Наверх
23 октября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2006 года: "Поперек «батьки»"

Третий президентский срок может стать самым непростым в карьере Александра Лукашенко. Слишком уж сложное экономическое наследство он себе оставил.   Внешне с белорусской экономикой все в порядке. В прошлом году ВВП страны вырос на 9,2%, инфляция не превысила 8%. Запланированный на этот год рост ВВП должен составить не менее 8%.
   Однако первый неприятный звонок, по мнению экспертов, уже прозвучал. В прошлом году, по данным белорусской официальной статистики, торговый оборот между Белоруссией и Россией сократился на 10,7%, объем экспорта в физическом выражении упал на 10,9%, импорта — на 12,9%. Особенно заметно белорусские экспортеры сдали на московском рынке. За прошлый год Белоруссия потеряла 49,7% торгового оборота с российской столицей. В целом за 2005 год экспорт белорусского текстиля в нашу страну сократился на 18,7%, продукции химической промышленности — на 23,8%, металлов — на 27,9%, обуви — на 30,3%, запчастей для автомобилей и тракторов — на 27,5%, телевизоров — на 24,5%.

План по валу
   Для экспортно-ориентированной страны, каковой Белоруссия является, это очень неприятные цифры. Доля России в белорусском экспорте составляет около 40%. Однако значимость нашего рынка для Белоруссии сложно переоценить. В отличие от стран ЕС (на них приходится 40% экспорта), которым Белоруссия поставляет в основном нефтепродукты и калийные удобрения, в России продается от 60% до 95% продукции белорусских машиностроительных предприятий, весь произведенный сахар, львиная доля продукции химических предприятий и легкой промышленности.

   Эксперты предупреждают: спад не случаен и обусловлен системными причинами. Созданная усилиями Лукашенко экономическая система в 90-е годы позволила сохранить производственные мощности и квалифицированную рабочую силу, доставшиеся Белоруссии в наследство от СССР, говорится в страновом меморандуме, подготовленном в прошлом году экспертами Всемирного банка. Белорусские товары, оставаясь вполне советскими по качеству, могли конкурировать на российском рынке благодаря своей дешевизне. Но к началу 2000-х годов этот задел был исчерпан.

   Эксперты называют несколько причин снижения конкурентоспособности белорусских товаров. Во-первых, на протяжении последних пяти лет благодаря проводимой Лукашенко социальной политике рост зарплат в госсекторе существенно опережал рост производительности труда, что привело к удорожанию продукции.

   Во-вторых, указывают эксперты Всемирного банка, белорусская промышленность находится под чрезмерным налоговым прессом. Совокупная налоговая нагрузка в Белоруссии в 2004 году составляла 44,7% ВВП по сравнению с 34,7% в России. При этом больше всего страдает промышленность. В 2000 году государство изымало 80% добавленной стоимости промышленности в целом и 70% в ключевом ее секторе — машиностроении. Крупнейшие предприятия—производители экспортной продукции являются градообразующими и тащат на себе обширную социальную инфраструктуру. Свою роль сыграло и изменение с 1 января 2005 года режима уплаты НДС в торговле с Россией, в связи с чем белорусским производителям пришлось поднять цены на 15—20%.

   В-третьих, критике подвергается инвестиционная политика властей. Частные иностранные инвестиции либо сами не идут в Белоруссию, либо их туда не пускают под предлогом борьбы с «распродажей Родины». 75% предприятий остаются в собственности государства, а львиную долю всех капиталовложений составляют госинвестиции, эффективность которых низка. Хотя две трети инвестиций идет на поддержку сельского хозяйства, 65% хозяйств остаются убыточными. Что же касается вложений в промышленность, то, как отмечают во Всемирном банке, здесь «предположительно существует обратная корреляция между ростом инвестиций и рентабельностью». Иными словами, деньги тратятся впустую.

   Менеджмент белорусских предприятий остается насквозь советским. «Я без слез не мог смотреть на наших директоров, которые пытались войти со своими товарами в московские розничные сети, — рассказывает белорусский экономист, директор минского Научно-исследовательского центра Мизеса Ярослав Романчук. — Они вдруг узнали, что это стоит денег. Им ведь казалось, что раз Лужков дал отмашку и пригласил белорусов в Москву, то все должны распахнуть перед ними двери».

   В этих условиях основной статьей экспорта становятся минеральные продукты (их доля выросла с 27,5% до 37,4%), и прежде всего — продукция двух белорусских НПЗ (один из них, Мозырский, на 40% принадлежит российской «Славнефти»), которые дают до четверти ВВП страны.

   «Белорусское машиностроение все менее эффективно, — говорит председатель Совета по внешней и оборонной политике Сергей Караганов. — Нынешний подъем производства вызван российскими газовыми субсидиями и тем, что на территории Белоруссии работают предприятия, перерабатывающие российский газ и нефть».

Припрятанный дефицит
   Снижение конкурентоспособности белорусских предприятий — не единственная мина, заложенная под созданную усилиями Лукашенко экономическую модель. Не меньшую угрозу для нее представляет низкая ликвидность банковской системы Белоруссии, 80% которой находится в руках государства.

   «Власти стремятся удешевить кредиты для производства, дотировать сельское хозяйство и строительство жилья. Все это не соответствует возможностям бюджета и банковской системы. Если сложить эти затраты и обещания, выяснится, что бюджет страны нужно увеличивать процентов на 80», — считает Романчук.

   Белорусским властям пока удается скрывать хронический бюджетный дефицит. Значительная часть госинвестиций и социальных расходов финансируется в обход госбюджета. Шесть уполномоченных банков (государственных, разумеется) просто переводят средства туда, куда укажут сверху.

   Таким способом распределяются госдотации сельскому хозяйству, льготные средства на поддержку промышленных предприятий, финансируется повышение зарплат, программа строительства жилья и многое другое. Согласно подсчетам экспертов Всемирного банка, если учитывать эти расходы, бюджетный дефицит составил в 2004 году 5,8% ВВП.

   Чтобы обеспечить финансирование госрасходов, Национальному банку приходится включать печатный станок (в прошлом году рублевая денежная масса выросла на 60%). Поскольку, говорит Романчук, в Белоруссии практически отсутствуют рентабельные инвестиционные проекты, нет фондового рынка и рынка земли, в полуживом состоянии находится малый и средний бизнес, этот денежный навес рано или поздно скажется на потребительских ценах и курсе белорусской валюты.

   «Нам говорят, что инфляция не превышает 8%, но в это не верят даже чиновники Нацбанка, — поведал эксперт. — Благодаря административному регулированию валютного рынка и цен на треть товаров, по которым считается инфляция, она носит скрытый характер. Но первые сигналы уже налицо. Например, белорусские компьютерные фирмы при расчете наличными деньгами исходят из курса 2,4 тыс. белорусских рублей за доллар, в то время как официальный курс составляет 2,15 тыс. за доллар».

Чемодан без ручки
   Замедление роста, которое предвещают опрошенные «Профилем» эксперты, совсем не обязательно приведет Белоруссию к экономическому краху. Но лишь при двух условиях. Первое — если цены на нефть останутся высокими и Белоруссия сможет по-прежнему получать высокую маржу от нефтепереработки (российская нефть поступает в республику по ценам намного ниже мировых). Второе — если Россия и дальше согласится субсидировать белорусскую экономику. По оценкам ВБ, дотации России в виде льготных цен на газ ($46 за 1000 кубометров) и дешевой нефти для белорусских НПЗ составляют около 11% ВВП Белоруссии в год.

   Москва может походя обрушить «белорусское экономическое чудо». По расчетам Романчука, повышение цены на газ хотя бы до $80 (от Украины недавно «Газпром» требовал $200, но потом сошлись на $90) приведет к тому, что рентабельность всех белорусских промышленных предприятий упадет до нулевых отметок.

   В любом случае судьба «батьки» целиком и полностью оказывается в руках Москвы. Значение Белоруссии как транзитной страны, считает политолог Алексей Макаркин, после начала строительства Северо-Европейского газопровода снижается. Видимо, недалек тот день, когда Москва попросит Лукашенко заплатить по счетам.

   Россия много сделала для сохранения его режима и до сих пор ничего не получила взамен. В частности, «Газпром» уже не первый год пытается получить в обмен на сохранение льготных цен контроль над белорусской газотранспортной системой. Лукашенко, в свою очередь, уже который год выдвигает неприемлемые условия, требуя за «Белтрансгаз» $5 млрд. («Газпром» согласен заплатить только $500 млн.). Точно так же Лукашенко неоднократно опускал российских партнеров и в вопросе об участии российских инвесторов в приватизации крупнейших белорусских предприятий и об условиях допуска российских товаров на белорусский рынок.

   До сих пор увлеченная геополитическими построениями российская элита прощала «нашему сукину сыну» почти все. Однако на фоне снижающейся в белорусском обществе поддержки идеи объединения с Россией (прежде всего за счет агрессивной госпропаганды) в Москве может восторжествовать более прагматичный подход.

   Беда в том, что приход российских компаний не может решить ни одну из стоящих перед Белоруссией проблем. Белорусская экономика давно нуждается в глубоких реформах, считают эксперты Всемирного банка, однако существующая в стране финансовая и социальная система не позволяет провести их безболезненно. «Белоруссии предстоит столкнуться с теми же экономическими трудностями, с которыми столкнулась Россия в 90-е годы», — уверена ведущий эксперт Центра развития Оксана Осипова. А это означает, что «батьке» рано или поздно придется сдать власть.

   Разумеется, Россия может и дальше поддерживать Белоруссию на плаву. Но в таком случае режим Лукашенко для Москвы все больше будет напоминать тяжелый чемодан без ручки. Тащить его тяжело, а бросить — жалко.
В подготовке материала принимала участие Мария Баринова.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK