Наверх
13 апреля 2021

Почему в Восточной Европе идет война с памятниками красноармейцам

Снос памятника Коневу в Праге
©Martin Divisek / EPA / Vostock Photo

«Я говорю «я» – но понятие это утратило для меня смысл. Я настолько предан забвению, что мне трудно почувствовать самого себя».

Ж.-П. Сартр, «Тошнота».

Вся человеческая культура – это культура памятников. Почти любые артефакты прошлого становятся памятниками своей эпохи, обретая символическое значение для потомков. Если же говорить о памятниках в более узком смысле, то очень многие изваяния, которые мы видим на площадях российских и европейских городов, представляют собой материализованные политические утверждения, задача которых сделать встречу с историей неизбежной для смотрящего. Памятник служит средством самоописания общества. Однако сам акт описания меняет общество так же, как и конфликт или забвение его символических основ. Символы всегда отсылают к другим символам, существуя лишь в системе связей друг с другом.

Исторические или политические символы не являются ни стабильными, ни универсальными, но в целом обычно находятся в конвенциональном равновесии. Иными словами, общество стремится создать непротиворечивую картину мира и, изменив отдельный ее фрагмент, обязательно пойдет до конца в проработке прочих деталей.

Война с памятниками советским воинам в Восточной Европе идет давно, и началась она гораздо раньше, чем многие полагают. Первопроходцами в деле переноса памятников советским воинам стали румынские власти. Отношения диктатора Николае Чаушеску с Москвой складывались плохо. В 1980-е под предлогом строительства метро памятник советским воинам перенесли с площади Победы в небольшой сквер на шоссе Киселева. Переворот и казнь Чаушеску мало что в этом отношении изменили – в 1990-е после многократных актов вандализма монумент переместили на воинское кладбище в парке Херэстреу.

Десоветизация, начавшаяся в Восточной Европе в 1989 году, означала не только политическую и социальную либерализацию, но также переименование улиц и городов, избавление от памятников. Демонтированы были не только многочисленные статуи и бюсты местных коммунистических лидеров, но и памятники советским воинам, боровшимся с фашизмом.

Даже в Болгарии, где, как считают сами болгары, традиционно сильны русофильские настроения, вандализм в отношении памятников советским воинам с конца 1980-х стал обычным делом. Наиболее притягателен в этом смысле памятник воину-освободителю в Пловдиве, известный как «Алеша». В 1989 году его спасли горожане, дежурившие у монумента днем и ночью. Местные власти издавали постановления о сносе монумента, пока Верховный суд в 1996-м не объявил его неприкосновенным. Однако от осквернений решения судов уберечь не могут, тем более что местные полицейские не особо рьяно выслеживают хулиганов. В 2011 году арт-группа Destructive Creation раскрасила статуи советских солдат в Софии, превратив их в героев американской поп-культуры, – Джокера, Санта-Клауса, Супермена. Эта акция, называвшаяся «В ногу со временем», получилась очень резонансной и имела определенный успех – в болгарской столице и сегодня продаются сувениры с изображением раскрашенного памятника.

Впрочем, в данном случае вряд ли стоит говорить об антисоветском или русофобском контексте. Другое дело – выходка чешского художника Давида Черни, который в августе 2013-го облил тот же памятник розовой краской. В 1991-м он уже проделывал нечто подобное – выкрасил в розовый цвет танк ИС-2, стоявший с 1945 года на постаменте в Праге (в итоге танк отмыли, но переместили в музей). По словам самого Черни, он хотел показать, что после Пражской весны советские военнослужащие уже не воспринимались как освободители.

Процесс избавления от памятников советским воинам шел постепенно и мало кого интересовал в нашей стране еще десять лет назад. Например, в Польше из примерно 600 памятников советским воинам вне мест захоронений к сентябрю прошлого года осталось около ста.

Современный этап борьбы с советской символикой победы над нацизмом начался в 2014-м. Этому способствовало шокировавшее страны региона воссоединение Крыма с Россией и начало конфликта на востоке Украины. Почти одновременно с этим государственная пропаганда стала уделять значительно больше внимания Великой Отечественной войне и подвигу советского народа. Акция «Бессмертный полк», например, обнаружила неожиданный потенциал солидаризации молодых поколений постсоветских стран. Настороженность в постсоветских республиках проявилась практически тотчас, в результате чего их власти стали препятствовать акции, как и раздаче георгиевских лент. Примечательно, что первой страной за пределами бывшего СССР, в которой была проведена акция «Бессмертный полк», стала именно Польша. Это произошло в 2014-м, то есть когда акция еще не стала по-настоящему всероссийской.

В 2016-м в Польше начал действовать закон «О запрете пропаганды коммунизма или другого тоталитарного строя в названиях зданий и объектов», касавшийся преимущественно названий улиц, площадей и зданий. Но в 2017 году группа сенаторов сумела добиться принятия поправки и подвести под действие закона также и памятники, «символизирующие и пропагандирующие коммунизм», не затрагивая при этом стоящие на солдатских могилах.

В принципе, от монументов можно было и дальше избавляться без дополнительного закона (тем более что теперь необходимо доказывать, что памятник подпадает под его действие), благо противников сноса в стране немного. По сути, только Содружество «Курск» под руководством Ежи Тыца систематически ухаживает за могилами красноармейцев и отстаивает памятники в судах. Но помимо прямого назначения у принятого закона было и другое – обострить отношения с Россией и поддержать уже имевшуюся правовую тенденцию.

Закон о декоммунизации с очень близким содержанием годом раньше приняли на Украине, в Грузии (т.н. Хартия вольности), это произошло еще в 2011-м; кроме того, нужно упомянуть успешные попытки проведения подобных законов в 2000 году в Венгрии и в 2012-м в Молдавии, закончившиеся впоследствии новой, более мягкой редакцией закона в первом случае и отменой его во втором. И там, и там это было сделано под давлением институтов ЕС, усмотревших нарушение демократических принципов.

Однако не так давно ситуация изменилась. Резолюция Европарламента «Важность европейской памяти для будущего Европы» от 19 сентября прошлого года заложила концептуальный фундамент для борьбы с советской символикой периода Второй мировой войны. В резолюции утверждалось, что СССР наравне с Германией несет ответственность за развязывание войны. Также в этом документе говорится о необходимости дать юридическую оценку преступлениям сталинизма. А месяцем ранее, 22 августа 2019-го, в преддверии общеевропейского Дня памяти жертв всех тоталитарных и авторитарных режимов, в схожем духе прозвучало заявление первого вице-президента Еврокомиссии Ф. Тиммерманса и комиссара В. Юровой.

Приблизительно в то же время, в конце августа 2019-го, был поставлен вопрос о демонтаже пражского памятника маршалу И. Коневу – руководителю операции по освобождению чехословацкой столицы в 1945-м. События развивались по обычному для Восточной Европы сценарию: памятник был осквернен, после чего в его защиту 2 сентября собрался митинг из 200 человек, потребовавших от властей перенести монумент, чтобы не допустить повторения подобных актов.

И только после этого вопрос о переносе памятника взял под свой контроль староста района Прага-6 Ондржей Коларж. Хотя распоряжение о демонтаже монумента было подписано в том же месяце, памятник простоял на своем месте до апреля. Момент для переноса был выбран явно с умыслом – эпидемия коронавируса заглушала все прочие новостные сообщения, а принятые в связи с ней карантинные ограничения не позволили противникам демонтажа выйти на митинг. Справедливости ради надо сказать, что общественное мнение явно не на стороне затеявшего перенос памятника старосты, а многие политики резко высказались и лично о старосте Коларже.

Памятник Советским солдатам в Софии
©Nikolay Doychinov / AFP / East News

Всего в Чехии памятников и мемориальных знаков в честь советских (и русских) воинов насчитывается более 800. Согласно соглашению 1995 года между Москвой и Прагой, страны несут взаимные обязательства по охране военных памятников и содержанию воинских захоронений. Чешские власти выделяют на это около полумиллиона долларов ежегодно.

Двусторонние соглашения такого рода у Москвы есть и с другими странами. Но эти договоры несильно мешают борьбе с памятниками. Например, по итогам обсуждения в латвийском сейме было решено, что памятник Освободителям Риги снести нельзя, но можно попытаться изменить к нему отношение – переименовать, преобразовать территорию возле монумента, установить информационные стенды и др.

Выше уже было сказано, что снос (или в лучшем случае перенос) монументов в прежние годы не вызывал бурной реакции российских властей и общества. Исключением стала лишь история переноса «Бронзового солдата» с площади Тынисмяги в Таллине (апрель 2007-го). Госдума выступила тогда за введение экономических санкций против Эстонии, а предприниматели стали вывешивать на дверях магазинов надписи «Здесь не продаются эстонские товары». Убытки, которые из-за реакции Москвы понесла Эстония, ее бывший премьер-министр Т. Вяхи оценивает в 8 млрд евро в год, имея в виду главным образом то, что эстонские порты потеряли свою транзитную роль на Балтике.

Конечно же, в Европе есть и страны, где к памятникам советским воинам относятся иначе. В первую очередь это республики бывшей Югославии. Еще один пример – Венгрия. Акты вандализма в этой стране случаются, но редко, и полиция их успешно расследует. При этом оснований для исторических претензий у венгров хватает – они не забыли события 1956-го, помнят и подавление русскими войсками восстания 1848–1849 годов. И это не говоря о том, что Венгрия была единственной страной, оставшейся во время Второй мировой союзником Германии до самого конца.

Германия и Австрия не пытаются, как в Восточной Европе, вытеснить из памяти граждан сведения о роли Красной армии в победе над фашизмом. Но это сейчас, а дальше все может измениться. После войны Германия выбрала стратегию «покаяния на коленях», оказавшуюся очень эффективной и практически снявшую критику в адрес немецкого народа. Однако со временем немцы устали каяться, а молодые граждане ФРГ не понимают, почему они должны отвечать за то, чего не делали.

В 2014 году впервые, пусть и безуспешно, был поднят вопрос о демонтаже памятников. Петиция с требованием убрать советские танки Т-34 из парка Тиргартен в центре Берлина была подана немецкими газетами Bild и Berliner zeitung. Утверждалось, что советские танки не могут стоять в центре Берлина в то время, когда российские войска угрожают свободной и демократической Европе. Разумеется, немцы будут последними в Европе, кто начнет снимать памятники советским воинам, но, чтобы приблизить этот день, они могут помочь побыстрее пройти этот путь своим соседям.

Нельзя сказать, что война с памятниками – феномен сугубо восточноевропейский. В столице Ганы, Аккре, в 2018 году демонтировали статую Махатмы Ганди (его там считают расистом), а в Соединенных Штатах сносят памятники героям Гражданской войны, сражавшимся на стороне Юга. Попытки скорректировать воспоминания и переписать историю стали характерной чертой современности – с их помощью в Лете пытаются утопить все то, что не соответствует сегодняшним представлениям о должном. И в этом смысле забывание служит способом определить политическое настоящее, придать смысл конкретным событиям и контролировать непредвиденное.

Читать полностью (время чтения 6 минут )
Избранные статьи в telegram-канале ProfileJournal
Больше интересного на канале Дзен-Профиль
Самое читаемое
13.04.2021