Об этом 11 апреля 2026 года сообщает The New York Times со ссылкой на американских чиновников. По их оценке, текущая ситуация способна осложнить переговоры делегаций США и Ирана, намеченные в Пакистане в эти выходные.
По данным NYT, в прошлом месяце Иран задействовал небольшие суда для минирования пролива вскоре после того, как США и Израиль начали войну против страны. Комбинация минной угрозы с риском беспилотных и ракетных ударов практически остановила движение нефтяных танкеров и других судов, что спровоцировало резкий рост цен на энергоносители и создало для Тегерана дополнительный рычаг в ходе конфликта и переговоров. При этом Иран оставил проход для судов, готовых платить пошлину. Корпус стражей исламской революции распространял предупреждения о минной опасности, а некоторые СМИ публиковали карты с безопасными маршрутами.
Американские официальные лица указали изданию, что такие маршруты оказались ограничены из‑за хаотичного характера минирования. Но проблема не только в том, что Иран "забыл", где ставил мины. Разведка США сообщает, что часть боеприпасов была установлена без якорей с расчетом на свободный дрейф. Это было сделано в марте, чтобы сорвать операции ВМС США, но из-за сильных течений в проливе мины унесло далеко от предполагаемых районов. Теперь "безопасные маршруты", которые публикует Тегеран, – это скорее лотерея, чем гарантия безопасности.
Как отмечает NYT, нейтрализация морских мин существенно сложнее их постановки. У США нет мощных средств разминирования – они полагаются на прибрежные корабли с тралами. Сам Иран также неспособен оперативно обезвреживать размещенные им мины.
На фоне минного кризиса 11 апреля начинаются решающие переговоры между Вашингтоном и Тегераном. Делегацию США возглавляет вице-президент Джей Ди Вэнс, в нее также входят Джаред Кушнер и Стив Уиткофф. Иран требует снятия санкций и разморозки активов, перемирия не только в проливе, но и в Ливане. США же настаивают на немедленном открытии пролива, угрожая в противном случае уничтожить электростанции и мосты внутри Ирана.
