Наверх
28 января 2020
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2001 года: "Утро в лесу"

В лесной промышленности нет «олигархов». Поэтому здесь пока нет и масштабных инвестиций. Впрочем, деньги на модернизацию отрасли найдутся — причем на внутреннем рынке, считает президент Ассоциации региональных лесопромышленников Сергей ГРУЩАК.Сергей Грущак: Лесная промышленность — это, безусловно, одна из экспортно-ориентированных отраслей российской экономики. Однако проблема в том, что сегодня весь «лесной» экспорт устроен довольно примитивно: компании заготавливают лес по берегам рек, где есть удобная транспортная инфраструктура, вывозят, получают неплохие доходы, но прибыль инвестируют снова в заготовку. Причем основная составляющая экспорта — это круглый лес. То есть наиболее дешевая продукция. Тогда как чем выше уровень внутренней переработки, тем выгоднее экспорт. Тенденции инвестирования в более глубокую переработку уже реально просматриваются, однако пока они крайне слабы.
«Профиль»: В чем проблема?
С.Г.: На самом деле, масштабные инвестиции под силу лишь крупным структурам. В лесной промышленности пока нет «олигархов». Одна из причин — неблагоприятная налоговая ситуация и сильно развитое «местничество». Ведь большинство предприятий — это региональные, «приближенные» к областным чиновникам небольшие структуры. Им значительно проще и выгоднее продавать кругляк на экспорт, причем, как правило, по «серым» схемам. Собственных ресурсов для инвестирования в глубокую переработку у них нет, а пускать стороннего инвестора в свою вотчину никто не спешит. Однако формирование вертикально интегрированных холдингов, объединяющих сырьевиков и переработчиков различного уровня, все равно идет, и за ними будущее.
«П.»: Вы говорите об экспорте продукции глубокого передела. Что именно вы имеете в виду и пустят ли такую продукцию на внешние рынки?
С.Г.: Я имею в виду прежде всего конечный продукт, в том числе продукцию деревообработки: плиты, мебельный щит, фанеру, мебель. Безусловно, чем выше передел, тем сложнее экспорт. Понятно, что на мировом рынке конкуренция в этом секторе острая и пускать туда российскую продукцию высокого передела, например мебель, будут с меньшей охотой, чем круглый лес или сухую доску. Однако сейчас масса европейских, в частности, немецких предприятий работают на пределе рентабельности. Случаются и банкротства. Ряд работающих предприятий продаются. И, кстати, покупают их российские компании. Сегодня интерес к таким предложениям есть и у нас.
«П.»: То есть наш капитал инвестируется за рубеж?
С.Г.: Нет, предприятия покупаются «на вывоз». Их демонтируют и оборудование целиком перевозят в Россию. Ведь у нас, в отличие от той же Германии, условия для организации производства более благоприятные: есть готовые площади и инфраструктура. Более дешевое сырье, рабочая сила, энергоресурсы. То есть наша продукция по определению имеет значительный запас «выживаемости» на западном рынке, необходимо только достичь соответствующего качества. Поэтому нет сомнений, что в ближайшие 2—3 года наш экспорт может и должен стать более технологичным. Конечно, все это возможно лишь при участии государства, которое должно внятно сформулировать свою политику в этой области и реально поддерживать отечественного производителя.
«П.»: В чем это должно выражаться?
С.Г.: Я не буду говорить о банальных вещах — оптимизации налогообложения, необходимости улучшения инвестиционного климата и т.п. Не секрет, что работать «в белую» в России сейчас очень сложно не только в нашей отрасли. Надеюсь, ситуация будет быстро меняться. Однако есть и ряд куда более важных вещей.
Глубокая переработка: производство качественной бумаги, мебельного щита, фанеры, собственно мебели — это прежде всего оборудование и технологии. В России, к сожалению, современное оборудование, способное обеспечить необходимое качество конечного продукта, не производится. Поэтому снижение ввозных пошлин на импортное оборудование и технологии — важнейший элемент развития рынка.
«П.»: Считаете ли вы, что вступление России в ВТО может помочь российским экспортерам?
С.Г.: Безусловно, вступление в ВТО даст возможность вести диалог на равных. Однако пока нет реального лобби на уровне государства, пока не сформулированы приоритеты развития отрасли внутри страны, этот диалог вряд ли будет конструктивным. Крупнейшие мировые игроки всегда найдут способы не пускать нашу продукцию на свои рынки. Просто потому, что у них лоббированием интересов отрасли государство занимается, а у нас — нет. В отрасли существует несколько ассоциаций товаропроизводителей. Именно они (к сожалению, поодиночке) пытаются работать над налаживанием такого диалога с государством, выработкой правил игры на рынке, содействием созданию вертикально интегрированных холдингов, привлечением инвестиций и т.п.
«П.»: Насколько перспективна работа на внутреннем рынке?
С.Г.: В ряде случаев продавать продукцию на внутреннем рынке сейчас выгоднее, чем отправлять на экспорт. Например, плиты ДСП и МДФ у нас стоят несколько дороже, чем на Западе. Проблема в том, что за экспортные поставки платят стабильнее. К сожалению, российские предприятия не всегда рассчитываются (по крайней мере, сразу и живыми деньгами). Тем не менее очевидно, что внутренний рынок имеет огромные перспективы, которые, кстати, будут развиваться вместе с развитием самой отрасли.
«П.»: В чем именно заключаются эти перспективы?
С.Г.: Например, наши предприятия, которые производят мебель, сейчас просто не в состоянии удовлетворить все заказы. Там стоит реальная очередь. То есть спрос на недорогую, но качественную мебель огромен. Чтобы его удовлетворить, опять же нужны инвестиции в современное оборудование и технологии. Соответственно дефицитен и рынок полуфабрикатов для мебельной промышленности — плиты, шпон, текстура и т.д.
Перспективен и рынок бумаги, особенно качественной. С конца 80-х в стране не было запущено ни одно новое бумажное производство. Надеюсь, и эта сфера оживится, хотя масштаб требуемых инвестиций здесь гораздо значительнее, чем в деревообработке.
Однако подвижки есть и здесь. К примеру, в конце года на Сокольском ЦБК (в Вологодской области) запускается бумагоделательная машина общей стоимостью около $38 млн., которая будет выпускать целую гамму различных видов бумаги плотностью от 55 до 120 граммов.
В течение следующего года на предприятии планируется запуск современной технологии отбелки. После этого Сокольский ЦБК будет способен производить действительно качественную бумагу, в том числе для полиграфии. То есть при нормальной инвестиционной ситуации у России есть все шансы начать производить все необходимые виды высококачественной бумаги, которые сейчас экспортируются, например, из Финляндии.

ВЛАДИМИР ЗМЕЮЩЕНКО

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK