Наверх
14 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2009 года: "Северный фронт"

Россия намерена создать в Арктике группировку войск, которая обеспечит защиту интересов страны в регионе. Особая роль, по замыслу Совбеза РФ, будет принадлежать береговой охране под командованием ФСБ.В «Профиле» № 10, 2009 мы рассказали о том, что уже в ближайшем будущем Арктика может стать театром военных действий, ареной борьбы за природные ресурсы, пресную воду и транспортные коммуникации. Как следует из документа Совета безопасности РФ «Основы государственной политики Российской Федерации в Арктике на период до 2020 года и дальнейшую перспективу», Россия готовится вступить в эту борьбу.
Великий передел
   Вялотекущие попытки закрепиться в Арктике длятся достаточно долго, хотя еще недавно было не совсем понятно, что делать с этими льдами. СССР обозначил пределы своих полярных владений 15 апреля 1926 года: постановление президиума ЦИКа декларировало, что советская морская граница простирается от Кольского полуострова через Северный полюс до Берингова пролива. Схоже поступили США, Канада, Дания и Норвегия: так образовались пять секторов Арктики. Собственно полюс считался ничьим, хотя в конце 1950-х свои права на него вдруг заявила Канада. Международный суд тогда постановил: полюс может отойти к Канаде лет через сто, если в течение этого времени никто другой не докажет, что именно ему принадлежит дно Северного Ледовитого океана. На этом все и успокоились. С 1982-го правовой статус арктического шельфа регулирует Конвенция ООН по морскому праву, к которой в 1997-м присоединилась и Россия. Согласно конвенции, границы экономической зоны прибрежных государств ограничиваются 200-мильной зоной, все остальное — «общее». Правда, оговорено, что 200-мильная зона может быть расширена, если та или иная страна докажет, что ее шельф простирается за пределы зоны.
   Однако в конце XX века в «ничейной» Арктике обнаружили нефть и газ; запасы нефти, по оценкам ООН, составляют там свыше 100 млрд тонн. И хотя нефтедобыча под полярными льдами пока остается лакомой темой для фантастов, глобальное потепление и отступление льдов побудило северные державы к действиям. В 2002 году российские пограничники спешно установили на Северном полюсе пограничный столб, Москва подала в ООН заявку о своих правах на дополнительный миллион квадратных километров арктических вод. Заявку не утвердили, рекомендовав собрать побольше доказательств. В 2004-м свои права на Северный полюс заявила Дания: проходящий под ним подводный хребет Ломоносова, мол, естественное продолжение Гренландии. Вслед за датчанами этот хребет на свою сторону стали перетягивать все: Россия твердит, что это продолжение Сибирской платформы, а Канада — что начинается он на американском континенте… Параллельно вспыхивает еще одна виртуальная драка — уже за Северный морской путь: если льды действительно растают, образуется самый перспективный судоходный маршрут в мире. Канада настаивает, что Северо-Западный проход лежит в ее внутренних водах, а у России аналогичный подход к Севморпути, проходящему вдоль побережья арктической Сибири. Но все прочие страны считают эти воды международными.
«Наращивание присутствия»
   Российские права на «свою» долю Арктики серьезны, но вот шансы отстоять их равны нулю. На Земле Франца-Иосифа спешно переоборудовали заставу «Нагурское» в «пограничную базу нового поколения». Но от этого главная задача дюжины пограничников не изменилась: им бы полярные зимы пережить, да отбиться от единственных нарушителей — белых медведей. Затем в августе 2007-го всех взбудоражил Артур Чилингаров, экспедиция которого вместо сбора научного материала учинила шоу, водрузив флажок на океанском дне. После чего господин Чилингаров заявил, что Арктика была и будет только российской. Тогда против России — пока еще на дипломатическом уровне — дружно объединились все заинтересованные стороны. В ответ российские адмиралы и генералы стали потрясать виртуальным оружием. 18 апреля 2008 года на заседании Морской коллегии при правительстве РФ главком ВМФ Владимир Высоцкий заявил, что пока в Арктике «наблюдается мир и стабильность», но он не исключает силового передела границ «вплоть до вооруженного вмешательства». 5 мая 2008-го свою лепту в нагнетание ситуации внес генерал Владимир Шаманов, всполошивший всех грозным заявлением о готовности военных «надежно защитить национальные интересы страны в Арктике от любых посягательств». Спустя полтора месяца он вновь вернулся к теме: Минобороны уже приступило к уточнению планов боевой подготовки частей и соединений, которые могут быть привлечены к выполнению боевых задач в Арктике.
   12 сентября 2008-го Совбез РФ провел совещание по стратегическому планированию, «посвященное проблемам наращивания присутствия России в Арктике». Причем совещание было не простое, а выездное: под водительством директора ФСБ Николая Патрушева ведущие члены Совбеза (оба спикера, министры обороны и внутренних дел, руководители ФСБ и СВР) отправились на Землю Франца-Иосифа, где на заставе «Нагурская» и совещались о наращивании присутствия. «Первый раз в истории Совета безопасности РФ, — с гордостью отмечает официальный релиз, — мероприятие столь высокого ранга проводится за пределами полярного круга».
   По итогам этого заполярного совещания и был составлен документ Совета безопасности РФ «Основы государственной политики Российской Федерации в Арктике на период до 2020 года и дальнейшую перспективу». Он примечателен удивительным сочетанием трезвого подхода и безудержного фантазирования. Де-факто декларируется отход РФ от Морской конвенции 1982 года — как иначе трактовать отсыл к постановлению президиума ЦИК СССР от 15 апреля 1926 года? Затем объявляется, что Северный морской путь (реально не действующий) является «национальной единой транспортной коммуникацией» РФ. Главной же целью государственной политики провозглашено «расширение ресурсной базы Арктической зоны Российской Федерации», «обеспечение благоприятного оперативного режима», для чего в Арктике необходимо «создать группировки войск… способных обеспечить военную безопасность в различных условиях военно-политической обстановки». А еще нужна «активно функционирующая» система береговой охраны ФСБ. Арктика должна превратиться «в ведущую стратегическую ресурсную базу Российской Федерации».
Кто стоит на посту
   Это хорошо, что в СБ работают умные люди, грамотно определившие наши болевые точки. Не секрет, что возможности добычи углеводородного сырья на континентальной части страны иссякают. Нефть в России еще есть, но затраты на ее добычу беспрецедентно высоки. Не за горами и тот день, когда нефтедобыча окончательно станет нерентабельна. Советский задел нефтяники и газовики практически исчерпали, нужно искать новые месторождения — а на геологоразведку денег нет. Как нет их на построение принципиально иной инфраструктуры отрасли. Это тупик, выход из которого видят в прорыве на арктические просторы. Однако, несмотря на то, что генерал Шаманов грозит арктическим спецназом, а адмиралы обещают патрулировать Арктику силами Северного флота (СФ), обеспечить интересы России в этом регионе не представляется возможным.
   Силы Северного флота таковы: авианесущий крейсер «Адмирал Кузнецов», два ракетных крейсера, 16 ударных атомных подлодок (АПЛ) с ракетно-торпедным вооружением (из них, по данным экспертов, в строю лишь девять), 11 больших и малых противолодочных кораблей, из которых в строю шесть, один эсминец, три малых ракетных корабля, пять десантных кораблей (в строю два), восемь дизель-электрических ПЛ (из них в строю шесть), четыре тральщика.
   Главный конкурент в разделе Арктики на сферы влияния — США могут задействовать корабли Атлантического флота (Второго и Шестого), а также перебросить через Берингов пролив силы Тихоокеанского флота (Третьего и Седьмого). Атлантическая группировка — это пять ударных атомных авианосцев, 36 АПЛ, от шести до десяти крейсеров управляемого ракетного оружия (УРО), 21 эсминец УРО, пять фрегатов УРО (по другим данным, 13), 15 десантных кораблей (в том числе девять вертолетонесущих). Тихоокеанская группировка — пять ударных атомных авианосцев, 12 крейсеров УРО, 28 эсминцев УРО, 12 фрегатов УРО, 27 АПЛ.
   В составе ВМС Норвегии шесть дизель-электрических субмарин, шесть фрегатов УРО, 16 ракетных катеров, 34 сторожевика, амфибийный батальон морской пехоты и отряд специального назначения ВМС.
   ВМС Дании: пять дизель-электрических ПЛ, восемь фрегатов (в том числе три — УРО), 14 корветов, 10 ракетных катеров.
   В ВМС Канады четыре эсминца, 12 фрегатов, четыре дизель-электрические ПЛ, 12 кораблей береговой охраны. Недооценивать боевые возможности военных моряков Дании, Норвегии и Канады не стоит: в ВМС там служат только профессионалы отменной выучки.
   При этом силы НАТО могут опираться на мощную систему базирования, а наш флот — на один-единственный Кольский полуостров. Превосходство НАТО в воздухе тоже очевидно: только с авианосцев они могут поднять 400 боевых машин. «Адмирал Кузнецов» на своем борту несет 12 самолетов. С наземных баз действия нашей группировки могут поддержать ракетоносцы Ту-22М3 (один полк), одна противолодочная эскадрилья и противолодочный вертолетный полк. Надводные силы СФ действовать восточнее Баренцева моря и Новой Земли фактически не могут — им просто не на что опереться в плане базирования, наземного обеспечения и воздушного прикрытия. В нашем ВМФ нет боевых кораблей ледокольного типа, поскольку воевать в Арктике мы никогда не готовились. Огромное пространство от Белого моря до моря Чукотского (почти 18 тыс. км) с суши не прикрыто вообще — ни частями Минобороны, ни погранзаставами.
   При произнесении слов «арктический спецназ» воображение, конечно, рисует несколько десятков чудо-богатырей в белых комбинезонах, со спецтехникой и спецоружием вроде тех, что геройствуют в российских телесериалах, но действительность выглядит несколько по-иному.

 
«Мертвая дорога»
   Единственный шанс зацепиться за Арктику был у СССР однажды, когда Сталин решил проложить трансполярную магистраль. Стратегическое значение Заполярья вождь осознавал в полной мере. Прежде всего заботила вождя проблема налаживания прямого сообщения с Америкой. Арктика для Сталина стала многоходовкой в попытке вырваться из коммуникационно-транспортной мышеловки, перестать зависеть только от тонкой нити Транссиба. Заполярье — это и ключ к кратчайшему выходу на США и Северный морской путь, позволявший наладить прямое судоходство между Россией европейской и азиатской. Но главное — путь к Америке, которую Сталин изначально рассматривал как тыловую базу для СССР в грядущей войне. Так что руку Америке он тянул по кратчайшему маршруту — через Арктику. Британская The Times еще 5 ноября 1936 года провидчески писала: «Чкалов доказал практическую возможность перегона самолетов на Дальний Восток в случае начала войны в этом районе… Даже если Советский Союз будет отрезан от источников снабжения через свои дальневосточные и западные порты одновременно, он все равно сможет по воздуху переправлять в Америку летчиков, которые способны перегонять новые самолеты и доставлять военное снаряжение». Так что все эпопеи ледоколов «Красин» и «Челюскин», полярных экспедиций и трансарктических перелетов — звенья стратегического плана, целиком оправдавшего себя во время войны.
   Но этого было мало. В 1944-м Арктический научно-исследовательский институт представил обоснование необходимости создания в Арктике военно-морской базы-порта, которая должна была опираться на развитую сеть железнодорожных коммуникаций. Именно здесь и должны были, по замыслу разработчиков, базироваться главные силы Северного флота, которые на Кольском полуострове крайне уязвимы. В самом начале холодной войны Сталин изрек: «Надо браться за Север, с Севера Сибирь ничем не прикрыта, а политическая ситуация очень опасная». 4 февраля 1947-го Совет министров СССР принимает секретное постановление № 228-104-сс о сооружении на берегу Северного Ледовитого океана стратегической военной базы-порта с аэродромной сетью для стратегической авиации, способной достигнуть США.
   В свою очередь, база служила бы плацдармом, с которого можно было развернуть освоение Сибири с севера. 22 апреля 1947-го Совмин новым секретным постановлением № 1255-331-сс велел немедленно приступить к строительству порта в Обской губе и железной дороги к нему от станции Чум (южнее Воркуты). К концу 1948-го 200-километровая ветка была готова, но оказалось, что сооружение порта в первоначально выбранном месте невозможно — слишком мелко. И порт решают строить в Игарской протоке на Енисее. 29 января 1949-го выходит постановление Совмина № 364-135-сс: строить дорогу Чум—Салехард—Игарка. Потом Игарку рассчитывали соединить с Норильском, затем довести до Якутска, в перспективе — и до Берингова пролива; магистраль должна была пронизать все советское Заполярье. К марту 1953-го руками зэков трасса Салехард—Игарка была собрана почти на три четверти, но тотчас после смерти Сталина стройку прикрыли… Незаработавшая магистраль, под каждой шпалой которой лежат трупы заключенных, ныне так и называется — «Мертвая дорога».

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK