Паваротти, с Пласидо Доминго.
Н.Щ.: А есть разница между русскими мужчинами и швейцарскими? В том, как они ухаживают, например? 
Ф.И.-Х.: Ну откуда мне знать? Я ведь хорошо знаю только одного русского мужчину. Его зовут Дмитрий, фамилия - Хворостовский. Мне очень нравится этот русский мужчина, а про остальных говорить я не могу.
Н.Щ.: Он вам в любви на русском признался?
Ф.И.-Х.: Да. Он всегда самые нежные слова говорил именно на русском, поначалу я даже не все понимала, но догадывалась. Он меня называет Флоша - по-моему, это очень по-русски.
Н.Щ.: У русского мужчины, по идее, должна быть жена-хозяюшка. Вы этим требованиям отвечаете?
Ф.И.-Х.: Правда? Жена-хозяюшка - это интересное определение. Думаю, я ему соответствую. У меня ведь мама итальянка. Хотя я и не уверена, может ли итальянский стол поспорить с русским застольем, но то, что итальянцы любят вкусно поесть, - это факт. Я мастер в приготовлении пасты. Делаю ее с разными соусами, с томатами и моцареллой например. Вообще-то, мой муж готовит не хуже меня. Как он говорит, "я настоящий русский мужчина и должен все уметь делать сам". Дима прекрасно жарит курицу и мясо. Варит борщ и русский суп - называется, кажется, щи. И еще пельмени! Дмитрий и меня научил их делать. Дело было в Сан-Франциско. Мы с ним в четыре руки налепили около сотни пельменей. С тех пор это мое любимое блюдо. А вот ваш национальный напиток, водка, мне как-то не очень. Я предпочитаю сухое французское вино.
Н.Щ.: Дмитрию, коренному сибиряку, сам бог велел знать толк в пельменях. А вы, кстати, у него на родине, в Красноярске, были?
Ф.И.-Х.: Была однажды. Настоящее экстремальное путешествие. Я слышала, что существует стереотип: дескать, иностранцы думают, что в России всегда холодно. Наверное, они судят по Сибири. Когда мы прилетели в Красноярск, за окном было минус 45 градусов. Шубы не спасали. Честно признаться, экскурсию по городу я совершить не отважилась. Так холодно мне не было никогда в жизни.
Н.Щ.: Теплолюбивая девушка?
Ф.И.-Х.: Мы с Димой оба любим тепло, и если есть время на отдых, уезжаем на море, в Португалию или Испанию. Горные лыжи - это не про нас.
Н.Щ.: Вот мне всегда интересно, как устроен быт у человека, который работает по всему миру. Расскажите, как вы ведете домашнее хозяйство, как ждете мужа с гастролей?
Ф.И.-Х.: К сожалению, я на ваш вопрос не отвечу. Дело в том, что я не жду мужа с гастролей, а возвращаюсь с них вместе с ним. Дима говорит, что он по натуре индивидуалист и что все остальные люди, кроме меня, ему мешают.
Н.Щ.: Вы что, вообще никогда не расстаетесь?
Ф.И.-Х.: Практически нет. Даже на репетициях я сопровождаю Диму. Во-первых, как он сам говорит, я его муза. А муза должна быть рядом всегда. Во-вторых, Диму интересует мое мнение, моя оценка. "Вигмор-холл", "Карнеги-холл", "Ковент-Гарден", "Ла Скала", "Метрополитен-опера", Венский оперный театр - где бы ни выступал Дима, я рядом.
Н.Щ.: И какую оценку может дать женщина, влюбленная в мужчину?
Ф.И.-Х.: Женщина, которая, заметьте, профессионально занималась оперой. Поэтому, надеюсь, объективную оценку.
Н.Щ.: То есть дома как такового у вас нет? Ф.И.-Х.: Дом у нас есть, в Лондоне. Но дома за прошлый год мы были в общей сложности четыре недели.
Н.Щ.: Не тяжело жить в отелях?
Ф.И.-Х.: Нет, совсем не тяжело.
Н.Щ.: Из чего состоит ваш багаж?
Ф.И.-Х.: Из четырех-пяти огромных чемоданов. Сейчас, когда с нами путешествует наш малыш, чемоданов стало больше.
Н.Щ.: И что лежит в этих чемоданах?
Ф.И.-Х.: Одежда, личные вещи. Ничего особенного. Я понимаю, что это, наверное, трудно понять человеку, который от силы несколько раз в год выезжает в командировку или отпуск. Но для нас это совершенно естественный, нормальный образ жизни. График гастролей моего мужа уже сейчас расписан до 2007 года.
Н.Щ.: У Димы много поклонниц?
Ф.И.-Х.: А как вы думаете?
Н.Щ.: Ну и как вы к этому относитесь?
Ф.И.-Х.: Я счастлива и горжусь успехом своего мужа.
Н.Щ.: Флоранс, ну вы же понимаете, про что я спрашиваю?
Ф.И.-Х.: Если вы имеете в виду, не ревную ли я Диму к фанатам, то о какой ревности может идти речь, если его главный фанат - я? Разумеется, многие женщины присылают ему после концертов роскошные букеты, пишут записки о том, как они любят Дмитрия и все такое. Дима мне всегда эти письма показывает. Честно говоря, иногда мне кажется, что эти женщины немного, как бы это сказать... немного ку-ку.
Н.Щ.: Вы, как главный фанат Хворостовского, часто балуете его подарками?
Ф.И.-Х.: Мне не нравится слово "баловать". Лучше - "доставлять радость". Для этого не нужно ждать повода вроде дня рождения или Нового года.
Н.Щ.: Николетта, молодая жена коллеги вашего мужа, Паваротти, в одном из интервью говорила, что женщины в зале во время его выступления впадают в настоящий экстаз. Вы на концертах вашего мужа такое видели?
Ф.И.-Х.: Это объяснимо. Высокие мужские голоса довольно сильно воздействуют на женскую аудиторию. Дима - баритон, между басом и тенором. Хотя периодически он вставляет высокие ноты, что называется, играет с огнем. Доводит порой слушательниц до такого состояния, что они рвутся к нему в гримерную.
Н.Щ.: Во что одевается жена оперной звезды?
Ф.И.-Х.: Совершенно точно не в джинсы. Опера - это высшая красота, которой надо соответствовать. Я очень люблю "Гуччи" и "Эскаду". А Дмитрий, если он не в театре, предпочитает свободный стиль, немного даже хипповатый. Еще ему очень идет "Армани". Некоторые вещи мы заказываем у Вячеслава Зайцева. Первый фрак для Димы сшил именно он. И как говорит мой муж, этот фрак приносил ему удачу, он бы его до сих пор носил, если бы он выдержал его интенсивную творческую жизнь.
Н.Щ.: Вы спортивная девушка?
Ф.И.-Х.: Нет. Хотя обожаю плавать, правда, не в бассейне, а в море. Мне надо все-таки брать пример с мужа - он активно занимается спортом, тренируется на тренажерах, он в отличной форме, и мне надо не отставать. Сейчас мой главный спорт - это ребенок. Я с ним все время вожусь, и это лучше любой диеты.
Н.Щ.: Когда вы ждали ребенка, вы позволили себе не летать по миру с мужем?
Ф.И.-Х.: Зачем? Я была, как и обычно, рядом с Дмитрием. Летала с ним на гастроли, все как всегда.
Н.Щ.: Врачи не возражали?
Ф.И.-Х.: Нет. Это были, наверное, самые прекрасные девять месяцев в моей жизни. Я себя чувствовала превосходно. Наш малыш умница, он сделал мою жизнь счастливой, еще даже не появившись на свет.
Н.Щ.: Расскажите поподробнее. 
Ф.И.-Х.: Ему сейчас семь месяцев. Зовут Максим. Максюша. Он родился в Лондоне. Это самое большое чудо на свете. Я часто на него смотрю и поверить не могу, что это чудо мы сделали сами. Иногда просто не верю в реальность происходящего. А когда понимаю, что все это наяву, хочу прямо завтра родить еще одного ребеночка, а послезавтра - еще одного.
Н.Щ.: Голос малыш уже подает?
Ф.И.-Х.: Подает, еще какой! Говорят, что он похож на папу. Максюша очень спокойный мальчик, плакать не любит.
Н.Щ.: А какое участие в воспитании малыша принимает Дмитрий?
Ф.И.-Х.: Самое активное. Во-первых, Дима стал отцом не в первый раз, у него замечательные дети, двойняшки - сын Даниил и дочка Саша. К счастью, развод на их отношениях не сказался, Дима обожает детей. Опыт воспитания у моего мужа есть, и он мне помогает по мере возможностей.
Н.Щ.: Памперсы менять умеет?
Ф.И.-Х.: Элементарно!
Н.Щ.: Кто имя наследнику выбирал?
Ф.И.-Х.: Как-то мы с самого начала решили, что если родится мальчик, то будет Максим.
Н.Щ.: Как Максим Горький?
Ф.И.-Х.: Или как Максим Шостакович. Шучу, конечно. Просто Максим, замечательное имя, не в честь кого-то.
Н.Щ.: Не могу в завершение не задать вам традиционный русский вопрос: что такое счастье?
Ф.И.-Х.: Это любовь. Я сейчас абсолютно счастлива. Когда я встретила Диму, мне было 29 лет. Достаточно для того, чтобы перестать рассчитывать на то, что в жизни непременно должно случиться чудо. Но в моей жизни ему место нашлось.
