13 декабря 2018
USD EUR
Погода
Москва

Последние могикане СССР

Первый заместитель главы кремлевской администрации Вячеслав Володин прошлой осенью открыл политическую формулу некоторых постсоветских режимов. «Есть Путин – есть Россия, нет Путина – нет России», – сказал он. И вызвал этим шквал споров. Но если вместо Путина подставить в это уравнение Нурсултана Назарбаева, а вместо России – Казахстан, мало кто найдется, что возразить. Никакого Казахстана, кроме Казахстана Нурсултана Назарбаева, науке не известно. Через два месяца, 26 апреля, это может измениться: в Казахстане назначены внеочередные президентские выборы.

***

Внеочередные президентские выборы для Казахстана – в порядке вещей. До сих пор победитель был заранее известен. Всякий раз возникали слухи, будто этот срок последний, будто президент задумался о преемнике, неважно себя чувствует и вот-вот оставит пост. Но вот Назарбаеву 74, он у власти уже больше четверти века, и большинство экспертов снова называют его безоговорочным фаворитом предстоящих выборов.

Сам Назарбаев, объявив 25 февраля, что он согласен с предложением Ассамблеи народов Казахстана о досрочных выборах, не сообщил, будет ли он баллотироваться, и таким образом создал интригу.

Интрига оказалась дополнительно омрачена сообщением о смерти в австрийской тюрьме бывшего назарбаевского зятя Рахата Алиева, которого на родине с 2007 года обвиняют в похищении людей и нескольких убийствах. В 2014 году прокуратура Австрии, где Алиев жил последние несколько лет, предъявила ему обвинение в убийствах и начала готовиться к процессу об экстрадиции, которой много лет добивалась Астана. За день до того, как Нурсултан Назарбаев объявил о досрочных выборах, Алиев, некогда его фаворит, а в последние годы непримиримый противник, был найден повешенным в ванной комнате одиночной камеры.

Защита Алиева сомневается в том, что это было самоубийство, но австрийское следствие, похоже, этих сомнений не разделяет. И раз так, неприятностей из Вены как будто можно не опасаться: мертвые не кусаются, говаривал капитан Флинт.

Очередные внеочередные выборы задуманы ради стабильности. Девятая по территории страна мира, Казахстан остается очень малонаселенным. Днем в черте Москвы бывает столько же народа, сколько всего живет в Казахстане. При этом Казахстан не просто добился сравнительно высоких результатов в заключении сырьевых контрактов, но и создал относительно приемлемые правила игры на внутреннем рынке, способные привлечь иностранных инвесторов. Все это необходимо сохранить в кризис. Неизвестно, будет ли дальше подходящий момент для такой громоздкой штуки, как национальные выборы.

Казахстан давно уже среди стран, которые могут позволить себе вполне авторитарное правление и даже пренебрежение к базовым правам человека, не рискуя вызвать гнев Запада. При этом и роль Астаны в Таможенном союзе и Евразийском экономическом сообществе трудно переоценить. Свои возможности для общения одновременно с российским лидером, с Западом и с рядом стран Азии Казахстан уже не раз использовал, предлагая себя в качестве переговорной площадки.

Но все эти достижения – лично Назарбаева. А вариант ухода Назарбаева не просто не исключен, например, в случае его отказа баллотироваться. Этот вариант предопределен: если тебе 75, и ты четверть века правишь страной, которую сам создал, рано или поздно придется смириться с началом новой главы. Бессмертие пока не изобретено, рано или поздно Казахстан перестанет быть страной Назарбаева.

Перестанет ли Казахстан после этого быть Казахстаном? Список сценариев, в общем-то, довольно банален: схватка за наследство, смена вектора и ссора с Москвой, угроза исламизма с Юга.

Хотя в каждый конкретный момент может быть уверенно названа кандидатура вероятного преемника – сейчас, например, это 49-летний премьер Карим Масимов, который, кстати, недавно побывал в Казани, – политическая схватка за назарбаевское наследство практически неизбежна.

Она может сопровождаться и политической нестабильностью по украинскому образцу – если, например, среди участников схватки выявятся те, кто готов сделать ставку на контакты с Соединенными Штатами и Европой, и те, кто станет требовать сохранения связи с Россией. Даже потенциальный территориальный спор уже есть: это северо-казахстанские территории, особенно районы с преобладающим русским населением.

С другой стороны, считать, что российским Татарстану или Башкирии не может грозить сецессия, потому что они в глубине российской территории, можно только при наличии лояльного Казахстана. А если с казахской лояльностью что-нибудь идет не так, на фоне украинских прецедентов передела границ, «глубина» оказывается не такой уж большой – меньше 100 километров.

Нынешнюю казахстанскую администрацию конфликт России с Украиной крайне насторожил. Захочет ли будущая казахстанская администрация хоть в какой-нибудь форме продолжать разговоры об участии вместе с Россией в якобы создаваемой ею «евразийской галактике», одним из соавторов которой был Назарбаев, зависит, скорее всего, от того, насколько Россия к тому моменту все еще будет интересна как партнер.

Ведь Казахстан – отнюдь не медвежий угол Центральной Азии. Да, к югу от него есть как минимум две нестабильные страны, Киргизия и Таджикистан, устойчивость которых зависит в том числе от дальнейших изменений формата военного присутствия Запада в Афганистане. Но Казахстан уже потратил немало средств, чтобы оборудовать на юге как можно более надежную границу. Кроме того, на востоке у Казахстана есть Китай, а на западе – Азербайджан с танкерными терминалами и транскаспийскими трубопроводными амбициями.

Все это верно и для Казахстана при Назарбаеве. Просто Назарбаев, сочетающий навыки школы высшей советской номенклатуры и утонченность восточной дипломатии, не склонен слишком раздражать своего московского партнера – особенно на фоне происходящего на Украине. Кроме президента Узбекистана Ислама Каримова, Назарбаев – последний из постсоветских лидеров, оказавшихся на вершине власти еще во времена СССР.

Возможно, Владимиру Путину Назарбаев близок тем, что в декабре 1991-го его не было в Беловежской пуще: по одной из версий, Назарбаев до последнего тянул время, пытаясь оценить, каковы шансы сохранить единое государство. Чтобы, возможно, стать его премьером.

Назарбаев и Каримов – «последние могикане» СССР. Когда они оставят свои посты, постсоветское пространство перестанет быть постсоветским. Оно останется просто пространством, на котором с переменным успехом пытаются выжить несколько стран-осколков бывшей империи.

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK