Наверх
20 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2001 года: "Попала в «Девятку»"

А мы не знаем, что делать, никогда. Это наша традиция.Ни в чем мужской расизм не проявляется так ярко, как в отношении к прекрасным автомобилисткам. Когда Ляля только научилась водить автомобиль и шарахалась от каждого грузовика, она задала своему инструктору по вождению прелестный по идиотизму вопрос: «Нет ли знака «Женщина за рулем»?» На что инструктор, посмотрев на Лялю взглядом, которым моя мать дарит улитку на капустной рассаде, произнес: «Зачем? Ведь и так видно».
Все течет, все изменяется, и допустимая обществом норма идиотизма растет — иначе чем объяснить, что спустя пару лет этот знак-таки появился? В любой другой политкорректной стране феминистки линчевали бы начальника тамошней автоинспекции. Наши же дамы сами предупреждают о проблемах, которые могут возникнуть при общении с ними, и вывешивают на заднее стекло туфельку в треугольнике.
После чего за бутылкой водки жалуются на некачественность отечественного производителя. Это к слову.
Автомобиль и Ляля были просто созданы друг для друга. Единственное, что меня не устраивало в этой гармонии, так это то, что автомобиль был мой. Железной рукой моя «девятка» была экспроприирована, я написал жене — тогда наши отношения еще развивались в рамках брачного законодательства — доверенность. И Ляля начала новую жизнь — жизнь автомобилистки, полную острых ощущений и нежданных приключений. По вечерам от нее пахло не французскими духами, а возбуждающим запахом бензина.
Когда она ехала по свежеумытым весенним дождем улицам родного города, она пела.
Голоса у моей жены не было.
А когда я рассказал про ее песни знакомому гаишнику, тот философски предположил: «Наверное, она часто бьется».
Еще бы! В нашем бюджете расходы на автомобиль играли примерно ту же роль, что расходы на армию в госбюджете. То она вылетала на автобусную остановку, и только чудом все старушки оказывались живы. То буксовала в снегах, то слетала в кювет. Я долго пытался объяснить ей, что пожарный столб бьет машину только в порядке самозащиты. Но не добился успеха — она четко была убеждена в своем праве поворачивать налево перед идущим трамваем.
Шли годы. Бурь порыв мятежный развеял. Причем не только мой «жигуль», но и «шкоду», которую я купил себе вместо «девятки». И которую Ляля, расколотив «жигуль», также приватизировала. Зато она научилась водить. И ее безбоязненно можно было выпускать на Садовое кольцо в час пик. Тут мы и расстались.
В жизни каждого мужчины есть женщина, на которую он тратит бешеные бабки и которая, несмотря на большие эмоциональные и материальные затраты, все равно слинивает. В сердечном пантеоне она располагается аккурат рядом с несчастной, которая сложила к вашим ногам все бывшие в ее распоряжении дары,— от нее свинтили уже вы.
И вот на прошлой неделе сидим мы с Гавриковым и мирно пьем «Джеймсон» — под разговоры об НТВ, мученике застенков Пал Палыче и новом Витькином джипе. Все темы приятные — поэтому с бдительностью случилась осечка. Потому что приехала Ляля и прямо с порога выпалила:
— Мальчики, какой потрясающий серебряный джип стоит внизу! Я умираю.
— Это мой джип,— тихо и с достоинством сказал Витька.
— Врешь? — уточнила она.
— Зашибись,— ответствовал Гавриков.
— Дай покататься. Кружок вокруг дома.
— Сколько ты за него заплатил? — спросил я.
Витька царственным жестом отдал ей ключи.
— Женщине надо верить,— скучно сказал Гавриков.
Когда Господь решает наказать зайца, он дает ему храбрость.
Мы выпили еще по одной, а потом еще по одной. Потом послушали очередной выпуск новостей. И только тут сообразили, что Ляли нет уже давно. Витька помрачнел. И налил себе виски уже без льда.
— Я думал отъездить на нем года три,— сказал он, глядя в стену.
— Любой машины хватит до конца жизни, если ездить достаточно лихо,— утешил его я.
Тут зазвонил телефон.
— Мальчики,— услышал я Лялин голос,— у меня, кажется, проблемы.
Когда мы через пять минут примчались на место аварии, то увидели скульптурную композицию «В общем, встретились два одиночества». Судя по всему, Ляля на полной скорости впаялась в зад серой «девятки». Фары на джипе были разбиты. У «девятки» был зад всмятку.
— Зашибись,— прошептал Гавриков.
— Витька, смотри, какая крепкая у тебя машина! — радостно закричала Ляля. — «Девятка» разбилась, а у тебя только фары пострадали!
Гавриков посерел и протрезвел одновременно.
— Вить, я все сделаю. Не расстраивайся,— сказал я.
Тут подошел хозяин «девятки».
— Ваша жена сказала, что проблемы надо решать с вами…
Я метнул на Лялю яростный взгляд. Она весело помахала мне рукой из Витькиного джипа. Если бы я знал, что ей доставляет удовольствие не только рулить, но и просто в нем сидеть!
В тот же вечер я отогнал Витькин джип к Толяну — у него свой автосервис. По дружбе он обещал сделать все быстро и по минимальным расценкам.
Кому минимальные, а кому и максимальные. Как говорится, автослесари обладают уникальной способностью определять цену работ — она всегда оказывается на доллар-другой меньше той суммы, которая лежит у вас на кредитке.
«Девятку» было велено пригнать на следующий день.
Ляля была так мила, что осталась у меня — разбудить меня пораньше и приготовить завтрак. Такой дорогостоящей яичницы я еще никогда не ел.
В девять утра я отогнал «девятку» Толику. В шесть вечера мне ее обещали вернуть молодой и красивой. Однако, когда я подтянулся в шесть на автосервис, слесаря еще ковырялись с ней. «Через полчасика приходи»,— прокричал Толик, подняв голову от машины. Ну раз уж он сам взялся контролировать дело, все будет отлично. Повеселев и смирившись с неизбежными тратами, я отправился в кафе напротив выпить кофе. И через полчаса вернулся на автосервис.
— Забирай,— весело сказал Толян, когда я зашел к нему в кабинет.
— А где? — спросил я.
— Как — где? Ты не видел, что ли? За воротами. Мы выкатили.
— Толик, не хочу тебя расстраивать, но за воротами ничего нет,— сказал я.— Я там только что парковался.
Толик поперхнулся. И как был в рубашке, выскочил на улицу. В два прыжка он преодолел путь до ворот.
За воротами ничего не было, кроме моего раздолбанного «фиата».
«Его большое тело с грохотом упало на пол»,— как написал я в одной из своих первых заметок о белорусской партизанке, пришившей фашистского генерала. Мой бывший шеф Эрик Маркин предлагал закрепить за этой фразой ярлык «Шедевр графомании». И из текста не вычеркнул. «В любой заметке должны равно присутствовать пошлые и изысканные фразы»,— учил он меня.
Толик, в отличие от вражеского генерала, устоял. Он закрыл глаза ладонью и тихо сказал:
— Вызывай милицию.— Потом посмотрел на мое лицо и добавил: — Штраух, прорвемся. Дуй за водкой.
Пусти в свою жизнь женщину, и скоро от твоего нормального существования, скопленных денег и новой машины останется пара сломанных запчастей, пустой бумажник и стаканчик йогурта в холодильнике. (Почему они думают, что мы сидим на диете вместе с ними?) С этими мыслями я подъехал к магазину.
И протер глаза.
Прямо перед магазином стояла угнанная «девятка». Она сверкала свежевымытыми боками. Задок у нее и правда был сделан отлично.
Все пути — и охотника, и добычи — ведут в винный магазин. Национальные особенности дедуктивного метода. И лучший повод для исторического пессимизма относительно судьбы страны. Но меня от сих грустных мыслей отвлек молодой человек — из карманов его куртки торчала две бутылки водки. Он подошел к машине и начал открывать дверь — я взял его за локоть.
А вас, Штирлиц…
Жалко, конечно, что бутылки разбились.

ИВАН ШТРАУХ

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK