Наверх
19 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2000 года: "Приезжайте к нам на Колыму"

Золота в Магадане хватит не на одну сотню лет. Неудивительно, что вся магаданская бизнес-элита имеет самое непосредственное отношение к его добыче и переработке.Золотой парень

Магаданские достопримечательности по пальцам пересчитать можно: памятник Эрнста Неизвестного «Жертвам сталинских репрессий», Ленин с протянутой рукой в центре города, да за ним недоделанное административное здание — самое большое в городе, строящееся двадцать лет. Старожилы говорят, что город не изменился с середины 60-х, когда здесь жили по большей части бывшие зеки и старатели со всего Союза, уверенные в том, что, намыв золота, вернутся на родину. Но Колыма привязывает накрепко.
Так получилось с Ильей Розенблюмом. В Магадане его называют не иначе как «единственным магаданским олигархом». Империя Розенблюма контролирует большую часть всей магаданской золотодобычи. Хотя сам Илья Семенович больше сейчас занят политикой — он председатель областной Думы.
В Думе он появляется то в классическом темном костюме, то в мягком светлом свитере. Магаданский «олигарх» часто и со вкусом курит сигареты «Парламент». Говорит медленно, тихо, но внятно. Мертвую хватку бизнесмена выдают глаза. Они как бы живут своей жизнью — в то время как речи Розенблюма-политика убаюкивают, глаза Розенблюма-бизнесмена сканируют.
Родился Розенблюм за два года до войны в Ленинграде. Там же окончил Ленинградский горный институт. По распределению уехал в Анадырь. Чему был несказанно рад: зарабатывал в месяц 240 рублей, тогда как отец в Ленинграде — всего 150.
Вспоминая те годы в полумраке своего уютного думского кабинета, Илья Семенович крутит в руках очередную зажженную сигарету и удивляется: как он мог жить в Анадыре, где не было водопровода и отопления? Тем не менее Илья Розенблюм в Анадыре продержался до 1977 года. За это время защитил кандидатскую диссертацию и стал главным геологом экспедиции.
В том же году стал начальником геологической экспедиции месторождения «Майское». За него получил орден «Знак почета» и 100 тысяч рублей премии как первооткрыватель месторождения. По тем временам целое состояние — за эти деньги можно было купить четырнадцать автомобилей «Жигули».
В начале 90-х Розенблюм оставил госслужбу и зарегистрировал первое в России негосударственное золотодобывающее предприятие «Геометалл». Занимались тем, что продавали отработанную руду, еще содержащую золото.
После этого Розенблюм совместно с канадской фирмой «Пан-Америкен силвер» организовал Омолонскую золоторудную компанию (ОЗРК) для разработки Кубакского месторождения — самого крупного на Колыме. Низкая себестоимость унции кубакского золота ($150) позволяет выгодно его продавать. Сегодня магаданская казна на 40% состоит из поступлений от Кубаки. На месторождении добывают 15,5 тонны золота (13% от совокупного общероссийского показателя).
Но и на старуху бывает проруха: в конце прошлого года ОЗРК вместе с канадскими партнерами из «Пан-Америкен силвер» решили приобрести перспективное Дукатское сереброрудное месторождение и Дукатский горно-обогатительный комбинат — на комбинате к тому времени было введено внешнее управление. Само месторождение и лицензию на использование недр купить удалось. А вот с ГОКом вышла незадача: канадские партнеры настояли на том, что по международным правилам нельзя заключить договор с конкурсным управляющим, а нужно выставить предприятие на открытую продажу. Еще за день до конкурса Розенблюм и компаньоны были уверены в том, что суммы в $4 млн., которую они предложат, вполне хватит для покупки комбината. Но за несколько часов до конкурса на ГОКе появились представители московского холдинга «Коскол» и выложили за него $12 млн.
В сложной ситуации, когда ОЗРК владеет недрами, а «Коскол» — правами на переработку, Илья Розенблюм предпочел взять тайм-аут. Он дистанцировался от бизнеса и занялся политикой — в прошлом году стал депутатом облдумы и возглавил ее. Люди, знающие Розенблюма, говорят, что это только начало: он обязательно будет участвовать в следующих выборах в Госдуму.
Недавно он купил квартиру в центре Москвы — на всякий случай. «Да и к Питеру поближе,— говорит он,— я же счастливый дед. У меня прекрасная внучка Настенька в Питере живет». Там же занимается бизнесом его сын. О личной жизни Розенблюма-старшего известно только то, что он одинок. Любит охоту и рыбалку. Благо природа Магадана позволяет. По выходным играет в теннис, зимой ходит на лыжах. В общем, делает все, чтобы не засидеться в своем уютном депутатском кабинете.
Сусуманский болгарин

Директор Сусуманского ГОКа Владимир Христов вечно в пути. Он говорит, что больше времени проводит не в директорском кресле, а в автомобиле. Потому что от Сусумана до Магадана 600 километров. Такие на Колыме расстояния. Сейчас у Христова «Лендкрузер». Но довольно долго он ездил на УАЗе. «Приятными эти поездки назвать трудно,— говорит он.— Приезжаешь в Магадан, работать нужно, а от шума мотора УАЗа башка отваливается».
За несколько недель, проведенных в Магадане, я смог увидеть его и в дорогом костюме, и в потертой кожаной куртке с джинсами. Христов говорит, что в любой одежде чувствует себя комфортно. Он моложав, порывист в движениях. Так же и говорит — резко переходит от скороговорки к замедленной тихой речи. Будто засыпает.
— Я трудоголик,— заявил он при первой встрече.— К счастью, теперь этому ничто не мешает.
Две взрослые дочери Христова работают юристами в Москве. Для них он в столице и жилье купил.
У самого — прекрасная четырехкомнатная «сталинка» в Магадане, где его всегда ждет жена.
Христов называет себя коренным магаданцем, хотя родился и вырос на Азовском море в семье болгарина-рыбака. Семья жила бедно, из дома Владимир Христов ушел в 15 лет — устроился работать на телефонную станцию в Запорожье. Потом решил ехать во Владивосток. А оттуда — в Охотск к рыбакам. Денег не было, добирался «зайцем». Проводник обнаружил его и выбросил из поезда в Иркутске.
— Был декабрь,— рассказывает Христов,— жуткая холодина. В кармане ни копейки. Нашел какой-то леспромхоз. Хоть мне не было 18 лет, но на работу взяли. Поставили на сортировку деревьев. Труд адский. Бревно шестиметровое. Тяжело. Зато платили 180 рублей.
В леспромхозе Христов проработал полгода. Потом наугад ткнул пальцем в карту и оказался в Магадане. На золотодобывающем разрезе в Сусумане.
— Говорят, золото манит,— спрашиваю его,— не было соблазна украсть?
— Какое там украсть,— смеется Христов,— у меня тогда предел мечтаний был — банка сгущенки.
После армии вернулся в те же места.
— Работа была вахтенная,— рассказывает Христов,— деньги сумасшедшие — 460—520 рублей в месяц. Приезжали в Магадан специально в ресторан «Северный» Шуфутинского слушать.
Через год поступил в Кузбасский политех. После него — опять в Магадан. Уже через три месяца Христов стал главным инженером крупного карьера «Широкий», в котором добывали по 600—700 кг золота в год. Но войти во вкус дела не успел — обком КПСС забрал его секретарем научно-технического отдела.
— Я в первый раз в жизни заплакал,— вспоминает Христов.— В партии меньше года. По национальности болгарин. Партийную карьеру делать — безумие. Тогда я первому секретарю сказал: мол, дайте слово, что через три года отпустите меня. Он дал.
Христов ушел из обкома за месяц до оговоренных трех лет.
В 1987 году Христова пригласили главным инженером на Сусуманский ГОК. В 1992 году, когда была разрешена аренда предприятия с правом выкупа, он убедил директора этим правом воспользоваться.
К началу приватизации в руках дирекции Сусуманского ГОКа было 75% акций и 78% выкупленного имущества. Попытки профсоюза поиграть в демократию, выбрать директора Христов пресек на корню. Но не в лоб, а по-хитрому: протолкнул в профком своего человека с единственной задачей, как он говорит сам,— «уничтожить» профсоюзы.
Христов говорит: «Рабочий класс всегда обижен, денег ему много не бывает. Они ж могли на машину заработать, а тем не менее орали: директор, отчитайся!»
— Ну и что ты думаешь, без профсоюзов стали меньше зарабатывать? — спрашивает он с улыбкой.— Нисколько. У меня уборщица три тысячи рублей получает.
ГОК, на котором Христов проработал все это время, стал заметной структурой в российской золотодобывающей промышленности. В прошлом году было добыто 4 тонны золота (из 100 тонн по всей России).
Попытка Христова расширить бизнес пока не удалась: он проиграл конкурс на Кубакское месторождение Омолонской золоторудной компании Розенблюма. Переживал болезненно. Успокоился, только выиграв выборы в облдуму.
За разговорами засиделись заполночь. Зная, что на встречу Христов пришел сразу после приезда из Сусумана (а это как минимум восемь часов по корявому северному зимнику), предложил ему пива. Христов отказался — говорит, что не пьет и не курит совсем.
— Колыма научила не расслабляться,— говорит он.— Здесь много умных, но спившихся людей. А сейчас нужно быть трезвым. Расслабишься — и потеряешь все: интерес-то у бизнесменов, наших и западных, к золоту большой. Вот они и выискивают слабаков.
Заноза для СИДАНКО

В Магадане странные цены. В марте, например, я наблюдал, как за один день бензин подорожал на полтора рубля. При этом магаданские водители остались спокойны: если зимой подскакивают цены — значит, давно не было каравана с ГСМ с Большой земли.
Бензин и солярка нужны не только магаданским владельцам авто, но и многочисленным старательским артелям. Которые с середины мая уже начинают приисковый сезон — уходят в тайгу на полгода, взяв с собой все необходимое. Самое же необходимое на прииске — солярка. Все, начиная от кухни и кончая оборудованием, работает на ней.
Почти 90% от общего объема поставок ГСМ в область обеспечивает ООО «ТРИО Росса». Остальные 10% — госпредприятие «Магаданнефтепереработка».
Офис директора «ТРИО Росса» Михаила Суханкина расположен между двумя магазинчиками автозапчастей в двухэтажном здании автобазы. Во главе длинного стола — усталый человек среднего возраста, он тихо ругается по телефону.
— На рейде танкер с ГСМ,— поясняет он,— а ледокол еще не подошел. Когда будет — неизвестно. А мне уже пеню за простой капитан танкера выставляет. И так каждую зиму.
Из-за этого, в свою очередь, Суханкин вынужден поднимать цены на горючее.
Дело в том, что Магаданский порт считается незамерзающим. Но бухта Нагаева, через которую лежит путь в порт, льдом покрывается. Вот тут-то и нужен ледокол. Он вскрывает поверхность бухты и проводит суда под разгрузочные причалы.
Беда в том, что ледокол один на все порты от Владивостока до Магадана. Поэтому кораблям приходится неделями ждать. А Суханкину — платить пеню капитанам.
Родом Суханкин из Грозного. Там же закончил нефтяной институт и десять лет проработал на Грозненском нефтехимическом комбинате.
В Магадан приехал в 1975 году вместе с женой, дочерью и сыном. Как он сам говорит, по-молодости хотел посмотреть на магаданские туманы и деньги. Устроился на «Магаданнефтепереработку» (МНП). Проработал на предприятии до 1992 года, уволившись с должности главного инженера.
К этому времени МНП купила нефтекомпания СИДАНКО. Но, как говорит Суханкин, ушел он не потому, что предприятие отдали в чужие руки, не посоветовавшись с ним, а поскольку понял: идет перераспределение собственности и нужно успеть занять свою нишу. Какую, он знал точно: место упомянутого МНП. Проработав на предприятии много лет, Суханкин был в курсе того, что оно вообще-то находится в ужасном состоянии. Оборудование старое — резервуары 1932 года выпуска.
Чтобы заработать деньги, Суханкин организовал строительный кооператив. Преуспел и вложил деньги в золотодобычу. К концу 1997 года нефтебаза Суханкина «Тасмар», принадлежащая его же фирме «ТРИО Росса», уже приняла 240 тысяч тонн нефтепродуктов и стала реальным конкурентом МНП. При этом золото особой прибыли не приносило, тем не менее считается, что в Магадане нашлись «авторитетные» люди, желающие помочь деньгами при строительстве нефтебазы.
— Скоро я стал для МНП занозой в реализации нефтепродуктов,— говорит Суханкин,— потому что сильно сдерживал рост цен.
И тогдашний президент СИДАНКО Зия Бажаев, хозяин МНП, предложил продать ему «Тасмар» за $5 млн.
Суханкин отказался, сославшись на то, что хочет сам продолжать бизнес. Отметив, что не откажется сотрудничать с СИДАНКО при условии, что компания будет продавать «Тасмару» нефтепродукты по тем же ценам, что и МНП. «В этом случае «Тасмар» не станет толкать локтями МНП, а поделит с ним рынок». Бажаев, который славился искусством договариваться, согласился. Ну а после его ухода из СИДАНКО поле деятельности стало почти свободным.
Помню, как мы встречались с Суханкиным накануне выборов. Телефон в кабинете звонил не переставая, но трубку он взял только раз: секретарь доложила, что звонит Христов.
— Наверное, будет за Путина агитировать,— пояснил Суханкин.— Он же у него доверенное лицо. А я все равно за Зюганова проголосую. Потому как при коммунистах Чечню не бомбили.
— А часто Грозный вспоминаете? — спрашиваю его, уроженца Грозного.
— Каждый день, как вечерние новости смотрю. Жаль, что такого красивого города больше нет.

Рейтинг бизнес-лидеров Магадана
%TH%Место Бизнес-лидер Приблизительный объем активов всех контролируемых предприятий Состав и сфера контролируемых предприятий
1 Илья Розенблюм $500 млн. АО «Геометалл», Омолонская золоторудная компания, рудник Кубака (15,5 тонны золота в год)
2 Владимир Христов $160 млн. Сусуманский ГОК (4 тонны золота в год)
3 Михаил Суханкин $4—5 млн. ООО «ТРИО Росса» (87% от всех ГСМ, поступающих в Магаданскую область

ВИКТОР ГАВРИКОВ

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK