Наверх
14 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2005 года: "Одни просят денег, другие — работы"

В еврейской общине Берлина идет борьба за лидерство между иммигрантами и старожилами. В ход идут сомнительные финансовые операции и взаимные обвинения.   СТОЛИЦА

   Когда Юлиус Шепс, историк и потомок великого просветителя Мозеса Мендельсона, начинает говорить о своей общине, на его лоб набегают глубокие морщины. «Зависть и жажда власти, — возмущается Шепс, — парализовали ее руководство».

   В крупнейшей еврейской общине Германии друг другу противостоят две фракции, между которыми лежит целая культурная и социальная пропасть. На одной стороне — иммигранты из стран бывшего Советского Союза (они составляют большинство в еврейской общине Берлина — 8400 из 11 200 человек), и им в настоящее время принадлежит власть, на другой — коренные берлинцы, которых homo soveticus загнали в угол.

   Распри достигли кульминации, когда сотрудники прокуратуры и уголовной полиции, занимающиеся расследованием дела о махинациях с размещением заказов и злоупотреблении должностными полномочиями, произвели обыск здания общины, а также ряда квартир в Берлине. В результате председатель общины Альберт Майер ушел в отставку.

   Как и во многих мирских сообществах, принявших иммигрантов из стран бывшего Советского Союза, здесь тоже идет борьба за власть и сферы влияния. В отличие от уличной молодежи, свои конфликты представители еврейской общины решают не кулаками, а словами — однако в не менее жесткой форме. Майер, например, все последнее время обвинял соперников в том, что они прибегают к «дискредитации в сталинском духе».

   Хотя все должно было быть иначе. В ноябре 2003 года, накануне последних выборов в парламент общины, группы иммигрантов и коренных берлинцев объединились в блок Kadima («Вперед») и получили 20 мест из 21. Они единодушно решили провести санацию бюджета, дефицит которого при общем объеме в 25 млн. евро составил в предыдущем году 2,3 млн.

   Однако затем началась неожиданная борьба за власть между Майером и его заместителем, Аркадием Шнайдерманом, уроженцем Минска. Причинами конфликтов были постоянные ошибки членов правления: то незаконно выдали кому-то ссуду из общей кассы, то оплатили какому-то члену общины аренду офиса и телефонные счета… Подобное небрежное обращение с финансами поощряется щедрыми государственными дотациями. Почти 85% годового бюджета составляют средства, выделяемые Берлином.

   А расходов очень много, в том числе и из-за необходимости оказывать помощь иммигрантам и трудоустраивать их. С 1989 года почти 200 тыс. евреев эмигрировали в Германию из стран бывшего Советского Союза, и у большинства из них нет никаких шансов найти работу из-за плохого знания немецкого языка. Их трудоустройством озаботилась община. В результате с начала 1990-х годов число служащих, занимающихся этим вопросом, возросло со 100 до более 400 человек. Бывший финансовый директор Дан Мозес, уходя в отставку, объяснил свое решение тем, что работу чрезвычайно затрудняют непрерывно поступающие от представителей руководства общины просьбы «помочь деньгами, выделить персональный бюджет, подыскать работу для себя или друзей и родственников».

   Борьба в рядах берлинской общины является в каком-то смысле еще и классовой. По словам Майера, в то время как многие иммигранты живут на социальные пособия, другие ездят на двух машинах — «феррари» и «ягуаре». Точно так же, как в 20-х годах прошлого века ассимилированные состоятельные берлинцы иудейского вероисповедания недолюбливали бедных «восточных евреев», сегодня многие коренные жители Германии обвиняют новичков из общины в том, что они не понимают демократических принципов Запада и не признают европейского правопорядка.

   Некоторые восточно-германские общины по вине иммигрантов и правда попали под прицел полиции. Так, в Галле за отмывание денег и растрату был осужден переселенец из Израиля Эли Гампель. Одну даму родом из Ленинграда подозревают в бухгалтерских махинациях с целью получения более значительных субсидий для еврейской общины Бранденбурга. А в Берлине прокуратура возбудила дело против Александра Лихта, который недавно был избран в правление и назначен финансовым директором общины, по обвинению в отмывании денег, заработанных продажей на Украину автомобилей и офисного оборудования. Майера и Мозеса прокуратура подозревает в махинациях с размещением некоторых заказов. Они якобы отдали предпочтение фирме «Дуссман», поскольку израильский банк, представителем которого является Мозес, арендует помещение у этой компании. Мозес называет обвинения «полной чушью».

   К каким бы средствам борьбы ни прибегали противники, они стараются не выносить сор из избы из опасения усилить неприязнь к евреям. Однако вне общины интерес к выяснению всех обстоятельств их деятельности, скорее, невелик. На родине холокоста, где пока не может быть непринужденных отношений между евреями и неевреями, утвердилась так называемая положительная дискриминация. Как-то один управляющий попросил чиновника, занимающегося делами общины, проверить правильность расходования средств, получаемых от налогоплательщиков. Тот ответил только: «Я не настолько глуп, чтобы выставить себя антисемитом».

   Сейчас вывести общину из кризиса и примирить враждующие лагеря должен новичок, Гидеон Йоффе. Он — доктор экономических наук, родился в Израиле, вырос в Берлине. Но самое главное, его никто ни в чем не подозревает. Михаэль Зонтхаймер

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK