Граждане с ружьем: почему внесенные в закон об оружии поправки можно считать хорошим знаком

Две из новелл – отмена контрольного отстрела нарезного оружия владельцами и сокращение испытательного срока (с пяти до трех лет) для лиц, впервые его приобретающих, – абсолютно революционны. Кроме того, сняты ограничения энергии выстрела для пневматического оружия. Эти поправки не только безусловно приветствуются охотничьим и спортивно-оружейным сообществом, но и восприняты многими как крутой поворот политики государства в области оружия. Впервые за последние 10 лет, с момента передачи лицензионно-разрешительной системы из МВД в Росгвардию, внесенные изменения принципиально и значительно облегчают жизнь начинающим охотникам и спортсменам-стрелкам.

Предыстория

Исправления в закон об оружии инициируют ежегодно, и в первую очередь это связано с проведением специальной военной операции. Так, в 2023 году поправки вносились четыре раза, в 2024-м – два, в 2025-м – три, за неполные семь месяцев этого года – уже трижды. В основном они касались оборота оружия, используемого для защиты объектов критической инфраструктуры в тылу. В частности, таким образом созданы основания для защиты искусственных островов, установок и сооружений в российском секторе Каспийского моря; разрешена передача охранным организациям в аренду боевого оружия для защиты критической инфраструктуры от атак беспилотных летательных, подводных и надводных судов и аппаратов (первый, насколько известно, случай, когда БПЛА прописаны в законе как оружие террористов).

Однако большинство изменений не облегчали жизнь рядовым россиянам – скорее, наоборот. Началось все с печально известных поправок июня 2021 года, когда после серии нападений на учебные заведения требования закона ужесточили запредельно, например, повысив возраст приобретения оружия с 18 до 21 года, а право на приобретение полуавтоматов – фактически до 23 лет. Подобная дискриминация принесла больше вреда, чем пользы, считают эксперты.

Владимир Жихарев: "Боязнь оружия нам навязали извне в 90-е"

«Тогда, по мнению моему и ряда коллег, был допущен перекос в подходе к оружейному законодательству, – говорит депутат Государственной думы Николай Валуев, известный спортсмен и охотник с 33-летним стажем. – Молодые люди, отслужившие в армии, оказались лишены права не только на нарезное, но и вообще на гражданское оружие, потому что был введен возрастной ценз. Вместо того чтобы помогать развиваться оружейной культуре, поправки нанесли по сообществу ощутимый удар, многих талантливых и толковых стрелков оттолкнув и от охоты, и от спорта».

«Особенность стрелкового спорта, в частности практической стрельбы, в том, что для этого нужно многозарядное оружие, – подчеркивает Глеб Обуховский, президент Стрелкового общества имени С. И. Мосина, мастер спорта по практической стрельбе. – Поправки 2021 года нанесли серьезный удар: очень многие начинающие спортсмены просто повернулись и ушли, не желая ждать. И часть из них, увы, променяла спорт на спирт – стали выпивать».

Что изменилось

Рассмотрим ключевые аспекты закона №235-ФЗ. Прежде всего с 1 января 2027-го будет снято ограничение мощности для пневматического охотничьего оружия, сегодня составляющее не более 25 Дж. Общее количество единиц гражданского огнестрельного оружия, которые может иметь гражданин без оформления дополнительных (коллекционных) лицензий, увеличено с 12 до 17 (за счет «пяти единиц пневматического охотничьего оружия с дульной энергией свыше 25 джоулей»). Это не считая плюс пяти единиц метательного охотничьего оружия – луков и арбалетов.

Тут следует пояснить. Производство мощного пневматического оружия в нашей стране развивается быстрыми темпами, причем усилиями частных, в том числе небольших, оружейных фирм. По ряду позиций мы догнали известные западные компании. Некоторые отечественные модели до 2022 года были конкурентоспособны на традиционно консервативных немецком и финском оружейных рынках, хорошо продавались в США. Санкции против России поставили этому барьер, который всеми правдами и неправдами иностранные продавцы оружия пытаются преодолеть. (Именно здесь, по некоторым данным, возник рынок «серого» экспорта, постепенно распространившийся и на традиционное огнестрельное оружие.)

Так что поправка фактически избавляет охотников от дамоклова меча, висевшего над ними много лет. «Это изменение – реакция на множество обращений граждан к депутатам, – уточняет Николай Валуев. – Охота с пневматическим оружием стала очень популярной по ряду причин, и в значительной степени потому, что она дешевле, а во многом и интереснее. Поправка давно назрела, и очень хорошо, что нам удалось ее провести».

К тому же развитие отечественной школы мощного охотничьего пневматического оружия двигает вперед и отрасль, и охоту. «Думаю, что нам как охотничьему сообществу пришла пора вырабатывать правила охоты с пневматикой», – добавляет депутат.

Второе изменение касается использования приборов ночного видения – теперь они легализованы. Охота с ночными прицелами была ограничена еще в первом варианте закона, и с тех пор шли баталии: часть профессионалов продолжает считать, что такие прицелы неэтичны, другие утверждают, что это требование и веяние времени, особенно в регионах с эпизоотиями (широкое распространение инфекционной болезни среди одного или нескольких видов животных). Точку в спорах поставила СВО: ночные и тепловизионные прицелы – данность современного мира, их используют повсеместно. Новелла, по сути, приводит закон в соответствие с реалиями, ведь сейчас охотничьи приборы ночного видения не только доступны по цене, но и востребованы.

Максим Максимовский: "Надо помнить, что после выстрела ваша жизнь изменится"

Третье важное изменение, о котором уже говорилось, – сокращение испытательного срока для приобретения нарезного оружия с пяти лет, как практиковалось с 1993 года, до трех. Это несомненный прорыв в развитии оружейной культуры, но большинство специалистов считает, что даже такая «пауза» не нужна. «Сегодня кандидат на владение оружием проходит серьезные проверки и в медицинских организациях, и в правоохранительных органах, – подчеркивает Глеб Обуховский, – и глубокий смысл испытательного срока исчез. Такое сокращение, на мой взгляд, – первый шаг к полному отказу от этих ограничений. А это пойдет на пользу и охоте, и спорту».

И наконец, сокращен перечень категорий гражданского и служебного огнестрельного оружия с нарезным стволом, подлежащего контрольному отстрелу. Процедура, необходимая для получения образцов гильз и пуль для федеральной пулегильзотеки, проводилась регулярно. Владелец должен был, заранее записавшись, приехать в ЭКЦ МВД и (как правило, отстояв в очереди) передать оружие и пять патронов эксперту. Изначально – раз в пять лет, потом срок увеличили до 15 лет и оставили норму обязательной лишь при смене владельца.

«За все время существования федеральной пулегильзотеки преступлений, совершенных с гражданским оружием, зарегистрировано менее 1%. Выявленных при проверке стволов и того меньше, – комментирует криминолог Игорь Лебедев. – А объем информации был огромен, требовал постоянных затрат на хранение и доступ, даже в нынешний цифровой век. Так что отказ от контрольного отстрела с точки зрения криминалистики значительного ущерба борьбе с преступностью не нанесет, особенно сегодня, когда рынок нелегального оружия увеличился».

Добавим, что после перевода подразделений лицензионно-разрешительной работы из Министерства внутренних дел в Росгвардию ситуация принципиально не улучшилась. Если все оружейные вопросы можно было решить через «Госуслуги», то вот контрольный отстрел, который проводит МВД, в этот перечень так и не включили, несмотря на многочисленные обращения и от граждан, и от лицензионно-разрешительной службы в частности и Росгвардии в целом. Так что отмена процедуры – значительное облегчение для охотников и спортсменов-стрелков.

Но и для Росгвардии, как выясняется, тоже. «Уничтожение изъятого у преступников оружия требует обязательного контрольного отстрела. Но в нелегальном обороте много калибров, боеприпас под которые в России не производится, а закупить несколько десятков патронов невозможно. Например, есть импортное оружие, один патрон к которому стоит 9–10 тысяч рублей. А для контрольного отстрела надо минимум три патрона, иногда и больше, – объясняет Глеб Обуховский. – В результате на складах временного хранения Росгвардии мертвым грузом лежали тысячи стволов, уничтожить которые закон не позволял, а хранение требовало средств. Проблему наконец-то разрешили кардинальным и эффективным способом».

Внимательно изучив изменения в законе, «Профиль» обратил внимание еще на несколько пунктов. Так, уточнено, что пятилетний срок медицинского освидетельствования исчисляется не со дня выдачи разрешения на оружие, а именно со дня прохождения медосвидетельствования; в статью о продаже, наследовании и дарении оружия вписали «сменные и вкладные стволы» – деталь, которая много лет препятствовала нормальным процедурам смены владельца.

История контроля за оружием в России: от Алексея Михайловича до наших дней

Попутно поправки узаконили передачу конфискованного оружия для борьбы с террористическими действиями киевского режима: наконец-то прописано, что изъятое и сданное добровольно оружие становится собственностью государства, то есть его можно легально передавать для борьбы с беспилотниками всех видов.

Впрочем, следует отметить, что работу над законом «Об оружии» придется продолжить. Так, ограничение на дульную энергию охотничьего оружия сняли, но уточнить ч. 2 ст. 6 забыли, и там по-прежнему фигурирует пневматическое оружие с дульной энергией 7,5 Дж и калибром более 4,5 мм, которое запрещено к использованию вне спортивных объектов. Что формально противоречит внесенным поправкам.

«Оружейное законодательство должно поспевать за стремительно меняющимися условиями ведения войны, – считает Николай Валуев. – Гражданские объекты подвергаются всё большему воздействию боевых беспилотников – и летательных, и самоходных, и надводных. Бороться с ними необходимо не только силами специализированных подразделений, потому что зачастую охрана гражданских объектов лежит на плечах самих владельцев предприятий. И мы должны, просто обязаны законодательно им помочь».

Что впереди

На фоне множества поправок важно не упустить из виду главную задачу законодательства. Это не только регулирование оборота гражданского оружия, но прежде всего формирование оружейной культуры. Потому что путь запретительства, как известно, ничем хорошим не кончается.

«Оружейная культура есть один из фундаментов патриотического воспитания и один из базисов подготовки по-настоящему профессиональных защитников Родины, – уверен Игорь Лебедев. – Особенно в нашей стране, где традиционно мальчики с младых ногтей учились не только ездить на конях, но и владеть шашкой и винтовкой – как в южных регионах, так и в северных. Часто это был вопрос выживания семьи и рода, но всегда – вопрос защиты Родины. Именно из охотников вырастали снайперы и в Первую мировую войну, и в Гражданскую, и в Великую Отечественную».

«История показала, что охотники и спортсмены – это те люди, которые первыми встают на защиту Родины», – убежден Николай Валуев.

Готово ли государство пересмотреть отношение к вооруженным россиянам

В современной России становление оружейной культуры, во многом утерянной в советские годы, долгое время шло в правильном направлении: активно развивался гражданский оружейный сектор, работали стрелковые клубы, открывались стрелково-спортивные секции, в которые с удовольствием шли юноши и девушки. Этот период был отмечен уверенным сокращением (особенно на фоне 90-х) нелегального оборота оружия и числа преступлений с его применением: в некоторые месяцы на 75%, а в целом по годам и регионам – на 10–15%. Тенденция возникла в 2005-м и продолжалась до 2014 года.

Но затем несколько трагичных преступлений породили популистские решения, которые были законодательно реализованы вопреки мнению экспертного сообщества и на фоне обвинения в потворстве оружейному лобби. «Профессионалы тогда говорили, что этот путь тупиковый и приведет только к ухудшению обстановки, но нас никто не слушал», – замечает Лебедев.

Да, число владельцев оружия стало уменьшаться, но количество стволов на руках не только не сократилось, а даже несколько выросло. Одновременно показала рост статистика преступлений с применением оружия (справедливости ради надо сказать, что эта тенденция отчасти была обусловлена обострением ситуации на юго-востоке Украины). Уровень оружейной культуры в российском обществе вновь упал.

Это, безусловно, оказалось не тем результатом, на который рассчитывали инициаторы ужесточений. Для них было удивительным, что запреты не работают. Сегодня комментировать прошлые инициативы никто из них не хочет. Поэтому нынешние изменения – свидетельство того, что ошибки могут быть исправлены. «Принятые поправки – большая наша победа, и эту работу надо продолжать в интересах государства», – говорит Николай Валуев.

«Мы живем в XXI веке, информационные возможности огромные, и сейчас, например, испытательный срок – рудимент, – добавляет Глеб Обуховский. – А мировой опыт показывает, что опасения в росте преступности после либерализации оружейного законодательства все-таки в большей степени необоснованны».