Дары садов и полей
В прошлом году наша страна получила высокий урожай овощей и фруктов. По данным Росстата, картофеля собрали 19,5 млн тонн (плюс 9,4% к 2024-му), овощей – 13,8 млн тонн (минус 0,9%), семечковых плодов – 3,36 млн тонн (плюс 19,2%). Промышленное производство яблок впервые вплотную приблизилось к 2 млн тонн, а уже к 2030-му должно вырасти до 2,7 млн тонн.
В этом году может порадовать урожай картофеля и овощей борщевого набора (морковь, свекла, капуста). Центр отраслевой экспертизы Россельхозбанка ожидает прироста примерно на 13% в сравнении с 2025-м. Так, валовой сбор картофеля составит 8 млн тонн, еще до 12 млн тонн традиционно выращивают и собирают на личных огородах и приусадебных участках граждане. Повышение общего показателя, по расчетам Минсельхоза, обеспечит в том числе увеличение на 5 тыс. га – почти до 285 тыс. га – сельхозплощадей, отведенных под эти культуры.
Казалось бы, АПК по многим позициям способен весь год удовлетворять спрос на внутреннем рынке. Однако на практике высокие урожаи не избавляют от необходимости закупать за рубежом значительные объемы овощей и фруктов. Например, в прошлом году импортировано свыше 1 млн тонн картофеля, порядка 576,3 тыс. тонн. семечковых.
Принципиальное значение для аграриев имеет вопрос сохранения продукции в межсезонье, и здесь их возможности ограничены. По данным Минсельхоза, 2025 году суммарная мощность хранилищ для овощей и картофеля составляла 9,2 млн тонн, прирост к 2024-му – 147 тыс. тонн.
Шок-цена: в чем причина резкого подорожания некоторых продуктов питания
Исполнительный директор Картофельного союза Алексей Красильников считает, что для полного обеспечения страны своим картофелем, чтобы запасов хватало от урожая до урожая, требуются дополнительные хранилища емкостью 2,5–3 млн тонн. При нынешних темпах строительства ликвидировать дефицит придется почти два десятилетия.
Оценка не учитывает неизбежный вывод из эксплуатации части мощностей, доставшихся в наследство от советской эпохи. По мнению специалистов, доля современных овощехранилищ составляет 60–65%. Все остальные были построены 1960–1980-х и сегодня физически и технологически устарели.
Значительная часть того, что формально относят к мощностям хранения, представляет из себя обычные склады. В них нереально обеспечить режим контролируемой атмосферы или хотя бы стабильный температурный фон. В хранилищах покрупнее вентиляция есть, но пассивная, не предусмотрены системы автоматического контроля температуры и влажности. Отсюда очень высокие (подчас достигающие 30–40%) потери сельхозпродукции при хранении.
Родимые пятна социализма
Для отечественного агропрома неумение сохранять урожай от порчи и гниения, можно сказать, родовое проклятие. В СССР от него пытались избавиться неоднократно, принимая программы развития индустрии хранения свежих овощей и фруктов. Одна из попыток была предпринята в апреле 1974-го, когда союзное Министерство торговли приказом утвердило ведомственную инструкцию, предписывающую, что и как надлежит делать и строить.
Документ обязывал организовывать хранение «картофеля, капусты, свеклы, моркови, лука в местах их производства в хранилищах навального и закромного типов с активной вентиляцией». Также указывалось, что дополнительные затраты на переоборудование хранилищ с активной вентиляцией в сумме 11–17 руб. в расчете на тонну позволяют сократить потери картофеля и овощей в два-три раза по сравнению с хранилищами с естественной вентиляцией.
Были рекомендации по применению прочих технических решений, многие из которых по сей день не утратили актуальность. Например, хранить овощи и бахчевые в контейнерах и ящиках на поддонах, применять мощную принудительную вентиляцию, искусственное охлаждение, кондиционирование воздуха, автоматические средства управления температурно-влажностным режимом.
«При внедрении этих прогрессивных методов обеспечивается хранение картофеля и овощей на протяжении всего года от урожая до урожая, благодаря чему решается важная задача круглогодичного снабжения городского населения продукцией высокого качества при наименьших потерях», – гласила инструкция.
Однако спустя полтора десятка лет выяснилось, что воз и ныне там. В материалах Госкомстата СССР за 1988 год отмечалось, что в первом полугодии потери картофеля составляли 16–20% от запасов на начало года, овощей – 22–23%, фруктов – 9–12%. Причины назывались те же, что и сейчас: не хватает современных хранилищ, более трети мощностей по хранению не оснащены машинным охлаждением или активной вентиляцией, каждый десятый склад – переоборудованное помещение.
С учетом этих обстоятельств сельхозпроизводителям – когда-то колхозам и совхозам, теперь агрохолдингам и крестьянско-фермерских хозяйствам – приходится спешно реализовывать продукцию сразу с поля по низким ценам. Предложение почти всегда превышает спрос осенью, зато весной возникает дефицит, закрыть который получается только за счет импорта. Поэтому тропические фрукты, доставленные за тысячи километров с других континентов, стоят в магазинах дешевле российских яблок.
Разложить плоды по полочкам
Федеральный центр и власти регионов на протяжении длительного времени принимают комплексные меры, чтобы исправить ситуацию. В июле 2012-го правительство утвердило «Государственную программу развития сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия».
Ряд задач, связанных с организацией хранения сельхозпродукции, решается в рамках федерального проекта «Экспорт продукции АПК». Среди приоритетов госпрограмм – строительство новых и модернизация действующих хранилищ для овощей и фруктов.
По данным Национального союза производителей плодов и овощей, только за последние годы введено в эксплуатацию несколько крупных хранилищ общей мощность почти 1,5 млн тонн. Это современные комплексы с эффективным холодильным оборудованием, системами активной вентиляции воздуха, автоматикой.
Одного поля ягоды: как малина и клубника связаны с продовольственным суверенитетом
Однако анализ географии реализованных проектов показывает очень неравномерный охват территории РФ. Активное строительство ведется в Краснодарском крае, на Ставрополье, в Волгоградской области и регионах Центрального Черноземья. Среди отстающих – многие субъекты Сибирского и Дальневосточного федеральных округов, есть сложности в Дагестане.
Об этом остается сожалеть, ведь инвестиции государства и бизнеса в обеспечение сохранности свежих овощей, фруктов и ягод способны приносить доход быстрее и выше, чем деньги, размещенные на банковских депозитах. Арифметика здесь такая: в сентябре – октябре цены в магазинах на тот же картофель опускаются до 10–15 руб. за килограмм, в феврале – марте вырастают до 30–40 руб. Но сверхприбыль достается отнюдь не аграриям, а перекупщикам и импортерам.
Ежегодные потери урожая овощей и фруктов достигают по ряду позиций 30–40%. Это сотни миллиардов рублей товара, фактически выброшенного на свалку, впустую потраченные материальные ресурсы (семена, топливо) и обесцененный труд работников АПК.
Растить и строить
Непростая ситуация в Дагестане, являющемся одним из лидеров по объемам производства сельхозпродукции. Согласно данным республиканского минсельхоза, самообеспеченность свежими овощами превышает 300%, свежими фруктами – 180%. Дагестанский АПК закрывает внутренний спрос, остальное поставляет в другие регионы страны в сжатые сроки. Емкость хранилищ на территории республики ограничена, так что придержать часть урожая до весны не получается.
В 2020-м, когда местные власти вплотную занялись этим вопросом, мощности хранения составляли всего 17 тыс. тонн, на сегодняшний день – примерно 60 тыс. тонн. Наибольший прогресс достигнут в 2025 году, когда ввели в строй плодохранилища «Полоса» и «Анжелина» суммарно на 16,2 тыс. тонн и овощехранилище «ДагАгро» на 1,5 тыс. тонн. При этом минимальная потребность республики в хранилищах составляет 150 тыс. тонн, расчетная – не менее 260 тыс. тонн. Для того чтобы ликвидировать дефицит мощностей, требуются многомиллиардные инвестиции и долгие годы работы.
Какой результат могут приносить усилия государства и бизнеса, показывает Ставропольский край. Регион успешно развивает отрасль садоводства, причем программа по срокам синхронизирована со строительством современных плодохранилищ.
Крупный комплекс возводят в Невинномысске, срок сдачи под ключ – конец 2026 года, инвестиции – 6,3 млрд руб. Игра определенно стоит свеч. Объект, согласно проекту, будет способен единовременно принимать на хранение до 30 тыс. тонн фруктов, при необходимости есть возможность увеличить показатель до 60 тыс. тонн.
С вводом в эксплуатацию комплекса в Невинномысске мощность краевых плодохранилищ вырастет с сегодняшних 75 тыс. тонн до 105 тыс. В 2030 году планируется довести показатель почти до 160 тыс. тонн. К тому времени урожай яблок, как ожидается, увеличится с 82 тыс. тонн (результат 2025-го) до 143 тыс. тонн. Пример Ставрополья показывает, как нужно работать: разбивать сады, а пока яблони растут, строить хранилища под будущие урожаи.
О молодильных яблочках
Современное хранилище для овощей и фруктов – это сложный инженерный комплекс. Самый бюджетный вариант – ангар с активной вентиляцией, которая через 4–5-метровый слой урожая продувает воздух нужной температуры и влажности. Это позволяет снять так называемую полевую теплоту, подсушить плоды, залечить механические повреждения. Более дорогой способ – холодильное хранение, при котором температура в помещении поддерживается на уровне 2–4°C для картофеля, 0–1°C для моркови, 0–2°C для капусты и так далее.
Самый затратный – хранилище с регулируемой газовой средой (РГС). В нем содержание кислорода снижают до 2–3%, углекислого газа и азота, наоборот, повышают. В камерах «дыхание» плодов замедляется до минимума, процессы прорастания и старения блокируются. Благодаря этому яблоки могут лежать по 14 месяцев без потери качества. В России такую технологию используют хозяйства Кубани, Кабардино-Балкарии, Воронежской области.
Бананы попали в яблочко: почему импортные фрукты сегодня дешевле российских
Если говорить о ягодах (малина, клубника, смородина), то с ними дело обстоит сложнее. Например, собранная с куста малина хранится максимум 7–10 дней при температуре 0–2°C и высокой влажности. Клубника, что с ней ни делай, сохраняет товарный вид не более двух недель. Практически без потери качества сохранять ягоды помогает шоковая заморозка.
По данным Росстата, производство замороженных ягод в России за последние пять лет выросло в 1,8 раза. Дальнейшее развитие тормозит дефицит холодильных емкостей для плодово-ягодной продукции. Особенно остро он ощущается в Сибири и на Дальнем Востоке. Выход видится в ускоренном строительстве специализированных комплексов, ведь размещать на хранение фрукты и ягоды в одном помещении нельзя: у них разные требования к температуре, влажности, газовому составу.
Где взять силы и средства
Значительную часть оборудования для хранилищ приходится импортировать. Когда в июле 2025 года в рамках очередного пакета санкций Евросоюз ввел запрет на поставки в Россию холодильной техники, компрессоров, вентиляторов и систем автоматики, это создало определенные сложности с оснащением строящихся и модернизируемых объектов. Впрочем, кризис удалось оперативно преодолеть, и сегодня есть основания говорить об успешном импортозамещении. По оценкам участников рынка, доля отечественного климатического оборудования для продукции АПК выросла с 40 до 70–85% в отдельных сегментах.
Показателен пример: на одном овощехранилище в Кировской области отказала импортная система управления вентиляцией. Российские специалисты диагностировали поломку, заменили контроллер и датчики. Более того, они подключили оборудование к интернету для удаленного контроля. Задачи удалось решить за три дня.
В чем наши вентиляторы и компрессоры проигрывают зарубежным аналогам, так это в точности и энергоэффективности. Однако отставание не столь критичное и постепенно сокращается. Помогает кооперация с дружественными странами, например с Китаем, предприятия которого предлагают свои технологии РГС и модульные конструкции.
Строительство хранилищ для фруктов и овощей – всегда очень серьезные затраты. Удельная стоимость проектов варьируется в зависимости от типа и технологий. Простое овощехранилище с вентиляцией обходится в 15–25 тыс. руб. за тонну мощности, холодильное – 30–50 тыс. руб., с регулируемой газовой средой – 60–100 тыс. руб. Таким образом, комплекс на 10 тыс. тонн стоит от 150 млн до 1 млрд руб. Средний срок окупаемости вложений – 5–7 лет.
Без государственной поддержки явно не обойтись, и она есть. В рамках госпрограмм Минсельхоз предлагает льготное кредитование по ставке до 5% годовых; компенсацию части прямых затрат (CAPEX) – до 20–25% от сметной стоимости для проектов в приоритетных направлениях; гранты для малых форм хозяйствования и кооперативов. Только за 2025 год на развитие инфраструктуры хранения в рамках госпрограмм было выделено свыше 18 млрд руб.
Это позволило увеличить мощности единовременного хранения на 300 тыс. тонн. Однако дефицит хранилищ овощей и фруктов составляет 3,5–4 млн тонн, и чтобы ликвидировать его, нужны инвестиции в размере 250–300 млрд руб. Здесь слово за бизнесом, у которого есть интерес к проектам на условиях государственно-частного партнерства (ГЧП).
Автор – директор Центра агробизнеса и продовольственной безопасности Президентской академии (РАНХиГС)
