Наверх
12 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2010 года: "Лучше не трогать!"

Экс-глава ФСФР Олег Вьюгин назвал шуткой минфиновский проект создания мегарегулятора финансовых рынков.   Российские власти вернулись к идее мегарегулятора финансовых рынков. На прошлой неделе появился подготовленный Минфином проект указа, согласно которому функции ФСФР по регулированию российского фондового рынка перейдут новой структуре — Федеральной финансовой службе. Предполагается, что ФФС возьмет на себя и регулирование страхового рынка. А Минфин будет выполнять функции ФСФР по принятию нормативных актов в сфере финансовых рынков. Прокомментировать инициативу журнал «Профиль» попросил Олега Вьюгина, который еще в 2004 году, будучи главой ФСФР, первым выдвинул идею объединения контроля и регулирования различных сегментов финансового сектора. Тогда идея не нашла поддержки у высшего руководства страны, и спустя некоторое время Вьюгин покинул свой пост, перейдя в частный банк.
   
   — Олег Вячеславович, как вы относитесь к минфиновскому проекту?
   — Расцениваю это как шутку. Считаю, что это шаг назад, потому что в результате регулировать финансовый рынок будет Минфин. Я очень уважаю это ведомство, но оно занимается публичными финансами, бюджетом. Все остальные задачи для него вторичны. То есть фондовым рынком будет заниматься не министр финансов, а его заместитель. Получается, что это шаг назад в регулировании. Даже когда Анатолий Чубайс возглавлял Федеральную комиссию по ценным бумагам и фондовому рынку (Чубайс стал руководителем ФКЦБ в 1994 году. — «Профиль»), такого, чтобы Минфин вмешивался в ее дела, не было.
   — Думаете ли вы, что власти вернулись к идее мегарегулятора в связи с планами по превращению Москвы в международный финансовый центр?
   — Вряд ли эти вещи как-то связаны. Скорее всего, про-ект указа в нынешнем виде родился из-за разногласий, которые имеются между Минфином и ФСФР. ФСФР как ведомство по административному ресурсу и статусу в системе органов государственной власти слабее, чем Минфин и МЭР. И оно вынуждено ходить за согласованиями законопроектов и правительственных нормативных актов именно туда, где не встречает поддержки. Министрам эта тематика непонятна.
   — Если вы не поддерживаете вариант создания мегарегулятора, предложенный Минфином, то в каком виде вы бы его приняли?
   — Можно создать специальный орган, который будет объединять регулирование и надзор за фондовым и страховым рынком, я не вижу большого противоречия между регулированием двух этих деятельностей, а регулирование и надзор за банками пока оставить Центробанку. Это может быть модель ФСФР с расширенными полномочиями, при этом служба перестала бы зависеть от ведомств, которые имеют весьма косвенное отношение к регулированию финансового рынка. Или можно создать специальное подразделение на базе Банка России — это казахстанский путь, где ведомство по регулированию фондового рынка было выделено из состава ЦБ после того, как рынок достаточно окреп.
   — А есть другие варианты?
   — В мире вообще нет единой модели регулирования финансовых рынков. Каждая страна выбирает свой путь. Есть довольно много сторонников идеи мегарегулятора — обычно это орган с широкими полномочия-ми, подотчетный, но не подчиненный Минфину. Министерство финансов только делает оценку его эффективности и направляет предложения президенту. Есть страны, у которых надзор за банками и фондовым рынком относится к ведению Центрального банка, а надзор за страховщиками осуществляет отдельная структура. В Великобритании действует мегарегулятор, то есть единый орган, который занимается различными сегментами рынка. Существуют страны с более запутанной схемой. Например, во Франции есть финансовая служба, которая занимается надзором, участвует в лицензировании и лишь частично принимает участие в регулировании. В США, например, банки — объект регулирования со стороны ФРС и банковских комиссий штатов, но есть широкие полномочия и у Федеральной корпорации по страхованию вкладов (Federal Deposit Insurance Corporation; FDIC). Полномочия эти действительно широкие, не как у нашего Агентства по страхованию вкладов (АСВ). Кроме того, в США есть специальный орган, который регулирует рынок деривативов. Из-за наложения полномочий используется принцип ведущего регулятора, через который проходят все предложения других институтов регулирования.
   — Вы предложили идею создать мегарегулятор еще в 2004 году. Что тогда помешало воплотить ее?
   — Работа по созданию такого органа не только бюрократическая, но и политическая, она требует понимания со стороны руководства правительства и политической воли. Тогда этого, конечно, не было. Причина во многом в относительной слабости и неразвитости финансового сектора в нашей стране. Если бы в России существовали крупные накопительные институты — пенсионные системы, фонды страхования жизни, совместные фонды, — тогда мы бы оказались ближе к реальным шагам.
   Но накопительная система до сих пор не получила развития, на пенсионную реформу правительство так и не решилось. Не развито и страхование жизни. Также не предпринимаются столь необходимые шаги по формированию институциональных инвесторов. Мы как будто бы застряли в начале 2000-х. В такой ситуации лучше не трогать ФСФР — будет только хуже.
   — Что же тогда нужно сделать в ближайшее время, в каком направлении двигаться регулированию и надзору?
   — Из конкретных шагов хорошо было бы усилить ядро ФСФР специалистами, которые реально могут заниматься эффективной законотворческой деятельностью. Их сейчас мало на рынке, всего несколько человек, двое-трое в ФСФР, но они делают действительно важную и нужную работу.
   — А если говорить о конкретных законах — какие из них необходимы в первую очередь для развития финансовых рынков?
   — Необходимо принять целую группу документов, связанных с развитием инфраструктуры фондового рынка. Это, например, закон «О клиринге и клиринговой деятельности» (он определяет понятия института взаиморасчетов участников биржевых торгов, описывает порядок работы и функции центрального контрагента на биржах. — «Профиль»). Причем принять его надо в полном виде, а не в усеченном, как предлагается сейчас, в том числе вернуть в закон положения о ликвидационном неттинге (неттинг — взаимозачет требований и обязательств. — «Профиль»).
   Нужно также принять законодательный акт, который позволил бы осуществлять центральный учет ценных бумаг, — закон «О Центральном депозитарии». Кроме того, нужно создать полноценный механизм для привлечения зарубежных инвесторов в Россию. И, как я уже говорил, необходимо стимулировать развитие накопительных пенсионных систем и страхования жизни.
   — Если все-таки предположить, что вариант Минфина пройдет, то чего ждать участникам рынка? Более жесткого или более мягкого надзора? Помнится, когда у ФСФР и Минфина были споры по регулированию, Минфин занимал часто более либеральную позицию, чем служба… Так, к примеру, было в вопросе о возможности НПФ переоценивать свои активы по рыночной стоимости, снизившейся в результате кризиса: ФСФР была против, а Минфин — за.
   — Надо осторожно обращаться со словами, которые вы только что произнесли. Ни один надзор не может быть эффективным, если он закрывает глаза на нарушение законных интересов инвесторов со стороны институтов финансового рынка. Если же говорить о стимулировании развития рынка, а сегодня это необходимо прежде всего для привлечения институциональных инвесторов со всего мира, то я за либеральный подход.
   — Как вы считаете, кто бы мог возглавить новый орган, созданный, например, на базе ФСФР и Росстрахнадзора?
   — Не хочу никого называть конкретно, у нас много достойных людей.
   — А вам было бы интересно заниматься этой деятельностью?
   — Без комментариев.
   

   КТО ЕСТЬ КТО
   Олег ВЬЮГИН
   родился в 1952 году в Уфе. Окончил механико-математический факультет МГУ. В 80-90-х годах работал во ВНИИ по изучению спроса населения на товары народного потребления, затем — ведущим сотрудником Института народнохозяйственного прогнозирования Академии наук. В 1993 году назначен начальником департамента макроэкономической политики Минфина, затем — первым замминистра финансов. В 1999 году стал исполнительным вице-президентом ИК «Тройка Диалог», в 2002-м — первым зампредом Центробанка, в 2004 году — руководителем ФСФР. С 2007-го — председатель совета директоров МДМ-Банка.
Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK