Наверх
22 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2000 года: "Принцесса на какао-бобах"

Когда Андрея Коркунова, владельца одноименной торговой марки и собственника кондитерской фабрики в Одинцове, называют «шоколадным королем», он отшучивается, что, мол, ввиду молодости пока тянет только на принца. Любимое блюдо принца — печеная картошка с салом. В его жизни вообще много парадоксов. Когда жена Андрея — Елена — рассказывает их одиссею (а иначе это и назовешь), охватывает невольное нетерпение: ну когда же, когда возникнет в этой истории сладкий финал, когда дело дойдет до шоколада?!Ольга Литвякова: Лена, когда вы выходили замуж, вы предполагали, что муж в будущем начнет выпускать шоколад?
Елена Коркунова: Я выходила замуж за инженера-гидравлика, которого после окончания института распределили мастером на Подольский электромеханический завод.
О.Л.: Как вы познакомились?
Е.К.: Я училась в Таганрогском радиотехническом институте на факультете автоматики и вычислительной техники. После третьего курса мы поехали на практику в Московский энергетический институт, в котором учился Андрей. Познакомились случайно, на вечеринке.
Через пару дней Андрей предложил поехать на ВДНХ. Он не сразу сказал, куда мы направляемся. Сперва мы ехали на метро, потом троллейбусом, и для меня, немосквички, это было настоящим приключением.
На третий день он признался в любви, на пятый мы решили пожениться. А поженились только через три года. Я жила в Таганроге, он — в Москве. Все три года мы переписывались и каждую пятницу созванивались. У Андрея в общежитии висел плакат, на котором были изображены две обезьяны. Мы его разрезали, и каждому досталась обезьяна, на которую он был больше похож. Свою половину я повесила у себя в общежитии в Таганроге.
О.Л.: Письма сохранили?
Е.К.: Я пыталась, но было так много переездов…
О.Л.: После вуза вы попали в Подольск. И что дальше?
Е.К.: Андрей начал работать на заводе. Первым нашим жильем была комната в общежитии, где стояли одна кровать и тумбочка. Но через год мужа призвали в армию, и жизнь сложилась так, что он стал офицером. Потом мы служили в Коломне.
О.Л.: Вы говорите так, словно сами носили погоны.
Е.К.: Жены военнослужащих — особая история, можно сказать, звание. Первый раз мы приехали в Коломну в ноябре — шел снег с дождем, было очень слякотно. Дом оказался низким, обшарпанным бараком с мышами и тараканами, с земляными подвалами в комнатах и умывальником в общей кухне в конце длинного коридора. Но мы были молоды и счастливы, что наконец-то поженились, и все трудности казались легко преодолимыми.
Барак стоял в сказочно красивом месте, окруженный сосновым лесом. Там у нас родилась дочь Наташа. До двух лет, пока мы не переехали в Коломну, она вообще не болела.
Жизнь у всех была одинаковая: утром мужчины собирались на работу, а женщины — с колясками — гулять в лес. Часто выходные мы проводили все вместе в лесу у костра.
О.Л.: Видимо, зря бедного Чернышевского в школе обзывали утопистом.
Е.К.: На самом деле это не утопия, а молодость. Иногда было очень трудно, но, если живешь дружно — а нас с Андреем с самого начала так получилось,— все проблемы можно обсудить и решить.
Из барака переехали в коммунальную квартиру в Коломне и уже потом — в хорошую двухкомнатную. Наташу отдали в детский сад, я пошла работать инженером в то же КБ, что и муж.
Андрей уже носил погоны капитана и должен был вот-вот получить звание майора. Но началась перестройка — и он из армии уволился. Мы долго обсуждали этот непростой шаг. При социализме к военнослужащим относились с уважением, эта профессия считалась престижной, высокооплачиваемой. И вдруг — уходишь в никуда. Но я всегда понимала, что в армии Андрей не найдет применения своей неуемной энергии.
В это время он встретил однокурсника, который предложил открыть кооператив по пошиву джинсов. Так начался новый этап нашей жизни.
О.Л.: Вы, наверное, тогда ходили вся в джинсе…
Е.К.: Я не люблю джинсу. И модный черный цвет в одежде не люблю. Психологи говорят, что в черный цвет одеваются не уверенные в себе люди. Я с этим совершенно не согласна, потому что, не будучи самоуверенной, всегда ходила в чем-то цветном.
О.Л.: Какие цвета вы предпочитаете?
Е.К.: Раньше очень нравилась фиолетово-синяя гамма, сейчас — бирюзовый. Я радуюсь всему цветному, потому что краски дают более полное ощущение жизни.
О.Л.: Если вернуться к запутанной биографии вашего мужа, джинсами, судя по всему, он торговал недолго.
Е.К.: Да, отношения с компаньонами по кооперативу вскоре себя изжили. И Андрей занялся бизнесом с моими институтскими друзьями. Они продавали компьютеры.
Он работал в Москве, а жить мы продолжали в Коломне. Ему было неудобно каждый день ездить оттуда на работу, и мы перебрались в столицу.
За последние восемь лет где мы только в Москве не жили: в Кузьминках, в Бирюлеве, у Павелецкого вокзала! И в каждой новой квартире мне самой приходилось делать ремонт: красить окна, белить потолки, клеить обои. И только в последней — а мы сейчас живем на Остоженке — мы ничего менять не стали: времени не хватает.
О.Л.: Трудно было адаптироваться в столице?
Е.К.: Вначале очень не хватало общения: не к кому было пойти в гости, поговорить за чашкой чая. Но только в таком огромном многомиллионном городе и понимаешь, как многое можно сделать, как велик у тебя выбор в бизнесе.
К тому же я человек общительный, так что очень быстро мы завязали новые знакомства, вступили в московский Английский клуб — у нас появилась возможность выйти в свет.
О.Л.: И как вам роль светской львицы?
Е.К.: Львицами не становятся, а рождаются. Я свое первое вечернее платье купила два года назад — на новогодний бал в гостинице «Орленок». До львицы мне далеко.
О.Л.: А вы сами не пробовали заняться бизнесом?
Е.К.: Если бы я знала, чего хочу… Пока я раскачиваюсь: то занимаюсь спортом (хожу в World Class, два года брала уроки тенниса), то увлекаюсь живописью (недавно окончила курсы рисования в школе дизайна; мне хотелось понять, есть ли у меня склонность к рисованию), то учусь ездить на автомобиле. С последним, кстати, проблем нет — свой «ауди» я вожу сама.
О.Л.: Что же вы такая непостоянная и противоречивая?
Е.К.: Это не вопрос непостоянства, а стремление найти себя. Я и раньше была такой: в общеобразовательной школе училась в математическом классе и параллельно — в музыкальной школе по классу аккордеона.
О.Л.: Аккордеон — неожиданный выбор для девочки…
Е.К.: В нашей квартире не было места для пианино. А флейта — это не для моего характера: я, конечно, нежная, но не настолько.
Теперь я хочу, чтобы Наташа занялась чем-то серьезным, потому что с возрастом все сложнее искать свои дорожки в жизни. А она занимается всем понемногу: танцами, плаванием, рисованием, каратэ, учится в музыкальной школе. Одно время пела в фольклорном ансамбле — ходила по квартире лебединой походкой с расставленными руками и голосила.
О.Л.: В общем, дочка пошла в маму. Так что же вам мешает с выбором определиться?
Е.К.: Домашние дела, которые съедают все свободное время. Если Андрей полностью погружен в дела своей фабрики и в производство шоколада, то я целиком в семейных заботах. Когда строили дачу, не спала ночами: думала, как лучше спланировать, что добавить, от чего отказаться. Дошло до того, что теперь я знаю, какой унитаз на какой прокладке стоит.
Свободное время я посвящаю изучению психологии. Как профессиональный любитель, я думаю, что главное в любом деле — позитивный настрой.
О.Л.: Я все жду, когда же в нашем разговоре, несмотря на все лирические отступления, появится шоколад. Как ваш муж занялся его производством?
Е.К.: Все решил случай. В один прекрасный день компаньоны Андрея вместо двух фур компьютеров пригнали из-за границы машины, груженные шоколадом. После реализации оказалось, что торговать шоколадом намного выгоднее. Потом Андрей познакомился с представителями фирмы «Виторс» в России и, поработав с ними несколько лет, сам решил заняться производством. Так возникла идея построить шоколадную фабрику, которая была открыта в сентябре прошлого года.
О.Л.: А вы сами сладкое любите?
Е.К.: Не очень. В нашем доме конфеты бывают не всегда, мы их все время раздариваем.
О.Л.: А вам какие сорта больше всего нравятся?
Е.К.: Если выбирать из шоколада, то горький. Из конфет — «Арриеро».
О.Л.: Муж посвящает вас в свои производственные проблемы?
Е.К.: Я же не специалист-технолог. Я обыватель, человек, который приходит в магазин за покупками. Так что советы я могу давать с высоты своего житейского опыта.
Однажды мы с Андреем поспорили, как должна открываться коробка. Я настаивала, что коробка должна выдвигаться из крыши. Ну, знаете, привычный советский вариант. Но Андрей настоял на своем, и теперь полстраны, легко освоившись, открывает «Арриеро» как западные коробки — надорвав верх упаковки по специальной штрих-линии.
О.Л.: Вы сами ходите по магазинам? А как же домработница?
Е.К.: Она поддерживает в доме чистоту, но по магазинам я хожу сама, равно как и на Даниловский рынок за продуктами езжу, и готовлю сама.
Наташа и Андрей любят простую еду: Наташа — картофельное пюре с котлетой или соленой рыбой, а Андрей — печеную картошку с салом. И это при том, что у него очень тонкий вкус: он лично дегустирует новые конфеты и даже иногда вносит какие-то коррективы и предложения.
О.Л.: По всей Москве висят билборды с вашей фамилией. Излишняя гордость вас не обуревает?
Е.К.: Меня часто об этом спрашивают. Я отношусь к массовому тиражированию нашей фамилии как к чему-то абстрактному. Я не воспринимаю это как неожиданно свалившееся на голову счастье. Все, что мы имеем, достигнуто ценой огромного труда.

ОЛЬГА ЛИТВЯКОВА

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK