Наверх
13 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2011 года: "От Фукусимы не застрахован никто"

Землетрясение века привело к расплаву активной зоны на японской АЭС. ЧП, сравнимое с чернобыльской аварией, может предрешить дальнейшую судьбу ядерной энергетики.   Японское телевидение транслировало эти кадры в миллионы квартир. Люди в оцепенении наблюдали, как атомный реактор АЭС «Фукусима» взлетает на воздух. Сомнений быть не могло: в государстве высоких технологий произошла, пожалуй, самая крупная на сегодня ядерная катастрофа XXI века, вызванная сильнейшим землетрясением за всю историю Японии.
   Четверть века назад, когда рванул 4-й энергоблок Чернобыльской АЭС, советское правительство мобилизовало тысячи трудящихся, чтобы «накрыть» реактор песком и свинцом. В общей сложности в работах по консервации реактора задействовали почти миллион человек. При этом Советскому Союзу не приходилось одновременно бороться с опустошительными последствиями землетрясения и цунами.
   На этот раз трагедия постигла Японию — страну технических чудес. И это может потрясти основания атомной энергетики куда сильнее, чем события 1986 года в советском Чернобыле.
   Конечно, в отличие от Германии или Франции, Япония находится в зоне повышенной сейсмической опасности. Но вместе с тем это одна из ведущих индустриальных держав. Высокопрофессиональные и до педантичности аккуратные японские инженеры создают самые современные и надежные автомобили в мире.
   После Чернобыля немецкие физики-ядерщики смогли убедить себя и сограждан, что на востоке Европы работают устаревшие реакторы и бесталанные, халатно относящиеся к делу инженеры. А вот западные АЭС, утверждалось тогда, современнее, да и обслуживают их лучше. Стало быть, надежность у них выше.
   Недавние события свидетельствуют, насколько необоснованной была такая самоуверенность. Если аварии наподобие японской в принципе возможны, значит, их нельзя полностью исключить и в Германии. Цепочки фатальных обстоятельств достаточно, чтобы Фукусима повторилась где угодно.
   Есть серьезные основания полагать, что впредь политики и ученые станут относиться к ядерной энергетике крайне настороженно. И на предложения использовать мирный атом будут отвечать: «Спасибо, не надо!»
   После известия о взрыве реактора на другом конце света федеральный министр по охране окружающей среды Норберт Реттген (ХДС) проявил крайнюю обеспокоенность. Еще утром в субботу 12 марта в разговоре с женой он предположил, что «это событие изменит все». Супруги Реттген даже провели аналогию с 11 сентября 2001 года, днем терактов в Нью-Йорке и Вашингтоне.
   Впрочем, непосредственную опасность для Германии можно практически исключить, заверяет министр, — пока прежде всего нужно «выразить соболезнования японцам, получить ясную картину и предложить помощь». В субботу вечером Ангела Меркель провела в ведомстве канцлера экстренное совещание, посвященное атомному кризису в Японии.
   На дискуссию об атомной энергетике, начавшуюся в Германии еще до наступления новой рабочей недели, Реттген отреагировал с раздражением: «В нынешнем положении считаю подобные разговоры неуместными. Более неудачный момент трудно себе даже представить». Высказаться относительно предполагаемого продления эксплуатации немецких реакторов он отказался: «В контексте политики в целом и партийной политики в частности мы можем обсудить данный вопрос и позднее».
   Разумеется, «зеленые» с ним не согласны. В ядерной катастрофе, постигшей Японию, им видится шанс оживить тему, которая является их «коньком»<…>
   Бывший федеральный министр по охране окружающей среды и нынешний председатель фракции Юрген Триттин считает, что недоверие к атомной энергетике получило дополнительное подтверждение: «Даже такая современная страна, как Япония, с ее высокими технологиями, не может исключить риск расплава активной зоны. Существует такая опасность и в Германии, тем более что в Федеративной Республике разрешают дальнейшую эксплуатацию столь небезопасных реакторов, как те, что работают на АЭС в Неккарвестхайме». По его мнению, события в Японии свидетельствуют, что продлевать срок службы энергоблоков попросту безответственно. Но председатель фракции ХДС/ХСС в бундестаге Фолькер Каудер в узком кругу успел заявить: фукусимская авария не повлияет на позицию партий в отношении АЭС. Его заместитель Михаэль Фукс высказался в том же ключе: «Тектоническая обстановка в Японии в корне отличается от немецкой. Поэтому ЧП в Фукусиме не ставит под вопрос продление эксплуатации АЭС в Германии».
   Ничего нового в такой аргументации нет. Насколько она окажется убедительной, пока сказать трудно. До сих пор представители атомщиков, союза ХДС/ХСС и СвДП заверяли: немецкие АЭС совершенно безопасны, а отечественные инженеры заслуживают доверия. Но то же самое говорили и про Японию, тамошние специалисты по автомобилестроению или атомной энергетике считаются не хуже немецких. И если нельзя с уверенностью сказать, что японцы в состоянии сконструировать безопасные реакторы для своих условий, то какой вывод из этого следует в отношении немцев?
   Едва ли найдется другая столь же знаковая для истории Федеративной Республики Германии тема, как атомная энергетика. Пожалуй, ни одна другая нация не реагирует столь остро на угрозу радиоактивного заражения, как немцы. В частности, поэтому они создали партию борцов с мирным атомом («зеленые»), которая стала неотъемлемой частью политической системы.<…>
   Как показывает история, большинство немцев можно оперативно мобилизовать против атомной энергетики — если для этого появляется повод. Такой, как Фукусима. События в Японии самым серьезным образом повлияют на атомные дебаты в Германии.
   Позиция канцлера Ангелы Меркель, как это часто бывает, до последнего времени оставалась не вполне ясной. Как физик, она питает вполне объяснимое доверие к ученым-атомщикам, а значит, и к отрасли в целом. Как политик — понимает, что тема едва ли добавит ей популярности среди населения. И потому Меркель обычно высказывается расплывчато и осторожно: временно с этой «переходной технологией» можно смириться, в долгосрочной же перспективе — в силу негативного отношения граждан — ее развитие представляется нецелесообразным.
   Пока японские инженеры пытались предотвратить худшее, эксперты по безопасности реакторов во всем мире с ужасом следили за происходящим. Они обменивались электронными письмами, созванивались, общались на закрытых форумах. Официальной информации практически не поступало, однако у всех были знакомые среди специалистов на месте событий. «Положение крайне серьезное», — констатировал бывший директор общества по обеспечению безопасности атомных реакторов Лотер Хан, как только стало известно о неполадках системы охлаждения. «Если так пойдет дальше, — признал еще вечером 11 марта один из сотрудников японского ведомства по атомной энергетике, — то наихудший сценарий не исключает расплава активной зоны».
   Очевидно, все пошло именно по такому сценарию. В результате отказа системы электроснабжения насосы охлаждения реактора перестали подавать воду, ее уровень начал падать. По некоторым сообщениям, твэлы (тепловыделяющие элементы. — «Профиль») наполовину, то есть почти на метр, возвышались над водой. Результат — их частичное разрушение и перегрев. Похожее случается с кипятильником, когда испаряется жидкость.
   С учетом критичности ситуации надзорные органы одобрили стравливание радиоактивного пара в атмосферу. Уровень радиации на объекте превысил норму в тысячу раз, радиоактивный фон на территории АЭС также возрос.
   Технологически аварию в Фукусиме можно сравнить с происшедшим в 1979 году на АЭС «Тримайл-Айленд» под Гаррисбургом, столицей штата Пенсильвания. Утром 28 марта 1979 года заклинивание вентиля и череда ошибок оператора привели к потере большого количества жидкости из контура охлаждения 2-го энергоблока.
   Автоматическое отключение — так же как и недавно на АЭС в Фукусиме — предотвратило начало цепной реакции. Однако из-за нехватки воды в системе охлаждения остаточное тепло отводилось неэффективно. Часть делящегося материала расплавилась. Радиоактивные газы вырвались в атмосферу. Специалистам удалось восстановить контроль над реактором только спустя пять суток.
   ЧП под Гаррисбургом стало первой аварией, заставившей людей во всем мире усомниться в безопасности атомной энергетики. После чернобыльских событий многие народы и вовсе отвернулись от этой рискованной технологии.
   В тот страшный день, 26 ап-реля 1986 года, тоже произошел расплав активной зоны. 4-й энергоблок Чернобыльской АЭС, расположенной неподалеку от украинского города Припять, вышел из строя — по иронии судьбы — в ходе испытаний системы безопасности, ночью.
   В результате ряда ошибок оператора мощность реактора почти в сто раз превысила установленную. Из-за экстремального перегрева произошло разрушение направляющих каналов стержней управления — механизма, без которого остановить процесс ядерного деления невозможно. А роковая цепочка химических реакций привела к накоплению взрывоопасной газовой смеси под крышкой корпуса реактора. <…>
   Чернобыльская трагедия объясняется человеческим фактором. Фукусима может стать зловещим предупреждением: полностью обезопасить реакторы от природных стихий невозможно. В особенности когда речь идет о «ветеранах» отрасли.
{PAGE}
   Фукусимский реактор — это «реликт», утверждает Шон Берни, британский эксперт по ядерной безопасности организации Greenpeace. Реакторы на восточном побережье Японии ему знакомы не понаслышке.
   Берни неоднократно бывал с инспекциями на Фукусимской АЭС, кроме того, ему доводилось работать в Япо-нии. 1-й и 2-й энергоблоки вводились в эксплуатацию в начале 70-х годов, когда стандарты безопасности были существенно менее строгими, чем сегодня. В то время легендарные «жуки» концерна Volkswagen не имели ни ремней безопасности, ни воздушных подушек, ни подголовников. Согласно первоначальным планам, аварийный энергоблок в скором времени пора было отключать от сети.
   Однако строить новые атомные электростанции слишком дорого и крайне проблематично в политическом отношении. Энергетики во все большем количестве стран добиваются даже более существенного увеличения сроков службы реакторов, чем планируемое в Германии. Увы, как выясняется, «лифтинг» древних энергоблоков — это рискованная затея.
   Энергетические компании просят разрешить эксплуатацию старых энергоблоков по истечении их проектного срока службы, составляющего сорок лет. США уже продлили лицензии в отношении целого ряда АЭС сразу на два десятилетия. Европейские страны равняются на Америку. Однако возможности модернизировать системы безопасности весьма ограниченны.
   В день землетрясения в Японии произошло аварийное отключение 11 реакторов. На пяти энергоблоках из-за проблем с охлаждением был введен чрезвычайный режим. «Это шокирующие события. Международная атомная индустрия пыталась продлить свое существование, в массовом порядке продлевая эксплуатацию старых реакторов, — говорит противник мирного атома Шнайдер. — Авария на устаревших энергоблоках в Фукусиме демонстрирует возможные последствия такого подхода. Этого удара атомной энергетике не пережить».<…>
   Реакторы АЭС «Фукусима Даичи» расположены непосредственно на побережье и всего в 50 км от города Сендай, полностью разрушенного землетрясением. Почти все 55 японских АЭС находятся в непосредственной близости от океана, для эксплуатации реакторов необходима холодная вода в больших количествах. Именно это делает атомные электростанции столь уязвимыми для цунами.
   После крупного наводнения в Юго-Восточной Азии в 2004 году надзорные инстанции и энергетические компании осознали связанные с этим риски. Тогда волна цунами накрыла насосы охлаждения реактора индийской АЭС «Мадрас», реактор остановили в последний момент. Стихия не обошла стороной и строившийся неподалеку реактор на быстрых нейтронах, одним из продуктов «жизнедеятельности» которого является дьявольский плутоний. Впрочем, серьезных уроков из происшедшего индийцы не извлекли: вода схлынула, и они продолжили возведение суперреактора на том же месте.
   Два года назад Международное агентство по атомной энергетике (МАГАТЭ) создало центр сейсмической безопасности ядерных объектов, призванный наладить обмен информацией между специалистами и разработать надежные отраслевые стандарты. Япония считается одним из наиболее активных участников проекта — для этого у страны есть причины. Землетрясения угрожают безопасности японских АЭС не впервые. В 2007 году толчок магнитудой 6,8 балла сотряс западное побережье Японии. Эпицентр находился всего в 16 км от крупнейшей в мире АЭС «Касивазаки-Карива», включающей семь энергоблоков. Как выяснилось впоследствии, один из поглощающих стержней заклинило.
   Но хуже другое: землетрясение 2007 года оказалось намного более сильным, чем могли себе представить конструкторы. Реактор был рассчитан на толчки в два с половиной раза слабее. После модернизации энергоблок вновь запустили в эксплуатацию. Примечательно, что принадлежит АЭС «Ка-сивазаки-Карива», как и реакторы в Фукусиме, компании Tokyo Electric Power Company (Tepco).
   Многие эксперты по ядерной безопасности не слишком доверяют Tepco, в том числе и в силу прежнего опыта. Десять лет назад репутация компании основательно пострадала в результате скандала: как выяснилось, руководство неоднократно фальсифицировало отчеты о результатах испытаний на герметичность реакторов.
   В результате все больше японцев не доверяют собственному правительству и атомщикам. При этом около трети своих потребностей в электроэнергии Япония покрывает за счет АЭС, страна зависит от них примерно так же, как Франция.
   Как повлияют события в Фукусиме на атомный бум в Азии, покажет время. Ведь о таком всплеске популярности АЭС, как отмечающийся в последние несколько лет, после чернобыльской аварии невозможно было даже помыслить.
   Ставку на мирный атом вновь стали делать не только бурно развивающиеся азиатские страны — Китай, Южная Корея и Индия, — но и Россия, а также Соединенные Штаты Америки. Причина — колоссальный энергетический голод стран с переходной экономикой, сопровождаемый дискуссиями о глобальном потеплении, в котором винят выбросы двуокиси углерода.
   По данным МАГАТЭ, в настоящее время в 29 странах функционируют 442 атомных энергоблока общей мощностью 375 гВт. Еще 65 реакторов находятся на стадии строительства. Атомная энергетика с ее незначительными выбросами двуокиси углерода стала отвоевывать былые позиции, когда перспектива ядерного Армагеддона отступила на второй план перед лицом той угрозы, которую представляет для человечества изменение климата.
   Долгое время в вопросах отказа от атомной энергетики образцом для подражания считалась Швеция. Однако и там в середине прошлого года парламент пересмотрел решение тридцатилетней давности. В стране планируется возвести до десяти новых реакторов, призванных, в частности, заменить отслужившие свое АЭС в Форсмарке, Рингхалсе и Оскарсхамне.
   В США на протяжении тридцати лет атомщики не запросили ни одного разрешения на строительство новых реакторов. И вот теперь один удар следует за другим. В прошлом году президент Барак Обама предоставил многомиллиардные государственные гарантии по кредитам на сооружение двух реакторов в штате Джорджия. В Южной Каролине один объект уже находится на стадии строительства.
   В Китае возводится целых 27 энергоблоков, в России — 11. К тому же Москва планирует обеспечивать электроэнергией российскую Арктику при помощи плавучих мини-АЭС.
   Все больший интерес к ядерным технологиям проявляют не только государства с переходной экономикой, но и развивающиеся страны. «По нашим прогнозам, до 2030 года от 10 до 25 стран обзаведутся своими первыми АЭС», — говорит генеральный директор МАГАТЭ Юкия Амано. К технологии присматриваются 65 стран, 21 из которых расположена на африканском материке.
   «Мировая потребность в энергии к 2030 году возрастет более чем на 50%», — сулит брошюра МАГАТЭ с говорящим названием «Соображения по поводу запуска атомной программы». Во многих частях света АЭС смогут обеспечить людей «доступной энергией». Похоже, последнему постулату суждено остаться благим пожеланием атомного лобби. Атомная катастрофа в стране роботов и электромобилей знаменует собой смену вех. Каждая крупная авария атомного века остается в истории. Географические названия обретают символическую нагрузку, становятся памятниками из букв и иероглифов. Как Гаррисбург. И как Чернобыль.
   Нет сомнений, что Фукусиму ожидает та же судьба. Не исключено, что она станет символом прощания с мечтой о контроле над энергией атома. И признанием: с этой энергией мы совладать не в силах.
   

   КСТАТИ
   В Федеративной Республики Германии есть определенная «география сопротивления» атомной энергетике, это такие города, как Брокдорф, Калькар, Ваккерсдорф и Горлебен. На этом фронте гражданское общество одержало немало побед — по большей части в словесных баталиях, однако подчас в ход также шли ду-бинки, камни, водометы и бутылки с зажигательной смесью.
Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK