Наверх
22 ноября 2019
USD EUR
Погода

Кто и для чего затеял «Скверный майдан» в Екатеринбурге

Ночью, во время нападения на стройплощадку будущего храма, в сквере появились персонажи, до неприличия напоминающие украинских майданщиков образца 2013 года.

©Евгений Поторочин

«Молодец! Давай! Ты герой! Ты —  Халк!» — под такие возгласы ребенок лет шести в боксерских перчатках упирается в металлическое ограждение, пытается на него забраться под прицелами десятков телекамер, фотоаппаратов и телефонов. Толпа вокруг скандирует – «Это наш город! Это наш город!». По другую сторону забора за происходящим наблюдают сотрудники ЧОП, полицейские и бойцы Росгвардии. Видео такого содержания появилось в социальных сетях и мессенджерах 14 мая. Неоднозначная сцена была снята в самом центре Екатеринбурга. Позже выяснится – мальчика зовут Марк,  и на акцию протеста его привела мать. Мирную, как утверждалось в местных пабликах, акцию. Которая очень скоро перестала быть таковой. Несколько секций забора, в том числе и ту, по которой лазил Марк сначала выломают, а затем вырвут из рук силовиков разгоряченные молодые люди.

Нагнетающее меньшинство

Металлическое ограждение и послужило катализатором многодневных протестов в Екатеринбурге. Его поставили 12 мая в сквере у местного Театра драмы, чтобы начать запланированное строительство собора святой великомученицы Екатерины – небесной покровительницы города. Первого в истории города храма, возведенного в XVIII веке и полностью разрушенного в 1930 году, в разгар антирелигиозной компании. Амбициозное сооружение должно стать подарком горожанам к 300-летию, которое столица Урала будет отмечать в 2023 году.

Проект прошел все согласительные процедуры, его поддержали на общественных слушаниях, которые состоялись в феврале 2019 года. Из 3309 проголосовавших, 3107 высказались за строительство храма. Но группа екатеринбургских активистов – урбанистов, традиционно выступающих за сохранение любого даже весьма спорного архитектурного объекта в Екатеринбурге, и примкнувшие к ним местные оппозиционеры принялись организовывать акции, флэш-мобы и пикеты, выступая против возведения храма святой Екатерины у екатеринбургского драмтеатра. («Профиль» подробно писал об этом в апреле нынешнего года). Но тогда вся эта активность проходила мирно, и не имела сколько-нибудь существенного общественного резонанса. Все изменилось 13 мая.

Хлипкая сетка вокруг стройплощадки не представляла особой преграды для храмоборцев.

Евгений Поторочин

За расчетом – становись!

С утра 13 мая в социальных сетях и на местных интернет-ресурсах начался активный информационный прессинг. Людей призывали прийти к месту начавшегося строительства и любой ценой не допустить дальнейшего проведения работ. Агитационная компания сработала точно, спровоцировав в центре Екатеринбурга массовые беспорядки.

Несколько ночей подряд сотни молодых людей часами скандировали провокационные лозунги, устраивали «поскакушки» в лучших традициях украинского «Евромайдана» с чуть переработанным «Кто не скачет, тот за храм!». В полицейских летели камни, бутылки с кислотой, протестующие распыляли едкий газ. Забор частично был выломан и приведен в негодность. Строителям пришлось возводить новый, более крепкий. В отделения полиции были доставлены несколько десятков наиболее буйных участников протеста.

То, что происходило в Екатеринбурге мало походит на стихийную акцию, считает политолог Леонид Крутаков. Без четкого плана действий и денежных вливаний устроить многодневный массовый протест невозможно, уверен эксперт. «Разовый пикет может быть спонтанным. А вот масштабные, длительные акции всегда имеют финансирование. Следовательно, есть и организация, внутренняя система управления — десятники, сотники, тысячники. По-другому это не существует. Иначе толпа рассыпается быстро. Деньги на протесты в России идут из-за рубежа. Не является секретом то, что в госбюджете США есть отдельная строка – на «освобождение наций от гнета». Это порядка 300 миллионов долларов ежегодно. Они и идут на гранты, финансирование НКО и подобное».

Граждане политические

Региональные СМИ выяснили, что организатором одного из флэш-мобов, закончившихся беспорядками и задержаниями, выступил штаб Алексея Навального в Екатеринбурге. Координатор Юрий Кузьминых в интервью Ura.ru заявил, что члены штаба не имеют отношения к мероприятию, но одобряют его. Постоянным участником протестов в Екатеринбурге был депутат городской думы Константин Киселев, считающийся одним из самых заметных оппозиционных деятелей уральской столицы. Среди задержанных оказались представители региональной ячейки «Открытой России» и штаба Навального из соседнего Челябинска.

В том, что события в Екатеринбурге имеют политический, а не гражданский подтекст, уверен писатель Александр Проханов. «Те, кто протестует против строительства храма, далеки от магических и богословских представлений. Они вряд ли являются православными, буддистами или мусульманами. Это люди улиц, раскаленные, готовые выступать против власти. А в данном случае строительство храма ассоциируется с властью, ведь она на протяжении последних лет патронирует церковь. А православие, в свою очередь выступает для власти опорой», — рассуждает Проханов.

Гапоновщина по – уральски

Значительную роль в нагнетании информационной истерии сыграл екатеринбургский медиа-менеджер Ринат Низамов. Он фактически перепрофилировался из журналиста в одного из неофициальных лидеров протеста. Подконтрольный ему интернет – портал тиражировал происходящее в центре Екатеринбурга в круглосуточном режиме. Подавались материалы так, что многие участники столкновений признавались – решение прийти к «скверу у драмы» появилось у них после просмотра прямых эфиров, которые вели корреспонденты «беспристрастного» СМИ.

14 мая, на второй день протестов, сам Низамов стал одним из участников встречи губернатора Свердловской области Евгения Куйвашева с противниками и сторонниками строительства храма. В ходе переговоров глава региона подчеркнул: «открытое и очень жесткое противостояние совершенно точно никому не нужно». Но, усилия областных властей утихомирить протестующих и начать цивилизованный диалог никак не повлияли на Низамова. После встречи он написал в своем телеграм-канале: «Люди все равно не уйдут».

Модель поведения, выбранная Низамовым, вызвала неоднозначную реакцию среди представителей медиасообщества. Так, в утреннем эфире радиостанции «Вести ФМ» ведущий Владимир Соловьев назвал коллегу одним из организаторов беспорядков в Екатеринбурге. «А что вы скажете на то, что организатором, одним из главных организаторов [протестов] является топ-менеджер американского [медиа] холдинга. Можете себе представить, чтобы в Америке топ-менеджер Russia Today организовал сходку, во время которой в американскую полицию полетит бутылка с кислотой, будет распыляться на полицейских газ и полетят в них камни?!» — возмущался Соловьев.

Борцы за экологию очень быстро вытоптали всю траву в сквере, ставшем камнем преткновения.

Евгений Поторочин

 

Ставка опять не сыграла

В Кремле заявили, что считают правильным комплекс мер, принятых свердловскими властями для урегулирования конфликта. «То, что нам известно, это то, что местные власти весьма корректно ведут разговор, и с населением, и со строителями. Мы также знаем, что местные власти предлагали и альтернативные площадки для организации скверов, для организации отдыха и досуга граждан, жителей этого района», — подчеркнул 15 мая пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков. Кроме того, представитель Кремля отметил: «Несанкционированные собрания с действиями вразрез с действующими законами — это не то, что можно одобрять, и то, что делает необходимым определенную работу правоохранительных органов».

Политолог Никита Исаев, считает, что федеральные власти имеют четкое представление решения конфликта в Екатеринбурге и механизмы его разрешения, поэтому не видят в случившемся большой проблемы. «Для властей критической формой протеста является противодействие социальной несправедливости. В этой же истории речь не идет о каких-то социальных проблемах».

Эстетические разногласия

За последние годы в России успела сформироваться и сейчас активно эксплуатироваться технология «почти честного отъема денег» у крупного бизнеса. Она уже обкатывалась в большинстве регионов страны от Дальнего Востока до Калининграда. Схема реализации – как под копирку. Отечественный инвестор запускает новый проект — большое промышленное производство, современный сельскохозяйственный или перерабатывающий комплекс, строительство жилой или коммерческой недвижимости, крупный социальный проект – не имеет значения. Коммерческая структура «в белую», следуя букве закона, поэтапно проходит все бюрократические процедуры, в том числе публичные или общественные слушания. И когда весь пакет документов собран, а в проект начинают поступать серьезные финансовые ресурсы появляются они. «Активисты», «экологи», «урбанисты».

Начинается бурная деятельность по дискредитации начинания. Пишутся бесконечные жалобы в надзорные органы, устраиваются пикеты, забастовки, голодовки, порча имущества, интернет трещит по швам от вала постов и комментариев с фейковых страниц. Причина недовольства может быть любой. От эстетических разногласий, до радиации. Зависит от фантазии исполнителей.

«Справедливому» протесту начинают открыто, а чаще через сеть посредников, оказывать помощь фонды и правозащитные организации из-за рубежа. И когда ситуация накаляется до предела, реализация проекта начинает пробуксовывать, инвестор несет внушительные финансовые потери ему поступает предложение, на которое лучше согласиться.  Но, разумеется, все события, которые произошли в Екатеринбурге, лишь по нелепой случайности слегка напоминают описанную технологию.

Кстати

16 мая ситуацию в Екатеринбурге прокомментировал президент страны Владимир Путин:

«Вы знаете, я об этом услышал, и то мельком, только вчера, немножко даже удивился, не понял, что там происходит. Это ваша чисто региональная история. Как правило, люди просят, чтобы храм построили, а здесь кто-то возражает. Но все имеют право на собственное мнение. И если речь идёт о жителях этого микрорайона, то, безусловно, нужно это мнение учесть, если речь идёт не о записных активистах, которые из Москвы приехали для того, чтобы пошуметь и себя попиарить, а если речь идёт о местных жителях, то, конечно, этого нельзя не учитывать. — сказал глава государства,  — С обеих сторон нужны какие-то шаги, чтобы решить этот вопрос в интересах всех людей, которые там реально проживают. Есть простой способ — провести опрос. И меньшинство должно подчиниться большинству. Нужно не перетягивать канаты, не ругаться друг с другом, а сесть и договориться. А городские власти, региональные власти должны заниматься именно этим: найти оптимальное для проживающих там людей решение».

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK