16 декабря 2018
USD EUR
Погода
Москва

«Мы увидели, что такое «Россия по-харьковски»

Сергей Мельник рассказал на своей странице в Facebook о том, что происходило на майдане у памятника Шевченко, в какой момент начались стычки, и почему выпущенные из автозака митингующие ползли на коленях.

С утра я съездил в Пятихатки, поучаствовал в лесном кроссе, бежал 8 километров. Потом, хоть и с опозданием, пришёл на майдановский концерт, под памятник Шевченко.

Ещё во время концерта подошла толпа с георгиевскими ленточками и российскими флагами. Количество назвать не могу – они стояли чуть поодаль через кордоны милиции. Перекрикивались, взаимно ругались, но особой агрессии с той стороны тогда не было – не больше, чем обычно. Кто-кто из них обходными путями таки просачивался на нашу сторону и общался с оппонентами.

Можно было уйти, но мы остались

На сцене майдана возникла перепалка. Не могу сейчас точно вспомнить, после вышеописанного, или до – но примерно в это время. Один парень, вероятно, главный по самообороне, сказал, что в связи с напряжённой ситуацией надо расходиться. Другие выступали за то, чтобы остаться. Эта позиция для большинства стоящих под памятником и показалась правильной. Непонятно, почему мы должны бояться стоять на мирном концерте, бояться каких-то непонятных бандитов. Пусть их милиция арестовывает, если начнут буянить! Что нам – вообще в центр бояться выходить? Ну так по домам же перестреляют.

Я тоже был за то, чтобы стоять, и вслух это говорил, вместе со всеми. Поэтому, в каком-то смысле часть вины за произошедшее на мне есть. По этой логике правильно, что под эту молотилку я тоже попал – было бы несправедливо, если бы вместо меня попал кто-то другой, при том, что я присоединялся ко всеобщему голосу за то, чтобы остаться.

Концерт продолжился. После окончания начали расходиться. Мы помогли загрузить аппаратуру и двинулись по Сумской в сторону Советской. Шли по правому тротуару. Я с ребятами – в последних рядах, чтобы видеть, что никого не осталось, и никто не попал в переделку. Вокруг нас шла цепью милиция, а слева от милиции – антимайдан, по-моему несколько тысяч людей. Здесь они уже были очень агрессивны, и много раз пытались затеять драку. Угрожали нам физической расправой. Всех нас много раз сняли на телефоны.

В какой-то момент произошла остановка, впереди говорили, что перекрыта Сумская. Не знаю, что там на самом деле произошло. Видимо, именно в это момент и получилось, что основная масса майдана ушла вперёд (и слава богу), а несколько десятков нас остались отрезанными рядами милиции и антимайдановцами.

Толпа грозилась нас убить

Вот тут ситуация начала выглядеть неприятно. Мы стоим окружённые огромной толпой агрессивных антимайдановцев, и с места сдвинуться практически не можем. Милиция есть, но её очень мало. Их катастрофически не хватало, чтобы нас защитить. Идти мы не можем – со всех сторон антимайдановцы, и они не пускают.

Вся эта толпа кричит «Убью, сука!», про оскорбления я молчу. Они кидаются на милицию и пытаются прорвать оцепление. Иногда это им в каких-то точках сделать удаётся, и начинается избиение. Драться с этой толпой было бы невозможно. Внимания хватало только на то, чтобы беречь голову, стараться не упасть, и самое важное – не дать затащить себя и никого из наших в ту толпу – оттуда бы живым никто не вышел.

Антимайдановцы пытались затащить туда каждого. В моём случае это им было проще – тащили за волосы. И я в те секунды уже несколько раз успел сказать себе – «пора постричься, балда!». Тогда я много раз получил ногами по голове. Иногда, стоя на ногах, иногда – лёжа на мостовой. Но особо сильных ударов не случилось, да и смягчал руками, как мог.

Были минуты, когда милицейская цепь стояла целая, и антимайдановцы достать нас ногами и руками не могли. Тогда они в нас плевали, кидали камнями, иногда попадали. На счастье, видимо, в этой точке Харькова крупных камней они много найти не смогли. Кидали в нашу группу взрывпакеты, петарды. Но из всего этого камни были всё-таки неприятнее. Всё это – под дружное «Россия, Россия!». Да, мы теперь увидели, что такое «Россия по-харьковски». Хочется, чтобы это увидели и россияне.

Милиция тем временем всеми находящимися на тот момент силами пыталась сдерживать толпу и медленно продвигать нас в сторону автозака. А сил этих было катастрофически мало. Сейчас, конечно же, первым делом всплывут вопросы о профессионализме и адекватности действий милиции.

Милиция хотела нас защитить, но ее было мало

Я не специалист в городских беспорядках, но мой субъективный взгляд такой: милиции должно было быть по крайней мере в 2-3 раза больше. Тогда они могли бы предотвратить избиения. А этим количеством – у них еле хватало сил на то, чтобы сдерживать толпу (а в некоторые моменты и не хватало). То небольшое количество милиции, которое здесь было, как мне кажется, до этого момента действовало единственно возможным правильным образом. Если кто и виноват в произошедшем, то не они, а те, кто должен был, но не прислал сюда подкрепление. Времени на это было очень много.

Когда мы уже приближались к автозаку – атаки толпы усилились. В нас что-то распылили из баллончика. Не знаю, что именно, но было трудно дышать и сильно слезились глаза. Вот в этот момент мне стало страшновато – «коридор» узкий, с любой стороны меня могут достать и опять потащить в толпу – а я даже не успею это увидеть.

Глаза продолжают слезиться, и видно мало чего. То же самое – с ударами. Пока я видел бьющих, я ещё мог, хоть и непрофессионально, но хоть как-то защищать голову руками, а теперь – нет.

И действительно пропустил хороший удар, которого так и не увидел, поэтому не знаю, в этот раз ногой или кулаком. Увидел искры – теперь я знаю, что «искры из глаз» – это не фигура речи. Кажется, не упал – этого было делать нельзя – а пытался дальше вместе со всеми продвигаться к милицейской машине. В конце концов мы туда нырнули, и первая часть нашего приключения окончилась.

Выходившим из автозака приказывали ползти на коленях

В автозак мы набились довольно плотно, кажется, человек пятнадцать. Нас закрыли, но ехать машина практически не могла, из-за окружавшей толпы. Ехали, наверное, около полуметра в минуту. Было довольно душно, а кое-кому и нехорошо. Воды ни у кого не оказалось.

Эта попытка уехать длилась, наверное, полчаса, и не было понятно, к чему это всё ведёт. Потом из кабины водителя услышали, что якобы одно колесо проколото, и стало ясно, что нас вряд ли вообще отсюда вывезут. Тут начинается вторая часть.

Милиция открыла двери машины и скомандовала нам выходить. А вышедшим тут же командовали – становиться на колени и таким образом передвигаться вперёд. Это орала толпа, это кричала и милиция.

Тут, друзья, ситуация становится тонкой и неоднозначной, и надо пояснить.

Для каждого из нас тогда встал вопрос – выполнить это требование или нет. Если кому-то кажется, что это простой выбор – пожалуйста, не спешите с выводами. Толпа хотела нашей крови или хотя бы унижения. В итоге почти все – и я в том числе – передвигались на коленях или на корточках, а один парень постоянно пытался идти врост.

Не могу сказать за всех, но для меня это было образно примерно так: я стою на шпалах на железной дороге, а на меня несётся неуправляемый паровоз. Отойти в сторону, допустим, считается позорно, но я бы отошел. По ощущениям тут действительно была ситуация – можно встать, но тогда окончательно взбесившаяся толпа сметёт нафиг этот тонкий слой милиции и растопчет и их, и нас. Я передвигался на коленях, и не чувствовал стыда – только досаду за этот "неуправляемый паровоз" в нашем городе.

Один парень пытался идти прямо, и наверное третья доля агрессивности толпы была вызвана этим. Не могу сказать, что он не прав – он решил так.

Двигались мы так довольно долго. Мне показалось, минут тридцать. Это было не легко ещё и физически. Учтите, что среди нас при этом был и парень с сотрясением, и его тоже продолжали иногда доставать ногами по голове, как и всех нас.

Опять о милиции. Та же ситуация. Да, их было всё так же мало, и они как могли сдерживали эту стихию основное время, хотя и не всегда. Да, они тоже кричали нам «на колени, болван!», имея в виду, видимо, те же мысли, что я уже высказал. Да, лучший вариант был бы сейчас – арестовать всю эту ораву – ведь бандитизм налицо. Думаю, что они не могли бы этого сделать таким количеством.

На слова, доносящиеся от антимайдана, я уже мало обращал внимания. Но когда мне персонально кто-то кричал – «Убирайся в свой Львов, жидомассон!» – я всё-таки отвечал, что я из Харькова. Кидали в нас и зелёнкой. На этом участке я серьёзных ударов не получил, если не считать хорошего удара в затылок, не знаю чем.

Так мы добрались до второго автозака, и нас увезли в Дзержинское РОВД, где уже всё было спокойно и в рамках приличия. Но то уже отдельный рассказ.

Как бы там ни было, мне всё-таки повезло. Хотя били исключительно по голове, вроде бы нет ни сотрясения, ни перелома носа. Зубы и глаза на месте. Просто много ушибов, синяков, шишек и ссадин на голове, но это не причиняет особого неудобства, кроме того, что на улицу не выйти.

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK