Наверх
10 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2006 года: "Московских окон равнодушный свет"

Любит ли Москва своих жителей? Любят ли москвичи Москву? Скорее всего, наши чувства взаимны. Но эти чувства — не всегда любовь.   Москва моего детства — всегда солнечный город. По крайней мере, когда ранним утром поезд с моей малой родины — древнего и ленивого Новгорода — прибывал на Ленинградский вокзал, на улице всегда светило солнце, а в душе звучал помпезный Первый концерт Чайковского.

   Москва моей студенческой юности — настороженно-ждущий город с огромными крысами у Белорусского вокзала, похожими на маленьких такс, и стенами домов, обклеенными бумажками со словами: «Да-Да-Нет-Да». Но было весело, было предчувствие ЧЕГО-ТО нового впереди.

   Моя сегодняшняя Москва — элегантная дама лет сорока, которую трудно чем-то удивить. Она дорого костюмирована, ее шею украшают стразы банковских зданий, очень похожих на нефтяные вышки. Она не стремится нравиться, потому что это — ниже ее достоинства. Она ж вам не какая-то выскочка-малолетка Астана и не ретроград-Минск. Она знает себе цену. И цена эта очень высока.

Вас здесь не стояло
   Любит ли Москва гостей? Она к ним равнодушна, несмотря на недавно объявленный Лужковым план укрепления имиджа столицы за рубежом ценой аж в $27 млн. на несколько лет. Гости из дальнего зарубежья по-прежнему жалуются на немыслимую дороговизну, неудобство города для иностранцев. Начиная, к примеру, с отсутствия названий на латинице и кончая унизительной и взяткоемкой процедурой регистрации индивидуалов, которой нет больше ни в одной европейской стране (вам же не приходится по приезде в Париж или Рим метаться мухой в префектуру, чтобы там «временно зарегистрироваться»).

   Любит ли соседей из ближнего Подмосковья? Она их не замечает и в быту презирает. На практике это, в частности, выливается в полное отсутствие сотрудничества города и области по части увеличения комфортности тех, кто ездит туда-сюда на работу (а автомобильные въезды в город — одна вечная и огромная пробка).

   Любит ли она нас, москвичей? Она нас терпит. Мы с ней соблюдаем вооруженный нейтралитет, стараясь не напрягать друг друга. Скажу точно: женщин Москва не любит больше мужчин. Иначе почему каблучки наших дорогих туфель постоянно застревают в расщелинах ее неровного асфальта, а колесики наших машин постоянно въезжают в непредсказуемые провалы отлакированных правительственных трасс?

   Москва удобна и ласкова местами. Места эти неочевидны. Их надо знать. Например, в Северо-Западном округе ГАИ работает как часы. А вот недавно нам пришлось снимать с учета машину в ГАИ на Юго-Западе. На эту немудреную операцию мы потратили более суток. Некоторые особо отчаявшиеся граждане ночевали у техцентра, что на Варшавке, делая переклички каждые четыре часа. Такими возбужденными я помню жителей столицы, когда в конце 80-х мы «писались» в очереди на заветные холодильники «Минск».

   Вот еще случай… Надо мне было взять интервью у одного знаменитого иностранца. Господин пожелал приехать ко мне лично, чтобы посмотреть, как живут рядовые москвичи. Я же решила угостить любопытного европейца, первый раз приехавшего в наши «березовые ситцы», в самом обычном московском кафе. Трижды (!) мы объехали на его пафосном «майбахе» наш в общем-то уютный район Южное Тушино, но «скромного, обычного» кафе так и не нашли. Почему-то под руку попадались прокуренные грузинские забегаловки или совсем уж замусоленные общепитовские рестораны. Мне было стыдно. Пришлось ехать в центр, в кафе «Пушкин». Как и что едят рядовые жители столицы, иностранец так и не узнал. Пусть это останется нашей маленькой тайной. И таких заморочек в каждом районе — хоть отбавляй.

   Кафе! А много ли в микрорайонах бассейнов, стадионов, спортивных — хоккейных, футбольных, баскетбольных — площадок?

   Да что там всякие юго-запады и северо-востоки! Недели две назад я шла на прием в Пушкинский музей. Под это дело купила новые туфли и, приближаясь к цели, начала суетливо искать скамейку, где бы можно было, не шокируя граждан, сбросить босоножки и облачиться в элегантную обувь. Я обошла все переулки вокруг музея, постепенно расширяя радиус активного поиска. Какая там лавочка! Все дворы с лавочками, клумбами, газонами и детскими площадками (будь то жилые дома или офисные здания) обнесены высокими заборами, закрытыми на кодовые замки. Если нет кодовых замков, непременно есть шлагбаум. А вот уютных двориков и лавочек в центре нет давно. Московский центр — это что-то типа дорогой швейцарской тюрьмы: кругом решетки, сигнализация, охранники и направления вместо пешеходных дорожек. Пусто и неуютно. Лишь машины шинами шуршат. Туфли я таки переобула, стоя на одной ноге посреди тротуара рядом с каким-то посольством. Охранник в будке вылупил глаза, но арестовывать меня не стал.

   Но… несмотря на традицию постоянно ругать и попрекать свой город, мы, новые и старые москвичи, ни за что не променяем его ни на какой другой. Это доказывает и исследование, проведенное весной холдингом ROMIR Monitoring.

Если не Москва, то Хабаровск!
   Москвичам задали вопрос, в каких городах страны или мира они хотели бы жить. Оказывается, 84% жителей столицы вполне довольны своей жизнью и не хотели бы жить ни в каком другом российском городе. Причем женщины более мужчин привязаны к Москве: 89% против 78%. Исследование также показало, что чем младше респондент, тем с большей легкостью он готов пуститься в эксперимент с местом жительства. Так, 91% пенсионеров хотели бы жить только в Москве, а среди молодых людей в возрасте от 18 до 24 лет — уже много меньше, 71%.

   Четыре процента москвичей при возможности переехали бы в политически модный ныне Санкт-Петербург. Такой ответ дали молодые люди от 18 до 25 лет. Еще 7% столичных жителей назвали другие города, в которые не прочь переселиться. Среди мест, названных москвичами, оказались Хабаровск, Сочи, Нижний Новгород и множество других как конкретных, так и абстрактных небольших тихих городков типа Великого Новгорода, Устюга или Суздаля.

   Что касается выбора городов за пределами страны, то 10% москвичей с радостью покинули бы столицу, чтобы жить в одном из центров Западной Европы. Еще 3% опрошенных хотели бы уехать в один из городов США или Канады. Между тем 77% москвичей остаются в любом случае верны своему городу…

   Большинство москвичей считают, что ни один город мира не может конкурировать с Москвой. Однако все же настораживает то, что столицу склонны покинуть довольно большое число молодых людей. Президент холдинга ROMIR Monitoring Андрей Милехин так комментирует этот факт: «В Москве тяжелее делать карьеру. Привлекательные места в основном уже заняты, а Питер сейчас резко поднимается экономически, все больше крупных компаний открывают там свои представительства и даже головные офисы. Кроме того, молодых привлекает близость Петербурга к Европе. Теми же «трудовыми» мотивами объясняется и желание 15% москвичей перебраться на Запад. Они убеждены, что там созданы лучшие условия для ведения бизнеса и повышения уровня материального благосостояния, чем в родной столице».

   Бог с вами, с теми, кто хочет жить и работать в Питере. Там все блатные места уже заняты, и зарплаты все равно ниже, чем здесь. Поэтому, переболев разными насморками-отитами, сопряженными с «жизнью на болотах», и получив хронический бронхит, вскоре вы оттуда сбежите, оставшись при своих.

Удобство? Это лишнее…
   Более всего меня удивляют люди, которые считают Москву удобным городом. А таких немало (см. график). Может, все они живут на Рублевке? Но ведь и оттуда утром надо выезжать в центр, продираясь через пробки. Или они ездят на работу в душном метро, пропахшем чужими подмышками? А может, это обитатели домов престарелых, которые в последний раз выбирались в центр города на похороны Леонида Ильича?

   Вспоминаю свою первую поездку за границу. 1986 год. Западный Берлин. Знаете, что более всего потрясло меня, впечатлительную студентку-первокурсницу? Не широкий выбор копченых колбас на прилавках и не наличие в спортивных магазинах настоящих кроссовок «Адидас». Поразило огромное число инвалидов на улицах. Инвалидные коляски я видела везде: в лифтах супермаркетов, на специальных переходах улиц и — даже! — в автобусах. «Боже, как много здесь инвалидов! — думала я тогда. — У нас такого нет!» Мне, наивной, и в голову не могло прийти, что в нашей столице инвалидов не меньше, только жить в большом городе инвалиду противопоказано. Они в нем — наравне со всеми. Понимание этого пришло позже. С тех пор минуло ровно 20 лет. Вроде и Москва уже не тот затырканный город. Вроде в Европах живем. А инвалидов на улицах столицы по-прежнему днем с огнем не сыщешь. Меньше их не стало. Просто, как и в «прошлой жизни», они по-прежнему вынуждены сидеть дома. Потому что наш город не любит слабых. И не умеет сочувствовать. Москва слезам не верит. И в ней чрезвычайно мало удобных для инвалидов пандусов (не формальных, с немыслимым для коляски наклоном, а именно нормальных), оборудованного под инвалидов общественного транспорта. Они не могут спуститься в метро (нет лифтов, ни одного!). Для них не существует «приседающих» до самой земли на правые колеса автобусов, как в любом заштатном американском городишке. Много чего нет…

   Зато в нашем метро билетик купить гораздо легче, чем в Нью-Йорке. В смысле дешевле. И это вселяет оптимизм. А еще с нашим гаишником легче договориться, чем с любым западным. Разве это не удобство? Чего бы еще вспомнить?

   Кстати, к чему на кухнях и в прочих кулуарах обсуждать проблемы столиц? Пора поднимать эту тему на более высокий уровень. И повод, и место для этого найдены. И не нами. Аккурат с 16 по 23 сентября в солнечной Хорватии на обетованном острове, где нет ни пробок, ни экологических катаклизмов, соберутся на международный семинар-встречу «без галстуков» мэры крупных городов Европы. Говорят, из Москвы аж целый чартер «ответственных лиц» отчалит туда работать в поте лица. Целую неделю непрерывного, усердного труда! Стоимость пакета одного участника — 2080 евро. Вот это будет мозговой штурм! А то им, видимо, невдомек, чего москвичам не хватает по жизни. А вот как узнают — то благотворных перемен нам точно не избежать.






   «По части культуры Лужков абсолютный девственник»

   Алексей КЛИМЕНКО, академик, член президиума Экспертно-консультативного

   общественного совета при главном архитекторе Москвы:

   — Алексей Алексеевич, есть ли в столице структуры, которые не покладая рук работают над усовершенствованием облика Москвы? Я слышала, в Москве есть Институт города. Что эти люди делают такого доброго и вечного?

   — Боюсь, не много полезного. Там сплошные чиновники сидят — слабые профессионалы. Чиновников у нас плохо учат. Взять, например, решение по Пушкинской площади — все отдано на откуп турецкой фирме.

   Известно, что в урбанистике Лужков мало что понимает. Он этому не учился. А по части культуры он и вовсе абсолютный девственник. Его гуру в культуре — Шилов, Глазунов, Церетели, Андрияка да Нестеренко.

   В нормальных странах развитием городов занимаются урбанисты. У нас даже института такого нет. Судьбоносные для города решения принимаются администраторами или «хозяйственниками». Результат такого управления в условиях придворного холуйства — уродство города.

   — Подождите, но кроме Лужкова есть главный архитектор. Что же он?

   — Ему можно только посочувствовать. Сказать Лужкову слово поперек он не в силах.

   — Какой, по-вашему, самый вопиющий случай градостроительного невежества?

   — Их у нас достаточно. Но один из самых красноречивых — решение о строительстве Парламентского центра. Ради него на Красной Пресне решено убрать единственный стадион, где еще в 20-е годы братья Старостины тренировались. Московские чиновники предложили президенту на выбор несколько мест. Царственным пальцем он ткнул именно в этот стадион. Возражать не посмели. Но мало того, что это «урбанистическое» решение оставит детей Пресни без спортивного поля. Дело даже не в протестах жителей, которых у нас никто не слушает. Но ведь этот стадион находится прямо напротив кампуса — жилого комплекса американского посольства. Представляете, как же надо не уважать законодательную власть, собранную в Думе и парламенте, чтобы ставить ее под возможность прямого прослушивания! А как же безопасность? Как же государственные секреты? А что авторы этой светлой идеи думали о транспорте? Представляете, что будет с Пресней, когда туда переселят всех депутатов с их машинами, помощниками, гаражами? Транспортный коллапс!

   И так уже пресловутые транспортные кольца, подобно змеям Лаокоона, душат город. К тому же именно в этом месте протекает довольно активная подземная речка. Как можно строить здание в столь зыбком месте?! Это все равно что строить дом посреди Ниагарского водопада. Можно, конечно. Но идиотизм.

   — Ну и бог с ними, с этими градостроительными умопомрачениями. Зато в Москве появилось много клумб, цветочков. Это красиво…

   — А вы знаете, что на Остоженке, где много этих самых цветочков, уровень ПДК превышен в десятки раз? В Нагатинской пойме, где много десятилетий функционировал Автозавод, еще страшнее. И именно здесь, в Нагатинской пойме, Лужков собирается строить колоссальный центр для малого и среднего бизнеса. На Общественном совете я ему прямо сказал: «Это убийственно опасная идея. Там очень грязно». Прилюдно Лужков со мной согласился и… распорядился подмести там мусор.

   Да! О цветочках забыл. О цветочном фестивале в Кузьминках знают все. Прекрасно! А вы никогда не интересовались, какая там экология? Ведь там много десятилетий был институт экспериментальной ветеринарии. На животных испытывали разное… Хоронили тут же. Экология на том же уровне и осталась, а горожане приезжают в Кузьминки клумбами-газонами любоваться.

   — Неужели так-таки никто не может сказать правду об этом безобразии?

   — Почему, может. Когда мой коллега академик архитектуры Бочаров приходит на профессиональные и общественные советы и просит слова, лица у некоторых чиновников буквально скручиваются в штопор. Но нас, тех, кто может сказать слово поперек, не так уж много.

   Специалисты и эксперты в городе есть. Только их никто не слышит. Поэтому у нас и нет института независимой экспертизы. Может, нам поможет какой-нибудь комиссар, Гус Хиддинк от урбанистики, не зараженный коррупцией.

   — Если, как в школе, оценить по 5-балльной системе удобство и гармоничность развития города, какую оценку вы поставили бы Москве?

   — Москва — это полная катастрофа. Оценка уходит в минус.

    Анна Амелькина



 

График 1
Хотели бы Вы жить в другом городе мира (кроме российских городов), и если да, то в каком? (%)
































В одном из городов Западной Европы10
В одном из городов США или Канады3
В одном из городов Центральной или Восточной Европы1
В одном из городов бывших союзных республик1
Другое1
Нет77
Затрудняюсь ответить7



 

График 2
Считаете ли вы Москвы удобным городом для жизни?
















Да70
Нет23
Затрудняюсь ответить7



 

График 3
Какие из проблем в нашем городе беспокоят Вас больше всего? (%)








































Автомобильные пробки на дорогах44
Высокий уровень преступности30
Переполненный общественный транспорт22
Нечищеные от снега дороги, тротуары21
Недостаток мест для отдыха и спорта15
Темные, грязные подъезды14
Захламленные, неубранные дворы10
Плохое отопление4
Затрудняюсь ответить9



 

График 4
Как Вы считаете, отличаются или нет условия жизни в Москве от условий жизни в остальной России?




























В Москве условия значительно лучше63
Немного лучше18
Условия жизни такие же5
Немного хуже3
В Москве условия значительно хуже3
Затрудняюсь ответить8

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK