Наверх
15 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2000 года: "Открытие Америкой"

Американцы пытаются разобраться во Владимире Путине, отслеживая его связи. Например, за океаном очень интересуются: кто ближе к и.о. президента — Анатолий Чубайс или Борис Березовский?Выборы — они и в Америке выборы

«С этим человеком можно иметь дело»,— на прошлой неделе президент США Билл Клинтон, выступая в режиме on-line в Интернете и одновременно в прямом эфире CNN, повторил эти слова, сказанные в середине 80-х о Михаиле Горбачеве тогдашним премьером Великобритании Маргарет Тэтчер. Правда, на сей раз они относились к и.о. президента РФ Владимиру Путину. И прозвучали как благословение: Вашингтон будет приветствовать победу Путина на президентских выборах в России.
Отвечая на вопросы пользователей Интернета, Клинтон восторгался умом, убежденностью, прагматизмом и сильным характером Путина, эффективностью путинского стиля руководства. А десятью днями раньше о нем так же лестно, хоть и чуть менее восторженно, отозвалась госсекретарь США Мадлен Олбрайт — после того как вместо положенных по программе сорока минут проговорила с Путиным в Кремле целых три часа.
Когда первые лица государства так страстно и, главное, синхронно кем-то восхищаются, можно быть уверенным: это не столько реальная оценка, сколько продуманная политическая линия. Просто в Вашингтоне пришли к выводу, что победа Путина на президентских выборах практически неизбежна (этот прогноз, в частности, недавно озвучил директор ЦРУ Джордж Тенет, выступивший с отчетом перед сенатским комитетом по разведке). А раз так, администрации США не остается ничего другого как убедить американцев, что Россия в надежных руках и что под руководством Путина она не только не будет угрозой для США, а напротив, станет более стабильной и предсказуемой.
Другого выхода у демократов в Белом доме действительно нет: даже легкий намек на то, что перспективы России после прихода к власти Путина неясны, сыграет на руку соперникам-республиканцам. Те уже давно говорят, что вся политика по отношению к России после 1992 года, когда на президентских выборах впервые победил Билл Клинтон,— одна сплошная ошибка. И если им подпевать, то шансы на победу кандидата от Демократической партии на выборах президента США в ноябре этого года будут едва ли не сведены к нулю.
Птица о четырех крыльях

Искренен был Клинтон в своей оценке Владимира Путина или это действительно чистая политика — все равно. Если учесть, что отношения послеельцинской России с Западом пребывают в наглядном упадке, то минувшая неделя смотрится прямо-таки небывалым внешнеполитическим прорывом путинской Москвы.
Во всяком случае, уже после клинтоновского реверанса «гюльчатай» по-настоящему открыла личико, встретившись в Кремле с генсеком НАТО Джорджем Робертсоном, против визита которого в Москву категорически выступали российские военные, дальше Чечни, похоже, уже ничего не видящие. Напротив, западный истеблишмент после подписания соглашения по долгам РФ Лондонскому клубу (на очень выгодных для западных инвесторов условиях) сменил гнев на милость, что во многом обусловило и высказывание Клинтона, и приезд лорда Робертсона.
Ответный шаг Кремля, похоже, не заставит себя долго ждать: по сведениям собеседника «Профиля» в МИДе, министр иностранных дел Игорь Иванов в кулуарах дал понять, что Москва не прочь даже разрешить иностранным наблюдателям проехаться по Чечне, потому как фильтрационных-концентрационных лагерей, которыми ужасаются на Западе, там нет — пусть, мол, посмотрят.
Вполне возможно, что все это первый шаг в реальной, а не декларативно-великодержавной международной программе Владимира Путина. Тем более что во власть светскую уволившийся из КГБ Путин пришел с появлением самых что ни есть демократов, с ходу сделавшись высоким чиновником в северной столице при Анатолии Собчаке.
Кстати, любовь к Северной Пальмире, откуда нынешний и.о. президента по большей части черпает кадры, сильно раздражает президентскую администрацию. Как утверждают старожилы Старой площади, чуть ли не каждый день в коридорах администрации появляются по-питерски бледные люди в шерстяных свитерах; глядишь — кое-кто из них вскоре занимает тот или иной кабинет. Говорят, что почти все они — бывшие военные и гэбэшники.
Те, кто привык к наличию около Кремля двух известных группировок — Березовского и Чубайса,— с опаской говорят о третьей, а то и четвертой силе.
По мнению председателя думского комитета по налогам Александра Шохина, представительство силовых структур в Кремле в самом деле достаточно широкое, включая самого и.о. президента,— это, как раньше говорили, один из резервов на кадровое выдвижение. Если так, то не исключено, что кто-то из привычных глазу фигур с околокремлевской верхотуры в предстоящей президентской гонке будет сброшен по причине тесноты.
Пока же расклад сил, по утверждению собеседника на Старой площади, таков: «Став думским депутатом, Борис Березовский старается до президентских выборов не только сохранить, но и приумножить свои богатства. Наметился альянс между ним и группой «Альфа». Альянс этот поддерживают замглавы администрации Вячеслав Сурков и помощник главы администрации Вадим Бойко. Самому же Березовскому предстоит серьезная битва за «Аэрофлот», собрание акционеров которого должно состояться уже летом, а потому он старается укрепить ряды своих людей, протащив в совет директоров главу «Внуковских авиалиний» Александра Красненкера и генерального директора «ЛогоВАЗа» Юлия Дубова. Интересно, что кандидатом от государства в совет директоров «Аэрофлота» пока значится первый замминистра Госкомимущества Герман Греф, всегда считавшийся человеком Чубайса, но вряд ли он мог попасть в названный список без согласия Бориса Березовского. Позиции группы Березовский — Абрамович особенно усилились после удачного приобретения у братьев Черных крупного пакета акций алюминиевых заводов.
Переговоры об аналогичной сделке алюминщиков с РАО «ЕЭС России» вел и Анатолий Чубайс, но главный энергетик опоздал. Вообще, в последнее время отношения с Кремлем у Чубайса как-то не складываются. Экстравагантное поведение думской фракции Союза правых сил (мол, а мы еще подумаем, поддерживать ли нам Путина на президентских выборах) вызывает недоумение у кремлевских стратегов — они постоянно напоминают Чубайсу о гарантиях полного повиновения СПС, которые давал Кремлю перед думскими выборами Чубайс».
Оппоненты в правительстве «нагнули» Чубайса и с РАО ЕЭС. Собеседник в Белом доме рассказывает: «Чубайс предложил свой план реорганизации РАО одному из замов министра топлива и энергетики Калюжного. Калюжный, в свою очередь, доложил Путину, что предложенная Чубайсом схема хороша, но не очень, к тому же нет никакого сбора живыми деньгами, что осложняет переговоры с МВФ».
Все что касается РАО ЕЭС Анатолий Чубайс воспринимает очень болезненно, и зная, как он держится за это место, в Думе ему готовят новый сюрприз. Законодатели хотят подготовить и принять закон, по которому позиции западных инвесторов в государственных компаниях будут сильно ослаблены, а тогда и вопрос об увольнении Чубайса можно будет решать уже без особой оглядки на иностранных акционеров.
При этом у Чубайса нормальные отношения с Владимиром Путиным, но он продолжает воевать с главой администрации Александром Волошиным. В свою очередь, Волошин, несмотря на дружбу с Березовским, старается держаться особняком и выстраивает свою игру — интересно, что главная идея Волошина сходна с главной идеей Чубайса в бытность его главой администрации, а именно: сделать все происходящее в стране абсолютно подконтрольным администрации президента. Что, кстати, очень по душе самому Владимиру Путину.
Третья группа влияния — питерцы, например упомянутый Герман Греф и руководитель аппарата правительства Дмитрий Козак. Они относительные рыночники и пытаются удержать Путина в либеральной узде хотя бы в том, что касается рыночных реформ.
Четвертое же крыло — те самые никому не известные и пока абсолютно не публичные люди из органов, преимущественно тоже приезжие из Питера. Старожилы администрации именно их подозревают в организации темной истории с журналистом «Свободы» Андреем Бабицким и опубликовании непопулярного указа о массовом призыве резервистов в армию.
Так или иначе, борьба за то, по какому пути пустить будущего президента, ведется постоянно. Как полагают многие политики, опрошенные «Профилем», может случиться так, что перед вторым туром президентских выборов, если до этого дойдет, группа Березовского постарается подставить и пустить в расход Чубайса — что-нибудь наподобие того, что сам Чубайс устроил на президентских выборах-96 своему тогдашнему врагу Александру Коржакову.
С другой стороны, если схватка между Березовским и Чубайсом затянется, в выигрыше может оказаться третья сила, те же бывшие работники ГБ, у которых есть одно явное преимущество — с бывшим чекистом Путиным они говорят на одном языке.
Но кто бы ни победил, почти наверняка Владимир Путин не оставит непосредственно возле себя места для сильных и ярких фигур, хотя бы на первых порах, чтобы самому не потеряться, а будет манипулировать ими на расстоянии, сверху.
Сопредседатель думской фракции СПС Ирина Хакамада предполагает: «Например, «олигархов» поставят в равные условия, не приближая какую-то из групп. Сам Путин попытается встать над схваткой, но при этом постарается выстроить жесткую вертикаль власти. Премьером станет не знаковая фигура, а функционер — Касьянов или тот же Греф».
Что касается региональных элит, то, по мнению депутата Думы от «Яблока» Алексея Арбатова, с губернаторами Путин предпочтет действовать по принципу «разделяй и властвуй»: «Он будет стремиться их ослабить, потому что эти полуфеодальные княжества — серьезные ограничители для центральной власти. Чтобы их ослабить, есть разные способы: на многих есть компромат, других можно купить политически, третьих можно прижать через субсидии и трансферты, четвертых — ослабить в конфликтах между самими губернаторами. А вообще, мне кажется, что в принципе Путин склонен к авторитарному правлению — и насколько он сможет подчинить себе политические элиты, включая парламент и губернаторов, настолько он и пойдет в этом направлении. Он не фанатик, не революционер, он прагматик — насколько он сможет продвинуться, он продвинется, там где не сможет — остановится и не будет ставить страну на уши и тем более не станет устраивать кровавую баню».
Американская мечта

Что касается взгляда из-за океана, то можно сказать, что оптимизм Вашингтона относительно наступления «эры Путина» не лишен оснований. По крайней мере, ясно, что после победы на выборах новому российскому президенту не придется подпитывать свой авторитет откровенно популистскими антизападными заявлениями и демаршами, как это делал на излете своей карьеры Борис Ельцин. Путина даже гипотетически трудно представить в ситуации, когда он стал бы грозить Америке из Пекина ядерными ракетами или посылать десантников на захват стратегического аэродрома в Приштине, чтобы опередить направляющихся туда натовских солдат (прошлым летом этот марш-бросок российских миротворцев из Боснии в Косово едва не закончился вооруженным конфликтом между Россией и НАТО).
Наоборот, в США надеются, что на посту президента изначально государственно ориентированный Путин, в отличие от своего потерявшегося между Вашингтоном и Пекином предшественника, будет иметь необходимый «идеологический ресурс» для принятия непопулярных, но правильных с точки зрения Вашингтона решений. Ведь даже в качестве и.о. главы государства он не побоялся перед телекамерами заявить на переговорах с Олбрайт: «США — основной партнер России». А уже после того, как прессу удалили из зала, он сказал своей собеседнице что-то настолько обнадеживающее, что впоследствии Олбрайт даже прозрачно намекнула, дескать, Путин готов на уступки по договорам о разоружении.
Для американцев это очень важный и болезненный вопрос. Вашингтон уже практически решил создать национальную систему противоракетной обороны (ПРО). Есть общественное согласие относительно того, что такая система необходима США для защиты от баллистических ракет «стран-изгоев» (так Вашингтон называет, например, Иран или Северную Корею). Готовятся огромные заказы для военной промышленности: на подготовку плана будет выделено $10 млрд., а на развертывание самой системы — $26 млрд. Но вот загвоздка: для осуществления этого плана нужно внести поправки в советско-американский договор по ПРО 1972 года. Москва категорически против этого, и если ее позиция не изменится, то, как дают понять в Вашингтоне, США будут вынуждены в одностороннем порядке выйти из договора. Легко сказать — для американцев это было бы крайне нежелательно, так как подобный шаг не понравится никому в мире.
Ненамного лучше обстоят дела и с новым договором об ограничении стратегических вооружений (СНВ-3). Москва выступает за радикальное сокращение имеющихся на вооружении в России и США ядерных боеголовок — до 1000—1500. Вашингтон к такому сокращению не готов, предлагая сохранить от 2000 до 2500 боеголовок.
Возможно, Путин дал понять Олбрайт, что эти разногласия преодолимы.
Любишь одеваться, люби и с Америкой дружить

И все же оптимизм клинтоновской администрации по поводу Путина в США разделяют далеко не все. Американские аналитики по-прежнему считают его «вещью в себе». И вопрос: «Кто такой Путин?», на который российские гости экономического форума в Давосе (Чубайс, Кириенко, Хакамада) ответили гробовым молчанием, что вызвало смех в зале, все еще остается открытым. Даже шеф ЦРУ в упомянутом отчете сенатскому комитету был вынужден констатировать: «Пока еще далеко не ясно, что он (Путин) станет делать, став президентом». Хотя затем Тенет выразил осторожную надежду на то, что новый российский президент поведет страну «по пути экономического оздоровления и демократической стабильности». Впрочем, многие сенаторы тут же позволили себе в этом усомниться.
Американцы в Москве пытаются разобраться в Путине, отслеживая его связи. Например, за океаном не скрывают свой интерес касательно того, кто ближе к и.о. президента — Чубайс или Березовский. Первого знают как политика западной ориентации, его охотно принимают на Западе и его возможное влияние на Путина может указывать на то, что новый президент будет отдавать предпочтение партнерским отношениям с Западом, в частности с Америкой.
Березовского на Западе подозревают в темных делах, относятся к нему настороженно, если не сказать хуже — значит, если нашептывать на ухо президенту будет он, а не Чубайс, отношения с Москвой окажутся куда как холоднее.
Или еще более существенный вопрос. Которая из финансово-промышленных групп пользуется особым расположением Путина? И дело тут, конечно, не в том, кто из магнатов больше симпатизирует Западу: газовик Вяхирев или, к примеру, оборонщик Клебанов. Просто «олигархам», связанным с топливно-энергетическим комплексом, свойственно стремиться к выходу на новые рынки нефти и газа, к участию в международных проектах транспортировки энергоносителей. Поэтому, исходя из своих корпоративных интересов, энергетики заинтересованы в открытой, демократической России, вписанной в систему мировых экономических связей. Однако на Западе существует опасение, что Путину милее военные и ВПК. А им необходим потенциальный противник и максимальное число стран, которым можно продавать оружие, включая такие, как немилые американцам Сирия или Иран.
Только за прошлый год Вашингтон неоднократно вводил санкции против российских предприятий и организаций, поставлявших оружие или военные технологии странам, которые американцы причисляют к репрессивным режимам, поддерживающим международный терроризм. Десять таких предприятий оказались в черном списке американского госдепа по подозрению в продаже ракетно-ядерных технологий Ирану. Еще три предприятия были наказаны за поставку противотанковых ракетных комплексов в Сирию.
Всякий раз подобные меры вызывали негодование у военных и оборонщиков: мол, США диктуют России, что и кому продавать. Но при Ельцине Москва старались не раздувать вокруг этого большого скандала. Как поведет себя Путин — постарается ли он пресечь торговлю «тонкими» технологиями и оружием с «проблемными» странами ради отношений с США? Сохранит ли прежнюю ситуацию? Или активно встанет на защиту интересов российской оборонки?
Что касается проблем мирового порядка, то США хотели бы, чтобы Москва не вставляла палки в колеса американским инициативам. А такая возможность у России имеется — это право вето, связанное со статусом Москвы как постоянного члена Совета Безопасности ООН. Впрочем, Вашингтон уже нашел противоядие: в последнее время американцы успешно изолируют ООН от многих важных решений — ракетно-бомбовые удары американо-британских ВВС по Ираку в декабре 1998 года и операция НАТО против Югославии весной прошлого года были осуществлены без санкции ООН и вопреки протестам России.
Правда, пока Вашингтон обращается с Москвой достаточно сдержанно и предупредительно. Демократы в Белом доме руководствуются все теми же предвыборными соображениями — они хотят показать, что Россия «не проиграна» и с ней продолжается нормальный диалог. Во многом благодаря усилиям США Россия смогла избежать международной изоляции (или, по крайней мере, коллективной обструкции) во время конфликта на Балканах и болезненных санкций — за войну в Чечне.
Однако после выборов в США, как предрекают аналитики, ситуация изменится радикально. И не важно, кто будет хозяином Белого дома — демократ или республиканец. Любая новая администрация станет действовать по отношению к России гораздо более жестко. Республиканцы — по определению, демократы — потому что предвыборные надобности останутся позади, а Россия Путина в любом случае не будет Россией Ельцина времен романтического атлантизма.
Впрочем, у этой жесткости с обеих сторон есть предел. Запад, успевший расслабиться после окончания «холодной войны», не захочет новой конфронтации с Россией. А России — той просто не до жиру. Тем более что, как утверждают люди знающие, в особой нелюбви к Западу лично Владимир Путин никогда замечен не был, а находясь в коммунистические времена по делам службы в богатой Германии, к хорошему привык быстро и часто появлялся в магазинах вполне буржуазных и дорогих.

ИНЕССА СЛАВУТИНСКАЯ, ФЕДОТ ВАСЬКОВ

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK