Наверх
18 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2011 года: "Говорит и показывает…интернет"

Cеть поглотит телевидение и радио, а Facebook — весь мир.

В сентябре группа компаний РБК отмечает свое совершеннолетие, телеканал РБК-ТВ — восьмилетие, а газете РБК daily исполняется 5 лет. Однако РБК имеет не только прочные позиции на телерынке и рынке печатных СМИ, но и активно развивает различные интернет-проекты. О том, какое будущее ждет Рунет, традиционные средства массовой информации, а также что будет с рекламой в Сети, в интервью "Профилю" рассказывает генеральный директор холдинга Герман КАПЛУН.

Cеть поглотит телевидение и радио, а Facebook — весь мир.

В сентябре группа компаний РБК отмечает свое совершеннолетие, телеканал РБК-ТВ — восьмилетие, а газете РБК daily исполняется 5 лет. Однако РБК имеет не только прочные позиции на телерынке и рынке печатных СМИ, но и активно развивает различные интернет-проекты. О том, какое будущее ждет Рунет, традиционные средства массовой информации, а также что будет с рекламой в Сети, в интервью "Профилю" рассказывает генеральный директор холдинга Герман КАПЛУН.

   — Герман Владимирович, сейчас много говорят о будущем Рунета. Недавно Дмитрий Медведев поручил Минкомсвязи подготовить законопроект о регулировании Интернета. Многие связывают это с тем, что власть готовится к выборам. Значит, опять закрутят гайки?
   — Что-то в этих разговорах действительно есть… Смотрите, согласно исследованиям, Россия сейчас находится на 52-м месте по степени свободы в Интернете. Конечно, на данный момент это не самая плохая позиция, но ведь исследователи делают и прогнозы, согласно которым в ряде стран ситуация с регулированием и степенью свободы в Интернете будет только ухудшаться. Есть среди них — наряду с Таиландом и Венесуэлой — и Россия. Что касается самого законопроекта, то, на мой взгляд, это формальная мера, иллюзия и психологическое давление. Попытка переложить работу и ответственность на интернет-СМИ. Притом, что на Западе ответственность несет не сайт, а человек, что-то написавший и к чему-то призвавший. У нас же исторически пытаются привязывать все к домену. Так легче и проще. Но все эти законодательные инициативы не будут работать без тотального контроля, потому что неугодный власти сайт легко переносится на Запад — и все. О какой ответственности интернет-СМИ за комментарии читателей тогда может идти речь? А теперь представьте, сколько модераторов должно быть? Это же нереально! В результате форумы, блоги и комментарии будут не на самом ресурсе, а на приложениях, размещенных на западном домене, с которым сделать будет ничего нельзя. Они, естественно, выпадают из зоны российского регулирования.
   — Значит, у госрегулирования нет смысла?
   — Почему же… Можно запрещать те или иные сайты, заставлять провайдеров ограничивать к ним доступ, "заваливать" их с помощью хакерских атак, в общем возводить очередную "китайскую стену". Но Китай — это единственная страна, которой на самом деле удалось это сделать глобально. Что-то подобное было в Иране, но это гораздо более слабый вариант. В любом случае очень маловероятно, что так можно решить проблему. Желание понятно, но реальность… Между прочим, даже там это работает не на 100%. Да, большинство международных сайтов местным властям удается "забанить" (заблокировать аккаунт. — "Профиль"). Но ведь их с таким же успехом, те, кому это очень надо, "разбанивают" обратно. Государство опять их "забанивает"… В общем это не прекращающийся процесс. В качестве примера напомню, что, несмотря на все запреты, большая часть трафика на порносайтах идет из арабских стран. А это значит, что все их хваленые фильтры не работают.
   — Одно из самых громких событий прошлого года — скандал с сайтом WikiLeaks. Как вы считаете, чего больше от подобных сайтов — вреда или пользы?
   — Эта история показала: Интернет делает общество более прозрачным и, можно сказать, вынужденно более честным. Потому что любая информация очень быстро становится публичной. В этом есть свои плюсы и минусы. Среди плюсов — легкость коммуникаций и открытость, что-то утаить очень трудно. Минусы связаны с тем, что кто-то, почитав сайты в Интернете, собрал на кухне атомную бомбу. И плюс, и минус одновременно — невозможность контролировать Всемирную паутину, потому что поток информации растет с гигантской скоростью.
   — Много ли россиян, по вашим оценкам, пользуются сейчас Интернетом?
   — Чуть больше 40%.
   — А каковы прогнозы по росту?
   — В течение 4 лет цифра вырастет до 65-70%.
   — За последние годы в России появились крупные национальные игроки. Однако не думаете ли вы, что рано или поздно их поглотят более мощные иностранные компании?
   — У всех национальных игроков есть риск, что их поглотят международные глобальные корпорации. И это относится не только к Интернету. "Яндекс", "В контакте" и РБК — это национальные ресурсы, которые являются у нас более популярными, чем западные, а на самом деле, кроме Китая, России и, может быть, еще нескольких стран, во всем мире интернациональные ресурсы лидируют. И пока глобальные компании хорошо растут на других рынках и мы для них не являемся приоритетными странами, нам опасаться нечего. Условно говоря, это как гроссмейстер, проводящий сеанс одновременной игры. Играя на пятидесяти досках, он может позволить себе проиграть на нескольких досках, но если Facebook или Google поставит задачу играть один на один и решит, что главной целью для него является Россия, конечно, он победит.
   — В свое время много разговоров было вокруг проекта зоны .рф. Что с ним? Он провалился?
   — Проект .рф не имеет никакого реального отношения к Интернету. Это возможность набирать по-русски. Больше ничего. Это просто как одна лишняя кнопка на клавиатуре и не более. Хостинговый бизнес получил бы с этого дополнительные деньги — это да. Но в реальности пользовались бы этим 10% людей. Все равно есть очень много иностранных сайтов, к которым россияне привыкли. Ведь была зона .su — да только кто ей сейчас пользуется? На Западе ведь есть не только .com, но и .net, и .org, однако превалирует все-таки .com.
   — Сегодня мы можем общаться через Интернет, учиться, слушать музыку, смотреть фильмы, что-то покупать и т.д. А что еще можно будет делать через Интернет?
   — Теоретически через Интернет можно будет делать все. Посмотрите внимательно на развитие Интернета за последние 10 лет. Он очень сильно изменился. Вспомните, сколько народу пользовалось социальными сетями 3-4 го-да назад? А сейчас? И через 2-3 года Интернет будет совершенно другим. Facebook, видимо, перестанет быть просто социальной сетью, а станет просто Интернетом, будет являться универсальной регистрацией и брать деньги за вхождение в Сеть.
   — Facebook станет параллельной Сетью?
   — Не параллельной, а единственной, глобальной сетью. Такими темпами он очень скоро поглотит 80-90% Сети, а потом и сам станет Интернетом. Как уверяет менеджмент самой веб-платформы, эволюция неизбежна: пользователи вскоре захотят путешествовать по Сети, не поки-дая Facebook-аккаунта. Но за удобство и простоту надо будет платить.
   — К чему россияне явно не склонны…
   — Спорный момент. Сейчас платят и во "В контакте", и в Apple Store, и в Android. Да, не каждый, но тем не менее темпы роста платежей там очень хорошие. Россияне стали спокойнее относиться к платежам в Интернете. Мы видим это на примере нашей платежной системы РБК Мoney. В этом го-ду мы рассчитываем на стопроцентный рост. Большинство интернет-услуг стоит $1-2, согласитесь — деньги ведь небольшие… Но вернемся к тому, о чем говорили. Когда Facebook станет Интернетом, вам не нужно будет заводить кучу почтовых ящиков, держать в голове десятки паролей, да и бродить по сети, не покидая страницы, станет гораздо проще.
   — На Западе сейчас бум профессиональных социальных сетей. Как вы считаете, до России это дойдет?
   — Обязательно! Вообще модель развития Интернета в России очень простая: зачем что-то изобретать, если это уже есть. Как только там что-то набирает популярность, срочно делай в России клон. Займешь место до прихода иностранцев, и тогда они тебя купят, а может быть, ты и сам станешь большой и богатый. Вот и все.
   — А что будет с web-сервисами для мгновенного обмена сообщениями?
   — Мессенджеры будут видоизменяться — все больше сливаться с мобильными телефонами и с соцсетями. Смотрите, на рынке есть Skype: с одной стороны, это мессенджер, но ведь, с другой, это уже и голосовое, и видеообщение. Эту функцию — в том или ином виде — скоро реализуют все мессенджеры. Среди других тенденций отмечу интеграцию мессенджеров с геотаргетингом, с разными блогами — это то, что сейчас частично происходит с Twitter. В общем, по моему мнению, постинг, видео, аудио, геотаргетинг и непосредственное общение скоро сольются. И, естественно, мессенджеры рано или поздно заменят SMS, потому что это дорого, а люди хотят много общаться.
   — Как вы считаете, повышенное внимание к Интернету не приведет ли к потере интереса к традиционным медиа?
   — Только если традиционные медиа не захотят трансформироваться. Знаете, настанет время, когда телевидение сольется с Интернетом. Ведь главная проблема для телевидения, с точки зрения пользователя, а не с точки зрения телеканалов, — это сложность выбора. Очень большой выбор. Или огромное количество рекламы, которое удлиняет просмотр. В Интернете это все будет по-другому. Один клик мышкой, и вы смотрите с любого места, например, какую-то часть передачи, если не хотите смотреть ее всю. А чего стоит возможность легкого выбора? Выбираете не из 30 каналов, а из 30 тыс. Понятно, что у вас будут какие-то любимые, избранные. Или вы будете подписываться на какие-то отдельные передачи, на тематику. Это меняет тип телевидения. Телевидение как съемка не пропадет, изменится канал распространения. То же самое произойдет, на мой взгляд, и с радио. Только оно еще больше и проще сольется с Интернетом, чем телевидение.
   Что касается печатной прессы, то не стоит забывать, что есть огромное количество людей, которые до сих пор предпочитают читать печатный формат. Особенно когда у человека зрение не очень хорошее. И потом есть блоги, а есть солидные издания с историей, брендом, экспертным оценкам которых люди доверяют гораздо больше. Еще один аргумент в защиту принта — доходы от рекламы, потому что в "электронке" я ведь могу читать не все. Возможность нажать на кнопку "Назад" или "Вперед", перескочить, меняет весь смысл. А в оригинале я пролистываю все подряд. Рекламу хоть мельком, но вижу. Ожидать такого же эффекта от онлайна не стоит. Но полностью без электронной версии печатной прессе не обойтись — она получит развитие только за счет соединения с Интернетом. В противном случае она, конечно же, обречена на провал.
   — И когда, по вашим прогнозам, появится телерадиоинтернет?
   — Это напрямую зависит от развития широкополосного доступа, доля проникновения которого оценивается в Москве и Санкт-Петербурге в 80% и 60%, а в остальных регионах — в 30-40%. Рынок, как видите, еще далек от насыщения. Естественно, влиять на ситуацию будет и качество самого широкополосного доступа. Ведь домовые провайдеры работают сейчас зачастую в пиковой нагрузке, то есть пропускная способность, скорость существенно падают. Отсюда и низкое качество сигнала. Исходя из этого, мой прогноз: в столицах и крупных городах подобная интеграция может случиться в течение ближайших трех лет, а вот для регионов — это пока очень туманная перспектива.
   — Государство заинтересовано во всех этих инновациях?
   — А государство в этом никак и не участвует. Власть делает совершенно бессмысленную, на мой взгляд, вещь — глобальную телевизионную сеть, цифровое телевидение. В общем, пока они это сделают, телевидение в своем нынешнем виде станет бессмысленным, потому что к этому времени кабельные операторы и интернет-компании все поглотят. Но это мое личное мнение. Я считаю, что государство должно не создавать что-то, оно должно создавать условия для того, чтобы это произошло. К примеру, обеспечить налоговыми и амортизационными льготами. А вот вариант, когда одному олигарху, второму, третьему говорят, что ты отвечаешь за это, ты — за это, а ты — вот за это, — все это какая-то боярщина, на мой взгляд. Такие вещи по указке не делаются. Нельзя сказать: "Государство хочет свой Google, свой Facebook и собственный Apple с нуля!" Точнее, сказать-то можно, а вот сделать без глобальной мотивации крайне тяжело. В Силиконовую долину, к примеру, никто и никого не загонял.
   — Вернемся к Интернету… Лет пять назад впервые за всю историю Рунета контекстная реклама обогнала медийную не только по темпам роста, но и по абсолютному значению. Как складывается ситуация сейчас?
   — Она абсолютно изменилась. В Америке в прошлом году "контекст" вырос существенно меньше, чем "медийка". Похожая ситуация наблюдается и в этом году. А в долгосрочном прогнозе аналитики Comscor предсказывают, что "медийка" в 3-5-летнем плане будет расти в разы быстрее, чем "контекст". На самом деле, это две абсолютно разные движущие силы. "Контекст" — реклама конкретного товара. Это продажи здесь и сейчас. "Медийка" — это затрата на бренд. Исторически в мире, когда еще даже не было Интернета, 90% рекламы шло на брендинг и 10% на "контекст". Конечно же, Интернет поменял соотношение, и, можно сказать, "контекст" первым ушел в Сеть. В итоге контекстная реклама сформировала Интернет-индустрию, нацеленную на конкретный заказ сейчас, на моментальный клик или переход. А брендинг еще даже не пришел в Интернет. Хотя потенциал у этого сегмента огромный. К примеру, большинство автомобильной рекламы, — а это, на секундочку, 30% всей рекламы в мире — всегда было нацелено на брендинг. Посмотрите телевизионную рекламу. Практически ни в одном ролике про автомобиль вам никогда не назовут цену. Потому что это не нацелено на продажи сейчас, это формирование спроса. Или возьмем сегмент luxury. В глянцевых изданиях это как минимум 70% всех рекламных площадей. А на рекламу в Интернете мир роскоши тратит скромный 1%. По мнению представителей luxury-индустрии, баннеры — это лишь маленький кусочек экрана. А они, к примеру, очень любят журнальные развороты. Их рекламу можно показывать только крупно и красиво. Но ситуация будет постепенно меняться… На Западе уже и они начинают переходить в Интернет, в России — еще нет. Но ведь мы идем с задержкой в пару лет. Подождем.
   

 

   ДОСЬЕ
   Герман КАПЛУН, генеральный директор ОАО "РБК Информационные Системы". Окончил Московский институт радиоэлектроники и автоматики (специальность программист) и Российскую экономическую академию им. Г.В. Плеханова (кандидат экономических наук). Имеет широкий опыт в области банковского дела, программирования и консалтинга. В прошлом исполнял обязанности директора по банковским технологиям в московской компании, специализирующейся на разработке программного обеспечения. Перед тем как полностью сконцентрироваться на РБК, был совладельцем небольшого банка. В РБК с 1998 года. Прошел путь от заместителя генерального директора до председателя совета директоров, члена правления. В нынешней должности с 2009 года.
Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK