Наверх
25 января 2020
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2003 года: "Сборная Россия"

В стране начинается регионально-муниципальная реформа. Если все пойдет так, как задумано, субъектов Федерации станет меньше. А оставшиеся превратятся в объекты приложения воли президента.На прошлой неделе Госдума приняла во втором чтении пакет законов о разграничении полномочий органов госвласти и реформе местного самоуправления. Региональная реформа наряду с административной (любопытно, что обе курирует замруководителя кремлевской администрации Дмитрий Козак) считаются наиболее «неподъемными» хотя бы в силу того, что по определению вызовут серьезное сопротивление самого объекта реформирования. То есть госвласти всех уровней.
Реформа административная пока находится в эмбриональной стадии. А вот региональная, похоже, все-таки начнется. Ее экономическая часть окончательно еще не ясна (см. рубрику «Мнение»). Что касается политической, то она вполне понятна и укладывается в общую линию по «приведению в чувство» региональных лидеров. Вначале центр отобрал у них публичную площадку в виде Совфеда и «перераспределил» в свою пользу налоговые поступления.
Теперь главы субъектов будут вынуждены поделиться властными полномочиями и частью финансовых потоков с местным самоуправлением. Более того, центр снимает с себя большую часть ответственности за региональную социалку. То есть отбирает у губернаторов электоральный ресурс. После начала реализации реформы бастующие бюджетники и замерзающие жертвы ЖКХ станут обращать свой праведный гнев никак не в сторону Кремля. Ведь в соответствии с концепцией реформы большая часть не подкрепленных финансово социальных обязательств переходит от центра к региональным властям.
Собирательный образ

Но, как начинает выясняться, даже этими проблемами дело, судя по всему, не должно ограничиться. Неожиданно политики высокого федерального уровня стали озвучивать идею предстоящего в ближайшие годы укрупнения субъектов Федерации. Газеты наперегонки начали публиковать всевозможные карты, где на месте нынешних небольших областей и краев замаячили силуэты огромных административно-территориальных образований — Северный край, Тюменский край, Центрально-Черноземная область…
Идея укрупнения субъектов Федерации в последние годы возникала неоднократно, но никогда не вызывала столь бурной реакции, как сегодня. Это и понятно. Ранее за экзотическими, как тогда казалось, предложениями не просматривалось ничего, кроме интриг, которые лидеры крупных регионов вели против более слабых и мелких соседей. Ныне — иное дело. Внезапно пробудившийся интерес к идее укрупнения регионов хронологически совпал с реформированием системы распределения полномочий между разными уровнями власти, что не случайно.
Главная цель федеративной реформы, включая ее нынешний этап, реформу муниципальную, — унифицировать федеративное устройство Российского государства, то есть реально уравнять во взаимоотношениях с центром разные субъекты Федерации. А они у нас даже по конституции имеют далеко не одинаковый статус. Есть республики, которые созданы на территории традиционного проживания наиболее крупных этносов, есть области и края (в них всегда преобладало русское население), автономные области и автономные округа, учрежденные в местах проживания малых народов Севера, Сибири и Дальнего Востока. А еще есть сложносоставные субъекты Федерации, в которые, подобно русской матрешке, входят другие субъекты Федерации. Плюс еще два города — Москва и Санкт-Петербург, являющиеся самостоятельными субъектами Федерации.
А если добавить к этой пестрой картине разного рода привилегии и преференции, которые во времена президентства Ельцина были «подарены» федеральным центром наиболее крупным и влиятельным регионам, то становится вполне понятной задача перехода от этого «лоскутного одеяла», к чему-то более простому и логически выдержанному.
Укрупнение субъектов Федерации, в принципе, задача того же плана. Вместо нынешней усложненной структуры управления страной с огромной региональной бюрократией создать компактную и понятную систему. Кстати, в этой части цели укрупнения точно совпадают и с основным содержанием административной реформы. И тут, и там одной из главных задач является радикальное сокращение государственного аппарата. Можно даже предположить, что, поскольку административная реформа не идет в столице, ее решили подтолкнуть из провинции.
Есть и еще один резон. Если субъектов станет вдвое меньше (а именно такой проброс кремлевской администрации всю прошлую неделю комментировали некоторые политики), центру будет значительно проще курировать региональные выборы и, соответственно, у него появится шанс получить большее число лояльных губернаторов. И в этом случае Госсовет, который сегодня по факту является номинально-совещательным органом, может получить гораздо большие вес и влияние. А автор проекта Дмитрий Козак, считающийся «человеком Путина», вполне может стать реальным противовесом руководителю администрации президента Александру Волошину, который таковым не считается.
Корпоративный федерализм

Словом, по всем признакам получается, что нынешний ажиотаж вокруг укрупнения субъектов Федерации возник не зря. Вопрос же в том, насколько реализуема данная идея. Тем более что на протяжении минувшего столетия Россия как раз переживала обратные процессы — разукрупнения административно-территориальных единиц, которое обуславливалось постоянным ростом населения, созданием новых промышленных районов и т.п. Современного опыта обратного движения у страны нет.
Ясно, что в водоворот укрупнения едва ли попадут национальные республики. У Кремля все последнее десятилетие и так было с ними немало проблем. Некоторые сохраняются и поныне. Так, даже в унифицированном устройстве Российской Федерации Чечня и Татарстан, судя по всему, сохранят свой особый статус. Едва ли центр захочет создавать себе дополнительные сложности на национальной почве, приглашая нынешние республики влиться в состав более крупных административно-территориальных единиц.
Но проблемы возникнут не только с этими субъектами Федерации. Мало заселенные сибирские и северные автономные округа, где расположены крупнейшие месторождения нефти, газа и цветных металлов, уже давно являющиеся главными донорами федерального бюджета, едва ли так просто дадут вовлечь себя в объединительное движение. И не потому, что этому могут воспротивиться местные элиты. А потому, что ряд таких округов контролируется ведущими российскими корпорациями, которым, видимо, не захочется делиться с кем-то еще. Контролировать небольшой по численности населения автономный округ дешевле и проще, чем огромное территориальное образование, где и концов не сыщешь, и не поймешь, в каком месте растворились деньги.
Удастся ли центру так просто переломить сопротивление крупнейших корпораций — вопрос, на который, по крайней мере сейчас, нет однозначного ответа. Если и удастся, то для этого потребуется немало усилий и времени.
Что точно получится, так это лишь поглощение крупными областями и краями мелких автономных округов, у которых не то что ресурсов собственных нет, но и обеспечиваются они более чем на 90% из федерального бюджета. Но таких округов немного. Да и не соответствует размах задуманных изменений столь незначительному результату.
В карты сыграем?

У идеи укрупнения есть еще один серьезный недостаток, на который обращают внимание эксперты. Создание крупных административно-территориальных образований может привести к возникновению замкнутых региональных экономических систем: свой хлеб, свой металл или нефть для экспорта, свои порты — зачем нам еще центр? А поскольку, как полагают многие, угроза дезинтеграции России окончательно не изжита, строительство подобных региональных экономических систем может придать ей новый импульс.
У сегодняшних планов укрупнения есть еще один аспект — предвыборный. Представьте себе губернатора, утром в рабочем кабинете открывшего столичную газету и увидевшего в ней карту, на которой возглавляемый ими субъект Федерации более не существует. Несомненно, губернатор попытается выяснить, в чем дело, в Москве — не произошло ли какой-либо ошибки. И оттуда, из Москвы, ему популярно объяснят, что в карту, судя по всему, вкралась ошибка, но, чтобы полностью обезопасить вверенный субъект Федерации от перспективы слияния, губернатору следовало бы исправить соответствующие ошибки и проводить в преддверии и во время выборов более правильную политику. Тогда все будет в порядке. Так что элемент предвыборной игры — весьма прозрачного давления на губернаторов — у идеи укрупнения субъектов Федерации тоже присутствует.
Что же касается ее практической реализации, то во многом она станет зависеть и от того расклада сил, который сформируется в российской политике после выборов 2003—2004 годов, и от наличия у федерального центра политической воли, способной, несмотря на сильное сопротивление, выйти на искомую структуру государственного устройства России. Если, конечно, предположить, что центр уже хорошо представляет себе, каким именно государством он собирается дальше управлять.

АНДРЕЙ РЯБОВ, ВЛАДИМИР ЗМЕЮЩЕНКО

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK