Наверх
13 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2010 года: "РИСКОНОМИКА"

Мировая финансовая система ищет деньги для рефинансирования долгов. Крупнейшие российские банки продолжают сидеть на деньгах, сдерживая экономический рост.    В Вашингтоне прошла «большая фи-нансовая неделя». По-другому это многодневное событие называется сессией «финансовой семерки». Россия в ее работе участвовала, по-прежнему сидя на приставном стуле. Главной темой, естественно, стало обсуждение ближайших финансово-экономических перспектив. Что ждет Россию?
   
ПСИХОТЕРАПИЯ МВФ
   По традиции сессию «большой финансовой семерки» предварил прогнозно-ана-литический доклад МВФ. По оценке руководителя ис-следовательского департамента МВФ Оливье Бланшара, главная задача на се-годня для мировой эконо-мики — «финансовая консолидация», то есть сворачивание бюджетных расходов, использовавшихся для поддержания экономики на плаву. Идеальный подход заключается в том, чтобы «сравнительно мало делать прямо сейчас», но при этом «убедить рынки», что со вре-менем страны сумеют навести порядок в своих финансах.
   Однако в самом докладе приводятся данные, которые могут поставить под сомнение рецепт Бланшара — справиться со стоящи-ми проблемами методами финансовой психотерапии. Как известно, крупнейшие мировые банки решают задачу списания обесценившихся активов на сумму около $1,7 трлн. В докладе МВФ говорится, что в ближайшие два года перед банками стран ЕС и США сто-ит задача найти еще $4 трлн для поддержания нормальной работы, то есть чтобы рефинансировать собственную задолженность. Банковский сектор по-прежнему остается ахиллесовой пятой мировой экономики. «Глобальная финансовая система продолжает находиться в фазе значительной неопределенности и является слабейшим звеном в процессе экономического оздоровления», — отмечают специалисты МВФ.
   Развилка остается. Есть факторы, недооценка которых ведет к рецидиву банковского катаклизма, есть признаки медленного оживления экономики. В этих ус-ловиях МВФ ставит на оп-тимизм, рекомендуя сворачивать политику наращи-вания бюджетных дефицитов, хотя признает, что риски возвращения рецессии сохраняются.
   $4 трлн — это, мягко говоря, рискованная сумма, грозящая новыми пузырями, которые, лопнув, могут спровоцировать новый экономический обвал. Особенно на фоне замедлившегося оживления экономик развитых стран. В США темпы роста ВВП в третьем квартале могут сократиться до 1,9%, а уровень безработицы остается высоким (на уровне 9,6-9,8%). Рост ВВП еврозоны во втором квартале, составивший 1%, не назовешь хорошей основой для подъема мировой экономики. Даже после пересмотра прогнозов Еврокомиссией темпы роста ВВП еврозоны в 2010 году составят 1,7%, притом что в США ожидается рост по итогам года на уровне 2,7%. Темпы роста ВВП Японии по итогам 2010 года должны составить 3,1%, что не позволяет компенсировать 5-процентного падения ВВП в 2009 году. Стра-на продолжает сталкиваться с дефляционными процесса-ми, которые, вместе с силь-ной зависимостью от экспорта, вновь могут привес-ти к рецессии.
   МВФ эти цифры подтверждает. Но делает ставку на рост развивающихся стран и на новый мировой экономический локомотив — Китай.
   Главная ответственность, впрочем, лежит не на Пе-кине, а на ФРС и ЕЦБ, а также, во вторую очередь, на Банке Англии и Банке Японии. Устанавливаемые ими ставки балансируют между поддержкой эконо-мики и необходимостью ре-финансировать банки, с од-ной стороны, и предотвращением неуправляемых волн капиталов (которые могут не оставить камня на кам-не от перспектив оживления мировой экономики) — с другой. Эти ставки и являются главным регулятором мировой экономики.
   При этом правительства — на этом МВФ стоит твердо — должны сокращать бюджетные дефициты, эмиссионное покрытие которых добавляет новые риски в и без того напряженную ситуацию.
   
РОССИЙСКИЕ ТРЮКИ
   Понятно, что произойдет в России, если какой-нибудь изкрупнейших мировых бан-ков повторит судьбу Leman Brothers, — капиталы побегут прежде всего с рискованных рынков, а вместо них придет кризис, как это было в 1998 и 2008 годах.
   Ну а если самого страшно-го не случится? МВФ исходит из того, что Россия, хотя и входит в БРИК, ударную группировку развивающихся экономик, на роль не только локомотива, но и кочегара рассчитывать не может. Здесь МВФ, впрочем, ничем не отличается от отечественного Минэко-номразвития. В цифрах меж-ду ними тоже практически нет расхождений. Снижение ожидаемых темпов роста экономики России в текущем году с 4,3% до 4% в прогнозах МВФ объясняется «временными факторами», прежде всего небывалой летней жарой и засухой. Болгарка Петя Коева-Брукс, руково-дитель подразделения иссле-довательского департамента МВФ, занимающегося, в частности, Россией, напо-мнила, что прогноз по тем-пам роста на 2011 год пересмотрен в сторону небольшого повышения — до 4,3%. «В более общем плане, — считает она, — наблюдае-мое нами в России оздоров-ление носит умеренный ха-рактер. Тому есть несколь-ко причин. Прежде всего ны-нешние цены на нефть не так высоки, как до кризиса. К тому же кризис затронул банковский сектор, замедливший кредитование экономики. Мы наблюдаем про-гресс на этом направлении, но пока это сдерживает экономический рост».
   На «банковском секторе, замедлившем кредитование экономики», стоит остановиться. Его лицо формируют крупнейшие госбанки, которые признаны системо-образующими и в этом качестве получили приоритетную щедрую поддержку денежных властей. Тем самым основа российской банковской системы была спасена. Сейчас ситуация такова, что госбанки, хотя и отчитываются в наращивании кредитных портфелей, но продолжают сидеть на деньгах, сталкиваясь с рисками невозврата своих средств. С так называемым рублевым навесом надо что-то делать. Идея Алексея Кудрина состоит в том, чтобы вернуть эти деньги на финансирование бюджетного дефици-та в виде развития внутренних займов. Но сами банки видят и другое применение своим капиталам.
   Яркий пример: готовящая-ся покупка Сбербанком кон-трольного пакета ИК «Тройка Диалог». Понятно, в этой сделке есть заинтересованность «Тройки», которая с крупными потерями пережила кризис, о чем красноречиво говорит расставание компании с одним из ее основателей, Павлом Теплухиным. Понятно, что сделка одобрена наверху. Но все равно это классический пример приватизации наоборот. И это особенно бросается в глаза, когда правительство в интересах все того же погашения дефицита бюджета надеется на программу приватиза-ции. Впрочем, если запустить алгоритм — сначала Сбербанк покупает «Тройку», а потом приватизирует миноритарный пакет, — это будет соответствовать инте-ресам всех участников сделки. Вот только доля подконтрольной государству эко-номики вырастет. Этот фокус называется «приватизация по-русски».
   

   Сбербанк покупает контрольный пакет ИК «Тройка Диалог». Понятно, что в этой сделке есть заинтересованность «Тройки». Понятно, что Сбербанк получил одобрение наверху. Но все равно никуда не деться от того, что это классический пример приватизации наоборот. Что особенно бросается в глаза, когда правительство в интересах все того же погашения дефицита бюджета надеется на программу приватизации. Впрочем, если запустить алгоритм — сначала Сбербанк покупает «Тройку», а потом приватизирует миноритарный пакет, — это будет соответствовать интересам всех участников сделки. Вот только доля подконтрольной государству экономики в результате только вырастет. Этот фокус называется «приватизация по-русски».
Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK