Наверх
18 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2001 года: "Поздняя встреча"

Ночью все кошки серы. Не говоря уж о том, что ночью все женщины кажутся красавицами, а все мужчины — чудовищами.Ляля еще раз повернула ключ зажигания. Легкий щелчок — и вместо ровного мурлыканья мотора тишина. Она откинулась на кресло и закурила. Черт бы побрал этого Михаила Степановича! Если бы не кретинское заседание («А как вы, Ольга Александровна, думаете оптимизировать мониторинг?») — уже часа четыре как была бы дома. А сейчас надо ночью ковыряться с машиной… Где он раньше работал, этот нежданно-негаданно взявшийся новый начальник? Ребята что-то говорили про спортивный магазинчик в Липецке. Веское основание, чтобы руководить департаментом в банке. Кому-то из учредителей это сокровище сильно понадобилось в Москве. Ковыряться… Собственно, а что она может сделать — только вызывать «ангела». Когда он приедет, а уже полдвенадцатого. Тут Ляля обнаружила, что в довершение всего прожгла пеплом новую юбку, и окончательно скисла.
Десять минут раздумий и маразма жалости к себе привели Лялю к решению: машину оставить здесь. Завтра ребята из гаража ее посмотрят. А сейчас надо поймать тачку и ехать отсыпаться домой. Проинспектировав свой кошелек, Ляля поняла, что хорошее решение нуждается в корректировке: поймать тачку она никак не может. У нее было ровно десять рублей и стольник долларами. Дома рублей тоже нет. Значит, остается метро, которое, слава Богу, пока еще не закрыли и вход в которое находится аккурат напротив банка. Давненько я не брал в руки шашку.
Ляля заперла машину и побежала к рубиново-призывной букве «М».
Поезд ушел у нее из-под носа. На платформе Ляля задела туфлей бутылку из-под пива, и та, неприятно и громко цокая в тишине стеклом по гранитному полу, покатилась, оставив за собой желтую лужицу. Другим звуком, заполнившим подземные своды, был стук Лялиных каблуков. Ладно, подумала Ляля, пятнадцать минут по прямой — и дом.
Наконец пришел пустой поезд. В вагоне Ляля уткнулась в «Профиль», поверх страниц осмотрев пассажиров — спящего бомжа (или бомжиху?) в болоньевой коричневой куртке и валенках и большого небритого мужика в черной растянутой футболке с бело-красной надписью «Выспаться успеешь». Мужик дремал, свесив на богатырскую грудь с золотой цепью косматую голову. Неожиданно он открыл глаза и поймал Лялин взгляд. Ляля уткнулась в журнальную страницу и минуты две делала вид, что читает. Украдкой подняв глаза, она обнаружила, что этот амбал внимательно ее рассматривает.
Ляля опять закрылась журналом. В конце концов, сейчас будет «Китай-город». Все-таки центр. Кто-нибудь войдет, народу в вагоне прибавится. И вздрогнула — на ее колено опустилась грязная волосатая рука.
— Куда едешь? — прозвучал над ухом низкий, с хрипотцой голос.
Ляля посмотрела на хозяина руки — широкое нетрезвое лицо качалось совсем близко от ее лица.
— Надо,— ответила она, незаметно выползая из-под его лапы. Сказать «домой» — увяжется, сказать «по делам» — начнет стебаться на тему «Знаем мы про ваши ночные дела».
— Очень? — Лицо наклонилось еще ближе к Ляле.
— Да,— серьезно сказала она.
Главное — не разозлить его, но и как-то повернуть дело так, чтобы он к ней не прицепился.
— А че одна в такое время? — спросил мужчина.
— Так получилось,— сказала Ляля спокойно и, как ей казалось, доброжелательно.
— Муж разрешает тебе по ночам-то ездить?
— Так получилось,— еще раз повторила Ляля.
Вот и «Китай-город». На платформе не было никого, соответственно, и в вагон тоже никто не зашел. Может, на Лубянке народ появится. Не так же поздно. Что, центр вымер, что ли?..
Мужчина пододвинулся к отползшей Ляле и внимательно ее разглядывал.
— С такими камушками в метро-то не очень…— сказал он, взяв Лялю за руку, на которой предательски сверкнул бриллиант («Идиотка,— подумала Ляля,— надо было снять»).— А часики у тебя какие-то простенькие,— произнес с осуждением мужчина, явно приняв белое золото за нержавейку.— Что ж марку-то не держишь?
На «Лубянке» в вагон вошла шумная толпа обкурившихся подростков. Они плюхнулись на сиденье напротив и начали нагло рассматривать Лялю и ее мучителя.
— А ну быстро отсюда,— сказал мужчина, поднявшись.
Он оказался чуть ли не двухметрового роста. Подростков сдуло в конец вагона.
— Расскажи, что с тобой происходит? — доверительно спросил мужчина.
— Со мной все в порядке,— пролепетала Ляля, поняв, что этот монстр настроился на долгое душевное общение.
— А со мной — не в порядке,— вздохнул мужчина, пристально глядя Ляле в глаза и еще раз положив свою лапу ей на коленку.— Ну что ты такая напряженная?
— Извини, мне надо на пересадку,— сказала Ляля и решительно встала.
На самом деле это была Баррикадная, Лялина станция.
— Ну пойдем,— сказал мужчина в майке «Выспаться успеешь» и крепко взял ее за локоть.— Я провожу.
— Не надо,— запротестовала Ляля,— спасибо, я, я сама.
— А ты знаешь, как опасно красивой женщине ездить одной ночью? — куражливо спросил он.
Пришлось Ляле делать вид, что ей нужна «Краснопресненская». Сорок минут они катались по кольцевой. К счастью, мужчина не обращал внимания на станции, крепко держал Лялю за локоть и пытался разговаривать с ней «про жизнь». Наконец поезд опять подъехал к Красной Пресне. Ладно, отчаянно решила Ляля, на выходе должен быть мент. Потому как другой вариант — ехать с этим чудовищем в депо. В конце концов, она может очень громко кричать. Надо попробовать выскочить из вагона в последний момент — когда двери будут уже закрываться.
— Спасибо, что проводил,— скороговоркой сказала Ляля, выдираясь из рук мужчины, когда диктор уже объявил о закрытии дверей, и пулей выскочила из вагона.
Мужчина проявил неожиданную резвость и, придержав двери, выскочил за ней.
Сорвалось…
— Это нехорошо,— укоризненно сказал он Ляле.— Так с друзьями не поступают. Пойдем провожу.
На выходе из метро было пусто. Не то что милиционеров, даже влюбленных и загулявших пьяниц не наблюдалось.
Ляля медленно побрела к дому, лихорадочно соображая, что делать дальше, и рассматривая огромную квадратную тень, которая качалась рядом с ней. Мужчина вел ее под руку, дышал в лицо перегаром.
— Так ты где работаешь-то? — спросил он.
— Это сложный вопрос,— прошептала Ляля.
— Почему? — удивился мужчина.
— Понимаешь, я уволилась и сейчас пока ищу работу,— продолжала гнать пургу Ляля, уже не задумываясь о правдоподобии и с ужасом глядя на свой подъезд, к которому они приближались.
— А почему уволилась?
— Это так сразу не объяснишь. Спасибо, что проводил, пока,— каменея, прошептала Ляля, берясь за ручку двери.
— Пойдем, пойдем,— решительно сказал мужчина, заталкивая Лялю в подъезд. Это был конец.
В подъезде было темно. Эти жлобы со второго этажа, похоже, опять выкрутили общую лампочку. Боже, подумала Ляля, о чем я сейчас думаю! Можно тихонько в темноте улизнуть. Она начала на цыпочках двигаться в сторону лестницы: в лифте же свет.
— Подожди,— сказал мужчина,— где ты? — Чиркнула зажигалка.— Иди сюда — сказал он, подтаскивая Лялю за руку к лифту.— Какой этаж?
— Четвертый,— мертвея, сказала Ляля.
В лифте они ехали молча.
Ляля безропотно достала ключи. Соседям звонить бесполезно: из 134-й как раз уехали отдыхать, а в 136-й живут полуглухие старики. И стала отпирать дверь.
Мужчина шагнул в квартиру за ней. Да и невозможно было пытаться захлопнуть перед ним дверь.
И вдруг зазвонил мобильник. Это было спасение.
— Да!!! — крикнула Ляля в трубку.
— Айрата будьте добры,— сказал незнакомый голос.
— Чаю дашь? — спросил мужчина, по хозяйски заходя на кухню и оглядывая Лялины апартаменты.— Хорошо устроилась. Квартира в центре, упакованная… Одна живешь?
Ляля начала щебетать о муже, который после развода вынес все, дрожащими руками выставляя на стол тарелку с сыром, колбасу, чашки.
— Выпить у тебя нет?
Ляля притащила водки — может, напоить его, и он заснет?
В тишине она разлила чай.
— А ты не выпьешь? — сказал мужчина.— За встречу.
Ляля покорно влила в себя сто граммов водки, ожидая страшной развязки.
— Не душевная ты что-то,— с неудовольствием произнес мужчина.— Фотографии хоть покажи, что ли…
Ляля притащила первый попавшийся альбом со школьными фотками.
— А красивая ты все-таки была,— сказал мужчина, разглядывая фотку, на которой Ляля была изображена в девятом классе.— И сейчас ничего.— Он хмыкнул и обнял ее за плечи.
— А это,— едва слышно сказала Ляля,— выпускная…
— Вот ты,— мужчина ткнул немытым пальцем в Лялино личико на картинке.— А вот я.— И он показал на стоящего рядом с десятиклассницей Лялей Андрюшу Лайчева, самого красивого мальчика в их классе, по которому все девчонки сходили с ума.— Я как тебя в метро увидел, не сразу узнал. А ты — узнала, я это сразу понял. Думаю, чего эта баба на меня пялится? А это ж Олька Рябинина… Я в тебя знаешь как был влюблен? А ты тогда на выпускном со Стасом танцевала… Я обиделся страшно и танцевал со Светкой Кобзевой, помнишь ее? — Ужас теннисным мячиком выскочил у Ляли из груди, оставив после себя вакуум, который моментально начал заполняться дурнотой от выпитой водки, разрастаться, разрастаться…— Я тебя искал… Вступительные экзамены… Пропала. У ребят… Ты… Что с тобой? — Черное облако с надписью «Выспаться успеешь» проплыло перед глазами улетающей в обморок Ляли.

ИВАН ШТРАУХ

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK