Наверх
7 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2009 года: "В своем пиру похмелье"

Новые члены ЕС получали от глобализации большую выгоду, чем любые другие страны мира. Теперь государства бывшего соцлагеря настиг экономический кризис. В Польше и Чехии падает объем производства, Латвия, Румыния и Венгрия нуждаются в помощи в миллиардных размерах.Ришард Делевский — предприниматель, оказавшийся на грани банкротства. Делевский узнал, что его компанию накрыла волна кризиса, находясь в Минске. Он вел переговоры со своим белорусским клиентом, когда раздался звонок: из банка просили передать, что Delkar «ушел в минус», сумма долга — 4 млн злотых или около 850 тыс. евро. Задолженность образовалась потому, что Делевский, экспортирующий продукцию за рубеж, прибегнул к валютным опционам, чтобы подстраховаться на случай ревальвации злотого. Однако польские деньги, паче чаяния, подешевели к евро почти на четверть. Никто не предупреждал бизнесмена, что в таком случае потери должен компенсировать он. <…>
   20 долгих лет понадобилось Восточной Европе, чтобы справиться с наследством государственной плановой экономики и модернизировать старые, неэффективные структуры. Крупные нерентабельные комбинаты приватизировали, предприятия осваивали новые рынки и интегрировались в глобальную экономику. Самый бурный рост, выражавшийся подчас двузначными числами, наблюдался в государствах Прибалтики, которые после своего присоединения к ЕС стремились наверстать упущенное как можно скорее. В Румынии, лишь недавно вступившей в Европейский союз, Porsche в 2008 году продал больше новых автомобилей Cayenne, чем в любой другой стране мира. Дворец культуры, построенный в сталинские времена в центре Варшавы и бывший тогда единственным высотным зданием в городе, всего за несколько лет почти полностью исчез за офисными новостройками из стекла и стали. Еще в 2008 году в Чехии почти не было безработных.
   Однако блестящий взлет этой страны прервался. Мировой экономический кризис, запущенный пузырем, лопнувшим на американском рынке недвижимости, ударил по некогда социалистическим странам сильнее и быстрее, чем рассчитывали избалованные успехом неофиты капитализма.
   Эстонцы, латыши и литовцы, привыкшие за последние годы к 7—10% роста, вынуждены мириться с тем, что сегодня их экономика переживает спад. Венгрия уже заняла у Международного валютного фонда, Всемирного банка и Евросоюза около 20 млрд евро. Румынии тоже требуются немалые вливания. Объем производства в Польше в последнем квартале прошлого года сократился по сравнению с тем же периодом 2007 года на 5%. В Чехии безработица может вырасти до 12%.
   Должны ли западноевропейские государства, которые сами бьются с тяжелейшим со времен Второй мировой экономическим кризисом, платить по чужим счетам? И что случится, если никто не придет на помощь? Не угрожает ли нынешняя ситуация сплоченности Европейского союза? Ясно одно: Западная Европа не может бросить новых членов ЕС на произвол судьбы.
   Помощь восточным европейцам стала одной из центральных тем и на брюссельском саммите ЕС, состоявшемся в конце позапрошлой недели. По предложению Еврокомиссии лимит кредитования стран, еще не вошедших в зону евро, повысили на 50 млрд евро. Председатель комиссии Хосе Мануэль Баррозу назвал это решение «сигналом мощной поддержки».
   Потребность в таком шаге велика: в странах Восточной Европы давно задаются вопросом, крепкой ли окажется солидарность богатых западноевропейских соседей на поверку. Некоторых партнеров по Евросоюзу упрекают, что они принимают подчас внушительные пакеты мер, предусматривающие поддержку исключительно «своих» предприятий, в результате чего конкуренты с Востока как бы невзначай оказываются не у дел.
   На востоке Европы считают, что с наступлением мирового экономического кризиса глобализация внезапно начала развиваться в противоположном направлении. В последние годы сотни тысяч поляков, болгар и румын обрели прилично оплачиваемую работу на западе Евросоюза. Теперь армия трудовых мигрантов возвращается домой, на Восток, а столь необходимый капитал течет в противоположном направлении. Западные банки и инвесторы ретируются.
   Многие годы восточные европейцы занимали деньги на Западе, в долг брали евро, швейцарские франки или скандинавские кроны. Этот их просчет привел к тому, что теперь кризис Запада утягивает в пучину страны Восточной Европы. Кредиты подогревали спрос на внутреннем рынке и обеспечивали экономический рост. Многие новые страны ЕС импортировали больше, чем экспортировали. Выросли горы долгов, торговый дефицит таких стран, как Литва или Болгария, достигает чудовищных 15% ВВП.
   Отток капитала и сокращение числа заказов с Запада привели к падению обменных курсов. Те валюты, курсы которых не были твердо привязаны к евро, сильно подешевели. Румынский лей потерял за последние полгода свыше 16% своей стоимости, венгерский форинт — почти 20%. Граждане, а подчас и целые государства, не в состоянии обслуживать свои кредиты в иностранной валюте.
   Массовые банкротства восточных европейцев бумерангом ударяют по легкомысленным кредиторам с Запада, которые, плюс ко всему, контролируют около 70% всех тамошних банков. Только дебиторская задолженность перед кредитными институтами Австрии составляет 293 млрд евро. По подсчетам Томаса Мироу, главы лондонского Osteuropabank, в текущем году страны на востоке ЕС и Украина должны выплатить западным банкам до 76 млрд евро. Сомнения же относительно платежеспособности восточных компаний могут привести к тому, что предоставлять новые инвестиционные кредиты банкиры не пожелают. Тогда средства в народном хозяйстве восточноевропейских государств иссякнут, в результате чего кризис еще более обострится. Замкнутый круг.
   Как оказалось, чтобы сбылись посулы революции 1989 года о свободе и благосостоянии для всех европейцев, времени нужно больше, чем многим хотелось верить. Гражданам стран — новых членов ЕС придется смириться с тем, что уровень их доходов по-прежнему будет ниже, чем на Западе, если, конечно, не произойдет резкого сокращения. В последние месяцы испытывающие затруднения восточноевропейские предприниматели начали массовые увольнения, в некоторых компаниях снижение зарплат составляет до 30%. Безработные в новых странах ЕС оказываются в весьма незавидном положении, ведь их правительства и сами испытывают нехватку средств. Плюс к этому во многих странах социальные выплаты в годы экономического бума были существенно урезаны.
   В молодых демократических государствах растет недовольство. В Болгарии, Латвии и Литве разъяренные граждане уже забрасывали правительственные здания яйцами, камнями и даже — если позволяла погода — снежками. Правительство Латвии во главе с Иварсом Годманисом было вынуждено уйти в отставку.
   После головокружительного подъема новым странам ЕС вновь требуется санация. Только вот, в отличие от ситуации 1990-х, причины их проблем уже в другом. В каждом регионе кризис имеет свое лицо.
   В балтийских республиках это главным образом дешевые деньги из Скандинавии. Их поток раздул соломенный костер потребительской лихорадки. Венгры, чехи и словаки после 40 «тощих» лет тоже испытывали основательную потребность наверстать упущенное в сфере потребления, но доля производственного сектора в росте последних лет в этих странах была существенно выше, нежели в Прибалтике. Тем не менее там, равно как в Румынии и Болгарии, компании и население накопили слишком много долгов. На беду кредиты брали в евро, швейцарских франках и долларах. Иностранные банки стремились выйти на новые восточные рынки и могли предложить своим клиентам более выгодные условия, чем местные кредитные институты. Когда же форинт, лев и лей упали, оказалось, что многие должники не в состоянии обслуживать свои кредиты.
   Лучше, чем у северных и южных соседей, обстоят дела в Польше, Чехии и Словакии. В частности, дело в том, что крупные автопроизводители из Западной Европы и Азии построили там свои новые заводы — такие как Kia в словацком городе Жилина. Конечно, на них тоже вводится сокращенная рабочая неделя. Однако зачастую такие предприятия обладают более современным оборудованием, чем их западные «аналоги», к тому же расходы на заработную плату там существенно ниже. Это позволяет надеяться, что после выхода из кризиса в лучшей исходной ситуации окажутся именно они.
   Пока же в наиболее выгодном положении остаются польские бизнесмены. За прошедшие 20 лет в стране появился собственный средний класс, а благодаря немалым размерам Польши для поддержания конъюнктуры какое-то время будет хватать спроса на внутреннем рынке. 26 марта министерству финансов в Варшаве тоже пришлось скорректировать свой экономический прогноз в сторону снижения. Тем не менее в ближайшие месяцы эксперты рассчитывают на 1,5% роста.
   Польское экономическое чудо стало возможным благодаря таким предпринимателям, как Ришард Делевский, их усердию и изобретательности. Однако после звонка, заставшего его в Минске, Делевский уже не знает, как быть дальше.
   Банк Millennium требует от него 8 млн злотых. Таких денег у предпринимателя нет. «Я отвечаю своим личным имуществом, — говорит он, и взгляд бизнесмена на какой-то момент устремляется на фотографию яхты, висящую на стене. — О себе я беспокоюсь меньше всего, но ведь в моей компании работают 150 человек».
   Аналогичные сделки с валютой заключили около 10 тыс. польских компаний. Теперь им грозит банкротство, а тысячам их сотрудников — безработица.
   В Прибалтике такая судьба успела постичь многих. Уровень безработицы в Латвии вырос с 5% в 2007 году до нынешних 12%. К несчастью, велика и долговая нагрузка на население. «Есть люди, испытывающие такие финансовые затруднения, что им приходится ночевать в интернет-кафе», — рассказывает немецкий маклер, работающий на рижском рынке недвижимости. Многочисленные новенькие офисные здания на окраине живописного старого города наполовину пустуют. «Пока рынок недвижимости не подает никаких признаков жизни», — говорит он.
   После десятилетий правления коммунистов латыши, равно как и их соседи, устроили настоящее торжество потребления — в кредит. Так, чтобы взять в долг, в Эстонии достаточно было отправить с мобильника короткое текстовое сообщение. Требовалось лишь указать необходимую сумму, и средства появлялись на счете.
   «Всего за несколько лет прибалты стали чрезвычайно притязательными потребителями, — говорит владелец компании, производящей программное обеспечение. — Только вот их запросы не всегда соответствовали заработку». Каждый надеялся на то, что бум продлится вечно и зарплаты будут повышаться автоматически.
   При этом, как говорят эксперты, важные задачи так и не были выполнены. После перехода к рыночной экономике эстонцы, латыши и литовцы реструктуризировали крупные госпредприятия, но разработать новые продукты, которые можно экспортировать, не успели. При этом правительства в Таллине, Риге и Вильнюсе делали ставки на радикальную либерализацию экономики: во всех трех республиках действует единая налоговая ставка, так называемый пропорциональный налог. Этого хватило, чтобы привлечь капитал в страну, но не для того, чтобы обеспечить стабильный рост промышленности, признает Стен Тамкиви.
   Этот 30-летний эстонец — один из немногих, кому кризис пошел на пользу. Он работает в IT-отрасли, в компании Skype. Эстония усиленно развивает широкополосный Интернет и даже занимается саморекламой под маркой E-stonia. Почти все банковские операции осуществляются онлайн. Эстонцы оплачивают билеты в кино и парковку при помощи текстовых сообщений и даже могут голосовать через Интернет.
   Тем не менее Skype — единственный глобальный проект страны, который увенчался успехом. Компания предоставляет через Интернет программу, позволяющую пользователям ПК бесплатно общаться друг с другом по интернет-телефону и даже видеофону. «С начала кризиса число пользователей Skype возросло, — рассказывает Тамкиви. — Так фирмы экономят на командировках, многие переговоры уже ведутся при помощи Skype».
   Сегодня прибалты тоже бы много дали за добрый совет. Не так давно курсы кроны, лата и лита жестко привязали к евро. Теперь, чтобы оживить экспорт, требуется девальвация прибалтийских валют. Однако это чревато неплатежеспособностью многих банков и компаний, имеющих большую задолженность в иностранной валюте. Дилемма далеко не простая.
   Румыния и Болгария намерены реагировать на кризис миллиардными инвестициями в инфраструктуру, строительство и охрану окружающей среды; они надеются, что в текущем году их экономики ждет даже небольшой рост.
   Другие новые члены ЕС пока подобные меры отвергают. Впрочем, им все равно вряд ли бы удалось найти необходимые для их реализации средства. «Меры по оживлению конъюнктуры приводят к росту долгов, что очень быстро сводит их эффект к нулю», — объясняет Вратислав Кульханек распространенную в Восточной Европе позицию.
   Прежде чем стать независимым экспертом по экономическим вопросам, пражанин работал топ-менеджером концерна Skoda. «Государство не может как следует управлять экономикой, это мы хорошо усвоили за 40 лет коммунизма», — говорит он. Конечно, германская премия за сдачу старых автомобилей в утиль пошла Чехии на пользу, признает он. «Дочка» Volkswagen, Skoda, продала в феврале в Германии 9190 машин модели Fabia, что почти втрое больше, чем в январе.
   Тем не менее это единичный пример: многие новоиспеченные члены Евросоюза с недоверием встречают программы по оживлению конъюнктуры, принимаемые западными соседями, и подозревают тех в протекционизме. В начале февраля между правительствами Чехии и Франции разгорелась оживленная полемика. Президент Саркози обещал поддержать отечественных автомобилестроителей — при условии, что впредь они будут выпускать всю свою продукцию во Франции и не станут переносить производство в Чехию. Тогда глава чешского правительства Мирек Тополанек охарактеризовал идею оживления конъюнктуры за счет долгов как «убийственную».
   Даже в голосе такого мягкого человека, как польский премьер Дональд Туск, появляются жесткие нотки, когда ему приходится комментировать антикризисную политику Германии и Франции. «С нашей точки зрения, самая большая опасность кроется в крушении общеевропейской солидарности, в нарастании национального эгоизма», — заявил он «Шпигелю». В результате появляется угроза «фактического раскола».
   Долгие годы Запад требовал, чтобы кандидаты на вступление в ЕС жестко придерживались курса на приватизацию. Таким было одно из условий их присоединения к эксклюзивному брюссельскому клубу в 2004 году. Поэтому понятно, какие чувства на Востоке вызывает намерение стран Запада, некогда преподавших восточным соседям основы капитализма, бороться с кризисом, национализируя предприятия и предоставляя компаниям государственные кредиты. Преодолеть затянувшийся на десятилетия кризис коммунизма восточным европейцам удалось потому, что они «20 лет очень усердно трудились, — говорит Туск. — В это мы твердо верим».
   Вопрос в том, окажется ли такая вера его соотечественников непоколебимой, если злотый продолжит падение, а количество банкротств и безработица будут и дальше расти. Во всяком случае, правительство в Праге, несмотря на все заверения о приверженности идеям либеральной экономики, тоже приняло (хоть и небольшой) пакет мер, направленных на поддержание промышленности, оказавшейся в бедственном положении: дело в том, что работники традиционных богемских стекольных производств уже несколько месяцев не получали зарплату.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK