Наверх
17 июня 2019
USD EUR
Погода

Прейскурант на пытки

Спустя 7 лет государство согласилось исполнить постановление ЕСПЧ о компенсации за нарушение прав заключенных

©Shutterstock/Fotodom

Заключенные СИЗО и колоний получат право на денежную компенсацию, если условия их содержания были нарушены. Это могут быть, например, медицинские или бытовые условия, а также установленный Конвенцией о защите прав человека запрет на пытки. При этом доказывать, было или не было нарушение, должен не истец, а ответчик – пенитенциарное учреждение. Такие нововведения содержатся в законопроекте правительства РФ, поступившем в Госдуму. Предполагается, что эти меры устранят «бесчеловечные или унижающие достоинство» условия содержания заключенных в России. Адвокаты сомневаются в их действенности, хотя в целом приветствуют изменения.

Согласно законопроекту, заключенные получат право требовать в суде денежную компенсацию, если были нарушены российские или международные нормы содержания под стражей. Соответствующие изменения вносятся сразу в три федеральных закона – Кодекс об административном судопроизводстве, Уголовно-исполнительный кодекс и закон «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Документ подробно прописывает всю процедуру, начиная от подачи иска в суд и заканчивая сроками выплаты. Так, гражданин должен подать одновременно два заявления – об оспаривании решения или действия органа госвласти, учреждения или их служащего, по чьей вине было допущено нарушение, и о присуждении компенсации за него за счет казны РФ.

Суд должен установить, имело ли место нарушение, его характер, продолжительность и обстоятельства, при которых оно было допущено, а также последствия, в том числе в виде имущественного вреда или вреда здоровью истца. При этом бремя доказывания переносится с заявителя на ответчика – представителя пенитенциарного учреждения.

Решение суда о присуждении компенсации должно быть исполнено в 90‑дневный срок. Однако при этом заключенный может потребовать еще и возмещение причиненного ему вреда, но не морального ущерба – такое право он, согласно законопроекту, утрачивает.

Предполагается, что закон вступит в силу с 1 января 2020 года, но не ранее 30 дней после дня его официального опубликования.

Право подать иск в российский суд получат и все те, кто ранее подавал аналогичные жалобы в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ), но решения еще не дождался.

Таким образом правительство РФ исполняет постановление ЕСПЧ, который еще в 2012 году зафиксировал в России нарушения статьи 13 (право на эффективное средство правовой защиты) и статьи 3 (запрещение пыток) Европейской конвенции по правам человека. В России сложились «структурные проблемы ненадлежащих условий содержания под стражей, в местах лишения свободы», говорилось в документе. После вынесения 90 решений по таким жалобам ЕСПЧ обязал российские власти срочно принять меры к устранению «бесчеловечных или унижающих достоинство» условий содержания заключенных.

На момент принятия постановления рассмотрения ожидало еще 250 аналогичных дел.

За период присоединения России к Конвенции о защите прав человека и основных свобод ЕСПЧ было рассмотрено 353 дела по жалобам на необеспечение надлежащих условий содержания в СИЗО и исправительных учреждениях. В настоящее время на рассмотрении Европейского суда находится еще около 750 таких дел.

По решениям ЕСПЧ российские власти уже выплатили около 3,4 млн евро. При этом, как показывает анализ, компенсации заключенным следственных изоляторов значительно выше компенсаций осужденным из лагерей, поскольку последние не находятся постоянно в замкнутом пространстве, а работают и имеют возможность передвигаться по территории учреждения. Во многих делах Европейский суд устанавливал одним и тем же постановлением нарушения в СИЗО, в исправительных учреждениях и другие нарушения (например, в связи с незаконностью или длительностью содержания под стражей, необеспечением справедливости судебного разбирательства и т. д.). В некоторых из подобных дел заявители получали сразу по 20–70 тыс. евро. Гораздо менее затратным для бюджета будет выплатить компенсации в добровольном порядке раньше, чем их назначит ЕСПЧ.

Кроме того, в последнее время существенно сократились сроки расследования и рассмотрения в судах уголовных дел. Соответственно, сократились и общие сроки содержания подозреваемых, обвиняемых и подсудимых в следственных изоляторах. Например, поправки в статью 72 Уголовного кодекса от 3 июля 2018 года предусматривают зачет времени содержания под стражей в срок отбывания наказания в колонии из расчета 1 день за 1,5–2 дня. В результате ожидается значительное снижение числа заключенных – по экспертным оценкам, около 100 тыс. человек. Таким образом, снижается и число потенциальных истцов.

По данным Судебного департамента при Верховном суде РФ, в 2015 году на рассмотрении в российских судах находилось 5805 таких дел, в 2016-м – 5620, а в 2017-м – уже 4653. Дела, находящиеся в настоящее время на рассмотрении Европейского суда, могут быть возвращены на национальный уровень и стать предметом рассмотрения российских судов.

«С учетом изложенного для создания в Российской Федерации эффективных (с учетом рекомендаций Европейского суда) средств правовой защиты представляется оправданным использование суммы 3 тыс. евро на одного заявителя при расчете компенсаций, необходимых для выплаты по решениям национальных судов», – говорится в документе.

Как подсчитали в кабмине, ежегодно из федерального бюджета на реализацию законопроекта потребуется 16,5 млн евро (или 1 млрд 270 млн 500 тыс. рублей). Еще около 19 млн рублей потребуется на судебные расходы.

Федеральный бюджет предусматривает на исполнение судебных актов к казне Российской Федерации 5 млрд рублей ежегодно. Таким образом, дополнительных средств на реализацию законопроекта не потребуется – удастся даже сэкономить.

Этот закон позволит в разы уменьшить количество жалоб в ЕСПЧ на бесчеловечные или унижающие достоинство условия содержания под стражей, считает советник Федеральной палаты адвокатов РФ Евгений Рубинштейн. Однако реальные преобразования, которые позволят устранить сами условия нарушения права на достойное отношение к заключенным, потребуют десятилетия.

При этом никаких реальных нововведений относительно процесса доказывания на самом деле не предусматривается, подчеркивает Рубинштейн. Добиться компенсации будет достаточно проблематично, так как отсутствуют надлежащие процедурные и фактические условия фиксации нарушения условий содержания, а доступ представителя заключенного для оказания юридической помощи зачастую невозможен. Все это не позволяет гарантировать успешное обращение в суд.

«Помимо этого, следует понимать, что пенитенциарное учреждение имеет полный и неконтролируемый набор инструментов для опровержения тезиса заявителя о нарушении условий содержания. Например, если заявитель обратится в суд с указанием на то, что в камере, рассчитанной на 6 человек, в определенный день содержалось 12 человек, то опровергнуть этот тезис не составит особого труда. Тогда как проверить достоверность представленной учреждением информации у заявителя не будет никакой возможности», – пояснил адвокат.

Ничего не изменит законопроект и в деле доказывания пыток, что в современных условиях крайне затруднено, рассказал он.

По его словам, суммы компенсации, хоть и будут зависеть от характера нарушения и его последствий, будут незначительными. Впоследствии судебная практика их, скорее всего, скорректирует, как было с суммами компенсации морального вреда.

Существующая проблема пыток должна решаться комплексно, подчеркивает адвокат. Прежде всего необходимо создавать эффективные механизмы их фиксации и расследования. При этом ключевым моментом является беспрепятственный доступ адвоката к своему подзащитному и обязательное освидетельствование заключенного независимым специалистом-медиком. Помимо этого, требуется внедрение стандартов ЕСПЧ в правоприменительную практику следственных органов, обязывающих их проводить незамедлительное и тщательное расследование любых сообщений о пытках с активным привлечением всех заинтересованных лиц.

«Конечно, подача таких исков не сможет обрадовать руководство пенитенциарных учреждений. Имеющиеся в штате оперативные работники будут подключены к «решению проблем заключенного». Уверен, что общество еще узнает о различных «соглашениях» между администрацией и заключенными по поводу направленных последними в суд исков. К сожалению, в основе таких «договоренностей» также могут лежать пытки», – заключил Рубинштейн.

К сожалению, одним из ключевых мотивов разработки законопроекта является желание уменьшить расходы бюджета на выплату компенсаций, а не сама по себе необходимость обеспечения нормальных условий содержания лиц в изоляции от общества, отмечает советник юридической фирмы «ЮСТ» Игорь Пастухов.

«Анализ судебных актов о выплатах компенсаций за причинение вреда здоровью (например, пытки в органах полиции) свидетельствует, что присуждаемые судами суммы значительно меньше тех, которые государство согласно выплачивать жертвам катастроф и несчастных случаев, а не произвола чиновников. При том, что ценность здоровья российских граждан не должна отличаться в зависимости от обстоятельств причинения вреда их здоровью», – подчеркивает адвокат.

Кроме того, любое возмущение условиями содержания, а уж тем более обращение в суд в наших реалиях не сможет не осложнить положение лица, находящегося в изоляции от общества. К сожалению, законопроект не предлагает никаких гарантий защиты их прав.

Главный вопрос в том, как обеспечить нормальные условия содержания заключенных, гарантировать им отсутствие незаконного насилия со стороны администрации, говорит Пастухов. Например, делу помогла бы обязанность всех сотрудников применять видеорегистраторы, причем в случае поступления жалобы заключенного отсутствие записей влекло бы в обязательном порядке признание ее обоснованной.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK