Наверх
11 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2010 года: "ГРУЗ 200 000"

Министр образования Андрей Фурсенко заявил, что в России 200 000 лишних учителей. Никакая паперть такого пополнения не выдержит.    Шестая часть учительского корпуса объявляется избыточной в связи с демографическим кризисом: не хватает учащихся. Раньше их у нас было порядка девяти миллионов учеников, а теперь два. Получается, по учителю на человека. Что поделаешь, 90-е годы не способствовали рождаемости. И теперь под это дело надо куда-то деть 200 000 человек — чаще всего немолодых, женского полу.
   Вообще-то Дмитрий Анатольевич Медведев на протяжении двух лет правления неоднократно высказывался в том смысле, что школа должна стать объектом приоритетного внимания, что туда должны пойти первоклассные специалисты, что профессии учителя должен быть возвращен престиж… Все это мило, хотя радикального прорыва в смысле зарплат так и не произошло. Конечно, это не 90-е, когда вся провинциальная школа кормилась с огородов, но и не та обещанная инновация-модернизация, при которой педагог поднят на небывалую высоту. У нас вообще получается интересная модернизация — фундамент всего образования, то есть школа, оказывается в зо-не абсолютного произвола. Сказали, что будет ЕГЭ, в том числе по гуманитарным предметам, — и стало ЕГЭ. Сказали, что отменят сочинение, приучающее школьника внятно излагать свои мысли, — и никакие учительские протесты не помогли: это-де советские рудименты. Сказали, что надо выкинуть на улицу 200 000 человек, — и этот оглушительный пинок уже не встречает в обществе сколь-ко-нибудь внятного протеста: балласт же.
   Подозреваю, что спасение России, как оно видится так называемой либеральной партии Кремля, должно осуществляться по сценарию, описанному Уэллсом в «Машине времени». Все подраз-деляются на элоев и морлоков. В свое время Минрегионразви-тия уже озвучило план,согласно которому от страны остается семь мегаполисов и нечто вроде Дикого поля между ними. Теперь окончательно уточняется будущее всей этой остальной России, которая не попадет в элиту. Чтобы обеспечить полноценное развитие немногочисленных счастливцев, надо пожертвовать всем балластом — попробуем понять, кто в него входит.
   Балласт, по сути, все, кто не занят добычей и экспортом сырья, а также увеселением или охраной этой элиты. Все, кого с редкой последовательностью лишают бесплатного образования, бесплатной медицины и социальных льгот. Все, кто уже лишился серьезной литературы и нормального кинематографа. Все, чьим уделом становится одинокое выживание, переходящее в вымирание. Стране сегодня не нужно ни столько земли, ни столько народу. Известно, что население всегда становится коллективным портретом лидера, его отражением: тотальный энтузиазм и бесчеловечность при Ленине, паранойя при Сталине, пьяный сон при Брежневе. И при Путине (не будем лицемерить, говоря, что власть сменилась) отражение тоже никуда не де-вается. Мы видим колоссальное несоответствие масштабов лидера и страны, видим что-то очень маленькое во главе очень большого. Это небольшое, может быть, и не злодей, и нет у него худых намерений — допустим это, поскольку видывали и худшие образцы; для него просто все лишние. Страна ему велика, как костюм, как должность, как сотня миллионов населения, с которым непонятно, что делать. Занять нечем, кормить не на что. Пока власть застыла в нерешительности. Слава богу, что не стирает в лагерную пыль и не формирует колонны бесплатных рабов для освоения севера и востока, которые ей тоже не больно нужны, — нет, она поступает мягче: предоставляет этих ненужных самим себе, отпускает на волю волн и личной изобретательности. Как в том анекдоте, когда зять выбрасывает тещу с балкона девятого этажа: «Мой отец свою тещу убил, а я тебя — ат-пус-каю!»
   Что делать с этим балластом, с грузом в 200 000 ненужных учителей? Никакого перепрофилирования не обещают, курсов переподготовки не планируется, социального пособия министр Фурсенко не упомянул. Утилизация в виде колбасы тоже вроде как не предусмотрена. Никакая паперть такого пополнения тоже не выдержит. Я тоже учитель. В обычной московской школе. В свободное от основной работы время. Потому что это единственная работа, дающая мне ощущение смысла и пользы. И коллеги мои — единственные собеседники, с которыми действительно интересно. В партизаны, что ли, податься?

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK