Почему рейтинг канцлера Мерца обвалился до рекордно низкого уровня

После своего возвращения в большую немецкую политику Фридрих Мерц имел непростые отношения с персональными рейтингами. Даже на пике воодушевления от появления во главе ФРГ нового лица он не мог похвастаться широкой общественной поддержкой. Если его предшественник социал-демократ Олаф Шольц в свое время обеспечил СДПГ победу на выборах в бундестаг за счет личного авторитета, то Мерц, напротив, был вынужден догонять популярность своей партии ХДС.

Даже с однопартийцами налаживание доверительных отношений далось Мерцу с большим трудом. Два раза его отказывались избирать лидером ХДС, отдавая предпочтение другим кандидатам, и только после ухода Ангелы Меркель и внутреннего идейного кризиса Мерца призвали навести порядок в партии. Упорство на грани упрямства, дефицит эмпатии и холодная отстраненность нового руководителя христианских демократов в непростых условиях постмеркелевской трансформации выглядели необходимым условием для решения обрушившихся на партию проблем.

Действительно, при Мерце ХДС смогла покинуть скамейку оппозиции и вернуться в правительство на правах старшего коалиционного партнера. Сам Мерц наконец стал федеральным канцлером. Его рейтинги медленно поползли вверх, но даже приблизиться к их первым строкам он так и не смог.

Враг поневоле: есть ли альтернатива антироссийскому курсу ФРГ?

Свежие, апрельские, данные опросов общественного мнения стали историческими и беспрецедентными. Впервые рейтинг одобрения работы федерального канцлера опустился ниже 20%, составив всего 19%. Неудовлетворены работой главы немецкого правительства 76% респондентов.

Причин для недовольства канцлером у граждан ФРГ накопилось достаточно. Ключевые проблемы, волнующие немецкую общественность, остаются нерешенными. Экономика продолжает стагнировать, уровень жизни – падать, а нелегальные мигранты не торопятся возвращаться восвояси.

Особое место в списке претензий к главе правительства занимает внешняя политика. За свое повышенное внимание к международным вопросам Мерц получил прозвище «канцлер внешней политики» или «внешний канцлер» (нем. Aussenkanzler). Он охотно совершает зарубежные визиты, ведет переговоры и, главное, продолжает курс Берлина на безусловную поддержку украинского руководства. Между тем столь выдающаяся дипломатическая активность не дает полезных результатов. Отношения с ключевыми западными партнерами Германии – США и Францией – трещат под грузом недоверия и противоречий. Импульсивный Трамп воздерживается от прямой критики немецкого коллеги, но до модельного для Мерца тандема Рейган – Коль Берлину и Вашингтону сейчас очень далеко. Не лучше обстоят дела и в отношениях с Парижем, системообразующих для развития всего Евросоюза. Укрепление связей ФРГ с Великобританией после подписания Кенсингтонских соглашений на этом фоне – луч света в темном царстве.

Еще сложнее обстоят дела с «непростыми партнерами» Германии. Наступательный и безапелляционный подход Мерца оставляет мало шансов урегулировать противоречия с Китаем в торгово-экономической сфере. Ситуацию усугубляет то, что пост министра иностранных дел занимает однопартиец канцлера Йоханн Вадефуль, склонный во всем соглашаться со своим шефом. Раньше в двухпартийных коалициях МИД, как правило, возглавлял представитель партии, имеющей статус младшего партнера, что позволяло лучше балансировать внешнеполитические подходы руководства. В правительстве Мерца социал-демократы предпочли контролировать Минфин и Минобороны, отдав МИД на откуп ХДС. От внешней политики младший коалиционный партнер, таким образом, самоустранился.

Крах "светофора": почему распалась немецкая правящая коалиция

Чем дальше, тем больше правительство Мерца становится похоже на своего предшественника – «светофорный» кабинет Олафа Шольца. Альянс СДПГ, зеленых и СвДП также не мог похвастаться высокими рейтингами. Однако тогда низкий уровень общественной поддержки выглядел как показатель дисфункциональности правительства Шольца и предвестник его скорого распада. Сейчас немецкие мейнстримовые СМИ выдают аналогичную ситуацию за вариант нормы и не пророчат Мерцу скорую отставку.

При этом очевидно, что низкие рейтинги Мерца также ставят вопрос о жизнеспособности его правительства. В конечном счете оно опирается в бундестаге на большинство всего в дюжину депутатов. Это обстоятельство уже сыграло с Мерцем злую шутку, не дав ему избраться канцлером с первой попытки. Отсутствие общественной поддержки рискует развязать руки депутатам – они смогут обосновывать свою строптивость запросом со стороны избирателей. Впрочем, пока таких ситуаций не возникало.

За последние годы Германия научилась жить с правительствами, не имеющими широкой общественной поддержки. Низкие рейтинги кабинета Шольца объяснить было не очень сложно. В конце концов, ему пришлось на ходу перестраивать свою работу в условиях серьезных перемен в европейской политике безопасности. Альянс трех разных по идейным установкам партий едва ли мог оставить без претензий их сторонников, готовых при случае выступить против необходимых компромиссов.

Могло показаться, что в случае Мерца все будет иначе. Формат большой коалиции между ХДС/ХСС и СДПГ привычен для немецкой политики. При этом социал-демократы были ослаблены плохим результатом на досрочных парламентских выборах в бундестаг в феврале 2025-го и поэтому готовы к компромиссам. Члены кабинета Мерца понимали, что работать им предстоит в «боевых» условиях. Старомодность и консерватизм канцлера отвечали запросу избирателей на возвращение к сравнительно недавним временам стабильности и процветания.

Однако эти ожидания не оправдали себя. Следствием разочарования в Мерце стало укрепление оппозиционной «Альтернативы для Германии» и общее недоверие к политикам и партиям ФРГ.

Изменит ли "Альтернатива для Германии" антироссийский курс Берлина

Сами по себе низкие рейтинги не приведут к отставке правительства Фридриха Мерца. Правительство его предшественника Шольца погубили не плохие данные опросов, а демарш младших партнеров по коалиции – СвДП. Более того, федеральный канцлер, скорее всего, спокойно относится к тому, что не пользуется популярностью среди сограждан, и не считает необходимым предпринимать какие-либо шаги, чтобы изменить это.

Во-первых, Мерц – явный носитель элитарного сознания, помноженного на определенные личностные особенности. Его заявления о том, что немцам нужно больше работать, характеризуют Мерца как типичного магната эпохи «дикого капитализма». Он твердо уверен, что знает, как вывести Германию из кризиса, и будет двигаться к цели, не обращая внимания на мнение простых людей.

Во-вторых, сегодня немецкий политический мейнстрим заинтересован главным образом в удержании командных высот перед лицом кризисных явлений, поднявших популярность оппозиции. В представлении руководящих кругов ФРГ нынешние трудности в значительной степени вызваны внешними факторами. Поэтому надо только подождать, пока второй президентский срок Трампа закончится, Россия потерпит стратегическое поражение на Украине, а разногласия с Францией получится разрешить. Все это вернет благоприятную для Германии внешнюю конъюнктуру, а вместе с ней и доверие избирателей к правительству. От притязаний оппозиции мейнстрим защищен запретительным для АдГ брандмауэром. Пробить его на федеральном уровне практически невозможно, а угрозы на земельном и местном уровнях пока удается купировать.

Впрочем, низкие рейтинги Мерца отражают и более глубокий процесс – отчуждение немецкого общества от мейнстримовых политиков. Риторика руководства ФРГ все сильнее расходится с запросами избирателей. Демократия хорошей погоды проходит испытание затянувшейся бурей.

Автор – доцент кафедры дипломатии, старший научный сотрудник ИМИ МГИМО МИД России