Наверх
14 октября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2006 года: "Кремлевский переполох"

Денек для посещения Президентского полка корреспондентам «Профиля» выделили самый что ни на есть подходящий: мало того, что оставалось всего три дня до празднования 70-летия полка и срочно заканчивался ремонт казармы, так еще проходили плановые «помывочные» мероприятия. В общем — полный аврал!   Мы с фотографом мгновенно потерялись среди десятков здоровенных бойцов, снующих туда-сюда по узкому коридору кремлевского Арсенала — казармы самой знаменитой, первой роты бывшего Кремлевского, а ныне Президентского полка. Кто-то тащил вешалку с гусарской формой, кто-то волок гладильные доски, все куда-то стремительно передвигались. Совершенно чужеродными, но довольными выглядели две женщины-вольнонаемные с кистями и краской — еще бы, попасть в такой заповедник подобранных по параметрам «идеального мужчины» да к тому же не обремененных психологическими проблемами парней можно только мечтать. Правда, невозможно было представить их с застывшими лицами и в парадной форме в такой суматохе, но это даже к лучшему. Интересно было посмотреть на один из символов России, так сказать, изнутри.

   А наш сопровождающий, отвечающий за связи с общественностью майор Александр Мороз, и не против. Открывает каждую дверь и разрешает заглядывать в каждый шкаф: «Смотрите, тут государственной тайны нет. А где есть — я вам все равно не скажу!»

   Ощущение «Сибирского цирюльника» подогревается историческими интерьерами: формой окон, высокими потолками, лепниной. В некоторых помещениях, например в канцелярии и комнате быта, сверкает свеженачищенный паркет. Спальни выглядят аскетичными: белые стены, железные кровати, тумбочки и огромное зеркало, обрамленное темным деревом.

   Но вот что особенно поразило мою женскую душу, так это подушки, сложенные в форме куба. По словам майора, эта традиция неизвестно когда появилась и неизвестно что означает. По нашей просьбе боец демонстрирует процесс превращения подушки в куб: сначала трясет, потом крутит ее за два уголка, кладет, каким-то непостижимым образом подворачивает верхние углы. Подушка, правда, остается округлой. Но Александр Мороз нас успокаивает: «Потом солдаты-ровняльщики, которые в этот день отвечают за порядок в спальне, берут две доски и ровняют подушки по форме куба». К слову, вечером дома я попыталась повторить этот процесс, но сдалась, не дойдя до досок.

   Несколько комнат занимают шкафы с амуницией. Один из бойцов демонстрирует нам четыре комплекта одежды. Любовно оглаживает мундир Преображенского полка образца 1812 года с отличительными знаками военнослужащих Президентского полка: василькового цвета погоны с золотистыми буквами ПП, нагрудный металлический знак в виде креста из кремлевских настенных зубцов, посередине которых — перекрещенные посольские топорики.

   Меня, правда, особенно поразили сапоги-«стояки», сделанные из двух слоев первоклассной кожи. Если вывернуть все голенище наизнанку, оно приобретает первоначальную форму. Сапоги каждому военнослужащему шьют индивидуально, как и форму. Говорят, только один комплект, например, гусарского обмундирования стоит где-то $2 тыс.

   — Ну,точную стоимость я называть не буду — зачем? — горячится Мороз. — Это меркантильные разговоры, престиж страны не будем мерить деньгами. А вот, например, в Англии такая обходится раз в семь дороже.

   Вблизи она, конечно, на женский взгляд выглядит как-то… ну, не очень. Издалека — да, красотища! Правда, сомневаюсь, чтобы маршировать в ней было удобно.

   — Из всех комплектов эта — самая красивая, но все-таки неудобная, — подтверждает мои опасения солдатик. — Тесная. Ни тебе повернуться, ни поднять чего-нибудь.

   Другие комнаты — опять бесконечные огромные шкафы и стеллажи с формой и ботинками. Открываем следующую дверь и входим в комнату, размерами напоминающую лекционный зал вуза, правда, битком набитый бойцами. Вместо лектора — телевизор с каким-то историческим фильмом.

   — Комната для занятий, — поясняет майор. — Приходится заниматься их образованием. А то бывает, что не знают, когда Великая Отечественная война началась. Так что на общественно-государственной подготовке штудируют историю России, Кремля, политическую карту мира, изучаем Устав. Теперь пойдемте в бытовую комнату.

Научите даму маршировать!
   Бытовка оказалась пуста: гладильные доски вынесли, чтобы натереть паркет. Поэтому это местечко подошло как нельзя лучше для того, чтобы, к примеру, вблизи полюбоваться на упражнение бойца со срочно доставленным карабином — здорово! А заодно попросить майора о заветном.

   Наверное, в детстве каждый из нас пытался задрать ногу повыше, копируя кремлевских часовых. Оказалось, процесс обучения фирменной кремлевской походке весьма тяжел, а для некоторых и вовсе недоступен.

   — Вас обучить этому нет никакой возможности, — мягко утешал меня майор Мороз. — У вас, извините, как у женщины, центр тяжести находится в другом месте. М-м-м… сзади. А это не позволяет ставить ногу так, как положено. У мужчин — в другом. Не скажу в каком, догадайтесь. А вообще, должно быть так: от вытянутого носка до земли — 20 см, движение прямой в колене ноги идет от бедра («Боец — продемонстрируй!»). При этом и правая, и левая подошва у бойца должны опускаться на одну линию («Опусти на линию!»). Нужно еще и корпус держать: плечи развернуть, живот подобрать, подбородок поднять.

   Кстати, здесь утверждают, что у кремлевского караула самый сложный шаг. Вот у американцев строевого шага вообще нет, один походный.

   Я попыталась было выпрямиться и поднять ногу на нужную высоту, но предательский центр тяжести потянул меня назад и от падения удержал только стоящий сзади здоровяк. А новобранцев, чтобы добиться «правильной постановки ноги», муштруют на плацу по четыре-шесть часов в день, сначала индивидуально, потом попарно.

   Кстати, о парах. Особенной удачей для первой роты считается, когда туда попадают близнецы. Потому что бойцов, стоящих, скажем, у Вечного огня, подбирают так, чтобы они были похожи друг на друга, как близнецы-братья. А тут — готовый вариант. Правда, для этого надо, чтобы они оба подошли по всем параметрам, и не только внешним, а это — редкость. Если где-нибудь в глубинке обнаруживаются близнецы призывного возраста, их сразу же начинают тестировать и проверять для Кремлевского полка.

   Я специально потом пригляделась к двум солдатам у Вечного огня. Действительно, похожи. Застыли, как неживые. Понятно неуемное желание детишек, пришедших на экскурсию, «оживить» караул. Старались они вовсю: и рожицы строили, и как обезьянки подпрыгивали, один даже анекдоты стал рассказывать. Караул не реагировал.

   — Специальных методик, как научить солдата час ни на что не реагировать, нет, — поясняет майор Мороз. — Разговариваешь, как психолог: дескать, на тебя весь мир смотрит, должен терпеть.

   — А если что-нибудь зачешется, например? Или еще какая-нибудь нештатная ситуация?

   — Тогда боец постучит слегка карабином у ноги, к нему подойдет из специального помещения солдат из караульного резерва. И решит проблему. К тому же немного сбоку от часового находится «тревожная кнопка». Нажал ногой — помощь подоспела.

   Здесь рассказывают такую историю: однажды пьяный гражданин нарушил территорию охраняемого объекта и пошел на караульного в атаку. Боец после предупредительной команды проколол нападавшему штыком плечо. Говорят, гражданину дали 3 года тюрьмы, а часовому — 10 дней отпуска.

   — Летом, например, часовые стоят на жаре. Из-под фуражки льется пот, лоб чешется. В принципе, никто не запрещает ему эту фуражку снять и лоб утереть. Ну нет такого запрета. А часовой будет стоять. Потому что для него пошевелиться — это, извините за сленг, западло, — комментирует Мороз.

   Тем более что есть стимул: лучшие заступают на пост, например, в День Победы, и тогда родственники могут увидеть их по телевизору.

Дорога в Кремль
   Путь призывника в Президентский полк — длинный и нелегкий. Сначала юношу, соответствующего нескольким параметрам, берут на заметку в военкомате. А параметры такие: рост — не менее 175 см, внешность славянского типа (кстати, это является негласным требованием). Отменное здоровье (прыщи на лице — уже минус), на теле не должно быть шрамов и татуировок. Никаких приводов в милицию и тем более судимостей, нервно-психологическая устойчивость (определяется системой тестов), отсутствие вредных привычек, хорошая физическая подготовка. Помимо этого у призывника должно быть среднее образование. С высшим образованием не берут, потому что эти призывники служат один год, окончивших 9 классов — тоже. Особые требования к семье: она должна быть полная и благополучная. Среди родственников не должно быть судимых, алкоголиков, психически больных людей.

   Потом из Кремлевского полка «на места» выезжают офицеры, которые отсматривают «контингент» вместе с сотрудниками ФСБ и психологами. Тогда и идет отсев претендентов: бывает, что из 100 человек остается всего 20. По словам Александра Мороза, неудачники от расстройства могут и заплакать, как мальчишки: для многих служить в Кремле — заветная мечта. А бывает и наоборот — какого-нибудь наиболее подходящего парня откуда-нибудь из глубинки приходится уговаривать, фильмы показывать о полке, перспективы рисовать.

   А перспективы очень даже неплохие. У полка договорные отношения с МГУ и МГИМО о приоритетном зачислении «кремлевских» абитуриентов на бюджетные места. Кроме того, многие спят и видят себя и дальше в структуре ФСО — это престижно. И наконец, как смущенно признался один боец, можно жениться на москвичке и переехать в столицу. А что, разве не аргумент?

   Большинство служащих в полку — сибиряки, у которых, как оказалось, наиболее выдающиеся морально-психологические качества. После подготовки в учебном центре в подмосковной Купавне лучшие из лучших попадут в роту специального караула, печатать шаг по брусчатке Красной площади.

   Помимо этого основного занятия они, правда, все равно будут время от времени выезжать на стрельбы на купавнинский полигон, чистить на кухне картошку, получать обычное денежное содержание. Из привилегий — караульным положен кофейный напиток и всем — дополнительно 50 грамм сливочного масла.

   Распорядок дня обычный. Подъем в 6.30, пробежка в Тайнинском саду, завтрак, уход за оружием, занятия и т.д. В общем, как у всех, только строевой побольше. За духовное отвечают батальонные батюшки и штатные психологи. Из минусов — запрет на мобильные телефоны и Интернет.

   …У подножия Никольской башни мы прощаемся с Морозом. Вокруг безлюдно, так как с самого утра выставлено ограждение из железных заборов и сотрудников милиции — идет подготовка ко Дню Победы. Вдруг через милицейский кордон уверенно прорывается энергичная девица, шагает прямо к нам и обращается к майору: «Мужчина, а где здесь Кремлевский полк?» Майор в полном изумлении: «А вам зачем?»

   — Да брат у меня там. Хочу узнать, его в увольнительную сегодня выпустят или как? Пойду спрошу. — И она скрывается в недрах башни.

   — Как же,брат у нее там, — смеется Мороз. — Да наши парни у москвичек просто нарасхват!

   Почему же мы все строем не ходим?

   Говорят, строевым шагом ходят в немногих армиях мира — в германской, нашей и чилийской, построенной по прусскому образцу. И не потому, что не хотят,а потому, что вредно для здоровья. Наоборот,полезно,утверждает доктор медицинских наук, профессор кафедры общей хирургии медицинского факультета Российского университета дружбы народов Сергей Чибисов.

   — Строевой шаг и вообще строевая подготовка и строевые приемы сказываются на здоровье молодого мужчины только положительно. Во-первых, они учат человека держать осанку и разгружать тем самым позвоночник, во-вторых, развивают координацию движений и как следствие — вестибулярный аппарат, ну и в-третьих, поднимают боевой дух солдата, обучают его слаженным действиям в коллективе и дают чувство плеча боевого товарища.

   Кремлевский полк нередко называют «балетным»,и в этом есть некоторая доля истины. С чисто медицинской точки зрения строевые занятия по уставу современной российской армии можно приравнять к занятиям неспортивными танцами, где физические нагрузки невелики, а от человека требуются осанка, чувство ритма и координация движений.

   Конечно, у солдат возникают проблемы с ногами, можно даже сказать, что ноги — самое больное место нашей армии. Но все это происходит из-за неумения солдат следить за собой, из-за невнимательности командиров, в общем, из-за обычного русского наплевательства.

   Вот пример: не умеет солдат наматывать портянки. Прошелся раз по плацу, прошелся другой. Набил серьезные мозоли. Вместо того, чтобы начать их лечить, махнул на них рукой. Воспаление продолжается, солдат не может ходить, не хромая. Командир отделения или замкомвзвода, видя такую ситуацию, не отправляет солдата в лазарет, а наказывает его. Такой сценарий — не редкость для сегодняшней армии, но вот чтобы здоровье солдата подорвали строевые занятия — это нонсенс.

Президентская гвардия
Президентский (Кремлевский) полк решает специфические боевые задачи по обеспечению безопасности первых лиц государства и сохранности кремлевских ценностей. Полк входит в состав Федеральной службы охраны и подчиняется непосредственно президенту Российской Федерации — Верховному главнокомандующему.
Датой рождения полка считается 8 апреля 1936 года, когда приказом №122 по гарнизону Московского Кремля Батальон особого назначения был реорганизован в Полк специального назначения. День
части отмечается 7 мая. Ежегодно в этот день происходит представление Президентского полка президенту России.
После переезда советского правительства из Петрограда в Москву в 1918 году службу по охране Кремля несли латышские стрелки, которые подчинялись коменданту Кремля. В сентябре 1918-го на смену латышским стрелкам, отправленным на фронт, из Лефортово в Кремль были передислоцированы пулеметные курсы. В январе 1919 года их переименовали в Первые московские пулеметные курсы по подготовке командного состава РККА. Таким образом в Кремле была создана школа красных командиров (позднее — школа ВЦИКа).
Их принято было называть кремлевскими курсантами. На кремлевских курсантов были возложены задачи охраны и обороны Кремля, обеспечения безопасности руководителей государства и правительства, участия в охранных мероприятиях во время встреч руководителей государства и правительства с представителями зарубежных стран, осуществления пропускного режима и поддержания порядка на территории Кремля.
Основные силы полка располагаются в Кремле: первая рота, участвующая в протокольных церемониях, автомобильная и пожарная роты, техника. Также в структуру полка входит и мотострелковый батальон, созданный в 1994 году и расположенный в ближайшем Подмосковье. На вооружении двух рот стоит несколько боевых колесно-плавающих машин (БТР-80) с пуленепробиваемой резиной. Здесь же располагается взвод химзащиты. В процессе формирования находится рота спецназа, главная задача которого заключается в подавлении массовых беспорядков на территории Кремля и других объектах
госохраны.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK