Наверх
17 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2002 года: "Платим за все!"

У России нет и в ближайшем будущем не предвидится проблем с выплатой по внешним долгам. Более того, разработана целая схема, по которой наша страна — на полностью законных основаниях — сможет отдавать меньше, чем должна. Об этом «Профилю» рассказал заместитель министра финансов РФ Сергей КОЛОТУХИН.«Профиль»: Сергей Иванович, в последнее время как-то утихли обсуждения так называемой проблемы 2003 года, когда бюджет должен столкнуться с пиком выплат по внешним долгам. Почему эта проблема вдруг перестала всех волновать?
Сергей Колотухин: Проблема никуда не делась. У нас, конечно, довольно значительный объем государственного долга, несмотря на его постоянное уменьшение. Сейчас объем нашего внешнего долга — а это, по данным на 1 января 2002 года, $130 млрд. — составляет около 42,5% ВВП. Это не очень высокий показатель и соответствует, по западным меркам, среднему уровню задолженности. В США, например, этот показатель — более 60% ВВП. Однако США обладают значительным экономическим потенциалом и, соответственно, высокой кредитоспособностью.
Для России же, экономика которой гораздо больше подвержена внешнему влиянию, нежели американская, текущий уровень задолженности великоват.
«П.»: Так какой все-таки должен быть размер госдолга России в идеале?
С.К.: Было бы хорошо, если бы задолженность снизилась в разы. В этом случае внешний долг перестанет влиять на экономику и бюджет — повысится свобода маневра государства в проведении экономической и финансовой политики.
Что касается ближайшей перспективы, то при нынешних темпах к 2004 году мы можем выйти на показатель 32—35% ВВП.
«П.»: Сергей Иванович, известно, что многие государства часто — правда, того не афишируя, — скупают по дешевке свои «дальние» внешние долги и именно таким образом снижают долговое бремя. Россия что-нибудь аналогичное предпринимает?
С.К.: Вряд ли можно говорить о досрочном выкупе долгов. Точнее было бы называть это стратегией активного управления госдолгом. И такую концепцию мы приняли в 2000 году.
Ведь вовсе не обязательно сидеть и ждать, когда наступит срок платежа, и выплачивать долги по их номинальной стоимости. Активное управление подразумевает уменьшение суммы долга и процентных платежей, используя различные инструменты и благоприятную ситуацию на рынке.
«П.»: А конкретнее?
С.К.: Вариантов много. К примеру, конверсия долга в товары, а также урегулирование части долга путем его досрочного погашения с соответствующим дисконтом против номинальной суммы.
«П.»: Результаты активного управления уже есть?
С.К.: Если бы мы не управляли активно долгом, то все платежи 2002 года были бы больше на $1,5—2,5 млрд. Было бы хорошо, если бы уровень внешнего долга еще снизился на разницу. В этом случае он перестанет влиять на экономику и бюджет страны.
«П.»: Но есть и другая точка зрения. Говорят, например, что если бы Минфин успел вовремя перевести часть долга в евро — до начала активного роста последнего в середине нынешнего года, — экономия получилась бы гораздо больше названных вами $1—1,5 млрд.
С.К.: В евро номинировано около 21,1% от общего объема задолженности, в долларах — 52%, все остальное в других валютах. Но общую оценку мы всегда даем в долларах — хотя бы для точности это нужно делать в одной валюте.
Те, кто этого не понимают, начинают вести умозрительные подсчеты и получают столь же умозрительную экономию.
«П.»: Когда говорят о наших долгах, неизбежно возникает вопрос о долгах других стран перед Россией. Как с ними обстоит дело сейчас?
С.К.: В общей сложности долг других стран перед Россией составляет $95—97 млрд. Наша стратегия, конечно, — выжать как можно больше. Но ведь в основном это кредиты, которые бывший СССР предоставлял очень бедным государствам. И предоставлял преимущественно в виде военных поставок. Возврат большей части этих долгов крайне проблематичен.
Впрочем, с 2002 года мы тоже перешли к политике активного управления этим долгом и применяем все те же методы, что и наши кредиторы по отношению к нам, — реструктуризацию долга, конверсию и пр.
«П.»: Сергей Иванович, в конце ноября была наконец урегулирована проблема так называемого коммерческого долга бывшего СССР. Именно из-за задержек с этим решением международные агентства отказались поднимать суверенный рейтинг нашей стране прошедшим летом. Так почему была задержка?
Коммерческий долг образовался в связи с закупками товаров народного потребления внешнеторговыми организациями бывшего СССР в рамках централизованного плана по поручению государства. После распада Союза часть поставленных нам товаров так и осталась неоплаченной, превратившись в коммерческий долг. Эти долги и достались в наследство России — правопреемнице СССР.
С.К.: Эта задолженность возникла 10—15 лет назад, и некоторые документы за это время были утеряны, а ряд внешнеторговых организаций вообще перестали существовать. В этой связи мы детально выверили объем долга и обоснованность предъявляемых требований.
В ходе выверки возник и ряд технических вопросов, которые не были оговорены в первоначальном постановлении правительства и требовали уточнения. Например, курс пересчета в доллары США требований по части долга, которая номинирована в таких валютах, как норвежская и шведская крона; порядок начисления по этим требованиям процентов и т.д.
Сейчас выверенная и допущенная к обмену часть коммерческой задолженности составляет $1,1 млрд. В целом же, по пессимистической оценке, коммерческая задолженность — с учетом названной суммы — составляет около $2,1 млрд., просроченные проценты по нему — около $1,5 млрд.
Понятно, что мы станем урегулировать только ту задолженность, которая нам будет предъявлена кредиторами. Нет смысла урегулировать то, чего от нас не требуют.
«П.»: Расскажите, пожалуйста, подробнее об основных параметрах обмена долгов на еврооблигации.
С.К.: По данным Минфина, на конец ноября нынешнего года к выверке были предъявлены долговые требования на сумму $1,6 млрд. Из этих средств $1,1 млрд. прошли процедуру выверки Внешэкономбанком и были допущены к обмену.
Обмен коммерческих долгов СССР мы проводим на тех же условиях, что и по задолженности Лондонскому клубу.
Весь основной долг и часть просроченных процентов с дисконтом в 37,5% мы поменяем на еврооблигации со сроком погашения в 2010 году, а часть просроченных процентов по коммерческой задолженности с дисконтом 33,5% меняется на еврооблигации со сроком погашения в 2030 году.
В общей сложности мы списываем около 36,5% всей задолженности с учетом начисленных процентов. На облигации до 2030 года установлена процентная ставка на уровне 5% годовых, в то время как по всем другим облигациям РФ эта ставка составляет около 10% годовых.
«П.»: Как сейчас котируются российские облигации на рынке?
С.К.: Тенденции на рынке еврооблигаций положительные. Сокращаются спреды (то есть разница по доходности между казначейскими векселями США на соответствующие сроки и российскими облигациями. — «Профиль»).
Наши облигации все лучше воспринимаются на мировом финансовом рынке. При этом даже кризисы в Бразилии и Аргентине фактически не оказали влияния на котировки российских бумаг. Это говорит об уверенности инвесторов в стабильности ситуации в России.
В настоящее время Россия может привлекать средства на международных рынках по ставкам ниже 8% годовых.

АННА ЛЮБИМЦЕВА

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK