Наверх
7 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2011 года: "Особо опасные объекты"

Не нашлось еще той силы в России, которая способна сделать так, чтобы «коммуналка» работала исправно, дома не рушились от ветхости, а тарифы не росли.   Если посмотреть, из чего состоит тариф монополий, действующих в системе ЖКХ, то ничего там не разберешь, признал в интервью «Профилю» генеральный директор госкорпорации «Фонд содействия реформированию ЖКХ» Константин ЦИЦИН. При этом он уверен, что за свое, частное хозяйство должны отвечать мы сами.
   
   — Константин Георгиевич, каждый год у нас в стране начинается с шампанского и новых цен за жилищно-коммунальные услуги. Вам как гражданину это не надоело?
   — Мне понятно, почему это делается. У нас с 90-х годов прошлого века отрасль жилищно-коммунального хозяйства недофинансировалась в гигантском масштабе, а цены в определенный период искусственно сдерживались. Потом цены отпустили, но рост тарифов был привязан к темпам инфляции. Когда же инфляция стала относительно невысокой, цены на услуги ЖКХ стали расти темпами, в два раза превышающими темпы инфляции. Это мне уже совсем непонятно, и я считаю, что в основном это «заслуга» монополистов, действующих в системе ЖКХ. Сейчас они обязаны раскрывать механизм ценообразования, но если посмотреть, что они публикуют, то там черт ногу сломит. Правда, при этом большинство граждан — примерно 80% — все равно исправно платят по счетам.
   — И что с этим делать?
   — В пути иногда бывает полезным остановиться, осмотреться, чтобы понять, куда идти дальше. Мы еще в прошлом году высказали идею зафиксировать цены на услуги ЖКХ в рамках трехлетнего бюджетного планирования, то есть не повышать их в течение трех лет. За это время можно детально проанализировать ценообразование, посмотреть, как в таких условиях будут реализовываться инвестиционные программы монополистов. Надо сделать такой расчет тарифа, который был бы понятен простому обывателю. Фонд ЖКХ, например, запустил интернет-ресурс, в котором любой человек может подставить в программу цифры из своей платежки и посмотреть, превышают ли эти цены предельно допустимый уровень тарифов в его муниципальном образовании. С помощью ученых мы проанализировали, насколько соотносится рост тарифов на услуги ЖКХ с ростом доходов граждан. Некоторое время рост тарифов был ниже, а в 2010 году он опередил рост благосостояния населения. Это очень тревожная тенденция. Правительство сейчас рассматривает возможность введения долгосрочного тарифного регулирования. Но, думаю, все-таки лучше было бы зафиксировать тарифы на какой-то срок. Хотя у постоянного роста тарифов есть один положительный момент — это заставляет всех задуматься об экономии ресурсов и повышении энергоэффективности.
   — Чем именно занимается Фонд ЖКХ?
   — Фонд реализует две основные программы — расселения ветхого, аварийного фонда и капитального ремонта жилых многоквартирных домов. Начиная свою работу, мы не видели особых сложностей с реализацией первой программы. А вот с программой капремонтов возникли проблемы. У нас был ряд требований к регионам, без выполнения которых невозможно было получить финансирование. Некоторые регионы взяли у нас по программе большие средства, но не смогли их освоить, потому что не сумели найти трудовые ресурсы. Капремонтом никто не занимался уже лет пятнадцать. Организаций, которые на этом специализировались, практически не осталось. Первый год регионы просто латали дыры, никто и не думал о том, как делать ремонт, чтобы потом экономить на коммунальных платежах. Только на второй год нам удалось переломить эту тенденцию. Надо учесть при этом, что у нас раньше все было фактически бесплатно. Мы не привыкли экономить, людям проще заставить счетчик назад крутиться. Поэтому одной из основных наших задач стала необходимость поменять психологию людей. С 2011 года при капитальном ремонте обязательно устанавливаются домовые приборы учета. Мы, конечно, и раньше всячески убеждали наших партнеров, что это делать нужно, поскольку экономия сразу оказывалась очень существенная — 20-30%. Возникали, правда, поначалу проблемы с ресурсопоставляющими организациями, которые продолжали выставлять счета по своим нормативам, а не по счетчикам. Да и сейчас такие случаи еще есть.
   — Сколько регионов задействовано в программе капремонта и сколько домов отремонтировано?
   — Всего задействован 81 регион. Не вошли в этот список, например, Москва и Чеченская Республика. Чеченская Республика не попала в программу по объективным причинам — у них на тот момент не было муниципальных образований, они появились только с 2010 года. Москва же не участвовала по принципиальным соображениям, такова была позиция прежнего руководства города. Всего по программе капремонта должно быть отремонтировано порядка 120 тыс. домов. На сегодня сдано около 114 тыс. домов. Конечно, не без огрехов. Позитивно то, что сами жильцы проявляют сейчас инициативу, не бросают все на самотек. И добиваются в этом серьезных успехов, в том числе заменяя подрядчиков в случае некачественной работы. В моногородах мы привлекаем высвобождаемых с других предприятий работников, нам удалось создать несколько тысяч рабочих мест.
   — Но ведь это далеко не весь жилой фонд, который нуждается в ремонте.
   — Да, это примерно 12-15%. Конечно, этого мало. Поэтому наша задача состоит в том, чтобы помочь регионам создать механизм, который позволил бы продолжать программу капремонтов без больших государственных вливаний.
   — И каким может быть этот механизм?
   — Начну с того, что в 57 субъектах Российской Федерации в том или ином виде с жильцов собирается плата за капитальный ремонт. В программе финансирования было предусмотрено участие граждан в размере 5%. Размеры этой платы разные — от 1 до 16 рублей за квадратный метр в месяц. И жильцы покорно платят, хотя капремонт практически не осуществляется. Необходимо сделать так, чтобы платежи расходовались на те цели, на которые они предназначены, а не служили для затыкания дыр в бюджетах управляющих компаний. Когда ТСЖ и УК открывают специальный счет, у них есть большой соблазн туда залезть. Поэтому мы предлагаем создать на уровне субъекта РФ специальные фонды, где будут аккумулироваться средства, которые выделяют регионы, федеральный центр. При этом любой гражданин должен иметь возможность посмотреть, сколько денег собрано и на какие цели они потрачены. Такой законопроект мы сейчас готовим, думаю, уже весной он может быть внесен правительством в Госдуму.
   — Вы не видите противоречия в том, что большая часть жилья находится в частной собственности, а финансирования капремонта люди требуют от государства?
   — Это привычка, выработанная десятилетиями. Надо менять психологию, но за два-три года это сделать не получится. Мы думали, что будет достаточно хорошего примера — дом ремонтируется, значит, и соседи подтянутся. Мы поначалу мало средств вкладывали в информационную кампанию. Потом поняли, что это было ошибкой. С прошлого года ведем активную разъяснительную работу, хотя нам не все удается. Я всегда простой пример привожу: вы же за своим автомобилем следите, знаете, когда надо делать ТО, когда резину менять. Никто не говорит, что это должно делать государство. Гражданам при проведении приватизации, к сожалению, не объяснили, что быть собственником — это значит нести ответственность не только за свою квартиру, но и за дом в целом. Дом — это опасный социальный объект, и им надо правильно управлять.
   — Вспоминается печальная история с сосульками в Санкт-Петербурге. Кто должен отвечать за ущерб — губернатор?
   — Да в законодательстве все определено — отвечает собственник. Мы с вами отвечаем. Если есть управляющая компания, то она несет ответственность, если жильцы сами управляют своим домом, то они и отвечают. Есть понятие субсидиарной ответственности. В отношении собственников вполне может быть начато уголовное преследование. В Питере основная проблема в том, что там не могут заставить юридических лиц, которые владеют зданиями, убирать эти сосульки. Штрафы выписывают, но это копейки. С частными собственниками более или менее все нормально.
   — А как заставить собственников трубопроводов, электросетей модернизировать свое хозяйство?
   — Бюджеты и инвестпрограммы муниципальных компаний, которые занимаются ремонтом сетей и прочего хозяйства, утверждают местные депутаты, а капвложения закладываются в тариф. Покажите мне хоть один муниципалитет, где местная Дума проверила, что было выполнено и на что были потрачены деньги. Когда к управлению пришли частные компании, ситуация мало изменилась. Только сейчас появляются первые возможности для контроля их деятельности. Вообще, мне кажется, что все здесь зависит от главы муниципального образования. Например, в Оренбурге закупили роботов для ремонта трубопроводов, которые выполняют их санацию и делают полимерное покрытие, после чего трубопроводы еще 50 лет служат.
{PAGE}
   — Проводилась ли оценка эффективности расходования средств, выделенных Фонду?
   — Есть две оценки. Первую дала Служба по финансово-бюджетному надзору, которая проверяла программы Фонда в регионах за 2009 год. Она отметила, что средства Фонда расходуются в пять раз более эффективно по сравнению с расходованием средств федерального бюджета по другим программам. Что касается эффективности с технической точки зрения, скажу честно, могли бы что-то и лучше сделать. Но я бы хотел отметить, что на сегодня переселено 175 тыс. человек из аварийного жилья. Причем люди переселяются в современные, высокотехнологичные дома. В Барнауле построены практически элитные дома по цене эконом-класса.
   Нас журналисты спросили: почему вы в такие хорошие дома переселяете людей из аварийного жилья? Там, чего греха таить, есть и неблагополучные категории граждан. Но многие ведь десятилетиями жили в бараках, надо дать им шанс начать новую жизнь в достойных условиях. Мы стараемся вкладывать деньги сегодня в малоэтажное, энергоэффективное строительство. В Белгороде такой дом сдали — с мобильного телефона можно выставить температуру, например 15 градусов, а за час до возвращения, опять же с мобильного, можно установить уже 25 градусов.
   — Сколько еще будет работать Фонд?
   — До 1 января 2013 года. На данный момент идем с опережением графика, выбрали практически все выделенные средства. Из 255 млрд рублей осталось только 1,2 млрд.

   

   СТРАШНАЯ ТАЙНА
   Как на самом деле формируются тарифы на услуги ЖКХ в России — тайна за семью печатями.
   «Когда я еще была в Мосгордуме, мне лишь с третьего раза удалось получить информацию из теплоснабжающей организации о том, из чего состоит тариф. Получилось, что помимо прочего мы оплачиваем и профилактории, и пионерские лагеря. А еще мне работники департамента финансов доказывали, что им необходимо помогать, иначе у них развалится социальная инфраструктура», — рассказывает депутат Госдумы Галина Хованская. Она говорит, что тарифы несправедливы и рассчитаны «на карман монополистов, а не на ремонт и замену оборудования».
   Галина Хованская уверена, сейчас есть юридические основания для того, чтобы узнать всю правду о тарифах, — это постановления правительства РФ №1140 и №731. И нам надо этим пользоваться.
   В развитых странах электроэнергию, воду, теплоносители экономят в том числе с помощью тех же счетчиков. В результате размеры платежей, например в Европе, сопоставимы с российскими, хотя там ресурсы значительно дороже.
   В среднем ежемесячные расходы на квартиру площадью 70 кв. м в Западной Германии составляют около 127,4 евро, в Восточной Германии — 97,3 евро. Стоит отметить, что средняя зарплата в Берлине составляет порядка 3500 евро.
   В Восточной Германии целью реформы ЖКХ после объединения страны стало воспитание грамотного собственника жилья, который должен был научиться управлять жилищным фондом. Кроме того, там попросту прекратили субсидировать жилищные услуги, а бюджетные средства направили на ремонтные работы.
   Ирина Кезик
Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK