Наверх
20 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2003 года: "Душанбе — не бедный родственник"

В июне нынешнего года Таджикистан отмечает две даты. Одна печальная: 11 лет с начала кровопролитной гражданской войны. Другая радостная: 6 лет назад стороны противостояния подписали Общее мирное соглашение, положившее начало нелегкому процессу мирного строительства молодого государства. Министр иностранных дел Республики Таджикистан ТАЛБАК НАЗАРОВ рассказывает о том, как страна прожила эти 6 лет.Значение Душанбе как ключевого военно-политического партнера Москвы в Центральной Азии трудно переоценить. Между тем душанбинская элита уже давно выражает обеспокоенность хроническим отставанием экономики от политики. Речь вовсе не идет о какой-то благотворительности со стороны России, но о взаимовыгодных отношениях. Таджикистан отнюдь не бедный родственник. В последнее время его экономика динамично развивается, обеспечивая более 10% годового прироста ВВП. К сожалению, российский бизнес очень долго обходил стороной Центральную Азию. Ныне правительства и деловые круги обеих стран прорабатывают ряд крупных проектов. Так, «Газпром» заключил контракт с правительством Таджикистана на сейсморазведочные работы на газовых месторождениях Ренган и Саргазон. Крепнут корпоративные связи Таджикистанского алюминиевого завода с ОАО «Русский алюминий». Российские гидроэнергетики участвуют в завершении строительства Сангтудинской ГЭС. На рынок связи Таджикистана пришла российская Северо-Западная GSM. Однако, на взгляд Душанбе, инерция отставания преодолевается крайне медленно.
Таджикистан по преимуществу аграрная страна. Основой сельского хозяйства был и остается хлопок. С ним Таджикистан уверенно выходит на внешние рынки. Ныне в числе его торгово-экономических партнеров уже 66 стран. Итальянские и южно-корейские фирмы, заключая фьючерсные сделки по выращиванию хлопка, через посредников поставляют таджикский хлопок в Россию и другие страны СНГ. Правительство республики занято освоением 100 тыс. гектаров новых земель в Данганринской долине. Из Нурекского водохранилища еще в советские времена был выведен крупнейший в мире ирригационный туннель длиной 14 километров. Его пропускная способность равна 100 кубометрам в секунду, что достаточно для гарантированного орошения всего Данганринского массива. Правительство договорилось о кредитовании проекта с Азиатским банком. К сожалению, российские инвестиции в агросектор республики по-прежнему минимальны, хотя для плодоовощной продукции и хлопка таджикских колхозов Сибирь представляет собой обширнейший потенциальный рынок.
Индустриальную основу Таджикистана составляют горно-рудная, химическая промышленность и цветная металлургия. Добываются и обогащаются руды цветных и редких металлов, в частности золота, свинца, цинка, висмута, молибдена. Наибольшую значимость для экономики республики имеют заводы в Турсунзаде, Исфаре, а также Яванский электрохимический комбинат. Почти весь промышленный рост последнего времени достигнут страной за счет Таджикского алюминиевого завода, который связан с «РусАлом» давними коммерческими отношениями.
Правительство республики рассчитывает также на участие российских предприятий в освоении крупнейших в мире месторождений серебра в Канимансуре и залежей бора. Есть и другое важное стратегическое сырье, которое нужно северному соседу. По мнению Душанбе, россияне могли бы быть расторопнее и на этом направлении.
Кроме того, по абсолютным показателям запасов гидроэнергоресурсов Таджикистан занимает восьмое место в мире, а по удельным — второе. Их рачительное использование могло бы превратить страну в крупнейшего регионального экспортера электроэнергии. В Душанбе подчеркивают, что мощностей Нурекской ГЭС для этого не хватит. В 1989 году начали было строить крупную Рогунскую ГЭС на реке Вахш, но в связи с распадом СССР и гражданской войной стройка остановилась. По оценкам правительства республики, запустив Рогунскую ГЭС, страна кроме существенного расширения орошаемых площадей смогла бы попутно экономить 4 млн. тонн условного топлива в год. При нынешней межгосударственной цене на электроэнергию это обеспечило бы годовой доход от ее реализации в размере $700 млн. Инвестиции в данный энергетический проект, по расчетам правительства Таджикистана, окупились бы за 4 года. Такие инвестиции весьма выгодны для России, считают в правительстве республики: не менее 70% прибыли получит российская сторона, поставляющая технологии и металлоконструкции. Работы по достройке Рогунской и строительству Сангтудинской ГЭС уже начаты. В СО РАН разрабатываются проекты участия России в постройке гидроэлектростанций Рогунского каскада. Между правительствами России и Таджикистана идут переговоры об участии РФ в обоих проектах.
Огромное значение для Таджикистана имеет строительство Анзобского туннеля, соединяющего северный Таджикистан с основной территорией страны. Восемь месяцев в году дорога из центра на север закрыта по климатическим условиям; ходжентский регион сообщается с центром лишь с помощью авиации либо в обход, через Узбекистан. В Душанбе эту проблему считают политической: отсутствие прямого круглогодичного автомобильного и железнодорожного сообщения стимулирует сепаратизм севера и препятствует экономическому развитию страны в целом, полагают здесь. На Анзобском перевале, кстати, находится и Таджикский ГОК, занимающийся обогащением редкоземельных элементов.
Один из трех туннелей, пролегающих через Анзобский перевал, подрядилась строить российская «Балтийская строительная компания» (БСК). Однако финансирование с таджикской стороны (а следовательно, и строительство) затормозилось из-за невозможности взять кредит в размере $12—15 млн. без гарантий российского правительства либо крупного российского делового консорциума.
В Душанбе решительно отвергают разговоры о высоких страновых рисках, связанных с особенностями правящего режима. Таджикистан — единственная в СНГ страна, которая на 99% выполняет договора и соглашения, заключенные в рамках Содружества, подчеркивают здесь. Это само по себе гарантия стабильности, предсказуемости во взаимоотношениях правительства республики и иностранных инвесторов. Личной заслугой президента Таджикистана Эмомали Рахмонова является сочетание политической стабильности и весьма либерального экономического режима, отличающее эту центрально-азиатскую республику. В стране нет традиции жесткого негласного «крышевания» бизнеса властью. На ее территории работают свыше 300 совместных предприятий. Скажем, британские золотодобытчики (СП «Заровшан») работают в республике с 1992 года. Добыча золота в Таджикистане выше, чем во времена СССР.
По мнению политического руководства страны, упрочить отношения двух стран могло бы и упорядочение административного регулирования таджикской сезонной трудовой иммиграции. Чем скорее Россия и Таджикистан урегулируют эти вопросы, тем меньше будет психологических препятствий на пути крупномасштабного экономического партнерства двух стран. Деловые круги республики убеждены, что первый шаг на этом направлении должны сделать душанбинские политики, предложив Москве форсировать заключение соответствующего межправительственного соглашения.
Талбак Назаров:В Таджикистане можно видеть достойного партнера в сфере международного экономического сотрудничества.

Талбак Назаров: Как и все войны, гражданская война 1992—1997 годов в Таджикистане была поистине трагической и ничем не оправданной. В 2003 году исполнилось 11 лет с начала этих трагических событий, последствия которых еще многие годы будут давать о себе знать. Вместе с тем июнь 2003 года знаменует собой 6-ю годовщину подписания Общего соглашения о мире и национальном согласии в Таджикистане.
Сегодня, когда миновало 11 лет со дня начала гражданской войны, невольно возникает вопрос: почему гражданская война из всего постсоветского пространства нашла для себя почву именно в Таджикистане, где народ в прошлом не отличался воинственностью? К тому же следует отметить, что, в отличие от многих других конфликтов, которые возникают на межнациональной, межэтнической основе, конфликт в Таджикистане имел рецидивы иного порядка, он не был направлен против граждан других национальностей, проживавших в республике. Религиозная окраска этой войны в своей сущности носила в большей мере характер видимости. Внутренняя же логика конфликта простиралась гораздо дальше и глубже — она была связана с некоторыми геополитическими интересами внешних сил и соблазном захвата власти представителями некоторых партий и движений.
Таким образом, Таджикистан стал в регионе Центральной Азии единственной страной, пережившей ужасы полномасштабной гражданской войны, уроки которой должны стать теперь актуальными и напоминающими прежде всего таджикскому народу о его заблуждениях и податливости. Мы не должны говорить об этом уроке с позиций чувства удовлетворенности, а наоборот, обязаны напоминать будущему поколению о бессмысленности этого трагического периода в нашей истории, приведшего к невосполнимым потерям: 50 тысяч погибших, 600 тысяч перемещенных лиц, 50 тысяч эмигрантов, 60 тысяч беженцев, более 55 тысяч сирот и около 30 тысяч вдов при общей численности населения примерно в 6,2 миллиона человек.
При этом общий экономический ущерб свыше $7 млрд. впечатляет, когда его сравниваешь с нынешним объемом валового внутреннего продукта или доходами государственного бюджета страны.
Корр.: Можно ли сегодня говорить о том, что последствия войны уже преодолены?
Т.Н.: За 6 лет постконфликтного периода удалось решить такие задачи, как возвращение на прежние места жительства почти всех беженцев из Афганистана и более 200 тысяч из стран СНГ, свыше 600 тысяч внутренних перемещенных лиц. При помощи миссии УВКБ ООН восстановлено более 30 тысяч разрушенных в ходе боевых действий жилых домов, трудоустроено 135 тысяч из 140 тысяч семей, потерявших работу в результате войны, и практически все незаконно занятые жилые помещения возвращены прежним владельцам.
Мирный процесс позволил нам сосредоточить свои усилия на решении социально-экономических проблем и приступить к экономическим реформам. Сегодня мы с уверенностью можем сказать, что программа восстановления экономики, ее радикальное реформирование уже приносят положительные результаты. Об этом свидетельствует то, что в последние годы в стране наблюдаются высокие показатели экономического роста. Так, если в 1997 году рост ВВП составил 1,7%, в 1998 году — 5,3%, в 1999 году — 3,7%, то соответствующие показатели 2001 и 2002 годов— 10,2% и 9,2%.
Дело в том, что достигнутые результаты сами по себе хотя и изменили ситуацию в экономике в лучшую сторону, но пока неспособны создать существенный перелом в улучшении макроэкономических показателей и заметном повышении жизненного уровня населения.
Наконец, хочу подчеркнуть, что все положительные сдвиги, происходящие в общественно-политической жизни Таджикистана, помогут отказаться от стереотипов прошлого и увидеть в нем достойного партнера, способного активно участвовать во многих сферах международного экономического сотрудничества.
Мы предлагаем сотрудничать с нами на взаимовыгодных условиях прежде всего в сфере освоения богатых природных ресурсов и использования квалифицированной и в то же время дешевой рабочей силы, которая имеется в Таджикистане в достаточном количестве.
Корр: Есть ли какие-то конкретные примеры, свидетельствующие о развитии сотрудничества с Россией и странами СНГ?
Т.Н.: В результате апрельских душанбинских встреч президентов России, Армении, Киргизии, Белоруссии, Таджикистана, Казахстана новый импульс был придан Организации Договора о коллективной безопасности. Президент России Владимир Путин передал функции председателя Совета коллективной безопасности государств—участников Договора о коллективной безопасности (ДКБ) президенту Таджикистана Эмомали Рахмонову.
Некоторые аналитики полагают, что активизация деятельности ОДКБ в перспективе приведет к созданию структуры, подобной НАТО. Кроме того, пять стран—членов ОДКБ одновременно сотрудничают в рамках Евразийского экономического сообщества (ЕврАзЭС). Межгосударственный совет Евразийского экономического сообщества утвердил программы приоритетных направлений деятельности ЕврАзЭС на 2003—2006 годы, а главы государств Организации Договора о коллективной безопасности приняли политическое заявление, в котором дали оценку складывающейся в мире геополитической ситуации. Президенты России, Армении, Киргизии, Белоруссии, Таджикистана, Казахстана заявили о намерении создать до 1 января 2004 года военно-штабной орган организации.
Корр.: Какой вам видится роль страны в СНГ и ЕврАзЭС?
Т.Н.: Действительно, в апрельской встрече глав государств—членов ОДКБ не только принимались решения организационного характера, связанные с проведением ротации руководящих структур Организации, но и проводился обмен мнениями по широкому кругу проблем международного и регионального характера.
У руководителей стран—членов Договора вызывает особую озабоченность нарастающая угроза терроризма, религиозного экстремизма, экспансии наркотической агрессии, преступности и др. В качестве приоритета в рамках ОДКБ рассматривалась прежде всего проблема достижения более высокого уровня безопасности и стабильности в регионе Договора.
Договор, в какой-то мере являясь фактором обеспечения безопасности стран-членов, ни в коем случае не является альянсом, претендующим на роль НАТО. У ОДКБ достаточно скромная задача — противодействовать терроризму и другим вызовам, дестабилизирующим ситуацию в зоне действия Договора. Это противодействие базируется на обмене информацией и военно-техническом сотрудничестве.
Теперь несколько слов относительно ЕврАзЭС. Как известно, на развалинах Советского Союза образовались самостоятельные (независимые) страны, включенные в Содружество Независимых Государств (СНГ). В последующем в рамках СНГ дали о себе знать определенные недостатки и упущения, которые послужили поводом для создания ряда других межгосударственных образований. Создатели последних, не отрицая необходимости функционирования СНГ, под видом обеспечения и разноскоростной интеграции мягко ушли в сторону формирования новых межгосударственных объединений по интересам. Одним из них является ЕврАзЭС, которое было образовано в 2000 году на базе Таможенного союза России, Беларуси, Казахстана, Кыргызстана и Таджикистана.
ЕврАзЭС, по замыслу его создателей, ни в коем случае не должно заменить СНГ, а наоборот, как уже я отметил, призвано в какой-то мере его дополнять и углублять. Дело в том, что в рамках СНГ не всегда удается найти консенсус, более того, мнение сторон при обсуждении многих принципиальных вопросов часто расходятся до полной противоположности, что не способствует принятию жизненно важных решений, направленных на углубление экономической интеграции. По крайней мере, в отличие от характера деятельности других межгосударственных объединений, в ЕврАзЭС просматривается гораздо больше надежды, чем разочарования. Как говорится, поживем — увидим.
Корр.: Какова ваша оценка роли Таджикистана в Шанхайской Организации Сотрудничества?
Т.Н.: Республика Таджикистан придает большое значение своему членству в Шанхайской Организации Сотрудничества (ШОС). Эта организация является наиболее продвинутой и малоамбициозной в смысле поисков компромисса при подготовке и принятии жизненно важных решений. В Декларации о создании ШОС в качестве приоритетных задач определено развитие многопрофильного сотрудничества между государствами-участниками в области укрепления мира, безопасности и стабильности в регионе. В рамках этого общего приоритета были выработаны основные принципы установления мер доверия на границах государств—участников ШОС. Благодаря достигнутым результатам в сфере мер доверия страны—участницы ШОС успешно разрешают старую, оставшуюся в наследство от былых времен проблему — приграничные вопросы. В этом отношении серьезный прогресс был достигнут по разрешению приграничных споров между Китайской Народной Республикой и Республикой Таджикистан. Переговоры по этой проблеме велись много лет, но безуспешно. Только благодаря новому мышлению и новым подходам, выработанным в результате концепции мер доверия в рамках ШОС и проведения активных переговоров, удалось развязать сложный узел многолетних споров по территориальному вопросу в районе Памира.
Несмотря на политический вес ШОС и ее направленность в сторону укрепления мер доверия в сфере безопасности, все же в перспективе проблема расширения торгово-экономического сотрудничества и создания условий для коммуникационных связей, свободного движения товаров, капитала и услуг выглядит весьма актуальной и отвечающей насущным интересам народов, проживающих в зоне влияния организации.
Хочу также подчеркнуть, что трансформация шанхайской пятерки в новую организационную структуру (ШОС) исходила из способности последней адекватно реагировать на вызов времени. Принимая во внимание именно это обстоятельство, на шестом саммите глав-государств была принята Декларация о создании Шанхайской Организации Сотрудничества, соучредителями которой стали Казахстан, Китай, Кыргызстан, Россия, Таджикистан и Узбекистан. На этом саммите главы шести государств подписали также Шанхайскую конвенцию по борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом.
В июне 2002 года в Санкт-Петербурге состоялся очередной саммит глав государств—членов ШОС. По итогам этого саммита были приняты основополагающие документы: а) хартия Шанхайской Организации Сотрудничества (хартия, являясь по существу уставом организации, становится ее главной правовой основой); б) соглашение между государствами ШОС о региональной антитеррористической структуре с местом расположения в городе Бишкеке.
Московский саммит 29 мая 2003 года стал важным шагом в деле обеспечения организационного начала ШОС. Речь идет о формировании пакета документов, определяющих деятельность ШОС по конкретным задачам и целям. В плане организационного функционирования ШОС необходимо в ближайшее время сформировать секретариат, определить ее структуру и задачи, разработать другие акты, обусловливающие пути реализации поставленных в хартии целей.
Мне представляется, что в настоящее время ШОС находится в стадии становления и, по мере раскручивания ее механизмов, разностороннее сотрудничество между государствами—членами Организации будет набирать более интенсивный оборот. Так что, в отличие от многих других региональных и субрегиональных организаций, ШОС пока внушает оптимизм.
Корр.: Таджикистан называют центром геополитических интересов России на юге Содружества. Москва и Душанбе приняли решение об укреплении военного сотрудничества. Наблюдатели считают, что Москва и ее союзники озабочены определенными угрозами стабильности обстановки в Центральной Азии, и не только в Афганистане, но и в некоторых странах Содружества, в первую очередь в Киргизии и Узбекистане (в особенности в Самаркандской, Бухарской областях и Ферганской долине). Боевики ИДУ не скрывают, что готовятся взять реванш и с помощью исламской оппозиции Узбекистана и Киргизии намереваются установить свою власть хотя бы в южных и горных областях. Во всяком случае, вопрос о совместном оборонном строительстве далеко не праздный. Каковы перспективы такого сотрудничества?
Т.Н.: Я думаю, что называть Таджикистан центром геополитических интересов России на юге Содружества не совсем верно. Республика Таджикистан является членом Содружества и ДКБ, выполняет свои обязанности в рамках взятого на себя обязательства и стремится, как независимое государства, вести разновекторную политику дружбы и сотрудничества со всеми странами и, разумеется, с выделением определенных приоритетов как России, так и другим странам Содружества.
Вместе с тем мы признаем тот факт, что Россия является крупным евразийским государством, которое, несомненно, имеет определенный геополитический интерес в регионах, расположенных по периметру ее границы и нередко далеко от последней.
Что касается нарастающей угрозы государствам Центральной Азии со стороны религиозных экстремистов, то и здесь следует признать, что такая угроза в определенной мере потенциально существует, но ее масштабы и реальность в средствах массовой информации, к сожалению, постоянно преувеличивается. Хочу подчеркнуть, что в наше сложное время потенциальная угроза безопасности существует во всем мире и поэтому превентивные меры в рамках совместных действий необходимы.
Корр.: Россия занимает первое место по объему товарооборота Таджикистана с другими странами, планирует значительные инвестиции в экономику РТ. Прорабатывается целый ряд проектов, как двусторонних, так и многосторонних. Это относится к области газодобычи (контракт правительства РТ с «Газпромом» на сейсморазведочные работы на газовых месторождениях Ренган и Саргазон), металлургии (тесная кооперация ТадА-За с транснациональным холдингом «РусАл»), гидроэнергетики (завершение строительства Сангтудинской ГЭС), развитие мобильной связи и пр. Как скоро, на ваш взгляд, уровень торгово-экономических отношений наших стран станет соответствовать уровню политического взаимодействия, военного и военно-технического сотрудничества?
Н.Т.: Мы в Таджикистане вот уже много лет говорим о необходимости расширения двустороннего партнерского сотрудничества с Российской Федерацией. Военно-техническое сотрудничество имело свой приоритет в прошлом. Оно в определенной мере необходимо и в настоящее время, но тем не менее жизнь заставляет выдвинуть на первый план приоритет экономики и экономического сотрудничества. Вы в своем вопросе обозначили сферу, которая могла быть объектом нашего сотрудничества. Действительно, она обозначена лишь на уровне нашего обсуждения, но без принятия конкретных решений и тем более реализации.
Я уже говорил, что Таджикистан богат минерально-сырьевыми ресурсами. Но тем не менее для нас приоритетным является освоение несметного потенциала гидроэнергетических ресурсов и цветная металлургия. Вырабатываемая на действующих электростанциях электроэнергия является самой дешевой на всем постсоветском пространстве. Как вам известно, в настоящее время в процессе строительства находятся две крупные гидроэлектростанции, завершение которых требует значительной суммы внешних инвестиций. При этом надо учесть, что проектные сроки окупаемости в эти объекты, с учетом их ирригационного значения, являются весьма короткими.
Республика Таджикистан готова также предложить российским и другим инвесторам десятки других проектов, связанных с освоением ряда перспективных месторождений цветных металлов, сырья для горно-рудной промышленности, строительства предприятий по переработке продукции сельского хозяйства и др.
В заключение хочу подчеркнуть, что когда мы говорим об экономическом сотрудничестве, то ни в коем случае не имеем в виду строить его на каких-то иждивенческих и односторонних принципах. Речь идет о построении такой системы торгово-экономических отношений, которые обеспечили бы взаимовыгодность и равноправие партнеров.

МИХАИЛ ИВОЛГИН

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK