Наверх
24 октября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2006 года: "Холодная война за полярным кругом"

Верхоянск — самый заледенелый город Земли. В этой бывшей казацкой крепости температура уже опускалась до минус 67,8 градуса. Местные жители, которых сильно тряхнуло в результате развала Советского Союза, с надеждой смотрят теперь на примету нового времени — туризм на полюсе холода.   Под куполом арктического воздуха покорно застыл город Верхоянск. От крыш домов в морозное ясное небо вертикальными столбами поднимается дым. 6 часов утра. На термометре — минус 49,5 градуса.

   Утопая в покрытом копотью снегу, от здания работающей на угле электростанции идет Варвара Кириллина. Этой якутской даме 74 года, она учительница на пенсии, директор музея, а также веселый двигатель нового проекта под названием «Туризм на холодном полюсе Земли». У Варвары Кириллиной есть все, что ищут в этих местах иностранцы: законы тайги в крови, история родного города в памяти, а также теплый дом с уборной. И все это, вместе взятое, превращает ее в достопримечательность Верхоянска.

   В норковой шубе, рукавицах на ондатровом меху и шелковом платке, с тщательно выщипанными бровями на лице цвета пергамента, она возвращается после контрольного обхода барака, где живут кочегары. В домах по всей округе этой ночью резко упала температура. И Варвара, не откладывая дела в долгий ящик, все проверила и растолкала чумазого от сажи парня, который должен был подбрасывать уголь в печи, чтобы в городе работало центральное отопление. Тот заснул у себя на нарах.

   Еще час-другой, и трубы отопительной системы Верхоянска промерзли бы насквозь — при почти 50 градусах ниже нуля, ночью, в самом холодном городе на земном шаре.

   Черная гранитная плита на стене метеостанции, построенной здесь Александром Бунге, исследователем Сибири немецкого происхождения, хранит сведения о температурном рекорде — минус 67,8 градуса, зафиксированном 15 января 1885 года неким сосланным в Верхоянск метеорологом. В другом месте установлена стилизованная голова мамонта — памятник арктическому полюсу холода.

   Верхоянск, казацкий форт, основанный ими в 1638 году в верхнем течении реки Яны, является древнейшим городом по ту сторону полярного круга и находится на отметке 67 градусов 32 минуты северной широты. Полярная ночь здесь заканчивается не раньше середины января. Во времена Советского Союза в этом городе боролись со льдом и тьмой 2500 человек. Сегодня осталось 1360.

   Верхоянск теперь стал самым маленьким городом самой большой страны на Земле. Кажется, что вся остальная Россия находится очень далеко. До Москвы 4700 километров на запад, а до Якутска — столицы республики — 625 километров к югу. В свое время председатель советского правительства Алексей Косыгин предложил сослать Александра Солженицына, создавшего хронику ГУЛАГа, именно в Верхоянск, «потому что туда не доберется ни один зарубежный корреспондент».

   Приближаясь к этому городу с воздуха, видишь пару тусклых огоньков в гигантском котле, стены которого образованы горами Верхоянского хребта. Это похоже на аварийное освещение в морозильной камере. Ленин давно уже умер, когда здесь, на севере, подходила к концу гражданская война между большевиками и теми, кто сохранил верность царю. Но и по сей день этот тускло освещенный город Заполярья отражает дух ленинского тезиса: «Коммунизм — это советская власть плюс электрификация всей страны».

   Верхоянск — это памятник людской гордыне и страстотерпию одновременно. Осколок великой веры в прогресс, накрепко засевший в таежной земле.

   Летом, когда тает лед на реках и болотах, по земле до Верхоянска добраться невозможно. Зимой же помогает так называемый зимник — дорога для бывалых людей, проходящая в основном по льду реки Яны. Водители грузовиков по восемь дней проводят в пути, чтобы доставить из Якутска продовольствие и топливо.

   А в период, когда поставки невозможны, люди пользуются тем, что дает природа. Они питаются копченым оленьим языком и замороженным жиром оленят, соком ягод, грибами, а также порубленной на полоски сибирской кетой.

   Варвара Кириллина — одна из тех, кто, подобно своим предкам, доволен имеющимся в Верхоянске. Подкладывая поленья в очаг, она выливает туда ложку масла, чтобы умилостивить бога огня. Когда приходят незнакомые люди, она тайком проводит по их одежде пучком волос из гривы белого жеребца. Якутские шаманы верят, что таким образом можно отогнать от жилища злых духов.

   В ноябре сам президент России Владимир Путин пообещал вручить Варваре орден за дело всей ее жизни. За то, что она борется за сохранение культурного наследия народов Крайнего Севера. За то, что она собрала в своем музее свидетельства 10 000-летней истории этого края: кости мамонтов, предметы быта кочевников-оленеводов, жестяные миски ссыльных из 23 лагерей, находившихся поблизости и входивших в сталинскую систему ГУЛАГа.

   Но теперь речь идет о будущем Верхоянска. На полюсе холода готовы принимать туристов — 29 евро в сутки, включая проживание, полный пансион и знакомство с семьей местных жителей. Проблема в следующем. У жителей Верхоянска есть и памятник, и пансионат под названием «Полюс холода», однако они не защитили свою торговую марку и потому напрасно ждут гостей.

   Вице-президент Якутии Александр Акимов, приезжая в Верхоянск, заявляет, что температурный рекорд 1885 года «известен каждому человеку на планете». В правительственной же резиденции в Якутске звучат другие речи. Миллионы рублей, выбрасываемые правительством на туристический проект «Полюс холода», уже запланированы совсем на иные цели. Они текут в Оймякон, захолустье неподалеку от Колымской трассы, которую заключенные по приказу Сталина проложили через всю Якутию до Охотского моря. До Оймякона, в отличие от Верхоянска, туристы могут добраться на автомобиле. И якутскому президенту, и министру туризма Оймякон ближе изначально.

   Президент прежде был главой алмазного концерна «АЛРОСА», и родился он в поселке на полпути к Оймякону. Туристов, вот уже несколько лет бронирующих билеты на авторалли к «Полюсу холода Земли», направляют к нему на родину. Там они посещают музей ГУЛАГа, ночуют и питаются.

   Со своей стороны якутский министр по туризму тоже заинтересован в проведении многодневных фестивалей «Полюс холода» с катанием на оленьих упряжках и выступлениями фольклорных ансамблей именно в Оймяконе — хотя бы потому, что он там родился. Так утверждает мэр Верхоянска, который теперь намерен предпринять «правовые шаги», чтобы прояснить вопрос о том, какой же из населенных пунктов является рекордсменом по низким температурам. У него в запасе имеется заключение российского метеоролога высочайшего ранга.

   Газета «Якутская неделя» язвительно заметила, что «свободомыслящие предприниматели из министерства по туризму» просто выдумали всю эту историю с Оймяконом. В 1926 году здесь зафиксировали температуру минус 71,2 градуса, что было, скорее всего, результатом щедрого округления приблизительных данных, считает это издание. Положительным в холодной войне между двумя городами, считают люди, планирующие развитие туризма, является то, что никто не отрицает: среди всех на свете населенных пунктов полюс холода «выбрал» именно города Якутии. Крупнейшей республике Российской Федерации новые источники дохода очень даже могут пригодиться.

   Это столь же правдоподобно, сколь и удивительно для такой страны, как Якутия, которая после развала Советского Союза именует себя просто Саха — «человек». Здесь на территории, равной по площади восьми Германиям, живет не более 1 млн. человек, а под их ногами зарыты месторождения сырья — самые огромные в России.

   Легенда гласит, что Бог, создав землю, отправил ангела с большим мешком раздавать сокровища. Когда этот ангел пролетал над Якутией, у него окоченели пальцы, так что он все рассыпал. В результате 99% российских бриллиантов поступает именно отсюда, а еще здесь в земле таятся огромные запасы золота, угля, газа и олова.

   Мало что из этого богатства достается народу, ведь принципы, которыми руководствовались власти в царские и советские времена, действуют и по сей день. Цари требовали с коренных жителей ясак — налог мехами. Советская власть забирала сырье, правда, предоставляя взамен электричество, бесплатное образование и дешевые авиарейсы для жителей тайги. Нынешние кремлевские власти более склонны обращаться с народным достоянием в соответствии с царистскими идеями, чем с советскими.

   Что касается якутского концерна «АЛРОСА», добывающего алмазы на $2,5 млрд. в год и являющегося вторым по величине в мире после De Beers из Южной Африки, то президент Путин как раз инициировал передачу контрольного пакета его акций федеральному правительству. Прибыль от добычи других полезных ископаемых наряду с несколькими особо богатыми якутами получают и государственные концерны, руководимые из Кремля.

   Жители Заполярья сильнее других ощутили на себе потрясения нового времени. Если здесь закрывается совхоз, то второго в округе не отыщешь, даже если будешь ездить много часов подряд. Чтобы найти работу где-то еще, нужно иметь некоторые сбережения: рейс до Якутска стоит месячной зарплаты, а чтобы заправить бензобак автомобиля дважды, придется выложить зарплату за неделю.

   «В деревнях сейчас все мечтают о развитии туризма», — говорит Вячеслав Ипатьев, который считает, что борьба за туристов-экстремалов и экотуристов уже разгорелась, поскольку они являются источником дохода для жителей Севера. Ипатьев — худощавый русский в очках, еще в советские времена он написал диссертацию на тему «Развитие туризма в Якутской автономной советской социалистической республике». Сейчас он прикладывает все усилия к тому, чтобы иностранцы, приезжающие в Якутск, путешествовали по широким просторам республики.

   Он не возражает тем, кто считает полюсом холода Оймякон, а вместо этого предлагает им девятидневные развлекательные туры плюс сертификат, подтверждающий посещение этого самого полюса. А для сторонников Верхоянска он добывает соответствующий документ от конкурента. Романтикам предлагается поучаствовать в поисках костей мамонта с ужином на берегу реки Адычи или выехать на море, покрытое льдом, чтобы гарантированно полюбоваться северным сиянием. «Этого вам не предложат даже на Аляске», — говорит Ипатьев.

   Впрочем, если две немецкие вегетарианки в возрасте за 60 поинтересуются — как это было в феврале, — подадут ли им во время внутреннего авиарейса по Якутии до местечка Усть-Нера «что-нибудь, не содержащее мяса», то даже такому профессионалу, как Ипатьев, придется признать поражение и ответить: «В этом рейсе, к сожалению, вам не подадут ничего, даже чашку чая».

   Верхоянск со своим средним показателем с момента развала СССР в 0,9 туриста в год является Золушкой среди якутских городов, претендующих на приток туристов. Забытый на постсоветской ничейной земле, этот город, расположенный севернее закрытых золотых шахт и обветшавших бараков ГУЛАГа, борется за свое место в современной жизни. При этом он в состоянии предложить гостям знакомство с российской действительностью в ее самом чистом проявлении — «рашн экстрим», как выражаются московские англофилы из высших кругов.

   Новые времена в Верхоянске таковы, что пенсионеры на одни только дрова тратят треть своего бюджета. Столько же доплачивают местные власти. Питьевую воду в виде льда из реки Яны доставляют за наличные на тракторе. Незаменимые унты — сапоги на оленьем меху — по возможности шьют сами: в лавке они стоят от 200 до 500 евро. Старые теплые вещи, которые во времена Советского Союза люди получали бесплатно, они носят до сих пор.

   В январские морозы, когда средняя температура соответствует среднегодовой температуре на Марсе, никто не выходит на улицу без крайней необходимости больше чем на 15 минут. Помимо непрерывного движения не умереть от холода помогают лишь мех и шкура тех животных, которые обитают за полярным кругом. Погреться можно у печки в таежном бараке и в автомобилях с двигателями, непрерывно работающими весь день.

   Когда перед восходом солнца, в 12 часов дня, улицы Верхоянска оживают, это выглядит так, словно кучка астронавтов, закутанных наподобие мумий, отправляется в экспедицию по враждебной человеку планете. Они движутся на фоне водопроводных труб толщиной с древесный ствол, из-за вечной мерзлоты протянутых над поверхностью земли и пронизывающих весь город, словно нервная система.

   Бодро рыча двигателями, водители грузовиков спускаются к реке Яне, из которой они ежедневно выкачивают 180 тыс. литров воды для отопительной системы — никто до сих пор и не подумал о том, чтобы провести прямую ветку от реки к теплоэлектроцентрали. Круглые сутки двое мужчин неутомимо пробивают в проруби лед и поддерживают пламя костра, чтобы не замерзло отверстие, предназначенное для выкачивания воды. Школьники пешком идут в школу — в Верхоянске старшеклассники освобождаются от занятий, когда температура на улице падает до минус 55 градусов. Старики этим недовольны и ворчат, что наступило глобальное потепление — раньше до минус 57 градусов никому никаких скидок не делали. Школьники тоже недовольны и ворчат, что в других местах по всей Якутии в школу можно не ходить при минус 50.

   Те, кто остается в Верхоянске после окончания школы, обычно становятся охотниками, собирателями грибов и ягод и капканщиками, как и их пращуры за полярным кругом. Они торгуют собольими шкурками, складируют в вырытых руками ямах замороженные тушки зайцев-беляков, попавших головой в проволочные петли. Зайчатиной этой начиняют пельмени или кормят ездовых собак.

   Мужчины в Верхоянске говорят: «Природа дает и отбирает».

   Техника выживания предков и уважение к природе продолжают жить и в душе Константина Слепцова. Величественно гонит он свои стада по замерзшей глади озера Омолон, один мужчина и 80 животных, крошечные точки на снежном покрывале тайги. Константин — старейший в роду одной из эвенкийских семей, столетиями живущих за счет оленеводства. Это худощавый, белый как лунь, мужчина с живым взглядом.

   Возможно, и Константина в будущем посетят туристы. При условии, что они решатся потратить шесть часов на автомобильную поездку из Верхоянска в сторону моря по дороге, которую нельзя назвать таковой даже с учетом российской специфики. А может быть, они наймут вертолет по цене $1,5 тыс. в час, как сделал представитель ЮНЕСКО, разрабатывающий сейчас свой проект «Школа на колесах» — юных кочевников будут учить прямо в тайге, в закрытых санях, в которые впряжены олени.

   Тусклое, словно молочная радуга, мерцает в небе над полярным морем северное сияние, на жгучем морозе промерзают у шаманских деревьев сигареты и прочие жертвенные дары нового времени, а Константин ведет свой рассказ. О жизни у подножия гор Терьях-Тах, о юртах в тайге и о «письме эвенкийских женщин» — если их похищают, они вырывают шерсть у оленя и ею отмечают путь для преследователей.

   Тайга хранит следы, и так же поступает человек, живущий в ней. По поводу последнего спора об истинном полюсе холода Земли, о туристах и «рекорде холода» в Верхоянске Константин, сын кочевника в сапогах по колено, пошитых из лосиной шкуры, и рыжей лисьей шапке, может лишь усмехнуться.

   У Константина имеется персональный термометр, без цифр. По его словам, до температуры минус 65 градусов он может подстрелить здесь, в горах, дикую овцу, не надевая рукавиц. Но дней, когда о стрельбе не приходилось и думать, было предостаточно.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK