23 января 2019
USD EUR
Погода
Москва

Государство пытается навести порядок на рынке экстрасенсорных услуг

Shutterstock/Fotodom

Предпринимательская активность экстрасенсов, магов и колдунов привлекла внимание законодателей. Депутаты заговорили о необходимости ввести в правовые рамки деятельность этой публики и о создании особого реестра для оценки их реальных способностей. Нужно ли это на самом деле делать, разбирался «Профиль».

Все началось с того, что в мае 2017 года в СМИ появилась информация о намерении внести на рассмотрение Госдумы проект закона о регулировании деятельности колдунов. С инициативой выступил депутат Заксобрания Ленобласти Владимир Петров («Единая Россия»). К тому моменту он уже успел прославиться и другими нестандартными инициативами, например, предлагал обязать тех, кто нарушил супружескую верность, платить за развод. Еще одна идея Петрова – создать «латинский русский алфавит» и внедрить его изучение в образовательных учреждениях.

Колдунов – под депутатский контроль

По замыслу Петрова, предложение по легализации деятельности колдунов должно быть идентичным уже существующему закону о регулировании «работы» народных целителей. Однако «Профилю» не удалось найти информацию о внесении документа на рассмотрение нижней палаты парламента.

Петров также предлагал сформировать реестр лиц, заявляющих о владении сверхъестественными способностями, чтобы оформлять для них особые разрешения на предоставление услуг. При этом маги могут быть исключены из реестра (а еще понести уголовное либо административное наказание) в случае причинения вреда здоровью, оказания психологического давления или разглашения конфиденциальной информации.

«Нужно создать несколько подзаконных актов, которые будут регулировать именно штрафы и различные санкции. Если кто-то незаконно занимается магией, не выполняет требований закона, не платит налоги – незаконная предпринимательская деятельность со всеми вытекающими», – пояснял парламентарий. Однако тогда тема не нашла отклика со стороны законодателей.

Но вот теперь, спустя почти два года, в конце ноября 2018‑го, об этом заговорили снова, только уже в Мосгордуме. Председатель комиссии столичного парламента по делам общественных объединений и религиозных организаций Антон Палеев выступил с предложением создать реестр псевдомагов и экстрасенсов‑обманщиков.

«Фильтровать нормальных людей от жуликов», давать правовую оценку их деятельности должна, по его словам, особая профессиональная ассоциация, «а дальше люди сами решат, идти к такому человеку или группе людей или не идти».

Инициатива Палеева понравилась председателю комитета Госдумы по развитию гражданского общества, вопросам общественных и религиозных объединений Сергею Гаврилову. По его мнению, деятельность экстрасенсов, конечно, должна находиться под контролем государства, а тем более, если «работа связана со здоровьем людей, она должна быть жестко лицензирована».

Тогда же, в ноябре прошлого года, глава организации «Империя сильнейших ведьм» Алена Полынь подала в Роспатент заявку на регистрацию «Международного университета магии и колдовства», где изучались бы руны, гадание на картах, культурное наследие других народов, а выпускники получали бы дипломы государственного образца. Она посетовала, что сейчас деятельность магов никак не регулируется, – они не несут ответственности за оказание ненадлежащих услуг, а это неправильно.

«Депутаты пиарятся как могут при помощи весьма эксцентричных законопроектов, которые пользы не несут, но их обсуждают», – прокомментировал эти задумки руководитель комитета по налогам московского отделения «Опоры России» Сергей Зеленов.

При этом он отметил, что деятельность экстрасенсов, магов и колдунов, по сути, подпадает под статью 159 «Мошенничество» УК РФ. «Если человеку угрожали, вымогали, шантажировали, говорили, что родные клиента умрут, если он не принесет деньги, то да – это криминал. Это угроза жизни и здоровью. Неизвестно, что имел в виду колдун, может, он не порчу нашлет, а возьмет в руки топор», – подчеркнул Зеленов.

Во всех остальных случаях человек должен сам понимать, что если он оплатил действие, которое не может быть сейчас никак оценено, то это его собственный риск. Это деньги, которые он заплатил за невозвратный товар.

С кого спрос?

Если же на помощь гражданину придет предполагаемый реестр магов, где он сможет найти нужного специалиста, то кто будет за это отвечать? «Вот создали реестр, в котором на государственном уровне признали, допустим, Васю Пупкина хорошим колдуном, а он предоставил некачественную услугу. И вот тогда претензии официально посыпятся в сторону Роспотребнадзора, обращения в органы правопорядка будут вполне обоснованны. И давайте тогда еще заведем субсидиарную ответственность для государства – из бюджетных денег будем выделять компенсацию тем, у кого не получилось взаимодействие с конкретным колдуном из реестра», – иронизирует Зеленов.

Но даже если к этому отнестись серьезно, то возникнет проблема. Оценкой качества предоставляемых услуг в России занимается Роспотребнадзор. Чтобы оценить услугу, нужно проводить экспертизу.

Как отметил руководитель Мастерской позитивных изменений при Институте консультативной психологии, психолог-консультант и специалист в области системно-феноменологического подхода Кирилл Светицкий, в России нет ученых, которые могли бы провести экспертизу колдовства, и быть таковых не может, поскольку вся наука в России позитивистская, по аналогии с доказательной медициной. «Закажешь экспертизу, а там скажут: «Поскольку этого воздействия быть не могло, то его и не было», – резюмировал он.

Теоретически гражданин и сегодня может обратиться в суд после неудачного взаимодействия с экстрасенсом, если у последнего зарегистрировано ИП (часто парапсихологи и маги маскируются под обычных психологов). Но шансов доказать, что услуга была предоставлена некачественно, крайне мало.

«В ОКВЭД (Общероссийском классификаторе видов экономической деятельности) есть код – консультирование. Предположим, человек пришел в суд и говорит: «Я вот сходил к ведьме Евдокии, она мне поколдовала, а ничего не получилось, я хочу получить свои деньги обратно». В суде скажут, что услуга была выполнена в рамках закона – Евдокия проконсультировала», – отметил Светицкий.

Как сказал Зеленов, возможно, речь идет в том числе о введении этого рода деятельности в ОКВЭД как отдельного вида экономической деятельности, но и тут могут возникнуть сложности. «У нас есть очень влиятельная сила – это РПЦ, монополист в вопросе веры в РФ, которая это всё (гадания, предсказания) осуждает. Я думаю, что попытка ввести такой вид деятельности как минимум встретит общественное сопротивление с той стороны, которая относит себя к традиционной церкви», – обратил внимание он.

Сам реестр, по мнению Зеленова, создаст еще одну возможность для коррупции. Будут предприниматься попытки оказать влияние на рынок, управлять им или монополизировать. А рынок этот, по ощущениям, немаленький. Подсчитать число «работников» здесь сложно, но, по данным заместителя директора Института психологии РАН, доктора психологических наук Андрея Юревича, по состоянию на 2010 год в России было около 800 тысяч магов и колдунов. Впрочем, не очень понятно, как проводился подсчет.

Возможно, идея вывода колдунов из тени отчасти обусловлена желанием обложить их деятельность налогом. Сейчас, по сути, деньги, которые получают маги, – это дарение, а подаренные деньги налогом в России не облагаются. Но те экстрасенсы, которые зарегистрировали ИП, и так платят по налоговой ставке 6%. А те, кто ИП не регистрировал, вряд ли захотят и после законодательных изменений делиться с государством. Скорее, они предпочтут оказывать услуги подпольно.

В целом непонятно, что будет происходить дальше: идея легализовать деятельность магов (которая формально и сейчас в России не запрещена), очевидно, не получила одобрения, но разговоры продолжаются, а инициативу о создании реестра магов пока одобрил лишь один депутат Госдумы. Если же реестр магов примут, то, уверены опрошенные «Профилем» эксперты, это будет говорить о деградации государственной власти.

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK