Наверх
14 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2009 года: "Мировой жандарм поневоле"

Самый влиятельный оборонительный союз на земле отмечает в Страсбурге и Баден-Бадене свое 60-летие. Впрочем, торжества не могут скрыть: несмотря на успехи, НАТО предстает организацией внутренне опустошенной и вынужденной на войне в Афганистане и в соперничестве с Россией проходить испытание на выживаемость.Североатлантическому оборонительному союзу и прежде не часто удавалось находить верный тон. Ведущий военный пакт в мире вещал довольно резким голосом. Во всяком случае — по музыкальным меркам.
   Для церемонии основания этой организации, проходившей 4 апреля 1949 года в Вашингтоне, организаторы выбрали хит Джорджа Гершвина, где говорится о сомнительности любых догм. Когда в 2004 году принимали семь бывших стран Восточного блока, в качестве сопровождения звучал саундтрек из фильма «Титаник». Можно считать прогрессом, что на торжествах по случаю 60-летия Союза, на которых Барак Обама появился в окружении двух дюжин глав государств и совместно принимавших гостей Николя Саркози и Ангелы Меркель, в зале баден-баденского дворца Kurhaus звучала музыка Жоржа Бизе. Анне-Софи Муттер исполнила фрагмент из оперы «Кармен», а казино на это время было закрыто. На сей раз не отмечалось никакого нежелательного подтекста, если не считать печальную судьбу цыганки.
   В Страсбурге, Келе и Баден-Бадене много говорили о впечатляющих достижениях Североатлантического союза за последние шесть десятилетий. О том, как важен для Запада этот инструмент сохранения мира. Да и для всего мира. Об исторической заслуге: в бурные времена непросто было удержать в узде так много столь важных государств. И о том, что формально можно считать удавшимся расширение НАТО, в результате чего группа из 12 государств-основателей разрослась до нынешнего объединения 28 стран, с учетом того, что Албания и Хорватия на сей раз впервые участвовали в качестве полноправных членов организации. Все это радостные поводы для союза, которому скептики предрекали не более тех двух десятков лет, на которые заключался договор, не допускавший ни для кого из участников возможности выхода из него. Газета Washington Post писала, что церемония учреждения организации оказалась более впечатляющей, нежели само объединение государств.
   Однако нынешнему саммиту не было суждено стать встречей ничем не омраченного единодушия. За кулисами, по другую сторону от фотосессий, на которых все изображают, что все прекрасно, и приветственных речей, адресованных самим себе, видно множество признаков приближающейся бури. Прежде всего клочья летели, когда «старая Европа» принялась выяснять отношения с «новой», Восточной. И, несмотря на все усилия Обамы изображать открытость и готовность к консультациям, неизбежны были резкие тона в общении занимающих доминирующее положение США и остальных членов НАТО, которым отведено место «среди прочих».
   В прошлый четверг в своем правительственном заявлении Ангела Меркель отметила, что Союзу необходим «довольно революционный» поиск новых ориентиров, нужна новая стратегия, отвечающая «вызовам времени». Канцлер отмечала, что Союз впредь должен больше сотрудничать с неправительственными организациями. «Германия многим обязана и НАТО, и солидарности союзников», — заявила глава правительства. За исключением партии «Левые», в бундестаге под этим мнением подписаться были готовы, кажется, все: трансатлантический оборонительный союз предстает сегодня как успешный проект. Очередь из желающих быть принятыми впечатляюще длинна.
   Тем не менее: Союз на пороге кризиса, способного уничтожить его. Не потому, что НАТО грозит роспуск в связи с ненужностью или утратой международной роли, а, скорее, по другой причине: альянс просто не знает, где он нужнее. И может надорваться. Он претендует на роль мирового жандарма или скатывается к этому амплуа против собственной воли, не имея необходимых финансовых, кадровых и материально-технических предпосылок. Не говоря уже о том, что население большинства государств НАТО не согласно, чтобы Союз превращался в глобальную пожарную команду.
   Кое-кто восхваляет трансатлантический оборонительный союз за «победу» в холодной войне. Правда в том, что в годы острого идеологического противостояния с Варшавским пактом НАТО не сделало ни единого выстрела и что взаимное ядерное и конвенциональное устрашение сработало. Затем в конце 80-х годов рухнул коммунизм, а 11 сентября 2001 года терроризм нанес удар в сердце Америки, и возникла необходимость по-новому определить задачи Союза.
   Сегодня НАТО увязло в целом ряде весьма разных военных операций: организация ведет ожесточенную войну у Гиндукуша, обеспечивает безопасность нового государства Косово, признанного далеко не всеми даже из тех, кто входит в НАТО, — например, Испанией и Грецией; осуществляет патрулирование в Средиземном море, чтобы не допустить здесь терроризма; защищает корабли от пиратов у мыса Горн в Африке. А еще инструкторы НАТО готовят силы безопасности в Ираке.
   Должен ли Союз расширить круг своих задач, как требуют некоторые из военных стратегов, считающих, что НАТО может своим военным потенциалом обеспечивать энергетическую безопасность Запада? Стоит вопрос и о том, должна ли эта организация преследовать террористов «Аль-Каиды» по всему миру и предпринимать меры против жестоких нарушений прав человека, происходящих, например, в Дарфуре, выступая как бы в роли субподрядчика ООН или даже соперничая с ней.
   А как НАТО реагирует на Россию, становящуюся все более уверенной в себе и агрессивной? Тем, что принимает в свои ряды Украину, где в Севастополе, в Крыму, все еще базируется российский Черноморский флот? Или выказывая знаки расположения такому любителю рискованных авантюр, как грузинский президент Михаил Саакашвили, способному с помощью вооруженных провокаций создать ситуацию, при которой союзнические обязательства заставят НАТО и Запад выступить на стороне Грузии в войне против Москвы? И где надлежит провести границы НАТО — и географически, и в военной доктрине?
   БРЮССЕЛЬ, ШТАБ-КВАРТИРА НАТО, БУЛЬВАР ЛЕОПОЛЬДА III. Отвратительное крупное здание на окраине города. Тщательный контроль: терактов боятся повсюду. Внутри — свой городок: супермаркет, кафе, банковские окошки. Кто входит в штаб-квартиру Союза, не должен отвлекаться от работы из-за банальных бытовых проблем. Вдоль длинных коридоров расположились непритязательные кабинеты и стерильные комнаты для совещаний.
   Только возле святая святых — офиса генерального секретаря — место себе отвоевало искусство: натюрморт с цветами, фотография из Афганистана, на которой солдат НАТО оказывает помощь больному, и пластмассовая копия статуи, оригинал которой хранится в Ватикане. В альянсе занято 5200 гражданских служащих, его годовой бюджет — приблизительно 2 млрд евро. Не менее 320 разных комитетов формируют инфраструктуру этого бюрократического молоха, от работы которого зависит жизнедеятельность 60 тыс. солдат, выполняющих боевые задания в разных странах.
   Каким множеством интриг обеспечивается соотношение сил в этой инфраструктуре, иллюстрирует пример французов.
   43 года назад они добровольно вышли из военной структуры НАТО. Теперь же, под предводительством президента Саркози (прозвище в НАТО: «султан Бруни»), они снова и в полном объеме возвращаются в лоно альянса — и ожесточенно дерутся за каждую должность и каждую натовскую звезду. Скептики утверждают, что даже генеральный секретарь НАТО постоянно занят приведением к общему знаменателю интересов разных сторон. Голландец Яап де Хооп Схеффер, находящийся в должности с января 2004 года, считается одной из, «скорее, слабых» фигур, на которую согласились в результате компромисса. Долгое время он безоговорочно поддерживал войну в Ираке и был всеобщим посмешищем. Его называли «пуделем» Джорджа Буша. Лишь недавно стала просматриваться некоторая независимость в его поведении по отношению к Вашингтону.
   В беседе со «Шпигелем» только что вернувшийся из Афганистана голландец высказывается неожиданно самокритично. Он заявляет, что войну у отрогов Гиндукуша «военными средствами выиграть невозможно». Завоевать нужно «сердца и умы людей». Необходимо очень следить за тем, чтобы в борьбе против мятежников не было жертв среди гражданского населения, а для этого важно сотрудничество с Ираном. НАТО не обойтись без нового стратегического плана, уверен генеральный секретарь. «Десять лет назад требовалось послать танковую дивизию, чтобы взять под контроль целую страну. А сегодня достаточно сесть за компьютер и организовать кибератаку или прекратить поставки газа».
   И как только что-то случается, раздаются крики: «НАТО, есть дело для вас!»
   Генсек НАТО поднимает ладони, как бы защищаясь: «Нет, мы не можем быть повсюду. Наше место там, где мы справимся с задачей лучше, чем другие. У НАТО нет ни денег, ни возможности стать чем-то вроде глобального полицейского. Но когда Пакистан нас просит о помощи, как это было в конце 2005 года после землетрясения, — разве мы позволим себе отказать? И корабли наши мы посылаем патрулировать регионы, в которых бесчинствуют пираты. Сегодня налогоплательщики от нас ожидают большего, чем просто защита территорий». Голландец горд заявить: «Я на этой должности многому научился». В возрасте 61 года де Хооп Схеффер в июле покинет свой пост. Наилучшие шансы стать преемником имеет датский премьер Андерс Фог Расмуссен, которому сейчас 56 лет.
   В эпоху Буша общие интересы в рамках Союза просматривались все меньше. В том, что сейчас появилось больше уверенности в возможностях Союза, заслуга команды Обамы. Вице-президент Джо Байден был с визитом в Брюсселе, появилась там и госсекретарь Хиллари Клинтон. Пока никто не знает, готов ли Вашингтон к переосмыслению роли НАТО или речь идет, скорее, о тактической уступке. Но при всей склонности к возвеличиванию Североатлантическим блоком собственной роли «инструмента сохранения мира» и в НАТО существует значительный интерес к тому, чтобы взглянуть на историю альянса критично.
   Весной 1947 года отношения между США и Советским Союзом охладились до состояния, которое стали называть «холодной войной». Президент США Гарри Трумэн обнародовал свою доктрину, согласно которой каждая страна на будущее должна была сделать выбор между западной демократией и коммунизмом. Оборонительный пакт, позднее подписанный в Вашингтоне, был направлен не только против социалистического Востока, но и против немцев, воспринимавшихся тогда как потенциальная угроза. Первый генсек НАТО, англичанин лорд Исмэй, заявил, что НАТО должно следить, чтобы «американцы были внутри, русские — снаружи, а немцы — на лопатках».
   Согласно договорам Североатлантического союза, его участники со ссылкой на Устав ООН обязуются улаживать спорные международные вопросы мирным путем. Ведение наступательных войн для НАТО исключено. В решающей статье 5 вооруженное нападение на отдельного члена Союза квалифицируется как нападение на всех и обязует союзников принимать ответные меры. Новым элементом в истории союзных систем является экономическое и культурное сотрудничество, под которым подписываются партнеры, защита свободно-демократической «формы жизни».
   НАТО с самого начала проявляло готовность по мере надобности поступаться принципами. По критериям Союза Португалия, где правил диктатор Антонио Салазар, ни в коем случае не могла стать одним из учредителей НАТО. Но Лиссабон был важен по стратегическим соображениям. Принятие Греции и Турции, до сих пор конфликтующих из-за Кипра, осуществлено, скорее, ради устрашения Москвы. Когда 6 мая 1955 года в Союз вступила ФРГ, первая фаза создания НАТО пришла к своему завершению. Приняв немцев, Запад старался от немцев же и защититься. Но спустя две недели после принятия Бонна на Востоке формируется Варшавский пакт — организация, призванная противостоять НАТО.
   Первостепенной целью Союза стала стабилизация статус-кво, «равновесия устрашения», которое поддерживалось атомными потенциалами обеих сторон. Несмотря на то, что такая политика шла во вред людям, с риском для жизни боровшимся за свои права по ту сторону железного занавеса — в Восточном Берлине, Будапеште, а в 1968 году и в Праге. Крупные военные блоки ведут борьбу друг против друга, используя самые неприглядные из секретных операций, которые только можно осуществлять в стане противника. В ответ на провокации КГБ ЦРУ и НАТО «задействуют» своих агентов тайной организации «Гладио», готовившей кадры к диверсионно-террористической и партизанской деятельности. Реальные пушки используются только в кровавых столкновениях идеологических марионеток, развязывающих войны в третьем мире.
   Отношения между США и Европой впервые осложнились во времена вьетнамской войны. Федеративная Республика Германия, оставаясь «фронтовым» государством, по-прежнему извлекает выгоду из своего положения под зонтиком НАТО и в момент, когда на мировой арене наступила эпоха разрядки, она начинает свою новую восточную политику: «Перемены через сближение». Подписание Заключительного акта Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе в 1975 году стало крупным шагом к размягчению блоков.
   Спустя год после этого Советский Союз начал устанавливать мобильные ракеты среднего радиуса действия SS 20 к западу от Урала. Конфликт между Востоком и Западом вновь достигает чрезвычайного накала. Федеральный канцлер Гельмут Шмидт предупреждает об опасности нарушения стратегического равновесия и настаивает на ответных мерах со стороны НАТО. Эти требования были с готовностью приняты Вашингтоном и нашли выражение в «двойном решении НАТО» и мерах по довооружению. Сотни тысяч участников движения за мир вышли с протестом на улицы.
   До сих пор ведется полемика о том, поставило ли Варшавский пакт на колени именно «двойное решение НАТО» и политика с позиции силы, или же Восточный блок был в принципе обречен на крушение вследствие недостаточной экономической гибкости.
   Варшавский пакт развалился как карточный домик. Советский Союз ушел из мировой истории, даже не хлопнув дверью. Слышно было разве что безропотное бормотание.
   Характерно для союзов, что они изживают себя, как раз одержав большую победу. Полностью изменившееся соотношение сил на международной арене требовало или роспуска НАТО, или радикального изменения круга задач. Нужно было заново определить отношения с Москвой и ее трагическим героем эпохи перемен — Михаилом Горбачевым.
   МОСКВА, НЕБРОСКОЕ ШЕСТИЭТАЖНОЕ ЗДАНИЕ НЕДАВНЕЙ ПОСТРОЙКИ НЕДАЛЕКО ОТ ЦЕНТРА ГОРОДА. Чаепитие с лауреатом Нобелевской премии мира. Фотографии в здании его фонда напоминают о его внешнеполитических триумфах: саммит по разоружению в исландском Рейкьявике в 1986 году, посещения Германии, когда «горбимания» охватила сотни тысяч людей. Встречаясь с ним сегодня, видишь не политика-пенсионера, довольного прожитой жизнью, а человека между депрессией и негодованием. Это он довел дело до разрушения Берлинской стены, он протянул НАТО руку, ища примирения. Сейчас он наблюдает, как уничтожаются плоды его труда.
   Так происходило во внутренней политике: те свободы, которые он сделал доступными благодаря гласности, в эпоху Путина шаг за шагом ликвидировались. Так было и в политике внешней, поскольку его идея «Европы как общего дома» отодвинулась в необозримую даль. За многое он возлагает вину на своих преемников. Но за то, что развитие пошло по неверному пути, ответственны, по его мнению, прежде всего лидеры Запада: «К сожалению, опыт показывает, что на американских политиков положиться нельзя. Они всегда готовы половить рыбку в мутной воде».
   Сегодня Горбачеву 78 лет. Он носит темно-серую водолазку к костюму глубокого черного цвета. На секунду он производит впечатление человека, присутствующего на собственных политических похоронах. Затем неожиданно прорываются негодование и ожесточение. Он вскакивает с кресла с той быстротой, на какую еще способен. Он стремительно берет в руки книгу и возбужденно тычет пальцем в страницу: «Вот здесь стенограмма моей встречи с Джеймсом Бейкером, основное место».
   Теплый зимний день 9 февраля 1990 года. Оттепель. В памяти Горбачева жива каждая подробность той встречи. Американский госсекретарь был с визитом в Москве, в Екатерининском зале Кремля шли переговоры о воссоединении Германии. Вопрос стоял так: хочет ли он, Горбачев, видеть единую, неконтролируемую Германию вне рамок НАТО и, возможно, с собственным ядерным оружием, или же он предпочел бы, чтобы Германия была включена в западный Союз с обещанием, что «НАТО не расширит зону своего влияния в направлении Востока». Генеральный секретарь КПСС объясняет Бейкеру, что он предпочитает последний вариант, и подтверждает, что расширение НАТО в направлении российской границы неприемлемо.
   Горбачев считает, что его доверие обмануто: «Вашингтон тогда считал, что мы как конкуренты больше не существуем и что он может позволять себе все, что заблагорассудится. США преследовали цель создать новую империю». А в 1999 году бывшие члены Варшавского пакта, Польша, Чехия и Венгрия, вступили в НАТО. В 2004 году за ними последовали Болгария, Румыния, Словакия, Словения и Балтийские государства. «И каждый раз Германия голосовала за расширение
   НАТО на Восток». С большой теплотой говоря о Гельмуте Коле и Гансе-Дитрихе Геншере, Горбачев замечает: «В этом пункте и немцы слова не сдержали».
   Он бы многое дал за то, чтобы повернуть часы назад — и вернуться в ноябрь 1990 года. «Закончилась эпоха конфронтации и раздела Европы», — говорили тогда представители и Востока, и Запада при торжественном подписании Хартии ОБСЕ в Париже. А в кулуарах конференции НАТО и находившийся уже на пороге роспуска Варшавский пакт приняли совместное заявление, согласно которому «они более не являются противниками, а готовы создавать новые партнерские отношения и протянуть друг другу руку дружбы». 73% россиян тогда были положительно настроены к Америке, только 17% видели в НАТО противника. Сегодня более двух третей россиян относятся к Америке отрицательно, 62% считают НАТО противником. То, что вина за это ложится на Запад, является одной из немногих тем, относительно которых среди московских политиков — и правых, и либералов, и левых — царит единодушие.
   В глазах многих своих соотечественников Горбачев — «могильщик империи». Они смеются над его ролью в рекламной кампании фирмы Louis Vuitton и завидуют его пятизначным гонорарам за одно выступление, с помощью которых он финансирует свой фонд. Он один из совладельцев оппозиционной «Новой газеты». В США бурной овацией были встречены его слова: «Это я вам говорю: Америке тоже нужна перестройка!» Подразумевал он не только реформу финансовой сферы и реорганизацию социальной системы. Он имел в виду, что нужно бы еще раз попытаться построить такое государство, которое ему не удалось создать в своей стране. «Надежды я связываю с молодыми президентами Обамой и Медведевым», — говорит он на прощание.
   То, что Горбачев возлагает на президента надежды, не означает, что ему нравятся все кадровые назначения Кремля. К самым спорным представителям России он относит, например, нынешнего посла России в НАТО.
   Завтрак с 45-летним Дмитрием Рогозиным. Представитель Москвы пригласил в свою брюссельскую резиденцию
   на блины. Бывший журналист и основатель ультранационалистической партии слывет живым парадоксом — он дипломат вспыльчивый и резкий. «В Брюсселе есть чиновники, старающиеся не проводить со мной более получаса в одном помещении. Боятся, что это вредно для их здоровья. Говорят, некоторые из жен молятся, прося Бога защитить своих мужей от моего колдовства», — рассказал он однажды.
   Он безупречный хозяин, приветливый и гостеприимный. Его вилла производит впечатление. Его мотоциклы оснащены мощными двигателями. Его коллекция самоваров — свидетельство вкуса. Но в политике иногда он не стесняется в выражениях. Рогозин говорит: НАТО напоминает борца сумо, у которого после распада Варшавского пакта нет противника, и он бесцельно топчется на ковре. По его мнению, «настолько глобализированное НАТО» само роет себе могилу.
   Главную причину осложнений Рогозин, как и Горбачев, видит в расширении НАТО на Восток. Мелкие Балтийские государства вместе с Польшей пытаются вбить клин между НАТО и Россией. «Сколько мы будем еще позволять им натравливать нас друг на друга?» Большой ошибкой видится ему начатая НАТО десять лет назад без согласия ООН война против Югославии. Возражение, что на участие в этой операции — хотя и с тяжелым сердцем — согласились западноевропейские правительства, в том числе красно-зеленая коалиция в Германии, он не принимает: «Эта война принесла людям неисчислимые бедствия, и политические ее последствия крайне тяжелы: это только вопрос времени, когда взорвется косовская бомба, которую НАТО само подложило под собственное кресло».
   Попытки НАТО окружить Россию Рогозин комментирует с сарказмом: «Чем ближе базы НАТО подходят к нам, тем легче нам в них попасть. Раньше нам нужны были для этого ракеты, сегодня достаточно пулеметов». Что же касается стран, рвущихся вступить в НАТО, он рекомендует принять «Гитлера, Саддама Хусейна, а после них грузинского президента Саакашвили». На Украине «число тех, кто за вступление в НАТО, едва ли превышает состав семьи президента Ющенко». Даже в России сторонников НАТО больше.
   Во время беседы со «Шпигелем» он не настроен подливать масла в огонь. Он только недавно встречался с Хиллари Клинтон и теперь надеется на то, что американцы откажутся от «провокационных планов установить противоракетные средства в Польше и Чехии».
   Он видит шансы на существенное сокращение атомных вооружений. Он верит в общность интересов Запада и Востока. Например, в Афганистане, где, по его убеждению, маршруты снабжения для войск НАТО может гарантировать только Москва. И в Иране, чья атомная программа доставляет беспокойство и России и где Кремль располагает заметным влиянием. Посол и прямо, и иносказательно в каждой своей фразе сообщает: без России не обойтись.
   Решительный господин Рогозин приветствует, что после месяцев «ледникового периода» из-за войны на Кавказе вновь собирается Совет Россия—НАТО. Он хвалит концепцию Кремля о создании архитектуры безопасности «от Ванкувера до Владивостока». А бокал он поднимает за проект будущего: «Может быть, получится преобразовать НАТО в ТАТО — тихоокеанско-атлантический оборонительный союз! Нужно только, чтобы с этого пути нас не сбивали разные враги мира».
   ТАЛЛИН. МЕЖДУНАРОДНЫЙ ЦЕНТР ОБОРОНИТЕЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ. Здесь, в эстонской столице, штаб-квартира тех, кого представитель России в НАТО называет «врагами мира». Здесь голос «новой Европы» звучит, пожалуй, громче, чем где-либо, возмущеннее, резче. Примерно в 180 километрах отсюда, на Нарве, друг на друга смотрят, как враждующие сестры, две средневековые крепости: на восточном берегу оборонительное укрепление времен Ивана III, на западном — замок-крепость Германа, с 1346 года служащая бастионом ордена германских рыцарей.
   В Эстонии особо ощущаешь, насколько диаметрально противоположными могут быть взгляды на историю — наглядный урок, прежде всего тем, кто только что узнал российскую версию мироустройства. Кадри Лийк, энергичная руководительница поддерживаемой деньгами западных правительств таллинской фабрики идей, в свои только что исполнившиеся 38 лет являет собой образец «новой», особо критичной в отношении Москвы Европы.
   В юные годы она принимала участие в демонстрациях против атак советской армии на ее родной город, она получила в Англии диплом Master of Diplomacy и после распада Советского Союза стала советником по СМИ при первом после Эстонии в Москве. Сегодня она консультант правительства по вопросам безопасности. Для Лийк расширение НАТО на Восток и принятие Балтийских стран в альянс — это «история успеха», которая «разумеется сама собой». НАТО она рассматривает как единственный страховой полис против «сторонников жесткого курса» в российском руководстве, по ее мнению, еще не примирившихся с независимостью восточноевропейских стран.
   «Россия утверждает, что желает иметь дружественные отношения со своими соседями, но для нее это лишь иносказательное описание покорности», — говорит длинноволосая брюнетка с горящими от негодования глазами. В доказательство злых намерений Москвы она приводит хакерскую атаку, происшедшую весной 2007 года и серьезно нарушившую работу эстонских интернет-сетей. Ответственность за компьютерную атаку взяла на себя молодежная организация правящей партии «Единая Россия».
   И венец всему — кавказская война. 8 августа 2008 года Лийк считает датой такого же значения для истории, как 11 сентября 2001 года: в тот августовский день прошлого года русская армия напала на Грузию, показав свое истинное лицо. Но разве на самом деле не Саакашвили начал боевые действия? «Это чисто технический вопрос. Провоцировали русские, агрессоры — они. Возобновлять с ними отношения — серьезная ошибка НАТО. Соседи России, во всяком случае, так никогда больше не поступят».
   Эстонская специалистка по политологии во всем видит курс на умиротворение. Особенно Западная Европа проявляет по отношению к Москве безграничное терпение, что объясняется «опасной зависимостью» от российских поставок газа и нефти. Она считает, что Грузию и Украину нужно принять в НАТО по ускоренной процедуре — без всяких сомнений и условий. Конструктивной роли Москвы она не видит нигде, в том числе в Афганистане, другом важном для НАТО очаге пожара.
   КАБУЛ, ШТАБ МЕЖДУНАРОДНЫХ СИЛ СОДЕЙСТВИЯ БЕЗОПАСНОСТИ (ISAF). ШОССЕ МАСУДА. Не так давно тактика талибов поменялась. Теперь они больше не атакуют врага в открытом поле, а подсылают к нему террористов-смертников или же закладывают взрывчатку на его пути. В Афганистане уже погибло свыше тысячи западных военнослужащих. Большинство из них американцы, но потери есть и среди англичан, канадцев и немцев (152, 116 и
   30 убитых соответственно). За 7 лет военного присутствия Запада в стране Афганистан не стал более безопасным ни для самих афганцев, ни для остального мира. Почему же ситуацию в регионе никак не удается изменить в лучшую сторону?
   Самый высокопоставленный западный военный в Кабуле, генерал-полковник США Дэвид Маккирнан, сидит в своем кабинете в штабе сил ISAF, действующих под эгидой НАТО. Раньше в старинном здании с деревянным фасадом находился армейский конноспортивный клуб, позднее вокруг, в самом центре афганской столицы, вырос контейнерный городок. Под началом Маккирнана около 70 тыс. человек, 62 тыс. из них командированы 42 странами—участниками ISAF.
   Высокому блондину 57 лет, восемь из которых прошли в Германии. Тогда, в 70-е годы, нужно было закрыть «фулдскую брешь», предотвратить марш войск стран Варшавского договора на Гессен через Тюрингию. Сегодня Маккирнан пытается не допустить, чтобы боевики «Аль-Каиды», нашедшие прибежище в Афганистане, «просочились в Европу или Соединенные Штаты».
   Впрочем, сейчас у него другие заботы. Военнослужащие ISAF, преследовавшие талибов в мятежной провинции Гельманд, по недосмотру лишили жизни 8 мирных жителей. Население протестует против присутствия западных союзнических войск в стране. Командующий британским контингентом ISAF утверждает, что экстремисты использовали этих людей в качестве «живых щитов». А всего несколькими днями ранее в Герате смертельный груз американского бомбардировщика настиг группу кочевников. Американские военнослужащие в районе Гозара ликвидировали троих террористов, но вместе с ними погибли трое детей, шесть женщин и четверо мужчин, не имевших никакого отношения к террористам. В 2008 году число жертв среди мирного населения составило 2118 человек, что на 40% больше, чем годом ранее.
   «Прежде чем ситуация сможет улучшиться, нас ждет ее обострение», — прорицает офицер в кабульском штабе Маккирнана. Он имеет в виду «тактику Большой волны» — уже объявленное наращивание войск. Американские военные делают то, чего многие европейские подразделения НАТО предпочитают избегать: они бросают талибам вызов. Уже сегодня можно утверждать, что 2009 год станет самым кровавым годом с начала операции в Афганистане, то есть за последние 7 лет. С первоначальной задачей Международных сил содействия безопасности это связано минимально.
   Когда британский генерал Джон Маккоул в начале 2002 года после победы в войне сконцентрировал в Кабуле первые подразделения ISAF общей численностью 5 тыс. человек, их миссия состояла лишь в поддержании хрупкого мира. Сегодня Международные силы содействия безопасности — это машина войны, которая должна силой добиться воцарения мира. С партнерами по НАТО изначально договаривались не об этом.
   Покушение террористов на нью-йоркские башни-близнецы 11 сентября 2001 года было расценено европейскими членами Североатлантического альянса как происшествие, дающее право на коллективную самооборону. Однако американцы не воспользовались их предложением. Вместо этого Соединенные Штаты призвали остальных присоединиться к их миссии в Афганистане на добровольных началах. Так возникли Международные силы содействия безопасности, а также мощная антитеррористическая группировка под предводительством Америки. Предполагалось, что это позволит обойти сложные натовские процессы политического согласования.
   Однако в результате появился альянс несогласных, не способный практически ни на какие маневры. Страны НАТО обороняются от излишне навязчивых требований американцев посредством секретных «национальных оговорок». После того как США вывели из Афганистана существенную часть собственных боевых и специальных подразделений и перебросили их в Ирак, выяснилось, что каждый дополнительный человек в Афганистане обладает для них огромным значением. При этом страны НАТО преследуют в регионе собственные интересы, которыми, в частности, определяется их готовность нести потери. Немцы по-настоящему не верили, что у Гиндукуша они защищают свою демократию, даже когда бывший министр обороны Петер Штрук призывал их продлить срок присутствия немецкого контингента в Афганистане. Германия осознает свои обязательства перед НАТО, однако всему есть предел.
   Для такого командующего, как Маккирнан, участие натовских партнеров в операции на неравных началах само по себе носит чрезвычайный характер. В силу национальных оговорок многие подразделения не могут быть использованы за пределами определенных провинций, некоторые не должны участвовать в борьбе с наркомафией или террористами. В ограждении своих военных от участия в опасных операциях немцы проявили особую изобретательность. Берлинские юристы направили командованию НАТО «комментарии с разъяснениями», согласно которым немцы вправе применять силу исключительно в целях самообороны или для защиты третьих лиц, не участвующих в боевых действиях. Такая позиция в принципе исключает наступательные операции против талибов и делает германский контингент непригодным для активной борьбы с повстанцами.
   На поле боя это обеспечило немцам репутацию «уклонистов». Их называют «бойцами ясного неба», которых не заманишь туда, где пахнет жареным. «Разве жизнь немецкого солдата ценнее жизни канадца?» — вопрошало монреальское издание The Gazette, после того как немцы якобы отказались оказать поддержку канадским товарищам по оружию, ведшим тяжелые бои на юге страны. «For us ze war is over by tea time» — «Для нас война кончается, когда наступает время пить чай», — ерничал британский еженедельник Sunday Times, передразнивая немецкий акцент. Дело в том, что немецкие санитарные вертолеты «по соображениям безопасности» ежедневно покидали зону операции около 4 часов дня, чтобы до заката оказаться на своей базе.
   По Маккирнану видно, что он не в настроении. «Немцы — хорошие воины, это решение политиков», — наконец дипломатично говорит он. Американское правительство разработало новую стратегию, касающуюся операций альянса в Афганистане. По-английски эту стратегию называют AfPak, что означает: отныне правительство США намерено рассматривать Афганистан и Пакистан как единый регион. Исламабад с его пособниками «Талибана», пользующимися поддержкой спецслужб, должен выйти на первый план наравне с Кабулом. Президент Обама осознает, что за последнее время положение отнюдь не улучшилось: «Не похоже, чтобы Запад в скором времени мог выиграть эту войну». Необходимо, чтобы НАТО увеличило свое присутствие в Афганистане и лучше координировало силы. Нужна «более комплексная, сфокусированная, дисциплинированная» стратегия.
   Для этого Обама обещает направить в страну больше людей и средств. В дополнение к 17 тыс. человек, о которых уже было объявлено ранее, планируется командировать еще 4 тыс. военнослужащих в качестве инструкторов и консультантов для вооруженных сил Афганистана. Расходы, составляющие сегодня около $2 млрд в месяц, должны возрасти на 60% — Обама рассчитывает, что парламент проявит к такому решению понимание. Американский президент призывает к более активным действиям и союзников США, от которых он требует если не военного, то хотя бы финансового участия.
   Впрочем, теперь задача будет состоять не в том, чтобы насадить в Афганистане демократию западного образца. Военная операция, по мнению Обамы, не может продолжаться неопределенное время, необходима стратегия выхода из конфликтного региона. Соответственно, первостепенная и обязательная цель Запада —
   не оставить «Аль-Каиде» возможностей для отхода после террористического нападения на цели, расположенные в различных точках мира.
   Конечно, непривычная сдержанность президента Соединенных Штатов, а также его готовность к улучшению условий жизни афганского народа за счет усиленного восстановления гражданской инфраструктуры и даже к ведению переговоров с «умеренными талибами» не могут не радовать. И все же ответ на вопрос, какие критерии следует применять к выбору партнеров по переговорам, продолжает вызывать споры. Недавно один немецкий кабаретист выразил это словами: собственно, кто такой «умеренный талиб»? Уж не тот ли, кто «забивает людей до смерти мелкими камушками?»

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK