Наверх
13 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2003 года: "Константин КОРИЩЕНКО: «В России нет финансовых рынков»"

Отток капитала из России носит чисто экономический характер: в нашей стране просто негде разместиться большому количеству денег, считает заместитель председателя Банка России Константин КОРИЩЕНКО.«Профиль»: Константин Николаевич, каковы перспективы российского фондового рынка в условиях, когда главным ньюсмейкером для инвесторов выступает Генпрокуратура?
Константин Корищенко: Люди склонны преувеличивать значение событий, которые происходят в их стране, по сравнению с тем, что творится в мире. У нас достаточно много говорят о ситуации вокруг ЮКОСа как о причине падения фондового рынка в последнее время. А если посмотреть на это чуть шире, то можно заметить два очень серьезных явления.
Первое — интенсивный рост процентных ставок на рынке американских облигаций, самом крупном сегменте долгового рынка мира.
Второе событие — достаточно серьезное падение цен и, соответственно, тоже рост доходности на рынках облигаций стран с развивающейся экономикой. И вот это как раз имеет прямое отношение к российскому фондовому рынку. Дело в том, что большая часть мирового капитала имеет американское происхождение и причины его поведения, в том числе и на российском рынке, нужно искать в США, а не в том, кто у нас кого арестовал и кто кому что предъявил. Портфельный инвестор аполитичен, ему все равно, где какое правительство, где какая партия и т.д., — он стремится туда, где можно заработать деньги. Если сейчас происходят определенные процессы в американской экономике (а что бы там ни говорили, это крупнейший из всех финансовых рынков мира), то глобальные инвесторы принимают свои решения в соответствии с состоянием дел в Штатах.
«П.»: Из ваших слов следует, что мы очень зависим от развитых рынков, испытываем сильное конкурентное давление с их стороны.
К.К.: В некоторых ситуациях на 100%.
«П.»: Бытует мнение, что фондовый и валютный рынки России являются на общемировом фоне неразвитыми, прежде всего, за счет низкой их ликвидности…
К.К.: Я не считаю наш рынок низколиквидным. Сейчас очень модно сопоставлять российские финансовые показатели с данными по США или Западной Европе. А это не совсем корректное сравнение. Лучше посмотреть и на рынки Восточной Европы, с которыми у нас много общего. Так вот: обороты на ММВБ превышают обороты на всех восточно-европейских биржах вместе взятых. Ежедневный объем операций с валютой (рубль/доллар/евро) на ММВБ составляет в среднем $200—300 млн. Сделки на фондовой секции этой же биржи заключаются обычно на $200—500 млн. в день. На РТС — на $20—50 млн. в день. На срочном рынке РТС обороты больше. Кроме того, у нас прилично развит внебиржевой рынок: тут можно говорить о нескольких миллиардах долларов в день.
«П.»: Тем не менее большую часть оборота на фондовом рынке делают «голубые фишки». Разве это не признак низкой ликвидности?
К.К.: В большей степени это проблема слабой инфраструктуры (развитости бирж, клиринговых домов, депозитариев и т.д.). Это официально признанный факт. Существует международная система оценки качества финансовой инфраструктуры (по степени прозрачности, качеству сервиса и т.д.). По стобалльной шкале восточно-европейские и западно-европейские страны обладают рейтингом в 80—85 и 90—95 баллов соответственно, у России же 20—30 баллов.
Кроме того, чем выше ликвидность по акции, тем более предсказуемы котировки и, следовательно, тем сложнее заработать на такой бумаге. Поэтому низколиквидные акции — второй и третий эшелоны — лакомый кусок для инвесторов. Для участников рынка, которые работают на этих активах, нет стимула делать их более ликвидными: в этом случае снизится прибыль.
«П.»: Помимо слабой финансовой инфраструктуры какие еще проблемы существуют у российских финансовых рынков?
К.К.: Проблема в том, что кроме ценных бумаг и валюты у нас больше ничего не торгуется. В России не развиты рынки производных инструментов и стандартных контрактов (фьючерсы, опционы и т.п. — «Профиль»), то есть практически отсутствуют рынки, где товар мог бы многократно перепродаваться. Кроме того, объектом торговли на бирже должен быть любой товар, начиная с основ — земли, недвижимости, газа, нефти, электричества.
А когда говорят, что капитал убегает за границу, этому факту почему-то придают криминальный, политический характер. На самом деле проблема в том, что средства здесь просто негде разместить. И до тех пор, пока в России не появятся развитые финансовые рынки, мы будем находиться в хвосте списка развитых стран.
«П.»: Что нужно сделать для развития этих торговых финансовых рынков?
К.К.: Создавать соответствующую законодательную базу, прежде всего приняв закон о производных инструментах. Как и в случае с фондовым и валютным рынками, здесь тоже нужна развитая инфраструктура.
«П.»: Сколько времени нам на это потребуется?
К.К.: Я думаю, что мы уложимся в 5—10 лет, тем более что для рынка это не такой уж и большой срок. Главное — расставить приоритеты. И потом, в развитии любого рынка есть своя специфика. В наших условиях, при патерналистской модели государства, госорганы должны играть более активную роль в развитии рынка, чем это происходит в той же Америке, где рынки развиваются сами по себе.
«П.»: Вы упомянули об оттоке капитала как о следствии неразвитости финансовых рынков. Какое происхождение имеют те деньги, которые обращаются на российском фондовом рынке?
К.К.: Прежде всего, это капитал российского происхождения. Речь идет о средствах, которые в свое время были переведены в валюту и впоследствии переправлены в оффшорные зоны. Владельцы этих денег лучше всего знают российскую экономику. Они знают, как здесь делать бизнес, поэтому возвращают свой капитал в Россию.
Другой источник капитала — иностранные фонды, банки, частные инвесторы, которые ориентированы на развивающиеся рынки. Довольно сложно точно подсчитать соотношение иностранного и отечественного капитала, однако я полагаю, что на рынке превалируют деньги российского происхождения
Вообще, по отношению к тому количеству объектов, которые могут торговаться в России, нам вполне хватает и отечественных денег. В принципе, если мы допускаем в страну иностранный капитал, то тем самым не даем российским инвесторам вкладывать свои средства.
«П.»: Получается, нам не нужен иностранный капитал?
К.К.: Нам нужно создавать рынки, где было бы место как российскому, так и иностранному капиталу.
«П.»: А что российским частным инвесторам мешает вкладывать средства в фондовый рынок?
К.К.: Проблема в менталитете. Например, мы только второй год привыкаем к тому, что можно покупать товары в кредит. А это норма жизни в Европе и США на протяжении уже нескольких десятилетий.
Поэтому в отношении частных инвестиций мы находимся в том положении, которое соответствует нашему уровню развития. Лишь сотая часть процента российского населения вовлечена в фондовый рынок — в США, например, каждая вторая семья так или иначе держит свои сбережения в акциях, госбумагах и т.д.
Впрочем, присутствие частных инвесторов на финансовых рынках далеко не всегда благо. Стоит хотя бы вспомнить, что во время инвестиционного бума на американском фондовом рынке, приведшего к Великой депрессии в конце 20-х годов, играли практически все, кому не лень, в том числе и частные лица. Лишь после были приняты законы, направленные на защиту инвесторов от манипуляций и злоупотреблений. Поэтому частники лишились возможности напрямую работать на рынке и вынуждены были прибегать к услугам профучастников (фондов, инвесткомпаний и т.д.).
Лишь с появлением в конце 90-х годов Интернет-трейдинга число частных инвесторов вновь возросло. Вообще, если говорить о тенденции, простейшие рынки — облигации, акции — постепенно становятся все доступнее для мелких частных инвесторов, а профессиональные участники все больше сдвигаются в плоскость более сложных рынков.
«П.»: Если говорить о будущем, можно сделать прогноз роста интереса российских частных инвесторов к фондовому рынку?
К.К.: Сама постановка вопроса, на мой взгляд, некорректна. Нельзя вкладывать деньги через фондовый рынок, нельзя испытывать или не испытывать интерес к фондовому рынку. Потому что человек по своей сущности — существо алчное. В том смысле, что стремится к улучшению личного благосостояния, и в этом нет ничего плохого. Человеку не важен источник материального благополучия — будет ли это фондовый рынок, рулетка или интенсивный труд. Интерес к фондовому рынку как к конкретному инструменту возникает лишь в том случае, если он будет в состоянии удовлетворить вот эту человеческую потребность. Если фондовый рынок таков, что из 100 пришедших обогащаются 10 человек, а 90 разоряются, с помощью «народного телефона» об этом всем станет известно. Соответственно, рано или поздно на рынке останутся только те, кто готов ходить в казино и проигрывать деньги. И наоборот: если 90 обогатятся, а 10 прогорят, то на фондовый рынок выстроится очередь.
«П.»: А как же специальные знания, без которых невозможно заработать деньги на фондовом рынке?
К.К.: Если вам это будет выгодно, вы изучите все за неделю. Весь вопрос в том, какую «цену» придется заплатить.

НАТАЛЬЯ РОМАНОВА

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK