Наверх
15 августа 2020

Развлечения онлайн: как меняется экономика впечатлений

©Shutterstock / Fotodom

Переход в онлайн – очевидное решение, которое приняли для себя деятели культуры. Однако в карантинную эпоху это, оказалось, не так просто устроить (слишком велика конкуренция), а главное, тяжело монетизировать. Экономика впечатлений, безусловно, стала одной из самых пострадавших в период самоизоляции.

Многие представители этой сферы услуг сделали для себя полезные выводы. Один из которых – скорость проектов стала гораздо выше. «То, что раньше мы делали примерно за год – от момента нахождения идеи до продакшена – стали делать гораздо быстрее, – рассказал основатель компании «Импресарио» Федор Елютин на онлайн-конференции «Прокачай бизнес». – Во время локдауна мы сделали спектакль за 20 дней».

Отсутствие стабильности и понимание того, что она так и не наступит – один из выводов, который сделал для себя художественный руководитель «Мобильного художественного театра» Михаил Зыгарь. «Напоминать себе, что никогда нельзя останавливаться, никогда нельзя строить планы на месяцы и годы, а нужно каждый день и каждую неделю смотреть на себя «сверху» и задавать себе вопрос – делаю ли я это правильно? это то, что нужно аудитории? – отметил он. – Карантин мне напомнил, что каждый день нужно начинать с этого вопроса, нужно пытаться заново переосмыслить то, чем ты занимаешься».

Продается счастье. Торг уместен

Борьба за аудиторию стала основным направлением для экономики впечатлением, считает экскурсовод и основатель проекта «Москва глазами инженера» Айрат Багаутдинов. «Я достаточно быстро понял, что в нашей отрасли интеллектуального досуга для москвичей выживут те, кто не просто сохранит свою аудиторию, потому что конкуренция за внимание стала высока, но сумеет эту конкуренцию выдержать и предложить какие-то новые форматы, интересные решения, – сказал он. – Для нас то была такая встряска».

Во время коронакризиса его офлайн-проекту пришлось в короткие сроки реализоваться в онлайн-формате. Экскурсоводы, слушатели которых находятся по другую сторону экрана, стали экспериментом. «Пришлось срочно разбираться и понимать, как правильно все это работает, как правильно стримить, – рассказал Багаутдинов. – И это ужасно классно и ресурсно для меня. Оказалось, что аудитория может быть совсем другая – русскоязычная со всего мира, не только московская».

Соавтор театральной команды Rimini Protokol Штефан Кэги из Германии во время изоляции понял, что можно прожить без многих вещей, без которых работу раньше было сложно представить. «Еще недавно у меня было расписание на два года вперед, и каждые три дня я должен был куда-то ехать, – заметил он. – Я сначала думал, что я потеряю весь контроль над ситуацией, весь потенциал, свою креативность. Но я понял, что мы можем существовать без того, чтобы куда-то лететь на самолете. Мы можем продолжать быть креативными, даже если у нас нет физического доступа к пространству театра».

На грани выживания

Однако по признанию Кэги, очень многим деятелям культуры в Германии выжить помогли дотации государства. Все, кто был на официальных зарплатах в больших театрах, получали помощь. Сложнее пришлось артистам на фрилансе. Зато появилось время для проектов «на будущее», чтобы получить грант на реализацию или найти партнеров.

«Есть идея – вы пишете, и, может быть, через год-полтора вы получите грант на реализацию такого проекта, – отметил Штефан Кэги. – Такие гранты иногда позволяют нам пройти через кризисы».

Толпа решает: почему краудфандинг в России не помогает новым музыкантам

В России деятелям культуры пришлось гораздо сложнее. Так, Федору Елютину удалось сделать два онлайн-проекта, и они были абсолютно бесплатными. Зрителям предлагалось сделать пожертвования. «За это время мы насобирали 21 тысячу рублей, послушало нас 6 тысяч человек – получается, что где-то 3 рубля мы собрали с одного зрителя, – посетовал он. – Я считаю, что в России пока нет культуры поддержания культурных институтов».

Однако бизнес-задачи не ограничиваются только привлечением денег, заметил Айрат Багаутдинов. Удержание и расширение аудитории – тоже вполне себе цель для бизнеса. «Мы тоже с конца марта стали собирать пожертвования, и у нас ситуация была получше, – признался он. – Сначала донаты был очень высокие, и я думал, что можно будет и выжить, и сохранить всю команду, и выходить на прибыль. Но в итоге все оказалось иначе. К концу пожертвования опустились до 15 тысяч рублей за эфир. Мы делали порядка 10-15 эфиров в месяц. Мы понимали, что итоговая сумма недостаточна для того, чтобы наш бизнес выживал».

Но зато им удалось расширить аудиторию. «Мы же совершенно не были онлайн-проектом, у нас в YouTube было всего лишь 1,5 тысячи подписчиков за несколько лет, – рассказал Багаутдинов. – А сегодня уже около 10 тысяч. Мы собрали их за два месяца. И мы активно подключали информационных партнеров, которые давали нам как сиюминутных зрителей, так и увеличивали нашу аудиторию «в долгую». Это же тоже про бизнес. Да, мы уменьшили наши обороты. Да, мы не смогли работать как компания. Но мне кажется, что у нас была проведена игра «в долгую» с точки зрения удерживания и увеличении аудитории, узнаваемости бренда».

Читать полностью (время чтения 3 минуты )
Избранные статьи в telegram-канале ProfileJournal
Больше интересного на канале Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK
15.08.2020