Наверх
21 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2000 года: "За рамками протокола"

Вера Шевченко очень редко дает интервью, но для «Профиля» она сделала исключение.Татьяна Михайлова: Вера Николаевна, что-то изменилось в вашей жизни после того, как муж ушел со своего поста шефа президентского протокола?
Вера Шевченко: Практически ничего. У Владимира Николаевича сейчас другая, не менее интересная работа. Официально он является советником Путина, но по-прежнему помогает в работе Борису Николаевичу.
Т.М.: А как Владимир Николаевич занялся протоколом?
В.Ш.: В 1985 году он пришел работать в ЦК КПСС, в отдел, который отвечал за прием иностранных делегаций. Ведать протоколом Владимир Николаевич стал начиная с первого визита Горбачева за рубеж. В 1990 году муж возглавил службу протокола президента СССР, а с 1992-го — первого президента России.
Я думаю, муж потому так долго проработал в Кремле, что у него талант: он умеет с пониманием относиться к людям.
Т.М.: И так было всегда, даже когда вы с ним впервые встретились?
В.Н.: Вы знаете, это было так давно… Мы познакомились, когда ему было девять лет, а мне — четыре года.
Мы жили в Латвии, хотя я родилась в Ленинграде, а Володя — в Москве. Наши родители дружили, мой будущий муж приходил ко мне во двор качаться на качелях.
Потом их семья уехала в Россию и вернулась, когда Володя учился на первом курсе института. Мы встретились снова. Сходили в кино, погуляли по городу. И он мне заявил, что я буду его женой.
Т.М.: А вам было четырнадцать…
В.Ш.: Да. И я ответила: «Никогда!» А он сказал: «Мы обязательно поженимся!» И уехал в Тбилиси, где учился в политехническом институте.
Т.М.: Почему так далеко?
В.Ш.: Среднюю школу он окончил в Кургане. А тогда была такая практика: представители крупнейших вузов страны ездили по провинции, искали талантливых ребят. Тбилисский политехнический институт считался одним из лучших. Так что высшее образование Володя получил в Тбилиси. Он еще шутил, что Грузия всегда была местом ссылки великих людей. И в институте, и в школе он был круглым отличником.
Т.М.: Все пять лет, пока он учился, вы писали друг другу письма?
В.Ш.: Нет. Я вообще о нем вспоминала только летом, когда он приезжал на каникулы. У меня была своя жизнь, друзья-приятели. Но после учебы по распределению Володя вернулся в Латвию — и я действительно влюбилась так, что ни о ком другом думать не могла. И мы поженились.
Год муж проработал на локомотивно-ремонтном заводе, потом занялся партийной работой.
Помню (он уже работал в ЦК комсомола Латвии), однажды в конце дня я зашла к нему — и тут доложили о некоем посетителе. Оказалось, приятель мужа по институту. Они кинулись друг другу в объятия. Потом приятель поворачивается ко мне и восклицает: «О! А это твоя Верико?» А ведь мы раньше никогда не встречались. Я спросила, откуда он меня знает. «Девушка с голубыми глазами и длинными белокурыми волосами — это только вы. Все пять лет нашей учебы о Володе Шевченко были известны две вещи: что он король преферанса и что влюблен в голубоглазую блондинку».
Когда я сказала, что в положении, муж заключил: «Ну все, у нас родится Наташа с такими же голубыми глазами, как у тебя!»
Т.М.: Так и случилось?
В.Ш.: У нас действительно родилась девочка, но назвали мы ее Аллочкой. Наташа тогда было модное имя, а у меня такая натура: я не люблю быть как все.
В 1969 году мужа перевели на работу в Москву — с тех пор мы живем здесь.
Т.М.: Вера Николаевна, вы в молодости были карьеристкой или полностью посвятили себя дочери и мужу?
В.Ш.: Конечно, я всегда работала (по образованию я медик), но с самого начала для меня главной ценностью была семья.
Я делала все возможное, чтобы дома было уютно. У нас много друзей, постоянно приходили гости. Володя мог поддержать любую компанию. Ну а моей обязанностью было создать атмосферу, которая располагала бы к общению.
Я никогда не позволяла себе в выходные заниматься хозяйством. Знаете, как некоторые: все неделю на службе, а в воскресенье — большая стирка. Я этого не понимаю. Стирай в пятницу хоть до двенадцати ночи, но выходные оставь для мужа и ребенка.
У нас было заведено: воскресенья мы проводили вместе. Шли в кино или в музей, потом обедали в ресторане, гуляли, разговаривали. Эти дни были неприкосновенны.
Дочка тоже требовала внимания. Мне очень хотелось, чтобы она была самая лучшая. Так в конце концов и получилось: Аллочка с отличием окончила школу, институт, защитила диссертацию по философии, теперь работает над докторской.
Т.М.: А вы Владимира Николаевича как-то наставляли, чтобы он делал карьеру?
В.Ш.: Я мужа никогда не подталкивала. Мы просто иногда садились и обсуждали, как в той или иной ситуации лучше поступить. Есть такие моменты, когда надо рисковать.
Т.М.: В его жизни были такие моменты?
В.Ш.: Наверное, когда из ЦК комсомола он ушел на дипломатическую службу и мы на пять лет уехали на Кубу. В комсомоле он мог сделать больше, но его потенциал не оценили. Но мы никогда не были на кого-то в претензии. Я считаю, жизнь сама все расставляет на свои места.
Т.М.: В чем основные рабочие обязанности шефа протокола президента?
В.Ш.: Перед любой поездкой главы государства за рубеж муж ехал в принимающую страну и рассчитывал визит буквально по минутам. Надо было учесть массу нюансов.
Я помню, после распада СССР он готовил первый визит Ельцина в США — и совершенно неожиданно столкнулся с некоторым пренебрежением принимающей стороны. Дескать, одно дело СССР, супердержава, а другое — Россия. И Владимиру Николаевичу стоило определенных усилий восстановить справедливость. Он весьма дипломатично, но все-таки твердо дал понять, что ничего не изменилось и Россия по-прежнему супердержава, со своим мощным потенциалом. Умение главного протоколиста держаться с достоинством очень важно.
В то же время, куда бы Владимир ни ездил, у него везде остаются друзья. У нас дома масса фотографий. На одной Жак Ширак в обнимку с мужем и подпись: «Моему лучшему другу Владимиру!» Или Владимир Николаевич с Колем: «Моему самому лучшему другу!» И это не по протоколу. Я думаю, оценивают его человеческие качества.
Т.М.: А на вас высокий статус мужа возлагает какие-то обязанности?
В.Ш.: Я не должна болтать лишнего — поэтому, кстати, редко даю интервью. Должна всегда хорошо выглядеть, быть в форме. Знаете, как говорят? Что такое жена дипломата? Глаза и уши. А жена представителя государства — лицо и душа.
Т.М.: Вера Николаевна, вы один из почетных попечителей Городского Семейного Клуба «Монолит». Зачем вам понадобилась эта общественная нагрузка?
В.Ш.: Мы с мужем помогали создавать этот клуб с самого начала. Здесь по-домашнему уютно, сюда приятно приглашать друзей. Любая женщина, какой бы замечательной хозяйкой она ни была, иногда устает, и хочется, чтобы ей принесли хоть чашку чая на блюдечке с голубой каемочкой. «Монолит» — как раз такое место.
Т.М.: А как ваша семья отдыхает?
В.Ш.: Любим путешествовать. Летом ездим на море, зимой катаемся на лыжах. Наши дочь, внук и зять живут за границей, зять работает в ООН. Два-три раза в год мы их навещаем.
Т.М.: По внуку скучаете?
В.Ш.: Мы его достаточно часто видим. Денису одиннадцать лет, он уже, пожалуй, лучше говорит по-французски, чем по-русски.
Тех знаний, которые дала ему Аллочка до школы, хватает до сих пор. В своем международном колледже он, ребенок из России, считается лучшим учеником. Директор постоянно присылает благодарности. Кстати, я могу вас познакомить с его мамой.
К нашему разговору присоединяется Алла Владимировна Шевченко.
Т.М.: Алла, что, на ваш взгляд, было определяющим в отношениях ваших родителей?
Алла Шевченко: Любовь. Об этом никогда не говорили, но это всегда чувствовалось. Родители друг друга берегли. День их свадьбы был большим праздником. Каждый раз — как новая свадьба, и не важно, собралось ли много родственников или папа с мамой остались вдвоем. И в своей семье я также свято отмечаю день свадьбы.
Ужинали мы всегда вместе. Папа мог задержаться на работе до десяти вечера — в гостиной был накрыт стол, и мы его ждали.
Кухонных посиделок, перекусов на бегу у нас в семье не признают. Семейный обед всегда проходит чинно. Это традиция.
Т.М.: Вас строго воспитывали?
А.Ш.: У нас полная демократия, отношения строятся на дружеской основе. До сих пор родители — мои самые хорошие друзья.
Сына я пытаюсь воспитывать так же: он мой друг. У него есть свое мнение, к которому мы с мужем всегда прислушиваемся. Если он будет чувствовать себя равным среди равных, то вырастет незакомплексованным человеком, ему будет легче отстаивать свои позиции.
Т.М.: Для вашей мамы главное — семья, а вы без пяти минут доктор наук. На хлопоты по дому время остается?
А.Ш.: Семья — это прежде всего взаимоотношения между людьми. Уют навести не сложно при помощи бытовой техники. Или пригласив помощницу.
Я делаю собственную карьеру, потому что хочу быть значимой в глазах своего сына, чтобы он видел во мне не просто маму, но еще и личность.
Т.М.: Положение отца накладывает отпечаток на ваш образ жизни?
А.Ш.: Определенную ответственность мы все, конечно, чувствуем. Власть уже подразумевает этикет, протокол.
Ведь в чем суть протокола? В России его ввел Иван Грозный, когда он, великий князь, принял императорский титул — провозгласил себя наместником Бога на земле. Тогда-то и потребовалось создать образ этого наместника — человека, который выполняет важную миссию, несет ответственность за свой народ.
Т.М.: Вам приходилось наблюдать за женами высокопоставленных людей. Кто из них произвел на вас наибольшее впечатление?
А.Ш.: По моему мнению, эталоном жены политика можно считать Наину Иосифовну Ельцину. Она всегда элегантна, скромна и при этом достойно представляет Россию.
Т.М.: А как вы реагировали на уход вашего отца вместе с Ельциным?
А.Ш.: Нормально. Папа — человек чести, он предан дружбе. Чем бы он ни занимался, он все равно сделает все, чтобы не было «за державу обидно».

ТАТЬЯНА МИХАЙЛОВА

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK