Наверх
22 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2001 года: "Военный роман"

Супругу губернатора Ульяновской области, бывшего командующего 58-й армией Северо-Кавказского военного округа Владимира Шаманова друзья называют «боевой подругой». Двадцать три года Людмила Михайловна «отслужила» с мужем в армии и однажды даже спасла ему жизнь.Ольга Казанская: Владимир Анатольевич, правда ли, что супруга спасла вам жизнь?
Владимир Шаманов: Я был командиром полка в Нагорном Карабахе. Однажды вечером услышал женский крик, молящий о помощи. Я бросился к этой квартире, вышиб дверь ногой. Вооруженный человек в камуфляжной форме, пытавшийся схватить женщину, увидев меня, повернул дуло пистолета в мою сторону. Несколько мгновений мы смотрели друг на друга: бандит размышлял, стрелять или нет. В это время в квартиру ворвалась Люда — в халатике, домашних тапках — и резко отвела руку бандита в сторону. Прозвучал выстрел. Пуля застряла в стене Потом уже я скрутил его и обезоружил.
О.К.: Наверное, супругу вы полюбили не только за мужество?
В.Ш.: В ней присутствуют все те черты, за которые ценят русских женщин: она красива и женственна, у нее открытое лицо, мягкий голос. Но когда требуют обстоятельства, Люда может быть очень сильной. Мы женаты уже двадцать три с половиной года, и я не перестаю благодарить Бога за то, что такая женщина отдала мне руку и сердце.
О.К.: Людмила Михайловна, вы сопровождали своего мужа с одного места службы на другое. Вам не хотелось осесть где-нибудь, наладить нормальный семейный быт?
Людмила Шаманова: Конечно, мечтала о том, чтобы муж приходил вовремя к ужину, чтобы занимался с детьми, уделял мне побольше внимания. Мы переезжали 17 раз с места на место. Я до сих пор не разобрала «тревожный» чемоданчик (в нем все необходимое на случай быстрого отъезда). Муж воевал во всех «горячих» точках — Молдавия, Азербайджан, Чечня. Очень рада, что теперь, когда Володя стал губернатором, мы обрели наконец-то свою пристань. Планируем пустить корни на этой земле.
О.К.: Вы родом из Ульяновска?
Л.Ш.: Я родилась в Рязани, в Ульяновске же мы впервые побывали с мужем в 1993 году: после завершения военной кампании в Азербайджане сюда вывели его дивизию.
Нас тепло встретили местные жители, появились друзья. Мы были очарованы местной природой, Волгой. Надеялись, что это наше последнее место службы. Даже начали строить дачу в деревне Юрманка под Ульяновском. Достроить не успели — Володю перевели на службу в Новороссийск. Но через несколько лет судьба вновь привела нас в эти места.
О.К.: Где вы встретили будущего мужа?
Л.Ш.: Познакомились с Вовой в Рязани в сентябре 1977 года на свадьбе нашего общего друга. Я была студенткой второго курса Всесоюзного заочного политехнического института. Вова учился на четвертом курсе Рязанского десантного училища.
На следующий день Володя уехал в лагеря, и у нас начался роман в письмах. Дочка недавно нашла эти письма, прочитала и воскликнула: «Неужели мужчина может так любить женщину?»
О.К.: Чем вас привлек Владимир Анатольевич?
Л.Ш.: Вова до сих пор остался таким, каким был двадцать лет назад. Его улыбка, искрящиеся глаза нисколько не изменились. Рядом со мной самый порядочный, искренний, добрый человек на свете.
Помню, когда мы только начали встречаться, Вова позвонил в дверь, я пригласила его войти, но он через порог взял мою руку, подержал немного, попрощался и убежал. Оказывается, у курсантов был кросс, сдавали спортивные нормативы, и Вова так хотел меня увидеть, что на секунду заскочил, чтобы просто прикоснуться ко мне. После таких знаков внимания я не смогла устоять. Мы поженились в марте 1978 года.
О.К.: Ваши дети родились «в армии»?
Л.Ш.: Разумеется. Светочку в шутку называли «капитанской дочкой», поскольку в момент ее рождения Вова был капитаном. Сейчас дочери 18 лет. Сыну Юре — 22 года.
О.К.: Владимир Анатольевич, вы были жестким отцом?
В.Ш.: Я всегда относился к сыну как к взрослому мужчине, защитнику слабых. А дочку, наверное, больше баловал. Учил детей быть самостоятельными, отвечать за свои поступки и не прятаться за спины других. Своими детьми я горжусь, они никогда не давали повода краснеть за них.
О.К.: Чем занимаются ваши дети?
В.Ш.: Юра — офицер Федеральной службы налоговой полиции. Света — студентка второго курса одного из московских вузов. Дочка еще в школе увлеклась поэзией Марины Цветаевой. Теперь сотрудничает с подмосковным музеем поэтессы. Она воспитывалась в благополучной семье, но выросла совсем не избалованной. Света — внимательный, заботливый и добрый человек.
Сын рос в подразделениях и частях, которыми я командовал. Был «сыном» роты, батальона, полка. Помню, в три года я взял его с собой в летние лагеря. Обычно, когда мы возвращались к казармам, он убегал от меня пораньше. Однажды я догнал его и стал свидетелем того, как Юра кричал тем, кто находился в казарме: «Мужики, шухер, ротный идет!» Он был «своим» среди курсантов. Я научил его стрелять из всех видов стрелкового оружия.
О.К.: Это вы настояли на том, чтобы Юра пошел в «силовое» ведомство?
В.Ш.: Выбор он сделал сам. Я пытался отговорить его, но сын сказал мне: «Хочу быть таким, как ты. Тебя солдаты любят». Потом Юра поступил в Военный университет. Самостоятельно принял решение работать в налоговой полиции.
О.К.: Если бы сын сообщил вам, что уезжает в «горячую точку», отпустили бы?
В.Ш.: Разумеется. Каждый человек сам определяет свое место в жизни. Родители не должны чрезмерно опекать детей.
О.К.: Как часто было по-настоящему страшно за мужа?
Л.Ш.: Да каждый день! Правда, он старался регулярно звонить. Когда слышала его дежурное: «Мать, я живой», немного успокаивалась. Часто о том, что с Володей происходит в Чечне, узнавала из телевизионных новостей. Во время первой чеченской кампании под Чири-Юртом бронетранспортер, на котором муж возвращался с боевой операции, подорвался на фугасе. Володя получил восемь осколочных ранений. Один из осколков не попал в сердце только потому, что в кармане разгрузжилета случайно оказался пистолет, его рукоятка разлетелась на куски.
Меня спрашивают: «Ваш муж храбрый?» Наверное. Но больше всего я ценю в нем другое: у него повышенное чувство ответственности за жизнь солдат. Зимой 2000 года под Серноводском наши спецназовцы попали в засаду. Муж, тогда уже генерал-лейтенант, первым узнал об этом и сразу же вылетел к месту боя. Снял бушлат, чтобы все видели: рядом с солдатами раненых в вертолет грузит генерал. Такие поступки поднимают боевой дух армии.
Мы часто болели с дочкой. Доктора говорили: из-за нервного перенапряжения, постоянного чувства тревоги за мужа и отца.
О.К.: Владимир Анатольевич, вы по боевым операциям скучаете?
В.Ш.: Конечно, скучаю. Я прослужил 26 лет в Вооруженных силах. Если бы мне пришлось снова начать свою жизнь, я, не раздумывая, прошел бы тот же путь. Говорят, сила командира проверяется в его отсутствие. Прошло уже больше года, как я на гражданке, а 58-я армия Северо-Кавказского военного округа, которой теперь командует генерал Валерий Герасимов, твердо стоит на ногах.
О.К.: Людмила Михайловна, где был ваш муж, когда ему присвоили генеральское звание?
Л.Ш.: В окопе. Ему позвонил друг и в шутку поинтересовался, почему Вова нарушает протокол и не в парадной форме одежды. Муж сообщил, что сидит в окопе и над ним свистят пули. В этот момент его и поздравили с присвоением высокого звания.
О.К.: Страшные сны ему до сих пор снятся?
Л.Ш.: Да. То он отдает какие-то команды во сне, то ему кажется, что приземляется вертолет. Только сейчас он начинает постепенно успокаиваться, «отходить». Однажды во сне муж прошептал: «Я люблю тебя». Я по-женски насторожилась — каким же будет продолжение. И что, вы думаете, Володя сказал в итоге? «Я люблю тебя, родина!» Она-то мне точно не соперница. Радует тот факт, что родина отвечает ему взаимностью. Володю отмечали по заслугам. В день инаугурации мужа поздравили Владимир Владимирович Путин, Юрий Михайлович Лужков. Такое внимание приятно.
О.К.: Людмила Михайловна, а как складывалась ваша карьера?
Л.Ш.: Мы переезжали с места на место, и я не смогла окончить вуз. Сейчас наверстываю упущенное. Поступила в один из московских вузов, изучаю право. Где бы Володя ни служил, я никогда не сидела без дела. Когда в 1989 году мужа послали в Кишинев, устроилась на оборонное предприятие «Топаз». Потом были Азербайджан, две «чеченские» кампании. Я стала военнообязанной, в частности, возглавляла склад топографических карт.
О.К.: В настоящий момент вы возглавляете благотворительный фонд «Губернский»?
Л.Ш.: Во время предвыборной кампании узнала, что в одном из детских домов все детишки переболели гепатитом. У них не было элементарных средств: йода, «зеленки», бинтов. Когда муж вступил в должность, я зарегистрировала фонд, теперь опекаем детские дома в области. Володя почти в приказном порядке обязал всех глав администраций взять шефство над детскими домами. Дело сдвинулось с мертвой точки, некоторые предприятия понемногу начали оказывать помощь сиротам.
В начале XIX века в Симбирской губернии было развито меценатство. Супруга тогдашнего губернатора края Екатерина Мягницкая устраивала благотворительные балы, а собранные средства направляла на строительство приютов. Мы пытаемся возродить эти традиции. Первый благотворительный бал состоялся в апреле прошлого года. Один спонсор подарил детскому дому трактор, другой — семена-саженцы, игрушки, на собранные деньги уже отремонтировали один детский дом.
Друзья нашей семьи, которые живут во многих уголках России, откликнулись на мои просьбы о помощи. Нам отправляют контейнеры с детской обувью, одеждой, рюкзачками для ульяновских детишек.
О.К.: Людмила Михайловна, когда вы рассказываете о муже, то вся как будто светитесь.
Л.Ш.: Есть женщины, которые говорят: «Я сделала своего мужа». Я так сказать не могу: Володя всего добился бы и сам. Но я счастлива, что была рядом с ним все эти годы.

ОЛЬГА КАЗАНСКАЯ

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK