Наверх
25 января 2020
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2008 года: "КВД vs акафист"

Движение против алкоголиков на минувшей неделе пошло войной против , алкашей, пропойц. Корреспондент трезвел по двум методикам — русской и англосакской. Оказалось, русский плывет в трезвость красиво и трагично, как протопоп Аввакум по реке Хилок, а иностранец — суетливо и довольно гнусно.

От англиканской церкви в Вознесенском переулке, 8 до ирландского паба Silver’s в Никитском переулке быстрым шагом идти 7 минут 15 секунд. Бегом можно добраться за 5 минут. С английским алкоголиком, который спился в Москве, едва приехав сюда с Кубы, мы добежали за 4. Был повод: над пьющими сгущаются странные тучи.
На минувшей неделе стало известно, что в Госдуму поступил злой законопроект: алкоголиков, согласно документу, можно будет лечить принудительно — без их согласия и постановления суда.
На минувшей неделе был опубликован доклад американской организации (GBC). Алкоголики, сообщается в нем, губят российский бизнес. Сотрудники международных компаний в Москве просто спиваются и вредят бизнесу, заявили 74% из 150 опрошенных директоров и топ-менеджеров. GBC обычно занимается ВИЧ, туберкулезом и малярией, а не пьянством иностранцев в Москве. Шеф GBC — бывший посол США при ООН Ричард Холбрук, а исполнительный директор — Джон Тедстром, сотрудник RAND Corporation и в прошлом заведующий евразийскими делами в Совете национальной безопасности США.
На минувшей неделе в Российском государственном социальном университете открылась конференция . Трезвые мужчины, женщины и певицы говорили и пели про трезвость и отличие русских алкоголиков от спившихся экспатов.
Наконец, на минувшей же неделе принято решение объединить три московские школы трезвости в одну большую. Она уже приняла первых алкоголиков в крестильной храма Воскресения Христова в Сокольниках. Параллельно в англиканской церкви Святого Андрея в Москве тихо открылась секция для англосаксов, умученных московской водкой.



Экспаты, женщины и все
— А ничего, что мы бежим в ирландский паб? Ведь вы англичанин?
Джон — благообразный старик в похмелье — смотрит на меня как на идиота.
— Да здесь у вас алкоголь примиряет даже англичан с ирландцами, — говорит мой спутник. — Здесь пьют все, а пойло учит политкорректности. Если бы члены ИРА вливали в себя столько же спиртного, как это делаем мы в Москве, они бы не сумели сделать ни одного теракта. ИРА в Москве просто тупо спилась бы.
Джон всю жизнь проработал фотографом на Кубе. Он снимал комнату в доме с плакатом на фасаде . Он был социалистом, поэтому смерть его обходила стороной. На Кубе он так и не спился — ни ромом, ни ромом, нагретым в кокосе, ни испанской водкой, ни , , , ни хемовским . Два года назад Джон сделал большую ошибку и перебрался с женой в Москву.
— Два года — это предел, — объясняет англичанин. — В Down town срок в два года считается железным пропуском в алкоголизм.
Общество спившихся экспатов Down town располагается в подвале англиканской церкви Святого Андрея в Вознесенском переулке. Длинный коридор, грустные англосаксы, загубленные водкой, комнатка с наглядной агитацией — с и , миллиарды пунктов развития алкогольной зависимости на . В самом ее низу — грозный пункт . По-моему, стены обиты чем-то мягким. К алкогольному здесь подбираются все по очереди. Экспаты прибывают сюда десятками. побывал на уроке трезвости от Тэда.
Тэд — личность законспирированная, про него можно сказать лишь то, что он розовощек и одет в красный свитер с катышками. Тэд — единственный здесь Бывший Алкоголик. И он говорит странные в общем-то вещи:
— Мы не считаем американский или английский алкоголизм в России проблемой. Английские алкоголики здесь считаются трезвенниками. Это все равно что в детскую песочницу вывалить сорок самосвалов песка, понимаете?
— Не совсем.
— Ну, когда я пил в Москве и приезжал в Лондон, меня все считали ходячим трупом. Для них я находился при смерти. А здесь ничего особенного за мной не замечали. Я пил в , там я потерял самообладание навсегда. Я напивался каждый день и танцевал на столах и даже стойке бара. Я никогда не помнил, что происходило дальше. А в Лондоне максимум, что я мог выкинуть, это громко крикнуть в ответ на восхищенные споры о фразе Гертруды Стайн . У меня был приятель, у которого горели глаза от этой фразы. Так вот, я ему орал: . Вы понимаете теперь?
В Лондоне Тэд кричал. В Москве все проглатывают языки. Певец алкоголизма и московского гедонизма экспатов — Марк Эймс. Марк Эймс выпускает газету The Exile, где идет честный разбор московских пабов. Где сколько можно выжрать, чтобы тебя донесли до такси вперед ногами или вперед головой. Это рубрика . Тэд знает, что мы с фотографом собираемся в Silver’s. Он протягивает нам номер газеты. Некто Яша в ней предупреждает: его .
— Мы же туда идем не девок снимать? — спрашивает меня бежавший с Кубы фотограф Джон.
— Нет.
— Потому что снимать там девок — бесполезная трата времени. Мы там их не найдем. Это место, куда ходят экспаты с пивными животами, чтобы поворчать, потрепаться и посмотреть бесплатное SkyTV.
Кстати, с Эймсом корреспондент познакомился в ОГИ. Марк сидел за столом пьяный, в шапке-ушанке. Интервью с ним закончилось очень быстро. Марк просто не мог говорить. Если с его уст и срывались слова — это были английские идиомы, которые никто не понимал. По-русски он ругался матом и говорил, как любит Россию.
— Так что там с женщинами? Мы пить идем или что? — спросил я фотографа Джона.
Выяснилось, что социалист не просто так заговорил о девках. Среда — это день КВД, кофе-ванна-девушка. У спившихся экспатов все дни расписаны. Здесь нет молитв, чтений акафистов и молений, как у трезвеющих русских. Здесь все мелко и утилитарно. Бездушно все. Тэд считает, что процесс трезвости лучше начинать с простого очищения организма.



Среда. Метод КВД.
Кофе-ванна-девушка. Судя по словам Б.А. Тэда, человека в красном свитере, главное здесь — не путать последовательность. Итак: утром собираем волю в кулак. Варим кофе — натуральный, крепкий, наполняем ванну горячей водой. С кружкой ложимся в воду — не забываем при этом раздеться. Маленькими глотками пьем кофе. Важно: в этот момент клиент должен хоть чуть-чуть почувствовать вкус к жизни. Далее, резко встаем и включаем холодную воду. Под ледяной струей энергично растираемся, массируем виски, переносицу, затылок и даже глазные яблоки.
— По сценарию после этого нужно разбудить подругу, жену или подругу жены. С ней прописан секс — именно секс, а не любовь, — уточняет Тэд. — Минус среды в том, что алкоголь истощает запасы цинка, который необходим для адекватной сексуальной отзывчивости. .
Секс — это энергетический и гормональный взрыв. Кое-кто в комнатке, обитой белыми мягкими пластинами, говорит, что с похмелья можно достигать . Во время процесса выделяются анестезирующие вещества, а это хорошо для головы экспата.
— Может быть, я тогда зайду завтра? — спросил я фотографа с Кубы.
— Четверг. Это не среда. Это четверг, черт побери. Это метод лопаты и прогулки.



Трупы главных редакторов
В 6 утра мы встретились с Джоном на улице Правды. Джон всю ночь пил в местном пабе за углом, где он тоже regular, завсегдатай. Метод четверга говорит о том, что уборка снега избавляет от алкогольной зависимости качественно, но занимает продолжительное время. В 6 утра мы отобрали хорошую лопату у довольного таким раскладом дворника.
Дворник признался:
— Нагрузка на поясницу и руки ранним утром приводит меня в кондицию куда лучше харчо и квашеной капусты.
Мы поняли одно: в лопате есть бесспорный плюс. Ведь мыслительный процесс с похмелья или отсутствует, или ничтожен. А уборка снега с улицы Правды способствует неторопливому приведению в порядок головы. Древко лопаты через полчаса избавляет от дрожи в руках.
Через час в нашу трезвеющую компанию затесалась женщина. Женщина оказалась подругой дворника. Подруга объяснила нам, что ее личный путь в трезвость — русский. То есть простая человеческая прогулка.
— Я пью отвар шиповника, — говорит подруга. — И иду в парк. Мы идем в парк?
Мы дошли до здания дома культуры на улице Правды, из которого выносят трупы главных редакторов. Это специальное место. Здесь прощаются с покойными главными редакторами, которые умирают в домах напротив. И здесь есть подобие сквера — для горестных воспоминаний. В это утро никого не выносили, и мы принялись дышать.
Подруга заявила, что надо дышать. Она, кажется, уже бросила своего дворника и общалась только с Джоном. Мы вникали.
— Джон, дышать надо сидя, — говорила женщина. На ней была голубая куртка и белые сапоги. — Вдох производится не грудной клеткой, а животом. Так, не выпускай, Джонни, набранный воздух, а продолжай вдыхать за счет грудной клетки.
Фотограф промямлил, что у него закружилась голова.
Если бы он знал, как еще русским предлагают избавляться от алкогольной зависимости, потерял бы голову навсегда.



Русский кайф
Вдохи с подругой дворника могут считаться первым шагом в борьбе за трезвость по-русски. Джон не знает, что есть еще масса способов. Корреспондент устал от утилитарности англосаксов. Мы крепко выпили и отправились на конференцию в РГСУ. Здесь нам было заявлено, что главный виновник пьянства в Москве — это Витте Сергей Юльевич. То есть министр финансов и председатель комитета министров царской России. Такое интересное предположение сделал непьющий архиепископ Пензенский и Кузнецкий Филарет. Филарет объяснил сотне собравшихся мужчин и женщин:
— Витте нас вогнал в пьянство своими винными складами. Открывал повсюду питейные лавки и заставил нашего Дмитрия Ивановича Менделеева разбавлять два к трем.
Я попытался объяснить Джону, что Витте — как бы . Джон ни черта не понял.
— Разбавлять спирт в пропорции два к трем, — уточнил Филарет.
— Наш враг — это Витте, — подытожил я для Джона шепотом.
Через некоторое время нам предложили спеть гимн трезвости. В президиум конференции вышла неучтенная шоу-реестром певица. Она начала на мотив ДДТ . Мы с Джоном подхватили:
.
Дальше в гимне говорилось, что трезвость — это сила не тонуть в житейском море бедствий. Мы продолжили крещендо: . Слова про проблемы мира не очень ложились на музыку, но никто этого уже не замечал. Излечение музыкой продолжилось. Джону больше всего понравилась такая песня: Это зал читал стоя — как один стоголовый Маяковский.
— Это кайф, — сказал Джон. — Я трезвею на глазах.
Я посмотрел в его глаза. И обнаружил в них душу.



Школа жизни
Экспаты не знают, что трезветь нужно не только с лопатой. В школе трезвости, которую мы посетили в Сокольниках, главный метод — это чтение акафиста, молитвы и беседы с дьяконом. Местный дьякон Александр, который заправляет школой, похож на хакера, которого долго разыскивает Управление МВД России. Немного нервический взгляд. Лицо, оптимизированное для экрана лэптопа, красноватый цвет глаз. Руки. Руки с тонкими пальцами, подушечка правого мизинца помнит клавишу End.
— Есть ли корни вашей зависимости в детстве? — спросил нас дьякон-хакер. Мы беседовали после акафиста в маленьком помещении для крещения. Джон стал почти православным.
— Когда я был маленьким, — сказал экспат, — в семье постоянно кто-то умирал. Я всегда знал, что кто-то умер, когда на плите появлялся кофейник на тридцать чашек. Так я понимал, что у нас скоро будут поминки. И звук был такой булькающий. Наливали там все. Все пили. Все регулярно умирали, и потом все пили.
— И тогда у вас пробуждались проблемы? — спросил почему-то на ломаном русском дьякон Александр.
— Я был на похоронах нашей тети, а мама твердила только одно: . Ей было наплевать, что я допивал из рюмок все, что плохо лежало. Наша тетя была крайне популярна — поэтому пришли все. И я напился первый раз.
Дьякон сообщил нам, что это типичный случай. Он сказал:
— Господи, призри милостиво на раба твоего Джона, прельщенного лестью чрева и плотского веселья.
Мы вышли. Добрались до ирландского паба.
Экспат вытащил тест в лэптопе. Это был их внутренний англосакский тест на алкоголизм.
.
30% мы сбросили за пару дней. Неплохой результат.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK