Наверх
14 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2008 года: "О карточных играх в нашей жизни"

Карточные игры как контекст вскрытия пороков человека давно привлекают внимание драматургов и режиссеров. Но игра в карты позволяет вызнать про человека не только порочное, но и больное. И больного больше, чем порочного. И эта болезнь не идентифицируется вне игры: человек как человек, правда иногда любит носить темные очки, даже когда солнца нет. Но мало ли что, может, слизистая воспалилась от чрезмерной работы за компьютером?

Что происходит с человеком, зараженным вирусом карточной игры? Почему дрожат руки? Почему он настойчиво, сметая все преграды, рвется к игровому столу? Почему, взяв в руки карты, сразу успокаивается и, пока не проиграл сильно, выглядит уверенно и даже шикарно, как любой человек ? 


Почему человек может стать больным или вообще даже потерять человеческий облик от игры? Ведь игра — не алкоголь, не никотин, не наркотик, то есть не материально-вещественная субстанция, поступающая в организм и воздействующая на органы внутри нас физиологически, биохимически, физически.


У меня был университетский приятель, доцент, сильно поднявшийся в начале 90-х материально. Санек не вылезал из американских университетов, делал какой-то совместный бизнес, быстро заработал миллион. Всегда загорелый, поджарый, с красивой сединой, вальяжный под тяжестью толстого бумажника, любитель и любимец женщин.


А недавно случайно встретились. Он начал суетливо предлагать вложиться в строительство нового дома в центре Москвы — у него, мол, все схвачено, срочно нужны деньги для старта, проект сулит тысячепроцентную прибыль. Я удивился, почему такое счастье предложено мне, человеку случайному в его жизни вообще, да еще и при абсолютно случайной встрече в частности. Санек посмотрел на меня хитрыми глазами и ответил, что всегда ко мне хорошо относился, с доверием. А в таком деле доверие — наиглавнейшая вещь, ведь правда? — Правда, — согласился я и пообещал подумать. — Только быстрее, — поторопил он меня, — я тебе вечером перезвоню за ответом? — Звони, — согласился я.


А сам позвонил в университет общим знакомым, чтобы навести справки про моего благодетеля. Попал сразу на декана, который при упоминании имени моего приятеля выругался коротко и жестко. Оказалось, что Санек, будучи его замом по школе бизнеса, похитил крупную сумму денег и скрылся. Когда нашли, выяснилось, что это декану похищенная сумма казалась крупной, а Санек наделал многомиллионных карточных долгов, кинув по пути несколько финансовых структур. Его хотели убить, он продал все квартиры, включая квартиру бывшей жены и единственного сына, драгоценности, машины. Вроде отбился, а может, просто получил отсрочку:


Оказалось, что Санек — карточный игрок. В советское время все лето сидел на третьем пляже в Серебряном Бору и играл в карты. Когда появились казино и шальные деньги, он пропал. Не пил, не курил, девочками не интересовался — играл.


А я не играл. Разве что в детстве, с родителями, в подкидного дурака. А потом, уже студентом, приехал к бабушке на каникулы, а она сказала: . И умерла. С чего она сказала эти слова, до сих пор не могу понять. Мистика. Но ее смерть потрясла меня. Как будто она ждала моего приезда, чтобы сказать самое для меня главное:


Так и не играю. Теперь уже со всей семьей. Были недавно в Лас-Вегасе, провели там неделю, летали на вертолете в Гран-Каньон, путешествовали по Долине Смерти, ездили на Забриски-Пойнт по следам Антониони, а никто из нас не сделал ни одной ставки, не кинул ни одного квотера в машинный слот. Не интересно. Хотя денег на всякую чушь можем потратить много.


В середине 90-х в Москве в дни выдачи очередного транша МВФ в казино случался аншлаг. Крупье первыми узнавали об итогах очередного визита в столицу директора валютного фонда Мишеля Камдессю. Какая связь между этими событиями? Бог его знает. Но несомненно, она существовала и проявлялась в миллионных ставках и дыме столбом московских кутежей. Потом после дефолта многие из тех веселых игроков почти сошли с ума от невозможности предаваться порочному азарту. Адекватной замены в обычной трудовой жизни они не находили. Скучно:


Так что игроки ХХI века — реальность, и притом наинтереснейшая. Мне хочется смотреть фильмы и спектакли на эту тему, хочется узнать что-то новое про человека, чего я пока не знаю. И хотя кажется, что после Пушкина, Гоголя и Достоевского ничего нового в знании о человеке быть не может, а все равно хочется. Потому что страсти, порождаемые игрой в карты, притягательны для наблюдателя, скорее, не силой и глубиной — они-то как раз неизменны, — а формами проявления в соответствии с реалиями нашей эпохи.


А вообще, скорее всего, игра в карты ничуть не глупей ни игры в политику, ни игры в любовь. Что доступнее для наблюдения и показательнее. Игра, замещающая жизнь, становящаяся ее смыслом, наверное, форма психического отклонения. И возможно, в этом случае должна становиться объектом исследования не художников, а медиков.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK