Наверх
19 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2011 года: "Первый митинг"

Поколение, выросшее в посткоммунистическую эпоху, вступило в политическую жизнь. Оно хочет честных выборов и перемен.   Впонедельник, 5 декабря, мы с сестрой решили пойти на митинг на Чистых прудах.
   Встретиться договорились на «Тургеневской» в центре зала в семь вечера. Мобильный я попросила ее далеко не убирать: вдруг народ начнут прогонять со станции и придется искать друг друга по телефону? Моей сестре Даше 23 года, она работает дизайнером в молодежном журнале, мне 27, и я шеф-редактор мужского глянца. Это был первый митинг в нашей жизни. Об этом можно было догадаться хотя бы по тому, что Даша пришла протестовать в светлой норковой шубе. Я все-таки поопытнее, мало ли что может случиться на митинге: опрокинут в давке или придется бежать от ОМОНа, — поэтому надела старое серое пальто, которое не жалко пачкать.
   Что заставило меня пойти на митинг? Я искренне верила, что если мы проголосуем за любую партию, кроме «Единой России», то последняя хоть и победит, но наберет не больше 30%. По крайней мере, среди моих друзей не было ни одного человека, который не хотел бы голосовать, — наоборот, народ шел на выборы в Берлине, в Сиднее и даже на острове Бали. Согласно инструкции, выложенной на dirty.ru, люди без регистрации приходили на избирательные участки и требовали внести их в списки (90% из них получили отказ, как выяснилось в день выборов). Шли голосовать даже те, кто никогда раньше не ходил. Лента в Facebook пестрела фотографиями бюллетеней с галочками напротив «Справедливой России», «Яблока», КПРФ или ЛДПР — за ЕДРО не голосовал ни один мой знакомый. Я проголосовала за СР. Не потому, что я поддерживаю политику этой партии, просто я считала и считаю, что мой голос важен. Чтобы он не достался ПЖиВу (партии жуликов и воров. — «Профиль»), но и не был при этом потерян, я решила проголосовать за партию, которая преодолеет 10-процентный барьер (видимо, автор имел в виду 7-процентный барьер. — «Профиль»), но не за коммунистов и не за Жириновского. Методом исключения оставалась только «Справедливая Россия». Однако эйфория от того, что мы творим историю, начала испаряться во второй половине дня, когда в Сеть начали выкладывать ролики с сообщениями о многочисленных фальсификациях. Потом на Ленте.ру появился репортаж о «карусели», затем в ЖЖ — многочисленные посты независимых наблюдателей о том, какой беспредел творится на избирательных участках. Я не успевала кликать на ссылки, и с каждым открывающимся окном мне становилось все хуже. У меня в голове не укладывалось, как можно продаться за 1000 рублей и ходить по участкам вбрасывать бюллетени? Да, ты можешь быть пенсионером, жить на гроши, и 1000 рублей для тебя может быть большими деньгами, но разве ты никогда не задумывался, почему твоя пенсия так ничтожно мала? А учительницы в школах, замешивающие пачки бюллетеней с галочками за ЕДРО в кипу на столе, — что руководит ими? Они же потом кричат на каждом углу о копеечных зарплатах учителей, но при этом выказывают какое-то рабское поклонение правящей партии. Боже, и к ним потом пойдут учиться мои дети! Мой мозг отказывался понимать все это. В какой-то момент я даже расплакалась, когда прочитала историю о том, как председательница комиссии избивала наблюдательницу, отказавшуюся за взятку поделить голоса «Яблока» между тремя лидирующими партиями. А по телевизору тем временем все было лучше некуда: ведущие бодро сообщали, что никаких серьезных нарушений не выявлено, и выдавали результаты выборов по разным регионам. Ну почему нас считают за идиотов?! Почему они думают, что можно делать все, что хочешь, а народ схавает — они же тупое стадо баранов?! В шоке пребывала, видимо, не только я — сотни друзей в онлайне испытывали схожие чувства. Именно тогда и начали приходить приглашения на митинг на Чистых прудах. Я просто не могла на него не пойти: я хотела выразить свою гражданскую позицию, показать правящей партии, что я не дура: я видела, какие это были выборы. И я была не одна. Только в Facebook на мероприятие зарегистрировалось больше двух тысяч пользователей.
   …На «Тургеневской» было много народу и милиции — все равно как на «Спортивной» во время большого концерта или матча в «Лужниках». Я приехала вместе с нашим редактором Толиком, который ради митинга даже не пошел на презентацию какого-то модного гаджета. Когда мы поднимались по эскалатору, народ то и дело выкрикивал: «Позор «Единой России»!», «Долой Путина!» У меня еще тогда возникло ощущение чего-то необычного, чего в моей жизни никогда не было. А когда на улице я увидела огромное число тех, кто пришел на митинг, я поняла, что это за чувство — чувство невероятного единения со всеми, кто пришел, кто не остался тихо-мирно сидеть в своей норе, не посчитал, что его хата с краю, а думал так же, как я, как сестра, как Толик и еще добрых три тысячи пользователей социальных сетей, — мы не тупое быдло, верящее всему, что говорят по телевизору. Мы просто хотим честных выборов. И перемен.
   Возле выходов из метро «Тургеневская» и «Чистые пруды» все было оцеплено милицией. Лил дождь. В громкоговоритель сообщали, что вход на митинг с Харитоньевского переулка, настоятельно просили не стоять у метро. Мы пошли за толпой вдоль Чистопрудного бульвара. Народу было очень много: стояли вдоль проезжей части, на лестницах, ведущих к подъездам зданий, все близлежащие кафе были забиты, а мне как раз позвонил знакомый арт-директор и спросил: «Вас там что, правда человек двести собралось? Так в новостях говорят». Даже невооруженным глазом было видно, что число собравшихся переваливало далеко за пять тысяч. При входе на бульвар у всех проверяли содержимое рюкзаков и сумок. Рюкзак Толика проверяли два раза. Я пыталась дозвониться до друзей, которые точно собирались быть на митинге, но связь наглухо висела, трудно было отправить даже смс. Интернет вообще грузился тысячу лет. Тогда я начала высматривать в толпе знакомых. И только тут увидела, что за публика собралась на Чистых прудах: интеллигентные лица, в основном мои ровесники, все прилично одеты, трезвы, разговаривают на нормальном языке, никто не лезет на рожон. Мне даже захотелось обнять каждого и сказать спасибо за то, что я среди своих. Мы знакомились прямо в толпе, многие интересовались, что надо делать на митингах, но никто понятия не имел — мы все вышли на улицы выразить протест в первый раз. И это нас сближало.
   На сцене выступали ораторы — Навальный, Троицкий, Быков, Чирикова, Немцов. Выступали коротко, яростно, и народ дружно отзывался на выступления. В принципе, говорили все то, что я и так прекрасно знала: что нас обманули, нагло подтасовали результаты выборов, об нас вытерли ноги и посчитали, что в своем Интернете мы революцию не устроим. Но важно было то, что говорили это громко, во всеуслышание, а не тихо в своем бложике. Кто-то даже шутил. Артемий показал портрет художника Владика Монро с такими словами: «Наш замечательный художник в роли сами знаете кого, чье имя нельзя называть. Но не Волан де Морта». Особенно народ оживился во время речи Навального. Все вокруг гремело от криков: «Путин — вор!», «Верните честные выборы!», «Россия будет свободной!» Мы тоже кричали. Кричали так, чтобы нас услышали в Кремле. Дашу в ее светлой норковой шубе постоянно снимали фотографы, а она шутила, что ее воодушевил пример декабристов. Периодически мне доходили эсэмэски от друзей, которые по разным причинам не смогли прийти, но все писали, что мысленно они с нами. Я видела очень много знакомых: бывшие сокурсники с журфака, коллеги из разных СМИ, рекламщики, пиарщики и киношники — под дождем мокли все, но никто не расходился. Последний оратор закончил свое выступление лозунгом: «Путин — вошь!» Мы даже сначала как-то не поняли, почему Путин — вождь, но из первых рядов передали, что он не «вождь», а «вошь», чему мы дружно посмеялись. На митинге я встретила товарища, который только что вернулся из Бельгии, он рассказал, что там наконец сформировали правительство: шесть партий и премьер-министр — гей, не говорящий по-фламандски. И ничего, никаких подтасовок. Вот ведь как — у них милый гей, а у нас…
   А потом кто-то со сцены сказал, что, хоть официальная часть закончилась, давайте не будем расходиться, а без лозунгов и транспарантов пойдем колонной на Лубянку. Многие пошли, мы — нет. Прорывать цепи с ОМОНом мне совсем не хотелось. Но и расходиться не хотелось. К тому же у метро была огромная толпа, которая продолжала скандировать: «Путин — вор!» Мы встали рядом, но тут началась давка. Цепью на нас двигались бойцы ОМОНа с дубинками, оттесняя всех к входу в метро. В какой-то момент мы оказались прямо напротив этих людей в касках с лицами, не обезображенными интеллектом. И тут к Даше подошел их командир — здоровый детина под два метра ростом: «Девушка, ну что вы в шубке тут?! Езжайте домой, ведь уронят — жалко будет». Видимо, человеческие чувства иногда стучатся и в их сердца.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK