Наверх
14 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2003 года: "Случай с гимнасткой"

У Алексея Кортнева много увлечений: театр и кино, песни и реклама. У его супруги, шестикратной чемпионки мира Амины Зариповой, только две страсти — художественная гимнастика и любимый муж.Наталья Белоголовцева: Любовь к гимнастике у вас с первого взгляда?
Амина Зарипова: Да. Она сразу была такой сильной, что вызывала раздражение моих родных: в мусульманской семье старшая дочь должна помогать по хозяйству, ухаживать за младшими (у меня брат и сестра). Чтобы я не убежала на тренировку, мама иногда запирала меня дома на ключ. Мы жили на первом этаже, и я легко пролезала через решетку, без труда просовывала обруч и булавы. Вот мяч всегда осложнял мне жизнь — не так-то просто было его протолкнуть в узкую щель между прутьями.
Н.Б.: После встречи с вашей «второй мамой» в гимнастике — Ириной Винер — проблемы с вашими родными родителями, надо понимать, удалось уладить?
А.З.: Я очень поздно пришла в гимнастику, и в одиннадцать лет, когда меня впервые увидела Ирина Александровна, у меня даже композиции никакой не было: могла делать только шпагат и мостик. Ирина Александровна настолько удивилась, что подошла спросить, кто я и откуда. Она подняла меня за лямки купальника и начала крутить со словами: «Посмотрите, какая потрясающая фигура! Это от Бога!» Зал был огромный, эхо раздавалось по всему зданию — мне стало очень страшно. Я расплакалась. Потом Ирина Александровна поехала со мной в мой родной Чирчик и убедила моих родителей, что будет лучше, если она заберет меня к себе в Ташкент. Чирчик — это такой маленький химический городок, где из двух высоких труб постоянно валит дым. Ирина Александровна потом часто шутила, что отправит меня обратно в «газовую камеру», если буду плохо заниматься.
Н.Б.: У девочки из маленького химического городка не было в Ташкенте комплекса провинциалки?
А.З.: Нет. Самое сильное впечатление, когда Ирина Александровна повезла меня в старый город в чайхану обедать и знакомить со своим сыном Антоном. Поскольку моя семья жила небогато, я скромно попросила себе три палочки шашлыка. Она говорит: «Не стесняйся, бери сколько хочешь». Я подумала и говорю: «Пятнадцать!»
Н.Б.: Гимнасткам же нельзя?
А.З.: У меня проблем с лишним весом не возникало. Обычно после тренировки я бегала на рынок и покупала себе большой горшок с пловом — порция для взрослого мужчины. Это был мой ужин, еще Ирина Александровна резала мне салат, обязательно давала свежую лепешку и много-много сырокопченой колбасы, которую я страшно любила.
Н.Б.: А как отнесся к твоему появлению в доме супруг Ирины Александровны, нынешний глава «Газпроминвестхолдинга» Алишер Усманов?
А.З.: Спокойно. Я была далеко не первой воспитанницей, которая жила в доме. Он никогда меня не отчитывал, а произносил по случаю только одну фразу: «Ну что, провалилась?» Я его побаивалась. Когда приезжала после соревнований, где выступила неудачно, забегала в свою комнату, закрывалась и сидела очень тихо. Выходила, только чтобы почистить для него огурцы, он их очень любит.
Н.Б.: Говорят, Алишер Бурханович с большим вкусом выбирает подарки для близких людей?
А.З.: Первое, что он мне купил, — большого пушистого белого тюленя. На совершеннолетие я получила жемчужное ожерелье.
Н.Б.: Расскажите, пожалуйста, как вам жилось в доме у тренера под неусыпным контролем? Чтобы войти в сборную СССР, я так понимаю, надо тренироваться день и ночь?
А.З.: Да, я тренировалась ежедневно, но только после школы. Ирина Александровна спрашивала с меня строго, разрешала пропускать только узбекский язык и физкультуру. Когда мне хотелось подольше поспать утром, я говорила, что у меня первый урок — узбекский. Достаточно долго она мне верила.
Н.Б.: А когда обман вскрылся, вам досталось?
А.З.: Нет. Мне попадало только за русский язык. Если, проверяя тетрадь, Винер находила в ней ошибку, я должна была переписывать все — от корки до корки. А после болезни, например, я не могла войти в зал, если не читала ей наизусть новое стихотворение.
Н.Б.: Как у вас сложились отношения с сыном Ирины Александровны?
А.З.: Считаю его своим старшим братом. Когда Антон уехал учиться в Москву, я заняла его комнату. Кассеты, пластинки, книги, копилки — все досталось мне. Меня страшно злило только, что никогда в жизни он не помогал мне делать уроки! Если мы шутя пытались драться, Ирина Александровна всегда оказывалась где-то рядом и бросалась на него с полотенцем наперевес: «Отвяжись от ребенка!» Сейчас Антон — владелец сети соляриев, я хожу к нему загорать и на прием к косметологам.
Н.Б.: Десять лет назад, когда вы дружной семьей перебрались в Москву и Ирина Александровна набрала новых воспитанниц, вы для них были старшей сестрой?
А.З.: Когда из Ташкента приехала Алина Кабаева, ей было всего двенадцать. Я ее очень полюбила, укладывала спать по вечерам. Брала ее даже на свидания. Однажды поклонник пригласил меня на ужин в ресторан-пароход на набережной Москвы-реки. Я приехала с Алиной, хотела накормить ее мороженым. Вдруг она говорит мне: «Ой, Амина, смотри, Винер!» А я отвечаю: «Ты с ума сошла, откуда ей здесь взяться?» Взглянула на иллюминатор — а там взбешенная Ирина Александровна мне кулак показывает. Не обращая внимания на моего кавалера и публику в ресторане, из зала она меня вытащила за ухо: «Ты куда ребенка привела?»
Н.Б.: Как складывается жизнь именитых спортсменов после окончания спортивной карьеры?
А.З.: Спортивная карьера не заканчивается, просто прекращаются собственные выступления. Некоторое время я работала корреспондентом на «НТВ Плюс». Я и сейчас с удовольствием комментирую гимнастические соревнования. Хотя моя любимая и основная работа — тренер российской молодежной сборной.
Н.Б.: А как так получилось, что вы некоторое время тренировали и молодежную сборную Греции?
А.З.: Ирина Александровна рекомендовала меня — она хотела, чтобы я пожила самостоятельно, без ее поддержки. Я к тому моменту уже была влюблена в Лешу, хотя мы и не общались, потому что он был не свободен. Чтобы не вмешиваться в его жизнь, я решила уехать.
Н.Б.: Ирина Александровна была против вашего замужества?
А.З.: Да. Она волновалась, как любая мама, знала, что у Алексея до этого была семья, и опасалась, что я могла стать причиной разрыва. Хотя с Юлей Рутберг они расстались до того, как у нас начался роман. Лешины фанатки считают, что я вышла замуж по расчету. Это полный бред — за мной настойчиво ухаживали очень состоятельные люди из «Газпрома», «ЛУКойла». Можно было замечательно устроиться при желании.
Н.Б.: А как вы с Кортневым познакомились?
А.З.: Лет пять назад я знать не знала, что такое «Несчастный случай». Меня пригласили на какой-то концерт в МГУ. А я после тренировки страшно устала и идти не хотела. Честно проспала оба отделения, а после концерта нас представили друг другу. Какое-то время спустя Леша прислал мне сообщение на пейджер с просьбой позвонить. Оказалось, ему нужны именитые спортсмены для участия в церемонии награждения «Золотой граммофон». Я приехала сама, привела фехтовальщика Сережу Шарикова и пятиборца Диму Сватковского. После этого мы изредка случайно пересекались на разных светских вечеринках, а потом наши отношения переросли в более чем дружеские.
Н.Б.: На вашей свадьбе осенью прошлого года было невероятное количество спортивных и эстрадных звезд?
А.З.: Да. Света Хоркина, Маша Бутырская, Марина Анисина, Катя Серебрянская, Артем Хаджибеков — всех не вспомнишь. И со стороны Леши были все! Институтские, не институтские, с кем он начинал работать, с кем продолжал. Из широко известных — Андрей Макаревич, Валдис Пельш, Алена Свиридова, Вова Кочан, Макс Леонидов. А вот журналистов не было ни одного.
Н.Б.: К свадьбе вы творчески подходили?
А.З.: Творчески я подходила к своему платью — его сделала Маша Цигаль. Свадебное путешествие у нас состоялось месяц спустя. Леша пригласил меня в свои любимые горы. Там завез на дикую высоту, выдал короткие лыжи, помахал рукой и со словами: «Муся, любимая, спускайся!» — уехал. На второй день он пытался быть со мной и что-то показать. Падая, я кричала, передразнивая Лешу: «Красота! Горы! Солнце! Это сказка! Ничего лучше не бывает! Ненавижу!» Особенно мне запомнился третий день катания — я ограничилась тем, что надела ботинки. Потом сняла и ушла с горы.
Н.Б.: Что в Леше главное?
А.З.: Он невероятно умный. Начитанный. Очень доброжелательный и ровный в общении, без малейших признаков звездной болезни. Через слово «спасибо—пожалуйста—как я вам признателен». А еще он страшно талантливый.
Н.Б.: Творческому человеку надо создавать особые условия?
А.З.: Условие одно — не мешать. Мы некоторое время жили в моей однокомнатной квартире, поэтому, когда необходимо было серьезно и быстро работать, как, например, когда он трудился на русской версией мюзикла «Иствикские ведьмы», он просил меня подольше задержаться на службе. Я допоздна сидела на тренировках, добросовестно объезжала всех своих подруг. Помню, однажды даже каталась кругами по МКАД.
Н.Б.: А как спортсменки относятся к ведению домашнего хозяйства?
А.З.: Если честно, к семейной жизни я была не готова. Сначала за меня все делала мама, потом Ирина Александровна. Максимум, что от меня требовалось раньше, — вымыть посуду. И постирать спортивные носки. И то и другое я ненавижу — у нас в семье это делает Леша. Я ни к посуде, ни к носкам не притрагиваюсь.
Н.Б.: У вас что, нет никаких обязанностей?
А.З.: Никаких. Я просто люблю своего мужа. Чтобы доставить ему удовольствие, иногда пытаюсь что-то приготовить — звоню подругам и кашеварю под их руководством. Назвать меня хозяйкой было бы смешно и неправильно. Однажды я попробовала запечь на ужин курицу с рисом. Курицу — сожгла, рис — недоварила. Есть было невозможно. Леша заливал все это соевым соусом, видимо, чтобы появился хоть какой-то вкус, и приговаривал: «Золотая моя хозяйка, как вкусно!» Съел все, хотя я его очень просила остановиться.
Н.Б.: Да уж, мечта, а не муж. Но вы хоть что-то делаете по дому?
А.З.: Если Леша просит утром поставить чайник, я ставлю. А чаще он говорит: «Лучше поспи». Еще я сама включаю стиральную машину… Леша сказал, что ему не нужна домохозяйка. Нужна любимая женщина, которая увлечена своим делом. Думаю, когда у нас появятся дети, все будет немножко по-другому.
Н.Б.: А как у вас складываются отношения с Лешиным сыном Темой от первого брака с певицей Ириной Богушевской?
А.З.: Замечательно. Более того, я очень дружу и с Гришей — сыном Юлии Рутберг. Мы поочередно берем мальчиков с собой в отпуск — на море, в горы. Гриша встречал с нами Новый год.
Н.Б.: Скажите честно, вы никогда не устаете от любви Алексея?
А.З.: Нет, мне все время его не хватает, мы ведь так мало видимся!

НАТАЛЬЯ БЕЛОГОЛОВЦЕВА

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK