Наверх
13 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2009 года: "БУКВАРЬ ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ"

Оказалось, что реформа русского языка, вызвавшая столько споров, на самом деле проводится в интересах малограмотного чиновничества..
   Елена Зелинская, соавтор разрабатываемых поправок в закон «О государственном языке РФ», по которым политиков и государственных служащих предполагается штрафовать за публичную неграмотную речь, получила письмо-«квитанцию». Когда она открыла электронную почту, файл высветил предложение об оплате крупного штрафа — «за искажение норм русского языка в телевизионном эфире петербургского Пятого канала». В графе «итого» была проставлена сумма — 5000 рублей.
   — Я знала, что мою оговорку из эфира вырезали, — признается Елена Зелинская, член Общественной палаты, — но холодный пот прошиб.
   Розыгрыш журналистов программы, в которой Зелинская как раз говорила о необходимости наказания рублем за тиражируемую безграмотность, удался. Но радикальная и, как теперь признает Зелинская, дискутируемая мера о системе штрафов для официальных лиц за нарушение норм речи — лишь составная часть комплексной реформы русского языка. Но и реформа, и новации с поправками в закон «О государственном языке РФ», трещат по швам.
   Сегодня мало кто помнит, но комплексная реформа русского языка началась еще в 2002 году. На ее реализацию потрачено 16 млрд рублей, а на выходе — скандал за скандалом. Сначала опозорились создатели и лоббисты четырех «эталонных» словарей русского языка, которыми общество отказывается пользоваться. Потом забуксовало тестирование чиновничества на грамотность. И, наконец, венцом реформирования родной речи виделось образование в 2002-2010 годах «электронного правительства». Оно должно было создать реестр государственных услуг, размещаемых в Интернете. Ожидалось, что уже в 2010-м, зайдя на портал, можно будет узнать, куда надо обращаться, чтобы оформить в собственность недвижимость или поставить на учет автомобиль. Более того. Образцы документов по этим и другим сделкам планировалось оформлять через Интернет. Теперь все это звучит как чиновничья байка. Более того. В конце 2009-го невыполненная федеральная программа «Электронное правительство» включена в более глобальную — «Информационное общество», наступление которого, как коммунизма в СССР, отодвигается с запланированных 2002- 2010 годов опять на запланированные 2011-2018 годы.
   Тогда на что ушли 16 млрд?
   
«ЛОЖИТЬ ДОКУМЕНТЫ»
    Частично ответ на вопрос дает скандал с четырьмя официальными справочниками 2009 года издания — орфографическим, грамматическим, фразеологическим словарями и «Словарем ударений русского языка». До их выхода юридическая коллизия языковой ситуации состояла в том, что в России не было официальных справочников русского языка. Из-за чего не работает закон «О государственном языке РФ», принятый в 2005 году. Роль справочников переходного периода выполняли два фундаментальных издания — Дитмара Розенталя и Владимира Лопатина.
   И вот, ссылаясь на мощное обновление речи и динамику реформ, Минобрнауки своим приказом делает официальными четыре новых словаря. А в законе «О государственном языке» четко прописано, где необходимо их использовать, — в судопроизводстве, органах власти, почтовых отправлениях, рекламных роликах и в СМИ. Иными словами, рекомендательные словари с обретением официального статуса становятся обязательными для власти. Однако предпринятая чиновничеством словарно-орфографическая реформа захлебнулась на старте.
   Работники телевидения, радио, театра, печатных СМИ, библиотек и музеев заявили, что принципиально не станут пользоваться утвержденными словарями. Их недоумение вызвали многие новации. Так, орфографический словарь закрепил за словом «кофе» и мужской, и средний род. А название спорта «карате» по новым правилам следует писать с буквой Э на конце — «каратЭ». Что касается ударений, то официально разрешается говорить как традиционное «договОр», так и «дОговор» — эталон меры полуграмотности чиновничества, давно замеченного в злоупотреблении этим словечком. Также можно говорить «по срЕдам» и «средАм», «йОгурт» и «йогУрт» (кстати, как ни странно, именно второй вариант всегда был словарной нормой, а первый — разговорный, а не наоборот, как всем кажется), вместо «брачующиеся» — «брачАщиеся».
   Если кому-то вздумается спорить по поводу произношения этих слов, то все, включая представителей власти, журналистов, преподавателей и просто обывателей, обязаны аргументировать свою позицию ссылками на указанные словари. При этом четыре новых справочника остаются противоречивыми. Так, по их правилам название столицы Южной Осетии надо писать в грузинском варианте — «Цхинвали» вместо осетинского «Цхинвал», который принят в российской официальной терминологии. Та же путаница с Абхазией. Словари установили грузинское правописание ее столицы — «Сухуми», а на официальном уровне принято говорить абхазское «Сухум». Учитывая то обстоятельство, что в 2010 году ожидается принятие закона, по которому будут штрафовать представителей власти, закона и СМИ за тиражируемую безграмотность, пикантность ситуации очевидна: кого штрафовать — установителей спорных норм или их нарушителей?
   — Мне трудно представить, что это безобразие станет нормой, — говорит Григорий Солганик, заведующий кафедрой стилистики русского языка факультета журналистики МГУ. — Норма — это образец, к которому должны тянуться все, а «кофе» среднего рода — это разговорная форма, допустимая в пивной или бане. Превращать ее в литературную — значит примириться со стихией неграмотности. И потом, словари — свод устоявшихся правил, они всегда отстают от современного состояния. В этом их преимущество.
   Форумы в Интернете и студенты мгновенно отреагировали на сомнительные нововведения. Многие посетители Сети не сомневаются, что «дОговор» или «брачАщиеся» — это уступка неотесанной части чиновничества, которая, «используя административный ресурс, упрощает себе жизнь, подстраивая ее под себя». А студенты филфака МГУ и вовсе направили официальное письмо в Минобрнауки с предложением: «А почему не легализовать ударение в несуществующих словах «звОнит», «лОжить» или «поклАсть»? Так чуть ли не треть России говорит. Тогда не только чиновникам, но и всем можно будет говорить: «лОжить подписанные докУменты в пОртфели и отправлять их с шОфером».
   Общественная палата потребовала объяснений: почему именно эти четыре спорных словаря стали официальными?
   Почувствовав, что как не обсуждаемая данность приказ пользоваться новыми словарями не пройдет, последовали путаные разъяснения. Сначала и Минобрнауки, и фонд «Словари ХХI века» — издатель четырех справочников — объяснили «чудовищной технической ошибкой» то, что теперь разрешено произносить и писать «дОговор». Было даже обещано исправить «недоразумение» в последующих изданиях, а вышедшие сопроводить поправками. Но, поняв, что действует по принципу унтер-офицерской вдовы, Минобрнауки изменило тактику.
{PAGE}
   — Когда словари прошли экспертизу, — говорит Инна Сазонова, научный консультант Минобрнауки и фонда «Словари ХХI века», — другие издательства еще не подавали заявок на экспертизу. И в итоговом заключении на наши словари кто-то из министерства написал, что они являются «отвечающими нормам современного государственного языка». Когда это вызвало бурю, представители Минобрнауки разъяснили, что список на новые официальные словари открыт и можно посылать свои издания на экспертизу.
   Тогда закономерны вопросы: зачем издавать «сырой» приказ об официальных словарях и почему нельзя было допустить к экспертизе всех желающих, а не только единственное издательство «АСТ-Пресс»? В ответах на эти вопросы кроется самое интересное — как проходит процедура. На первый взгляд она проста — заявку на экспертную оценку любого словаря может подать либо автор, либо его издатель. А вот распределяет словари по экспертным НИИ и присваивает им статус Минобразования и науки.
   — Я бы не преувеличивал значимости издания первых четырех словарей, — говорит Леонид Крысин, заместитель директора Института русского языка РАН. — Приказ министерства потому и вызывает недоумение, что из-за несовершенства процедуры в его эталонный список вошли случайные словари и не вошли основные. Я уверен — пока.
   При этом и в Институте русского языка РАН, и в Институте лингвистики РГГУ ученые отказываются комментировать естественный вопрос: почему эталонными словари признаны не экспертами, что входит в их компетенцию, а чиновниками Минобразования и науки? Причина страха проста: именно Минобразования решает не только кого приглашать на экспертизу, но и утверждает график публикаций монографий в тех или иных издательствах ученых, которые вчера давали экспертизу, например, четырем оскандалившимся словарям. Как заметил в интервью «Профилю» один из академиков РАН, «я не знаю имен чиновников, подмахнувших приказ об обязательных словарях, хотя догадываюсь, кто это сделал. Если же я их назову, завтра мои учебники «притормозят». Таков «порядок» — не выносить сор из избы».
   
ФИЛОЛОГИЧЕСКОЕ ДВОЕВЛАСТИЕ
    Именно поэтому возникает подозрение, что новые словари создавались под потребности тех, кто рулит реформой русского языка. Ведь они задуманы как ее составная часть. Словари должны служить в том числе и для вводимого с 2010 года тестирования по русскому языку для чиновников госучреждений. Всеобщим и обязательным оно станет после принятия поправок к закону «О государственном языке РФ». Пока же экзамены по русскому языку чиновники в порядке эксперимента сдают в трех регионах — Белгородской, Тульской и Ульяновской областях.
   Нина Воронина, заведующая кафедрой русского языка Ульяновского педуниверситета, согласилась показать тесты для чиновников лишь за 2008 год. Они составлены по школьной программе за 5-7-й классы. После тестов аттестуемый был обязан написать квартальный отчет о своей работе на одну страницу. Минимальное количество ошибок на страницу по итогам контрольных работ — 7, максимальное — 18.
   — Мы тесты упростили, — говорит Воронина, — потому что в первый год эксперимента ошибок было еще больше. Но ошибок сколько было, столько и остается.
   На следующий день по электронной почте она прислала один из образцов теста для чиновников. (см. стр. 10)
   — Это непростой тест для среднестатистического чиновника, — бегло просмотрев документ, комментирует Татьяна Петрова, ответственный секретарь межведомственной комиссии по русскому языку при правительстве РФ. — Я сталкивалась с примерами, когда высокопоставленные госслужащие спрашивают, зачем после инициалов ставить точки. Поэтому обязательным тестирование делать надо, как и штрафовать за безграмотность. Но увольнять никто никого не собирается. Штрафы — лишь вспомогательная вещь. Они будут применяться как по решению суда, так и по распоряжению комиссии, если у нее будет фактическое доказательство — запись теле- или радиоэфира. Но глобально проблему можно и нужно решать не наказаниями, а просвещением. Например, будет введена целая серия мероприятий, повышающих общую грамотность и культуру общения.
   Петрова координирует работу совместной комиссии Министерства связи и массовых коммуникаций и Министерства образования и науки, которая со временем вольется в целевую программу «Информационное общество», чтобы разрабатывать тесты, готовить компьютерные программы и IT-персонал для сайтов будущего «электронного правительства».
   Пока же у комиссии более прозаичная задача — выработать цивилизованные правила привлечения официальных лиц к ответственности за безграмотность. По действующим законам привлечь чиновников к административной или финансовой ответственности — а тем более через суд — за безграмотность нельзя. Не было до недавнего времени и словарей новых слов, на которые можно было бы опираться для выявления эталона. Четыре новых словаря лишь запутали ситуацию. А новые — «Комплексный нормативный словарь современного русского языка», издание которого стоит в плане на 2010 год, и обновленный справочник Владимира Лопатина, запланированный к изданию на 2011 год, — вносят еще большую путаницу. Так, нормативный словарь наряду с отличным от четырех официальных словарей объяснением заимствованных слов — «фриланс», айсикью» и еще около 50 слов — отменяет «кофе» среднего рода и «договор» с ударением на первый слог. Ему вторит и словарь Лопатина. То есть фактически они способствуют пробуксовке тестирования по русскому языку — на какие нормы опираться? И устанавливают филологическое двоевластие, которое укрепит «Словарь живого русского языка», куда войдет до 25 тыс. новых слов. Его издание в планах РАН на 2015 год.
   Проблема в том, что обществу надо прийти к согласию, какие словари считать эталонными. А так вопрос реформаторы из Минобрнауки не ставят. Точнее, зависимость ученых от чиновников ставит под сомнение независимость экспертизы, которую, чтобы она не допускала «ляпов» с «дОговором», надо выводить из-под любой опеки. Ведь словари и программы тестирования по русскому языку и просвещения по культуре общения в дальнейшем облегчат введение электронных услуг для общества. Их будут оказывать многофункциональные центры (МФЦ). Законопроект о праве россиян на оперативное обслуживание уже внесен в Госдуму. Его принятие ожидается в будущем году. И как минимум подразумевает не только знание чиновничеством грамматики русского языка, но и владение компьютером. А вот с последним многие из них не только не на ты, но и избегают за ним работать, относясь как к мебели. В Тульской области известен пример, ставший народной байкой. В кабинет местного чиновника принесли новый компьютер, чтобы его установить. Тот, увидев замигавший монитор, разволновался. И говорит: «Чего это он? Ты это, выключи, а то еще током шандарахнет».
   С таким подходом как «электронное правительство» будет напрямую выходить на компьютер чиновника, обрабатывая информацию и выдавая ее потребителю? Цель понятна — снять проблему очередей и коррупции. Но она пока недостижима. Проваленная в 2002-2009 годах электронная реформа снова начнется в 2011-м.
   {PAGE}
БУДЕМ ПИСАТЬ «КАРОВА» И «МАСКВА»?
    Но и реформа русского языка, задуманная как ступенька для приближения к информационной эпохе, превращается в ее тормоз.
   — Вся-то реформа — бюрократическая акция по составлению официальных словарей-букварей и обещание тестировать чиновников на предмет правописания, — говорит Елена Зелинская. — И та провалилась. Именно поэтому на щит поднимается тезис о том, что русский язык, как и все языки мира, упрощается. Это так и это закономерно, но к чему шельмовать? В список нормативных словарей попали те, которые отражают не норму, а текущее словообразование. А оно везде в мире далеко от нормы.
   Именно поэтому Общественная палата направила запрос президенту РФ с просьбой «оградить общество от новаторов от русского языка, которые вмешиваются в литературную норму». В том письме они приводят выстраданное наблюдение. В немецком, китайском и особенно во французском языках, иногда вызывающих иронию из-за половины нечитаемых букв в слове, последние сто лет ничего не меняли и не отменяли. До сих пор «Дойчланд» у немцев пишется «Deutschlаsnd», а «бордо» у французов — «bordeaux». И они ничего не упрощают. Поучительна реакция знакомой немки на наши нововведения. Она, говорящая на русском более тридцати лет, позвонила и спрашивает: «Если вы начали говорить дОговор», то, может быть, теперь можно писать «кАрова» и МАсква?» И привела в пример французов. У них в языке буква «ё» сохраняется всего из-за трех слов. И никому в голову не приходит затевать дискуссию, отменять букву «ё» или ставить ей памятник. Зато паспорт и французы, и немцы оформляют через Интернет.
   

   ОФИЦИАЛЬНО
   ЖИТЬ СТАНЕТ ПРОЩЕ
   Слова, которые можно говорить и писать по-новому
   Кофе — в мужском и среднем роде
   брАчащиеся вместо брачУющиеся
   Договор — дОговор (*Примечание. Минобразования вариант дОговор» признал «технической ошибкой», но правки в словари не внесены).
   По срЕдам — по средАм
   ЙОгурт — йогУрт
   ТворОг — твОрог
   каратЕ
   Интернет (только с большой буквы)
   «Чао» — в значении «пока»
   «файф-о-клок» — в значении «пригласить на званый чай»
   Источник — Приказ №195 Министерства образования и науки РФ от 01.09.2009.

   

   ЭКЗАМЕН
   Раздел I. «Культура речи»
   Подчеркните правильные формы слова:
   1) договоры — договора; 2) инженеры — инженера; 3) площадя — площади.
   Раздел II. «Орфография»
   Буква «и» пишется в словах:
   1) кр…минал; 2) л…беральный; 3) инв…стиция; 4) соч…тание.
   Буква «о» пишется в словах:
   1) дем…графия; 2) вл…жить средства; 3) ср…внить показатели; 4) бл…кнот.
   Буква «е» пишется в словах:
   1) заж…галка; 2) бракосоч…тание; 3) м…нимальный; 4) пр…зидент.
   Укажите слова с удвоенными согласными:
   1) ап(?)арат; 2) бал(?)отироваться; 3) ас(?)игнование; 4) прес(?)а.
   Раздел III. «Пунктуация»
   Расставьте знаки препинания:
   1) Для грамотного письма необходимы три условия знание правил внимание умение пользоваться справочниками.
   2) Если люди хорошо понимают друг друга им не приходится спорить.
   3) Не считайте противника дураком даже если он ошибается.

   
   

   ВЛАСТЬ НАД ЯЗЫКОМ
   САМЫЕ РАСПРОСТРАНЕННЫЕ ОШИБКИ, выявленные тестированием чиновничества Ульяновской области
   ИзвЕните, углУбить, звОнит, кулинАрия, договорА, рИклама, квАртальный, красившее, площадя, сИлекторный, «опИративка».
   Источник: кафедра русского языка Ульяновского педагогического института.

   {PAGE}

   КАК ВЫ ПОЛАГАЕТЕ, НУЖНО ЛИ ШТРАФОВАТЬ ГОССЛУЖАЩИХ ЗА БЕЗГРАМОТНУЮ РЕЧЬ?
   ЭКСПЕРТЫ
   АНДРЕЙ КНЯЗЕВ, адвокат коллегии адвокатов «Князев и партнеры»:
   «Инициативу межведомственной комиссии по русскому языку трудно осуществить на практике. Она бюрократична по сути: нужно вести архив СМИ, проводить экспертизу и доказывать, что чиновник ошибся. Главное же сомнение — нужно ли наказывать человека за то, что не образован или чуть-чуть глуп. К тому же есть в этой инициативе момент дискриминации. Значит, журналиста, юриста или инженера, если они ошиблись, штрафовать не надо, а чиновника — закон велит?»
    
   НАТАЛЬЯ БУРВИКОВА, проректор Института русского языка РАН имени Пушкина:
   «Штрафовать надо потому, что у людей в головах прочно царствует стереотип: если так говорят по телевидению, значит, это верно. Но ведь на экране сегодня творится нечто невообразимое. И в речи чиновников, и в рекламных роликах, и в песнях звезд масса не просто ошибок, а ошибок, преподносимых как «креатив». За это тоже надо наказывать рублем. Но самое страшное в том, что по опыту знаю: неграмотных людей, чего-то добившихся в жизни — чиновников, звезд, телеведущих, — уже не научишь правильно писать или говорить. Они считают, что сами — живой пример успеха».
   
   АЛЕКСЕЙ ЧАДАЕВ, член Общественной палаты:
   «Как нельзя ходить на заседания в Кремль или Белый дом в шлепанцах или шортах, так же нельзя государственным людям говорить неграмотно. На них смотрит вся страна. Или оскорблять оппонентов, как это делает, например, Владимир Жириновский. Ведь почему он безнаказанно витийствует? Нет законов. Конечно, они должны дорабатываться».
   
   ВИТАЛИЙ КОСТОМАРОВ, президент Института русского языка РАН имени Пушкина:
   «С русским языком все в порядке. Он и не такое переваривал. С древнейших времен он испытывает на себе разные влияния. И какие — монгольско-тюркское, греко-латинское, византийское, немецкое, голландское, французское! В последние десятилетия — английское. Оно связано с эффектом либерализации и развитием Интернета и высоких технологий. Так что на этом фоне чиновничьи ошибки и безграмотность — преходящее. Переживем. Кстати, влияние английского языка ослабевает. С чиновниками еще проще: сама потребность общества в профессионалах оставит их на обочине, если они не смогут приспособиться к новым веяниям информационной эпохи. В этом, пожалуй, еще одна важная деталь — необычная гибкость русского языка, рядом с которой косная личность исчезнет как мамонт».

   

   «ВЕРНИТЕ НАМ РОЗЕНТАЛЯ!»
   Когда губернские власти Тулы и Уль-яновска сдавали тесты по русскому языку, самыми популярными книгами у чиновников были старые академические словари — Розенталя, Ожегова и учебники по русскому языку за пятый-шестой класс. Пока ни в Туле, ни в Ульяновске госчиновники не слышали о новых словарях и предпочитают пользоваться проверенными справочниками. После сдачи тестов губернатор Ульяновской области Сергей Морозов признался, что накануне тестирования ему в кабинет приносили образцы экзаменационных заданий. Благодаря поблажке губернатору удалось сдать тест на «отлично». Правда, на следующий же день, выступая на городском митинге, он публично в микрофон сказал «площадя». Но вопрос об ударении в слове «площади» входил в тест, сданный губернатором на пятерку. А недавно ульяновское общественное движения «Заря» — «За чистоту русского языка» — вышло на улицы города с плакатами «Верните нам Розенталя!». На этот шаг участников движения подвигли появившиеся в Ульяновске рекламные плакаты — «ПИтербургские традиции» и «Неоткажи себе в удовольствии».
Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK